UA / RU
Поддержать ZN.ua

Безвыигрышная лотерея

Претенденты на роль «молодых и перспективных» уверены в завтрашнем дне, удачно вписавшись в нынешние, как это принято говорить, расклады, и намерены возместить потери прошедшей президентской кампании...

Автор: Алексей Мустафин

Забавный случай приключился недавно с одним из пассажиров авиакомпании Ryanair. Выиграв в моментальную лотерею на борту самолета десять тысяч евро, он неожиданно обнаружил, что деньги выплачивают не сразу же, а по прилету. И так расстроился, что от злости… съел свой призовой билет. История могла бы показаться невероятной. Но не для тех, кто наблюдает за перипетиями украинской политики. Наши государственные мужи едят свои счастливые билеты на глазах у публики регулярно. Причем, как правило, в самый неожиданный момент. Кто мог, скажем, предположить, что главной проблемой избирательной кампании Арсения Яценюка окажутся не происки конкурентов, а креативные изыски его собственной команды? Впрочем, даже на этом фоне решение Сергея Тигипко стать вице-премьером в правительстве Азарова на следующий день после того как он сам заявил, что «ни один приличный человек с такой властью сотрудничать не будет», выглядит уж совершенно невероятным кульбитом. В глазах озадаченного экспертного сообщества застыл один немой вопрос: «Зачем?»

Люди, посвященные в кухню новой власти, впрочем, уверены, что в Украине правильнее спрашивать не «зачем?», а «почему?» И в случае с Тигипко вполне правдоподобный ответ лежит на поверхности — потому что он был и остается банкиром, даже подсознательно уверенным в том, что риск должен быть просчитанным, а политические успехи нужно побыстрее конвертировать во что-то более осязаемое. В конце концов Сергей Леонидович — в отличие, скажем, от Яценюка — еще перед вторым туром выразил готовность работать в правительстве того кандидата, который победит на выборах. Правда, тогда речь шла о работе в качестве премьера. Но эту должность предлагала ему только Тимошенко. Янукович ни о чем конкретном не говорил. С другой стороны, до завершения выборов у Тигипко еще было что предложить потенциальному работодателю: пусть не все 13% голосовавших за него в первом туре, но при минимальном разрыве и пара-тройка процентов тех, кто мог прислушаться к своему избраннику, были бы не лишними. А после того как победитель объявлен — чем может быть интересен Сергей Леонидович Виктору Федоровичу? Имиджем подающего надежды реформатора? Но этого явно недостаточно для того, чтобы запрашивать должность премьера.

Возможно, поэтому свои шансы на премьерство месяц назад Тигипко оценивал скептически. И критиковал Януковича куда активнее, чем до выборов. Создавалось впечатление, что «бронзовый призер» готовится к длительной оппозиционной кампании с расчетом конвертировать свой «президентский» результат на местных, а, может быть, и парламентских выборах — тем более, что коалиционные пазлы в действующей Верховной Раде никак не складывались. Зато заметно лояльнее стал «принципиальный оппозиционер» Яценюк. И тоже объяснимо: он неожиданно (а может, не так уж и неожиданно) понял, что может предложить новоиспеченному президенту не эфемерные 7% рейтинга, а вполне осязаемый взнос в «святое дело» консолидации власти. Правда, не в качестве лидера нового политического проекта, а как обыкновенный депутат от дышащей на ладан фракции НУ—НС. Дав нашеукраинцам шанс предложить на пост премьера представителя из «своей среды» и таким образом присоединиться к коалиции с регионалами, не потеряв лицо.

О том, что Арсений Петрович верил в осуществимость подобной комбинации, говорят резкие перемены в его поведении, о которых с изрядной долей иронии рассказывали коллеги по фракции. Другое дело, что Янукович мог бы и не захотеть играть в игру, предложенную Яценюком. Проверить справедливость такой версии можно было одним способом — собрав подписи 37 нунсовцев под решением о союзе с регионалами. Но Арсений Петрович и Давид Важаевич, выступивший в качестве промоутера проекта, наскребли только 30 автографов, и в урочный час Яценюк превратился… нет, не в Золушку, конечно. А снова в «принципиального оппозиционера».

Нашеукраинцы, правда, довольно активно стали распространять информацию о том, что «Арсений просто слишком много просил». И должность премьера, и портфели десятка губернаторов, да еще и «в присутствии Виктора Балоги»… Чего в этих слухах больше — желания уязвить Яценюка или наоборот — попытки добавить ему веса — сказать сложно. Только на Банковой их не подтверждают, сообщая в частных беседах, что просил экс-спикер для себя совсем немного. Хотя и довольно настойчиво. Он ведь тоже не чужд банковскому делу. И тоже не прочь «капитализировать» результат президентской кампании. А возможностей для этого с каждым днем становится меньше. Сначала местные выборы «подвесили» на неопределенный срок. А с помощью изменений к регламенту и перспективу досрочных выборов сделали довольно туманной.

Кстати, резкость, с которой и Яценюк и особенно Тигипко оценили такое вольное обращение регионалов с Конституцией, можно объяснить не столько любовью обоих политиков к Основному Закону, сколько возмущением тем, с какой бесцеремонностью перед ними захлопнули это самое «окно возможностей». Правда, негодующий Арсений Петрович — пусть даже вынужденно — но демонстративно ушел в оппозицию. А возмущенный «политическим рейдерством» Сергей Леонидович отправился прямо в правительство. Став одним из семи (!) вице-премьеров.

Разворот оказался настолько неожиданным, что любители конспирологии поспешили сделать вывод, что Тигипко чем-то шантажировали. Как минимум — в переносном смысле. Не секрет, скажем, что не все так просто оказалось с продажей его активов шведским партнерам. Да и президентскую кампанию, в отличие от многих других претендентов на роль «третьей силы», Сергей Леонидович вел преимущественно на свои деньги. Люди поциничнее предположили, что все было гораздо проще. Мол, один состоятельный сторонник Тигипко — по имени Игорь — просто сказал «надо». Объяснив попутно, что очень заинтересован в том, чтобы в правительстве был защитник его интересов. И если лидер «Сильной Украины» хочет демонстрировать свои силы в оппозиции, придется искать для этого кого-то другого. Наиболее комплиментарную для новоиспеченного вице-премьера версию выдвинул «Коммерсант»: дескать, он посоветовался с дипломатами, признают ли «коалицию тушками» в мире, и когда понял, что признают, решил идти.

Не секрет, правда, что при этом Тигипко рассчитывал на большее. Но в том, что его статус в Кабмине оказался таким скромным, на Банковой советуют винить самого себя. Поначалу ведь речь шла о том, чтобы действительно сделать из Сергея Леонидовича полноценного руководителя «реформаторского блока» — с возможностью привести своих людей на ключевые позиции в подведомственных вице-премьеру министерствах. Хотя сам Янукович окончательное добро на такую схему не дал. Но и Тигипко начал крутить носом и делать двусмысленные публичные заявления. Поэтому, когда президент пригласил кандидата на решающую встречу, речь шла уже только о должности для него. Правда, сдвоенной — вице-премьер, он же министр экономики. Нельзя сказать, что Сергей Леонидович ушел с Банковой окрыленным, но как минимум в рабочем настроении. А на следующий день оказалось, что необходимо срочно удовлетворять амбиции партнеров по коалиции и поощрять членов команды президента, прошедших с ним через непростые испытания — и лидер «Сильной Украины» получил то, что получил. Говорят, что Тигипко после этого даже отказался подавать необходимые для утверждения документы — включая декларацию о доходах. Бумаги, правда, нашли и без него — тем более, что список, по счастью, практически полностью совпадает с тем, который нужен при выдвижении кандидатом в президенты.

К претенденту на роль «главного реформатора страны» регионалы вообще относятся без особого пиетета. Намекая на то, что свой «реформаторский блок» есть про запас и в президентской администрации (и компетентность Ирины Акимовой выглядит ничуть не меньшей). А в случае, если будет слишком задирать нос (или баловаться несанкционированными политическими проектами) сам Тигипко, его всегда можно поменять на другого, не менее перспективного реформатора. Для Банковой ведь претенденты на роль «третьей силы» — на одно лицо. «Двое из ларца». Просто, мол, сейчас власти выгодно, чтобы Яценюк был в оппозиции. А если конъюнктура изменится и, скажем, коалицию придется переформатировать, место вполне найдется и для Арсения Петровича. Тем более, что конкурируя с Тимошенко на поле оппозиции, он волей-неволей вынужден будет доказывать, что является если не большим оппонентом власти (у Юлии Владимировны в этом, пожалуй, нет равных), то как минимум большим реформатором.

Если Яценюка станут кооптировать во власть, то реформатора-оппозиционера не так уж сложно будет лепить из Тигипко. Чтобы все выглядело естественно, он может даже демонстративно хлопнуть дверью и заявить сакраментальное «я хотел, а мне не дали». И Тимошенко конкурировать с ним вовсе не просто — учитывая, что она в свое время предлагала ему пост премьера. Бютовцы, впрочем, и сейчас радостно пляшут на граблях, зазывая Арсения Петровича в свое оппозиционное правительство. Тот, правда, не идет. А зачем? Сохраняя формальную самостоятельность, он имеет возможность договориться со всеми — на вполне взаимовыгодной основе. «Теневой» кабинет Яценюк может сформировать и сам. А для борьбы с дедовщиной в парламентском меньшинстве есть уже опробованные методы. Ведь это коалицию большинства формировать «тушками» считается зазорным, а про оппозицию КС ничего не говорил…

Ну а самое удивительное, что практически всех — так или иначе — сложившаяся ситуация устраивает. И власть, и оппозиция (сколько бы их ни было) чувствуют себя комфортно. Претенденты на роль «молодых и перспективных» уверены в завтрашнем дне, удачно вписавшись в нынешние, как это принято говорить, расклады, и намерены возместить потери прошедшей президентской кампании. А те, кто надеялся, что в Украине появится настоящая «третья сила»? Может быть, догадаются, что пора перестать верить в сказки. О том, что есть чудо-богатыри, которые способны «все за нас делать». И начнут учиться полагаться лишь на самих себя. Или как минимум поймут, что играть с нынешними украинскими политиками в «верю — не верю» — это лотерея. Возможно, азартная. Но без всякой надежды на выигрыш.