UA / RU
Поддержать ZN.ua

Вкладчиков попросят запастись терпением?

В первых числах февраля Национальный банк Украины опубликовал на своем веб-сайте «Приглашение к обсуждению возможных путей урегулирования проблемы досрочного изъятия банковских вкладов».

Автор: Андрей Алексеев

В первых числах февраля Национальный банк Украины опубликовал на своем веб-сайте «Приглашение к обсуждению возможных путей урегулирования проблемы досрочного изъятия банковских вкладов». Вынесенные на рассмотрение общественности предложения сводятся к внесению поправок в ч.2 статьи 1060 Гражданского кодекса Украины, устанавливающую безусловное право вкладчиков на возврат депозитов по первому требованию, вне зависимости от срока и других условий депозитного договора.

Что предлагается

Нацбанк предлагает на выбор два альтернативных пункта:

1) полностью запретить досрочное изъятие срочных вкладов. Возвращение вкладов будет происходить исключительно в срок, определенный договором или в случае наступления непредвиденных ситуаций, требующих от вкладчика срочных денежных выплат (оплата лечения, возмещение имущественного ущерба, обеспечение защиты в суде и т.д.);

2) установить, что в случае обращения вкладчика с требованием о выдаче вклада до наступления срока, обусловленного договором срочного вклада, банк осуществляет выплату в срок до 30 дней с даты обращения.

Последний из предложенных вариантов, как сообщает банковский регулятор, может быть реализован путем внесения соответствующих изменений в ст. 1060 ГКУ, согласно которым по договорам до востребования банк обязан выдать вклад на протяжении трех рабочих дней с момента обращения вкладчика.

По срочным вкладам устанавливается обязательство банка выдать вклад в день наступления срока, установленного депозитным договором. В случае же досрочного обращения банк обязан выдать вклад в срок, установленный для такого случая договором, но не позже 30 рабочих дней с дня обращения.

Встречные предложения можно подавать на электронный адрес НБУ (pmu@bank.gov.ua ) до 20 февраля с.г.

Мотивация

Необходимость в подобном новшестве НБУ аргументирует тем, что наличие в гражданском законодательстве нормы, которая предоставляет вкладчику право в любое время расторгнуть договор и забрать свой банковский вклад, не дает банку уверенности, что привлеченные им средства будут находиться в его распоряжении. А значит, у банка возникают большие риски при финансировании долгосрочных инвестиционных проектов. «Таким образом, законодательство, фактически, не стимулирует выдачу банками долгосрочных кредитов, - констатирует регулятор. - В то же время на данный момент для банков не установлен срок, за который они должны обеспечить выдачу вклада «до востребования», и, соответственно, право вкладчиков на получение средств «до востребования» остается в определенной мере декларативной нормой».

Проще говоря, НБУ хочет снизить риски для стабильности банковской системы, забота о которой является одной из его основных функций. Вместе с тем перед Нацбанком и его подопечными стоит и еще одна задача - восстановить полноценное кредитование экономики.

Однако поскольку в памяти еще слишком свежи уроки последнего кризиса, банковские займы сегодня, во-первых, стоят слишком дорого, во-вторых, выдаются в подавляющей массе под значительно более жесткие условия и, наконец, в-третьих, предоставляются в основном только на очень короткий срок - до одного года. В результате объемы кредитования практически не увеличиваются. За прошлый год их прирост составил жалкий 1%. Какие уж тут инвестиции?

Уроки кризиса

Статья 1060 Гражданского кодекса, обязывающая банки возвращать деньги вкладчикам по первому требованию, обрекает Украину на отсутствие срочных вкладов: все депозиты являются, по сути, депозитами до востребования. В условиях паники это тут же становится проблемой: традиционный действенный метод других стран - увеличение суммы гарантирования вкладов - не помогает. Люди, неоднократно обманутые родным государством, расторгают договора, жертвуя процентами.

В итоге Национальному банку ничего не оставалось, как пойти на юридическую авантюру - вводить мораторий на досрочное изъятие вкладов. Но если в 2004 году такое решение было принято оперативно и возымело необходимый эффект, то в октябре 2008-го эта вынужденная мера, принятая с опозданием, стала бомбой замедленного действия.

С одной стороны, она спасла банки от мгновенной потери ликвидности, с другой - усугубила проблему недоверия к ним. Большинство клиентов немедленно забирали вклады, как только их срок истекал, из-за чего лишь в последнем квартале 2008 года банковская система лишилась 15% гривневых и 13% валютных депозитов.

Опыт осени 2004 года, когда впервые грянул тревожный набат, вынудил банкиров выйти с законодательной инициативой, предполагавшей не только узаконивание моратория на выдачу вкладов в стране, но и установление четких и прозрачных критериев тех форс-мажорных условий, при которых он вводится автоматически для всех без исключения банков и вкладчиков. Однако достаточных усилий, чтобы провести эту норму через парламент, приложено не было.

В условиях последнего кризиса несовершенство правовой базы по депозитным отношениям стало очевидным. Каким бы логичным ни было право вкладчика иметь свободный доступ к своим деньгам, в Украине этот принцип фактически не работает. В периоды нестабильности появляются моратории, и досрочное изъятие становится проблематичным даже для вкладчиков, которым действительно срочно нужны деньги.

Более того, зыбкость ресурсной базы не прибавляет банкам надежности и делает вкладчиков скорее более беззащитными, чем защищенными. В то же время на изъятие из Гражданского кодекса нормы о беспрекословном возврате денег в трехдневный срок банкирам рассчитывать сложно - политики вряд ли готовы пойти на непопулярное решение.

Теоретически, компромиссным выходом, не предполагающим серьезной ревизии существующей системы правовых взаимоотношений между банкирами и вкладчиками, могло бы стать появление новых инструментов, по которым досрочное погашение не предусмотрено. Однако продукты вроде безотзывных депозитных сертификатов или новых видов ценных бумаг вряд ли привлекут украинцев, особенно сейчас. Так что как вариант остаются только штрафы за досрочное расторжение договора.

А что в других странах?

В Гражданском кодексе РФ тоже есть норма, делающая все депозиты населения депозитами до востребования. При этом если россияне ввели эту норму еще во времена финансовых пирамид, то у нас Гражданский кодекс был принят в 2003-м. Российские банкиры также давно лоббируют безотзывные вклады. Их лоббистские усилия тоже материализовались в законопроект и были поддержаны центробанком, хотя документ тоже еще не принят парламентом.

В Западной Европе привлечение средств населения строится на разных принципах. Так, статья 1834 Гражданского кодекса Италии гласит, что банк обязан вернуть депозиты в той же валюте, в конце оговоренного срока или по требованию вкладчика по истечении периода, установленного сторонами. Французский Гражданский кодекс обобщает понятие депозита (речь идет о сделке, при которой одна сторона передает другой какую-то ценность на хранение). В его статье 1944 говорится, что депозит должен быть возвращен по первому требованию, даже если договор предусматривает фиксированный срок. Кроме случаев, когда у принимающей депозит стороны есть документ, запрещающий его возвращать.

В большинстве стран континентальной Западной Европы вкладчики имеют неограниченный доступ к деньгам на текущих счетах (current account), не приносящим никакого дохода, и лимитированный доступ к деньгам на сберегательных счетах (saving account), по которым банки платят небольшие проценты. Максимальную доходность обеспечивают срочные депозиты (term deposit), деньги с которых могут быть истребованы досрочно, на условиях договора. Иногда в договорах прописывается, что вкладчик должен заранее (за 30-90 дней) уведомить банк о намерении забрать деньги с долгосрочного вклада.

Западные финучреждения в рекламных целях могут предлагать свободное досрочное изъятие депозитов, но обычно они наказывают нетерпеливых вкладчиков штрафами. Причем размер этого штрафа может устанавливаться в индивидуальном порядке, в зависимости от суммы депозита и других факторов. Такая практика распространена в Соединенных Штатах.

Вклады, которые нельзя забирать досрочно, предусмотрены в законодательстве многих стран континентальной Западной Европы. Однако поскольку заключение подобных депозитных договоров - дело сугубо добровольное, они не очень популярны у вкладчиков. Их доля в банковских портфелях не превышает 5-10%.

В странах Центральной и Восточной Европы международные банковские группы предлагают такие же продукты, как и у нас: сберегательные счета с возможностью свободного снятия/пополнения, а также срочные депозиты с опцией досрочного изъятия, но в оговоренный условиями депозита срок и с предусмотренными штрафными санкциями.

В государствах с англосаксонским правом условия возврата вкладов преимущественно оговариваются двусторонними договорами. В Великобритании закон о банках (Banking Act, от 1987 года) определяет депозит как сумму денег, которая выплачивается с процентами или премией по первому требованию или по истечении срока, или по договоренности между тем, кто вносит депозит, и тем, кто его принимает.

Пожалуй, введение подобной практики в Украине стало бы выходом из сложившейся ситуации. Целесообразно откорректировать пресловутую ч.2 ст. 1060 ГК таким образом, чтобы возможность досрочного расторжения депозитного договора была не безусловной (поскольку реализация этого права в условиях всеобщей паники - это утопия), а определялась условиями самого депозитного договора. Тогда у вкладчика появляется выбор: получить повышенные проценты по безотзывному вкладу или довольствоваться более низкими процентами, но с возможностью досрочного возврата средств.

Резонным выглядит и второй из предложенных НБУ вариантов - законодательно ограничить сроки досрочного возврата вкладов. Например, обязать вкладчиков при отсутствии веских причин для изъятия денег уведомлять банк об этом намерении за определенное количество дней.

В любом случае, решение проблемы банковских пассивов не должно ограничиваться только изменениями условий привлечения вкладов. Обязательное условие - реализация комплексной реформы финансового сектора, меры которой оговорены, кстати, не только в соглашениях с МВФ и Всемирным банком, но президентской программой реформ.

Кроме того, решение в любом случае должно быть компромиссным, учитывающим интересы обеих сторон. У вкладчиков обязательно должна быть свобода выбора, у банков - возможность прогнозировать сроки привлечения ресурсов.