UA / RU
Поддержать ZN.ua

РОДРИГО РАТО И МВФ

4 мая Международный валютный фонд (МВФ) сделал официальное заявление о том, что новым исполнительным директором избран Родриго Рато, бывший министр финансов и экономики Испании...

Автор: Юлия Загоруйко
Родриго Рато

4 мая Международный валютный фонд (МВФ) сделал официальное заявление о том, что новым исполнительным директором избран Родриго Рато, бывший министр финансов и экономики Испании. Его предшественник Хорст Келлер 4 марта неожиданно подал в отставку в связи с выдвижением своей кандидатуры на пост президента Германии.

Как и четыре года назад, выдвижение кандидатур и избрание нового главы МВФ не обошлось без интриги. По неофициальной договоренности, США и Европа делят между собой высшие посты в двух главных финансовых институтах мира: МВФ возглавляет европеец, Всемирный банк — американец. Однако не следует забывать, что доля США в уставном фонде МВФ равняется 17%. Посему слово крупнейшего акционера, как показал опыт предыдущих назначений, всегда имело решающий вес.

Достаточно вспомнить, как весной 2000 года США просто заблокировали уже согласованную европейскую кандидатуру заместителя министра финансов Германии Кайо Кох-Везера, посчитав ее недостаточно весомой для будущего руководителя МВФ. Тогда Германия, дабы не упустить редкий шанс на столь высокое кресло, предложила Хорста Келлера, президента Европейского банка реконструкции и развития. Который оказался более компромиссной фигурой и устроил как Европу, так и Америку.

«Тихий министр» в роли председателя

Нынешней весной ситуация повторилась, правда, без драматического накала. Среди 184 стран—членов Фонда выделилась оппозиция из 11 стран, которые хотели изменить принцип избрания главы МВФ, сделав его более прозрачным и демократичным. Кстати, о необходимости пересмотра данной процедуры неоднократно говорил известный экономист, нобелевский лауреат Йозеф Стиглиц. По его мнению, акционерам МВФ следовало остановить свой выбор на министре финансов из развивающейся страны. Тем не менее порядок остался прежним.

После недолгих межправительственных консультаций реальных претендентов от Европы оказалось двое — испанец Родриго Рато и француз Жан Лемьер. Кому за пределами Испании было известно имя Родриго Рато до его выдвижения в кандидаты на пост исполнительного директора МВФ? Разве что узкому кругу финансистов и дотошным читателям финансовой прессы. Однако на родине он сумел стать фигурой весьма почитаемой. Четыре последних года Рато был министром экономики и вице-премьером. А до этого в течение четырех лет возглавлял Министерство финансов.

Именно с именем Рато связывают в Испании бурный экономический рост, снижение инфляции, продвижение рыночных реформ, успешную приватизацию и контроль за государственными расходами. Считается, что под его руководством экономика страны избавилась от дефицитов, преследовавших предыдущие правительства, и добилась бюджетного профицита. Экономический рост составлял более 4% в год, что существенно превышало средние показатели по Евросоюзу. Испании также удалось выполнить жесткие экономические требования, чтобы оказаться в рядах основателей зоны единой евровалюты.

За уравновешенную политическую позицию испанцы называли Рато «тихим министром», а за экономические успехи страны — «талантливым экономистом». Хотя на самом деле Рато — даже не экономист по образованию. Он изучал право в Мадридском университете, затем в 70-е годы получил степень МВА в Калифорнийском университете Беркли. До прихода в большую политику (в 1982 году впервые избран в парламент) Рато был юристом и бизнесменом, владельцем нескольких предприятий.

Продвижение сеньора Рато в МВФ по времени совпало со знаковыми событиями на его родине. Теракты в Мадриде в начале марта полностью изменили расстановку политических сил в стране: парламентские выборы в Испании неожиданно выиграли социалисты, и новый премьер-министр мгновенно пообещал избирателям вывести испанские войска из Ирака, иными словами, выйти из возглавляемой США коалиции. На этом фоне у многих обозревателей возникли сомнения — поддержат ли США кандидатуру испанца на главное кресло в МВФ?

Между тем Родриго Рато уходил в отставку вместе с поверженным правительством Хосе Марии Аснара. А ведь именно его считали наиболее вероятным преемником Аснара на посту лидера партии, а в случае победы правых на выборах — новым испанским премьер-министром. «Из ничего ко всему за пару недель», — съязвила одна из региональных испанских газет, комментируя назначение Рато в МВФ.

Главным соперником испанца в «торгах» за директорство в МВФ называли француза Жана Лемьера, президента Европейского банка реконструкции и развития. Однако уже 19 апреля, во время ежегодного собрания ЕБРР, когда Лемьер был единогласно переизбран на второй четырехлетний срок, стало понятно, что американцы не будут препятствовать продвижению Рато в МВФ. Хотя у месье Лемьера послужной список не менее (если не более) внушителен, чем у испанского экс-министра. Глава Казначейства Франции, председатель Экофина ЕС, президент Парижского клуба кредиторов плюс последние четыре года — успешный президент ЕБРР. Это что-то да значит!

Кандидатуру Лемьера на пост главы МВФ поддерживали Франция и Германия. Однако его шансы с самого начала были под большим вопросом. Во-первых, представитель Франции Жан-Клод Трише занимает пост председателя Европейского центрального банка (ЕЦБ) — главного финансового института еврозоны. Во-вторых, из 60 лет существования МВФ у его руля 32 года пребывали именно французы (Швайцер, Ларозьер, Камдессю). В общем, ничего странного в том, что акционерам МВФ «французского» показалось явно многовато.

Что касается Родриго Рато, то он определенно не был желательной кандидатурой ни для Франции, ни для Германии. Не только потому, что «старые» европейские тяжеловесы подсознательно стремятся ограничить слишком напористые движения «нового» самовыдвиженца, Испании, на первые роли в ЕС. Они, кроме всего прочего, хорошо запомнили, как в прошлом году именно испанский министр экономики Родриго Рато требовал от Еврокомиссии введения штрафных санкций против Франции и Германии за превышение установленного в еврозоне лимита дефицита бюджета в 3%. Но кандидатуру Рато охотно поддержали остальные страны-члены ЕС, которых, по правде говоря, иногда выводят из равновесия советы «крупных» партнеров.

Тем не менее, решающим фактором в процессе избрания нового главы МВФ стала поддержка всего Латиноамериканского региона и многих стран третьего мира. Исключительно благодаря той ключевой роли, которую он сыграл во время урегулирования крупнейшего в истории МВФ дефолта — аргентинского. В 2001 году Аргентина провела девальвацию своего песо, привязанного к доллару, и объявила дефолт по внешнему долгу в 141 млрд. долл. Родриго Рато выступил тогда в роли главного посредника между МВФ и Аргентиной. А затем ему удалось договориться о выделении нового кредита МВФ находящемуся в кризисе латиноамериканскому государству. Тогда же Рато настойчиво советовал менеджерам Фонда усовершенствовать систему раннего предупреждения — с тем чтобы в дальнейшем заранее определять возможность новых валютных кризисов.

Назад, к истокам?

Что ж, сегодня Родриго Рато имеет все шансы воплотить собственные советы в жизнь. Он стал новым управляющим директором Международного валютного фонда. Образно говоря, в его руках — власть над бедными и беднейшими государствами мира. Как посчитает нужным распорядиться этой властью новый глава МВФ, не имеющий никакого опыта работы в международных, тем более финансовых организациях, покажет время. Между тем, состояние дел в Фонде далеко не блестящее.

Причина не только в том, что предшественник Рато Хорст Келлер оказался не самым успешным директором-распорядителем МВФ. По мнению многих экспертов, достижения Фонда под его руководством разместились в диапазоне от «ничего» до «плохо». Именно при Келлере МВФ проявил свою беспомощность в период валютно-финансового кризиса в Аргентине, а в соседней Бразилии предотвратил такой же по масштабам кризис лишь за счет вливания огромнейших средств.

Между тем корень нынешних эмвээфовских проблем — не только и даже не столько в качестве руководства. Многие финансовые обозреватели без обиняков называют МВФ просто и емко — «интеллектуальный банкрот». В ответ на вопрос «почему?» они раскрывают книгу истории МВФ.

Фонд, как известно, был создан в 1944 году на Бреттон-вуддской конференции, когда мировые лидеры задумались над последствиями кризиса 30-х годов. Который преподал миру урок в том, что слепое следование политике затягивания поясов и сбалансированных любой ценой бюджетов приводит к росту безработицы, политической нервозности и даже к развязыванию войн. Разочаровавшись в старом либерализме, финансовая элита мира обратила свой взор к философии Джона Мейнарда Кейнса и нашла в ней, как казалось, ключ к более «светлому будущему». Кейнс утверждал, что глобальному капитализму для собственного выживания необходимы периодические интервенции со стороны государства. Создание МВФ как раз и призвано было подтвердить на практике состоятельность теории кейнсианства.

Последующие 30 лет МВФ прилежно следовал советам Кейнса. И, по мнению апологетов МВФ, стал успешным финансовым институтом. Правда, во многом благодаря глобальному экономическому росту, который был гораздо выше, чем в течение предыдущих нескольких десятилетий. Но затем, в начале 80-х, МВФ оказался интеллектуально «оккупированным» группой рыночников. Курс Фонда был существенно откорректирован, и вместо того, чтобы поощрять финансовые вливания правительств с целью предотвращения спада экономик, МВФ предоставлял кредиты беднейшим странам с условием, что правительство сведет к минимуму свое вмешательство в экономику путем снижения государственных расходов, а также путем приватизации ключевых секторов. Процесс этот был скромно назван структурными реформами.

Сегодня многочисленные критики политики Фонда, в том числе и именитый Стиглиц, утверждают, что «откорректированный» МВФ навязал миру колоссальный экономический эксперимент. Результаты которого, по их мнению, говорят сами за себя. Страны, тщательно следовавшие рекомендациям МВФ, пережили более 10 лет экономического спада и социальных потрясений. Страны же с устойчиво высоким ростом, такие, как Ботсвана, в свое время отказались от услуг МВФ и следовали собственной политике здравого смысла.

Именно пример России жесткие критики МВФ выставляют в качестве яркой иллюстрации «двойных стандартов», применяемых Фондом. Они говорят, что, придя в Россию, Фонд заверял запутавшееся и пострадавшее от экономической разрухи российское население в том, что программы МВФ, основанные на шоковой терапии, приведут страну к капитализму американского типа. Фактически же МВФ, по мнению критиков, навязал России и другим постсоветским странам форму капитализма гораздо более экстремальную (то есть либеральную), чем в самом «логове» капитализма, в США. Ведь даже в годы правления преданной «рыночному либерализму» администрации Буша-младшего в стране существуют многочисленные институты, защищающие граждан и даже сам капитализм от опасных тенденций рынков — разрушать собственные основы и превращаться в так называемую систему корпоративной плутократии.

Рыночный фундаментализм, по мнению многих экспертов и обозревателей, оказался такой же катастрофой, как и советский «антирыночный» фундаментализм. Трудно поверить, что в действиях МВФ присутствовал вполне обдуманный злой умысел. Скорее всего, там искренне верили в то, что радикально рыночная идеология может сделать мир лучше, а случавшиеся промахи сводили к «проблемам роста» молодых экономик.

Естественно, рекомендации Кейнса 40-х годов уже не соответствуют духу времени. Но, по мнению ряда финансовых экспертов, МВФ просто не сможет успешно существовать, не вернувшись к своим истокам. Особенно к убежденности в том, что рынки, этот важнейший элемент генерирования социального богатства, могут процветать только совместно с сильным государством, при его взвешенных интервенциях и регулировании.

...Эксперты-скептики уже поспешили заявить, что новому исполнительному директору МВФ вряд ли удастся решить фундаментальные проблемы этого влиятельнейшего финансового института. И не только потому, что у него за плечами опыт «министра-консерватора из классического консервативного правительства». Для структурной перестройки МВФ понадобится немало времени и сил. В то время как перед Рато уже поставлены неотложные ориентиры и задачи.

Итак, чего ждут от Родриго Рато главные акционеры МВФ? США со товарищи первым пунктом повестки дня называют послевоенное обустройство Ирака. Пунктом вторым значатся страны Латиноамериканского региона. Что касается остального слаборазвитого мира, то он, как известно, пребывает вне поля зрения ныне действующей американской администрации. Во всяком случае пока, до президентских выборов. Поэтому странам третьего мира, как всегда, остается надеяться и... рассчитывать на собственные силы.

* * *

Как сообщает The Wall Street Journal, новый директор-распорядитель Международного валютного фонда Родриго Рато дал оптимистичный прогноз мировой экономики, несмотря на скачок цен на нефть и опасения финансовых рынков по поводу повышения процентных ставок Федеральной резервной системой США.

Хотя США нужно сокращать бюджетный дефицит, мнение ФРС, что инфляция не представляет угрозу американской экономике, и политика США, направленная на «размеренное» повышение процентных ставок, должны помочь поддержать мировую экономику, полагает Р.Рато.

«Я считаю, что реакция рынка, ожидающего больших изменений в монетарной политике, возможно, немного натянута», — отметил бывший министр финансов Испании Р.Рато. «Мировая экономика, очевидно, находится на подъеме. 2004 год будет для большинства стран лучше, чем 2003-й», — также отметил он.

Сказав, что «слишком резкое» повышение цен на нефть явилось причиной шока на финансовых рынках, Р.Рато похвалил Саудовскую Аравию за давление, которое она оказывает на страны-члены ОПЕК для повышения добычи нефти на 1,5 млн. баррелей в сутки, чтобы прекратить рост цен и удовлетворить спрос.

Он также отметил, что мировая экономика выиграет, если все 25 членов Европейского Союза обратят внимание на рынок труда, чтобы ускорить слишком медленный экономический рост в регионе. Р.Рато добавил, что крупнейшим экономическим державам Азии, в частности Индии и Китаю, нужно развивать экономические реформы, включая снятие торговых барьеров.