UA / RU
Поддержать ZN.ua

Нашла коса на улей

Суета последних недель, как по мне, должна добавить аргументов отечественным сторонникам развитого парламентаризма...

Автор: Сергей Рахманин

Суета последних недель, как по мне, должна добавить аргументов отечественным сторонникам развитого парламентаризма. Не имеем ни причин, ни желания выступать в роли адвоката Юлии Владимировны или Виктора Федоровича. Однако с Виктора Андреевича спрос особый. А может ли быть иначе, если речь идет о всенародно избранном гаранте Конституции и арбитре нации?

Вне всякого сомнения, Банковая обладает достаточным запасом аргументов и необходимым арсеналом полномочий, позволяющими государству выйти из очередного кризиса с минимальными потерями. Однако интересы государства, судя по всему, не коммутируются с личными интересами его главы. Остатки репутации страны, стабильность национальной экономики и в частности банковской системы (близкой сердцу Ющенко) прино­сятся в жертву непреодолимому стремлению избавиться от премьера Тимошенко. Досрочные выборы больно ударят по бюджету: с учетом инфляции они обойдутся налогоплательщику раза в пол­тора дороже предыдущих. Внеоче­редная кампания замедлит, если вовсе не парализует законотворческую деятельность Рады. Внепла­новый парламентский марафон поставит жир­ный крест на наших (и без того призрачных) шансах добиться при­соединения к Плану действий относительно членства в НАТО и делает легко прогнозируемым исход «газовых» и «флотских» переговоров с россиянами. Слабый игрок не интересен потенци­альным союзникам. Слабый противник превращается в легкую добычу.

Желание выкопать уютную политическую могилку конкуренту оказалось сильнее чувства долга. Стремление «избавить Украину от Тимошенко» превратилось для гаранта в навязчивую идею, в новую историческую миссию.

Ничтожность цели главу государства не смущает. Его представления о национальных приоритетах и политических масштабах уже давно никого не удивляют. Жители любой другой страны наверняка недоумевали бы, если бы во время визита их лидера к президенту США обсуждался столь «архиважный» вопрос, как экстра­диция отдельного гражданина. Пускай, даже весьма известного. Мы не удивляемся — привыкли. Сообщение об ускорении процесса выдачи Павла Лазаренко Ук­раине стало едва ли не главной новостью о вояже Ющенко в Ва­шингтон. О столь весомом успехе отечественной внешней политики с восторгом рапортовал не мелкий милицейский чиновник, а первый заместитель секретаря Сове­та национальной безопасности и обороны. По идее, должны возникнуть справедливые воп­росы: понимают ли наверху, чем должен заниматься Совбез и для чего существуют визиты пре­зидентов? Если в обоих случаях получим отрицательные ответы, могут появиться другие вопросы: к чему такой Совбез и нужен ли такой визит? Но мы лишних вопросов уже не задаем — видели и слышали и не такое.

Достоин уважения президент, готовый увековечить память жертв одной из самых страшных трагедий в истории народа. Но если речь идет об исполинском монументе пошлости и безвкусице, возведенном за фантастическую сумму, взятую из бюджета, чувства возникают несколько иные. Поскольку в этом случае речь идет о равной мере неуважения как к мертвым, так и к живым.

За две с половиной пятилетки независимости мы имели счастье (несчастье?) наблюдать за тремя главами государств. Не­схожие характеры, несоизмеримые масштабы личности, разные политические обстоятельства, раз­личный набор властных полно­мочий. И все же некоторые обобщения будут оправданными.

Каждый из них львиную часть отведенного ему срока вое­вал с высшим законодательным органом за полномочия. Которые для любого президента в этой стране являются самоцелью. Каждый использовал любую возможность, чтобы заявить о своем праве поруководить центральным исполнительным органом, ответственность предпочитая возлагать на других. Потому что безответственность на этих землях является «президентской болезнью», особого рода инфек­цией, передающейся посредством инаугурации.

Апологеты сильной президентской власти традиционно вспоминают еще об одном сходстве — всякий политик, оказавшись на троне, вынужденно становится «державником». В условиях переходного периода такая фигура необходима как гарант независимости и суверенитета. О пресловутом переходном периоде спорить не стану. Автор этих слов никогда не поймет, что это такое и, самое главное, когда это закончится. (Есть лишь смутное предположение, что ваш покорный слуга до окончания пресловутого переходного периода не доживет.) А вот о целебном воздействии принудительной прививки «державництва» буду спорить. Укрепило ли наш суверенитет создание «РосУкрЭнерго»? Из­дание указов, касающихся Черноморского флота, небезупречных с правовой точки зрения и бессмысленных в плане реализации? Появление истерических заявлений, касающихся кавказско­го конфликта? Танк, одетый в вышиванку, не может быть символом осуществления внешней политики.

Разговоры о том, что, случись в стране «чистый» парламентаризм, мы тут же ляжем под Россию, — досужие. Потому что стратегический сосед на нас уже прилег. И если в том и есть вина Януковича с Тимошенко, то существует и тот, чья вина на полвершка глубже. Что и неудивительно, если одни члены Совбеза сражаются за экстрадицию Лазаренко и сочиняют конституционные проекты. А других больше заботит, как они выглядят. А не как выглядит страна.

Провоцируя шквал критики, рискну предположить: эксперимент под названием «всенародно избранный президент» имеет смысл завершить. Способ избрания нашими гарантами ошибочно воспринимается как печать «избранности». Со всеми вытекающими отсюда последствиями. К примеру, избранные депутатским корпусом немецкие президенты роль гаранта стабильности исполняют исправно, добросовестно «разруливая» парламентские кризисы. Избегая роспусков бундестага даже в тех случаях, когда на то имеются правовые основания. Им удается быть третейскими арбитрами, поскольку ни поводов, ни причин бороться за расширение либо сохранение власти у них нет.

Разумеется, ликвидация института президентства (во всяком случае, в его нынешнем виде) не сделает нашу жизнь лучше. Но она сделает политическую жизнь проще. В мире немало успешных государств, умудряющихся обходиться без президентов. И не так уж много государств, обходящихся без парламентов. Едва ли страны третьего мира с авторитарными режимами являются примером для подражания республике, расположенной в центре Европы. Хотя, как знать, может, для кого-то именно это и является стратегической целью?

Но вернемся к тактическим целям Виктора Андреевича. Как утверждает множество источников, на сегодняшний день из всех возможных сценариев развития событий наиболее приемлемым для него являются досрочные выборы. Формально есть и более простой способ избавиться от премьерства Юлии Владимировны. Для этого необходимо, чтобы парламент снял ее с занимаемого поста.

Кто может выступить с подобной инициативой? Согласно Конституции, парламент. Соглас­но относительно недавнему решению Конституционного суда — еще и президент. Год назад, в декабре 2007-го, КС пытался дать ответ на наболевший вопрос: требуется ли представление президента для увольнения министров иностранных дел и обороны. Собственно, вопрос был надуманным: внимательное чтение Основного Закона давало однозначный ответ. Но лойеры главы государства в совершенстве овладели искусством чтения между строк…

Одним словом, суд тогда постановил: «Верховная Рада может осуществлять свое полномочие относительно увольнения с должностей премьер-министра, министра обороны, министра иностранных дел и (выделено автором) без представления президента Украины». Противники Банковой ликовали. Противники беззакония огорчились. Поелику выделенная нами буквочка «и» в решение даровала главе государства право инициировать отставку трех указанных членов Кабинета. Хотя сама Конституция такого права гаранту не предоставляет. Таким образом, судьи КС своим актом расширили президентские полномочия. Делать это не разрешается никому. Однако и решение Конститу­ционного суда никто отменить не вправе.

Говорят, что об этом судьбоносном вердикте нынче вспомнили. И даже собирались предложить Виктору Андреевичу воспользоваться новообретенным полномочием. Но не рискнули.

И правильно сделали. Не захотел бы Ющенко делать это своими руками. Да и потом, внесение вопроса — полдела. Решать его как? Попытка связаться через посредников с Януковичем, пока успехом не увенчалась. Рассказывают, что поймавший политический кураж Виктор Федорович был краток и гонцам ответил примерно следующее: «У Ющенко есть мой телефон. Если готов вносить мою кандидатуру на пост премьера, пускай звонит».

Любой поворот в игре вынуждает Ющенко искать союзников и чем-то поступаться. Чтобы остаться самостоятельным игроком, он должен довести ситуацию до внеочередных выборов. А для этого необходимо поломать игру остальным. Последнюю неделю он только тем и занимался, что препятствовал появлению какой угодно коалиции. Критика в адрес Тимошенко становилась все безжалостнее (премьер отвечала тем же). Многие члены пропрезидентской фракции в частных беседах подтверждали: Банковая давала однозначную команду срывать переговорный процесс с БЮТ. Вячеслав Кириленко от имени «НУ—НС» выдвигал недавним соратникам по коалиции заранее невыполнимые условия. То, что эти требования формулировались вопреки мнению большинства фракции, никого не смущало.

Ходоки с Банковой убеждали представителей Януковича и Литвина не иметь с Тимошенко никаких дел, заверяя, что она «кинет и даже не хихикнет». Договоренность о согласовании повестки дня между БЮТ, «НУ—НС» и Блоком Литвина оказалась чистой воды подставой. Тимошенко на это условие вынуждена была пойти, ведь до сих пор заявляла, что готова «любой ценой сохранить единство демократических сил». Как только согласие Ю.В. было получено, посыльные с Банковой тут же понеслись к регионалам: «Мы же вам говорили, кинет при первой же возможности».

Никаких предложений от «НУ—НС», насколько известно, так и не поступило. Но когда повестка была сформирована, пропрезидентские депутаты подняли крик о срыве договоренностей. БЮТ, пытаясь сохранить лицо, выразил готовность учесть пожелания нашеукраинцев. Пожелания, сформулированные Вячеславом Кириленко (в четверг пять часов общавшимся с гарантом), были еще те. На обсуждение Рады предлагалось вынести вопросы:

— о ликвидации депутатской неприкосновенности;

— об уголовной ответственности за непризнание голодомора геноцидом;

— о поддержке президентских законопроектов о местных администрациях и местном самоуправлении;

— об отмене пленарных заседаний на период с 30 сентября по 3 октября.

Для того чтобы гарантированно сорвать заседания Рады на неопределенный срок, не хватало только проекта решения о перевыборах в Харькове. Тимо­шенко постарались поставить в безвыходное положение. Ей предстояло либо предстать предательницей в глазах значительной части электората, либо собственными руками похоронить надежду на коалицию с «Регионами» (подозревая, что коалиция с «НУ—НС» все равно маловероятна).

Отношения БЮТ с ПР и так несколько ухудшились после того, как сорвалась операция по переизбранию спикера. Как мы и предсказывали, Яценюк отказался подписывать не выгодные Банковой законы. Регионалы, опираясь на достигнутую ранее договоренность с БЮТ, председателя ВР решили сместить. В качестве «технического спикера» был предложен Александр Лавринович. Однако союзник по кампании идею не поддержал. Ответ бютовцев звучал примерно так: «Спикер не может быть техническим. Спикер — должность политическая. А приступать к распределению политических должностей мы сможем только тогда, когда будет достигнуто принципиальное согласие о создании коалиции».

Тимошенко в какой-то момент начала склоняться к тому, что досрочные выборы — меньшее из зол. Однако в последнее время свои взгляды в очередной раз пересмотрела. Она боится, что с уходом с поста премьера утратит рычаги влияния на политичес­кий процесс. А, самое главное, боится, что из фракции побегут идейно нестойкие. И что таковых будет много. Насколько обоснован­ны эти страхи, судить не нам.

В том, что Ющенко настроен на досрочные выборы, Тимошенко почти не сомневается. Предло­жение Вячеслава Кириленко отменить пленарные заседания на следующей неделе ее в этом окончательно убедили. Дело в том, что представители всех без исключения фракций убеждены: Банковая считает отправной точкой процесс распада коалиции 3 сентября. Если так, то уже 3 октября гарант может объявить о роспуске Рады. Лишив парламент возможности заседать еще неделю, он хочет обезопасить себя от формализации нового большинства.

И еще одна деталь. Как утверждает целый ряд источников, юристы на Банковой уверены: если коалиция не будет создана до 3 октября, Ющенко вправе разогнать парламент хоть 3 апреля. Даже если к тому времени коалиция все же будет сформирована. Опрошенные нами правоведы считают, что правом досрочного прекращения полномочий Рады президент обладает в тот момент, когда прежнее большинство перестало существовать, а новое не возникло. Но Виктор Андреевич, кажется, думает иначе.

Альтернативная точка зрения у него и на другой вопрос. Гарант не сомневается в том, что с момента появления указа парламент прекращает свою деятельность. Хотя, по Конституции, он правомочен до появления нового.

В чем, насколько можно судить, заключается план гаранта? Он убежден, что после оглашения указа он останется единственным центром власти. Парламент будет считаться распущенным, принятые Радой законы он подписывать не будет, более того — добьется того, чтобы они не исполнялись. А исполнялись изданные им альтернативные указы, а также инициированные им альтернативные решения Совбеза. По расчету Ющенко, Тимо­шенко, лишенная поддержки парламента и не влияющая на пропрезидентских министров, серьезного сопротивления оказать не сможет. Депутатам, занятым выборами, будет не до того. Появления антиющенковского альянса БЮТ и ПР в ходе кампании он не боится. Виктор Андреевич небезосновательно считает: как только будет опубликован указ, потенциальные союзники превратятся в непримиримых противников. На фоне предвыборного хаоса президент остается единственным олицетворением порядка, а Банковая — монопольным центром принятия решения.

Вот и весь план. Впрочем, нет, не весь. Если что, Балога с Ющенко готовы пойти на срыв голосования. Дело в том, что по закону досрочные выборы можно признать несостоявшимися. В случае, если явка составит менее 50%. Что тогда? Новая кампания, и еще два месяца столь необходимого Виктору Андреевичу хаоса. Насколько можем судить, о подобных планах известно и в БЮТ, и в ПР, так что внесение изменений в профильный закон — в принципе, вопрос времени. Но его осталось немного.

С законами, принятыми «теневой коалицией», Ющенко намерен решительно бороться. Способы изобретаются самые разные. Вот один из них. В соответствии с Конституцией, каждый депутат голосует лично. В соответствии с распространенной практикой, депутаты голосуют и за себя, и за «того парня», который в это время находится в туалете и в командировке, на перекуре и на больничном. Но Виктор Андреевич, как гарант Основного Закона, возмутился таким пренебрежением к священному политическому писанию. И затребовал у Арсения Петровича официальную видеозапись всех голосований, начиная со 2 сентября. Арсений Петрович, насколько нам известно, оную предоставил. Скорее всего, она окажется вещдоком при рассмотрении легитимности всех не угодных Ющенко законов в Конституционном суде.

Тем временем на Банковой вовсю трудятся над форматом будущего пропрезидентского объединения, составлением списков и подготовкой тылов. Обсуждается возможное возвращение Романа Безсмертного. Не дождавшись долгожданной отставки Балоги (гарант боится расстаться с ним как минимум до окончания выборов), самые разные группы влияния на Ющенко вышли с любопытной инициативой. Реанимировать должность первого помощника, посадить туда Безсмертного, одновременно назначив его начальником избирательного штаба. Самыми разными людьми Роман Петрович воспринимается как единственная разумная альтернатива Виктору Ивановичу. В пользу Безсмерт­ного говорят и опыт проведения кампаний, и благосклонное отношение к нему со стороны гаранта. С ним Виктору Андреевичу комфортно. К примеру, с Васюныком — еще комфортнее, но выборы тот завалит точно. С Балогой у Безсмертного отношения натянутые. Желая сохранить обоих, Ющенко в свое время развел их по разным углам СП, так, чтобы они не только не сталкивались друг с другом по производственным вопросам, но и вообще пореже виделись. Работы у Безсмерт­ного в последнее время было немного, сил накопилось достаточно, желания доказать свою состоятельность — тоже.

Кто поведет в предвыборный бой президентский отряд, неизвестно. Как будет называться — пока тоже. Балога предлагал создать блок «За Ющенко!», куда на паритетных началах вошли бы «Наша Украина», «Единый центр» и, возможно, УНП. Ющен­ко эта идея не нравится. Лидеров «НУ» привела в состояние бешенства. Два Виктора по этому поводу пару раз изрядно поскандалили, гарант даже предложил Балоге вместе с «ЕЦ» идти на выборы самостоятельно, раз они такие влиятельные. В общем, пока политическому крылу фирмы «Барва» предложили пяток мест в списке, и не более. Но это пока. Окончательное решение вопроса отложено.

Аналогичная история и с первым номером списка. Наиболее вероятный кандидат — Яценюк. Но Арсений Петрович заартачился. В его сольный проект готовы вложиться солидные бизнесмены как отечественные, так и не очень. А потому на предложение Ющен­ко он ответил вежливым отказом. Однако гарант уверен, что строптивого наперсника уболтает.

Так ли уж неизбежны выборы? Отнюдь. На днях в команде Юлии Владимировны изобрели экзотический способ их избежать. Авторы диковинной рецептуры отталкивались от последнего решения КС, в котором судьи окончательно разъяснили, что коалицию вправе формировать только фракции. Вольно истолковав это решение (а заодно и Конституцию), юристы Ю.В. пришли к следующему выводу. Добившись согласия большинства членов фракции «НУ—НС» и заручившись поддержкой Литвина, они могут создать новую коалицию, даже если в ней не будет 226 депутатов. Согласие фракций есть? 226 депутатов в этих фракциях есть? Вот и все. А то, что некоторые члены этих фракций против, так это их личное дело. Не нравится — пусть выходят и сдают мандаты. Короче говоря, творческое отношение к правовым нормам свойственно не только Банковой.

Но, как ни странно, многие за этот вариант ухватились. По некоторым сведениям, Литвин дал понять, что он в игре. В «НУ—НС» число сторонников подобной затеи растет день ото дня. Причин несколько. Многим надоело, что Ющенко, Балога и Кириленко откровенно игнорируют мнение фракции. Еще большему числу стало ясно, что места в списке, особенно в проходной части, им не светят. А к самостоятельному походу в парламент ни одна из партий, составляющих блок «НУ—НС», признаться не готова.

Возникает другой вопрос, а как же проводить решения, если в квазикоалиции окажется меньше 226 нардепов? Для этой цели существуют беспощадные и бескорыстные борцы со всеми антинародными режимами из КПУ. Говорят, с ними сейчас ведутся переговоры, которые протекают вполне успешно.

Не знаем, будет ли реализован этот план. Но шуму само его появление уже наделало. Регионалы, настроившиеся на выборы, призадумались. Получается, что они оказываются вне игры. Все козыри на руках — и в дураках? Ни тебе ожидаемой победы в кампании, ни участия в коалиции. Не исключено, что план по созданию псевдобольшинства Тимошенко был изначально придуман для того, чтобы подстегнуть излишне самоуверенного Януковича. Если этот так, отдаем должное.

По нашей информации, вчера переговоры между БЮТ и ПР активизировались. Рада шумит как растревоженный улей. Ло­житься под разящую косу выборов, откровенно говоря, хочется немногим…