UA / RU
Поддержать ZN.ua

Александр Лавринович: «Сначала общественная дискуссия, потом — реформа местного самоуправления»

Одним из первых заявлений, которыми президент Янукович и его окружение сопровождали решение КСУ, ...

Автор: Инна Ведерникова

Одним из первых заявлений, которыми президент Янукович и его окружение сопровождали решение КСУ, отменившего политреформу, стало объявление о намерении продолжать конституционную реформу и внести в Конституцию изменения, касающиеся расширения прав местного самоуправления.

Местное самоуправление, права которого в Украине стабильно «расширяют» последние двадцать лет, встрепенулось в очередной надежде. Сильно понадеявшиеся даже вспомнили, что в долгий парламентский ящик еще в 2004 году был задвинут известный закон 3207-1 о внесении изменений в Конституцию, принятый ВР в первом чтении и одобренный Конституционным судом.

Тогда закон был логическим продолжением политреформы на местном уровне. Он хоть и вызывал дискуссии экспертов в отношении ликвидации районных государственных администраций, однако выполнил требование ратифицированной Украиной Европейской хартии местного самоуправления, четко разделив полномочия местного самоуправления и государства. В том числе на уровне областей и районов, где до сих пор нивелирована роль представительской ветви власти — совета. Где исполнительная вертикаль находится в руках у назначенного президентом главы администрации.

Дабы не гадать на кофейной гуще, о каких изменениях идет речь и куда — в сторону централизации или все-таки расширения прав общин — в итоге поведет страну власть (которая, кстати, уже оставила немало отпечатков на шее местного самоуправления, о чем «ЗН» регулярно оповещала читателя), мы позвонили министру юстиции Александру Лавриновичу.

— Александр Владимирович, стоит ли заявления президента о большом будущем местного самоуправления понимать буквально?

— Решение КСУ — это конец одного этапа в истории страны и начало следующего. Однако нельзя говорить о том, что впереди обязательно быстрые и какие-то масштабные изменения. Я думаю, что теперь нам нужно научиться спокойно жить, уважая Конституцию и придерживаясь ее норм. И только потом внимательно смотреть, что действительно необходимо изменить в Основном Законе для улучшения общественной ситуации и создания более благоприятных условий для развития государства.

Что касается местного самоуправления, то очевидно, что в Украине есть проблема реальности и эффективности местного самоуправления. Проблема обеспеченности местных общин ресурсами и полномочиями. И мы действительно намерены ее решить.

— Будут ли положены в основу этого решения положения закона №3207-1?

— Я не думаю, что предложенное ранее дает исчерпывающие ответы на актуальные сегодня вопросы. Очевидно, что нам нужно будет внимательно посмотреть на те изменения, которые происходили в соседних странах. К тому же вряд ли можно провести реальные реформы в местном самоуправлении без изменения административно-территориального устройства. Однако все это требует профессиональной неспешной дискуссии специалистов и общества. Чтобы принятое решение о реформировании было понятным Украине. И чтобы оно имело общественную поддержку. Потому что делать такие шаги, как в 2004 году, когда принимался закон №3207-1, неправильно.

— Но Конституционный суд, на решение которого власть сегодня так жестко опирается, счел этот закон правильным.

— Я говорю о неправильном подходе к реформированию. Правильный я уже обозначил. Сначала дискуссия — потом конкретные шаги в реформировании местного самоуправления.

— Считаете ли вы, что у нас четко, как в Европе, право формировать исполнительные органы на уровне города, района и области должно закрепиться за советами?

— Мне кажется, что вы слишком упрощаете схему. В разных государствах работают абсолютно разные модели местного самоуправления. Есть государства, в которых на уровне общины вообще нет никаких советов.

— Но эти государства, наверное, не ратифицировали Европейскую хартию местного самоуправления. Где черным по белому написано, что исполнительные органы создаются при советах. (ст.3 Европейской хартии местного самоуправления. Авт.)

— Если вы так уверены, что надо именно так, то так и напишите. Поставьте точку и поставьте свою подпись. А я с удовольствием почитаю вашу точку зрения и признаю, что она имеет право на существование. Так же, как и десятки других. Я не буду категоричен в этом. Я хочу, чтобы мы на профессиональном языке поговорили с экспертами и это опубликовали. И послушали, что по этому поводу думают люди. Потому что это тот вопрос, где граждане могут достаточно точно понимать последствия принятых решений. Это не те вопросы, которые не целесообразно выносить на обсуждение общественности.

— Тогда назовите хотя бы пару идей этой реформы, которые вы собираетесь выносить на всенародное обсуждение.

— Не назову. Ни пару, ни три, ни восемь. Они будут названы тогда, когда придет для этого время. Когда будут приняты решения, какие именно предложения выносить.

— А что за команда работает над этими предложениями? И как скоро это время наступит?

— Никакая команда над этими предложениями не работает. Сейчас есть понимание того, что мы должны будем двигаться в направлении реформы. В том числе, реализуя Хартию местного самоуправления и Хартию регионального местного самоуправления, которая не принята нами. Хоть Минюст и принимал непосредственное участие в ее создании. И глава его делегации сейчас с вами разговаривает.

— Тем не менее в столице власть двигается довольно активно. Внесенные в закон о столице изменения дали президенту право разделить полномочия мэра и главы КГГА. При этом в случае реализации этого права исполнительная власть будет сосредоточена в руках назначенного президентом чиновника. Кстати, без общественной дискуссии. Куда идем?

— То, что без дискуссии, это плохо. А то, что сделали, — хорошо. Дело в том, что такой модели системы управления, которая у нас была в столице, нет ни в одной европейской стране. Хочу вам напомнить, что закон о столице вместил в себя 12 норм, которые никогда не рассматривались в ВР. Это полностью и по всем параметрам сфальсифицированный закон. Поэтому я о нем абсолютно не жалею. Модели управления мегаполисами в мире очень разные. Но нигде не было такой, как была у нас в Киеве.

— Так какую все-таки модель вы строите в Киеве?

— А тут могут быть довольно разные подходы. И причем все успешные. Мы можем посмотреть на Лондон, где еще пять-шесть лет назад все было распределено, как у нас — по районам, при этом не было никакой городской власти. Зато от имени государственной власти координацию системы управления осуществлял член правительства. Потом появилась должность мэра Лондона. Я хочу сказать, что есть два подхода — либо децентрализация либо централизация. В первом случае мегаполис разбивается на части, и тогда исполнительная власть (правительство) координирует общее руководство мегаполисом. Во втором — избранный мэр руководит мэрией.

— Исполкомом, вы хотите сказать?

— Не везде члены мэрии избираются представительским органом. Все, что вы хотите вместить в эту советскую модель, не везде все так работает.

— Мы можем прийти к сити-менеджеру?

— Можем. А почему нет? Возьмите опыт того же Львова, когда райсоветы и их исполкомы были заменены на администрации. Они формировались по принципу профессиональных менеджеров, назначенных городской мэрией. Ничего же страшного не произошло. Зато сэкономили ресурсы. На самом деле я сейчас не хочу давать какие-то универсальные рецепты. Власть над этим думает. И этот вопрос будет вынесен на обсуждение. Здесь нет необходимости быстро бежать. Есть много моделей. В Швеции, к примеру, нет никаких районов. Есть округа. И там местные парламенты действительно принимают решения о местных налогах, однако не осуществляют повседневный менеджмент. Нам нужно еще много изучить.

— Вы знакомы с наработками команды экспертов Министерства регионального развития, которая работала там до прихода Кабмина Азарова? Ведь есть готовый пакет всех профильных законопроектов, включая административно-территориальную реформу, местное самоуправление, столицу и даже внесение изменений в Конституцию. Кстати, с учетом зарубежного опыта и широких прав местного самоуправления.

— К сожалению, не знаком. Эти документы мне не попадались.

— А это уже разговор о преемственности власти, Александр Владимирович.

— Но вообще-то я возглавляю Министерство юстиции.

— А также группу юридического обеспечения комитета по экономическим реформам, который готовит законы для местного самоуправления в том числе.

— Безусловно, у меня есть желание познакомиться с этим пакетом. Поскольку, как я понял, Минрегионстрой этим вопросом не интересуется, — поставил точку в разговоре министр юстиции.

От автора. На самом деле, согласно программе правительства, принятой парламентом, Минрегионстрой в четвертом квартале 2010 года уже должен представить Кабмину пакет интересующих нас законопроектов. По имеющейся информации, один из них — о местном самоуправлении — действительно готов. Правда, никаких существенных изменений в части расширения прав самоуправления, предусмотренных вышеупомянутой Европейской хартией, там не предусмотрено. Для галочки что ли работает команда Яцубы—Романюка? Или, как справедливо предположил А.Лавринович, никакой команды вообще еще нет?

Тогда к чему громкие заявления президента? Для Европы? Которая, проглотив решение КС, решила сделать хорошую мину и ухватилась за заверения в том, что «это только начало на трудном пути масштабной конституционной реформы». А ведь налицо четкие устремления к дальнейшей централизации власти. В том числе и на местном уровне.

Потому что за красивыми словами президента стоит Киев, где незаконно правит первый зам мэра Попов, готовый в любой момент стать легитимным председателем КГГА и возглавить исполнительную вертикаль столицы.

Потому что за дежурными обещаниями президента поддержать местное самоуправление финансово и к 2014 году довести долю местных бюджетов до 51 процента, слишком заметен выделенный (на бумаге), однако ничем не подкрепленный в бюджетном кодексе 21 миллиард для местного самоуправления.

Потому что за приветливой улыбкой Януковича скрывается тотальная мобилизация мэров и кандидатов в мэры в Партию регионов. Как пропуск к свободному ведению избирательной кампании.

Потому что за брендом самой Партии регионов, как оказалось, ничего не скрывается. И она на девятом(!) месяце своей власти только лишь собирается подумать над тем, как правильно организовать жизнь в регионах и дать им обещанные права.