UA / RU
Поддержать ZN.ua

СТОРОННИКИ СИЛЬНОГО ДОЛЛАРА ЖАЖДУТ КРОВИ ВАЛЮТНЫХ СПЕКУЛЯНТОВ

Еще недавно в ходу у американцев было выражение здоров, как доллар. Однако с этого года в обиход вошли такие словосочетания: «слабый доллар», «обескровленный доллар»...

Автор: Ирина Круглова

Еще недавно в ходу у американцев было выражение здоров, как доллар. Однако с этого года в обиход вошли такие словосочетания: «слабый доллар», «обескровленный доллар».

Только в марте доллар упал на 10 процентов по отношению к японской иене. Некоторые экономисты даже уговаривают Федеральный резервный банк во имя спасения доллара еще раз поднять кредитную ставку. А кое-кто искренне полагает даже, что надо издать закон, запрещающий валютные спекуляции, в результате которых, мол, доллар продолжает падать.

Впрочем, падение доллара дает некоторые преимущества экспортерам американских товаров. Но, с другой стороны, когда доллар дешевеет относительно иены и марки, это значит, что американцы становятся беднее относительно японцев и немцев.

Что же за беда приключилась с долларом? Ведь США остаются крупнейшей и самой динамичной индустриальной державой, экономика страны успешно развивается (высокий процент роста, низкий уровень безработицы и инфляции). Но, увы, Америка — страна со слабым президентом и хроническим бюджетным и внешнеторговым дефицитом, который вынуждает ежемесячно влезать в новые и новые долги. Естественно, это подрывает доверие к доллару.

Экономический обозреватель НРСлова Генрих Шапиро считает, что вскоре соотношение может дойти до 75 иен за доллар, то есть последний упадет еще на 10 процентов. А это значит, что по-прежнему выгоднее покупать иены, а не доллары, несмотря на то, что Япония на прошлой неделе понизила межбанковскую кредитную ставку с 1,75 до 1. Расчет простой, говорит Шапиро: даже если ваш вклад в долларах приносит 5—6 процентов годовых, вы все равно теряете, так как доллар подешевел против иены за один квартал на целых 17 (!) процентов. Зато потенциальная возможность заработать на японских акциях сейчас выше, чем возможность на них потерять.

Для спасения доллара были предприняты валютные интервенции. В начале апреля Федеральный резерв дважды совершал покупку долларов — по 1,5 миллиарда за день. Но эти меры не остановили падения долларового курса. Полтора миллиарда только на первый взгляд кажутся очень большой суммой. Но чтобы понять, насколько реально с помощью этих денег изменить положение дел, нужно соотнести их с ежедневным оборотом валютного рынка — 1,5 триллиона долларов. Чтобы масштаб соотношения стал понятнее, представьте себе, что вы пытаетесь воздействовать на фондовый рынок, где ежедневно торгуются акции на 1,5 миллиона долларов, имея в своем распоряжении лишь 1,5 тысячи. Почти то же самое предпринял Федеральный резерв, — и поэтому его попытки не увенчались успехом.

Тогда почему бы не поднять процентную ставку? Она привлечет инвестиции в ценные бумаги со стабильно выплачиваемыми процентами.

Однако насколько высоко должна бы подняться ставка межбанковского процента, чтобы спасти доллар? Рави Булчандани, экономист инвестиционного банка «Морган Стенли», считает, что ЦБ США пришлось бы поднять стоимость краткосрочного кредита в общей сложности на полтора процента, при условии, что Германия и Япония одновременно снизят свои ставки. Однако при этом неизбежен побочный эффект, а именно — глубокая и болезненная рецессия.

Политики всегда могут свалить свою вину на рынок. Например, недавняя статья в «Нью-Йорк таймс» под названием «Переменчивые рынки делают политику?» сводилась к тезису, что правительство могло бы проводить монетарную политику гораздо лучше, если бы валютный рынок не был так велик, могуществен и эгоистичен. Есть много схем управления рынком. Самая хитрая из них предлагает ввести налог на операции на валютном рынке, чтобы умерить пыл спекулянтом и снизить колебания курсов.

Однако повышение стоимости валютных операций затормозит динамику рынков и может привести к обратному эффекту — увеличению амплитуды колебаний курсов валют. К тому же налог на валютную игру надо вводить одновременно во всех странах, в противном случае валютная биржа просто зарегистрируется как оффшорное предприятие и таким образом избежит налогообложения.

Как однажды сказал ныне покойный Джордж Стиглер, нобелевский лауреат в области экономики, «винить рынок за результат, который вам не по душе, — то же, что обвинить официанта в том, что вы страдаете ожирением».