Из либерального лидера, который в 1989 году призвал Венгрию отделиться от Москвы, венгерский премьер-министр Виктор Орбан превратился в самопровозглашенного поборника нелиберализма и лучшего друга Кремля в Европе. Спустя более 35 лет, когда ЕС пытается противостоять агрессии Москвы в Украине и на остальном континенте, Орбан стал человеком, на которого президент России Владимир Путин может рассчитывать, пишет Politico.
"Это происходило со временем, пройдя несколько этапов и поворотных моментов, каждый шаг логично и неизбежно вел к следующему. Пророссийские настроения, пожалуй, больше всего удивляют. Но он не изменился за день", - говорит бывший депутат от партии "Фидес" Жужанна Селени.
По ее словам, трансформация Орбана началась вскоре после избрания его в составе "Фидес" в 1990 году в Национальное собрание. Тогда молодой политик быстро получил полное господство над "Фидес" и стремился вытеснить тех, кто бросал ему вызов или даже осмеливался спорить с его решениями.
Из-за этого она и несколько других депутатов вышли из партии в 1994 году, когда Орбан резко изменил ее идеологическую позицию с либеральной на национал-консервативную.
"Те, кто остался в "Фидес", были более однородными, более лояльными к нему. С тех пор история партии и Орбана стала нынешней", - говорит Селени.
Трансформация Орбана происходила поэтапно: после временного пребывания на посту премьер-министра на рубеже веков он восемь лет находился в оппозиции, пытаясь всеми силами препятствовать работе Национального собрания и саботировать тогдашнее социалистическо-либеральное правительство.
После того, как он вернул высший пост в стране в 2010 году, он поставил себе цель больше никогда не проигрывать, переписав конституцию, изменив важные законы, чтобы уменьшить демократическую систему сдержек и противовесов, ослабив свободу СМИ и независимость судебной власти, а также изменив избирательное поле в свою пользу.
Селени считает, что первый этап трансформации Орбана — начальный идеологический сдвиг — был обусловлен личными амбициями или, как она это называет, его "жаждой власти".
Склонение Орбана к России было более медленным, но не менее заметным.
Знаменательным моментом стал 2014 год, когда Орбан подписал соглашение с Кремлем об огромном кредите на расширение венгерской атомной электростанции Пакш II. Это соглашение сигнализировало не только о прагматической зависимости от Москвы, но и о начале встречи идеологических умов.
Всего через шесть месяцев премьер-министр очертил свою цель построить в Венгрии "нелиберальное государство" на основе национальных и традиционных христианских ценностей, прямо ссылаясь на Россию Путина как на образец, хотя еще в 2007 году "он сказал партийным работникам в своей речи, что Россия — это, по сути, империя, и всегда хочет давить на другие соседние страны, и ей никогда нельзя доверять", вспоминает Селени.
Другие премьер-министры Венгрии также стремились развивать более тесные экономические отношения с Россией, но во времена Орбана экономическое сотрудничество не только ускорилось, но и быстро превратилось в более прочные политические связи. Он говорил об "открытии на восток", утверждая, что для Венгрии важно улучшить отношения не только с Россией, но и с Китаем и Турцией, чтобы сбалансировать отношения с Западом.
Однокурсник Орбана и еще один бывший депутат "Фидес" Петер Молнар считает, что путь Орбана от российского врага до российского друга отражает его международные амбиции.
"Орбан не может снова сделать Венгрию большей. Но, возможно, он думает, что сможет снова сделать ее весомой", - сказал он, намекая на имперское прошлое страны.
И с каждым столкновением между Будапештом и Брюсселем отношения Венгрии с Путиным только теплели, как и позже с президентом США Дональдом Трампом.
Молнар говорит, что в молодости ничего не указывало на дальнейший политический путь Орбана от либерализма до европейского любимца MAGA.
"За исключением чрезвычайных амбиций. Я думаю, что именно это побуждает его идти туда, где, по его мнению, он может получить власть. Если бы политический расклад вещей был таким, что либеральный путь предлагал это, он, вероятно, остался бы либералом", - отметил он.
Политический журналист Пал Даниэль Реньи, который написал биографию Орбана 2021 года, говорит, что главу венгерского правительства захватывает сама власть: "Я думаю, что именно это движет им больше всего. Если бы мы жили во времена, когда либерализм переживал подъем, он был бы либералом".
Зато Орбан "понял в 90-х, что быть националистом, быть консерватором даст ему больше свободы в том, как он может управлять, контролировать и строить общины. В Венгрии легче строить общины, если ты традиционалист", - сказал Реньи.
И на этом пути Орбан изучал праворадикальных образцов за рубежом. Во время поездок в США в начале 1990-х годов он заинтересовался политической инфраструктурой Республиканской партии, а также восхищался бывшим премьер-министром Италии Сильвио Берлускони.
Для союзника Орбана Франка Фуреди, который возглавляет брюссельское отделение поддерживаемой правительством Венгрии коллегии Матиаса Корвинуса, это "ЕС изменился" и стал более либеральным и настойчивым в подрыве национального суверенитета стран-членов.
"Я думаю, что Орбан рассматривал бы свой путь как плавный переход. Я думаю, что в определенный момент враждебность ЕС имела важное влияние на его мировоззрение. Нужно помнить, что лидер, которого он заменил в Будапеште, был парнем ЕС. И Брюссель был очень расстроен тем, что он проиграл выборы в 2010 году. Я думаю, что это ключевая динамика", - сказал Фуреди.
По его мнению окончательно все изменилось в 2015 году во время миграционного кризиса в Европе. Тогда, вероятно, в видении Орбана, Брюссель заменил Россию как "оккупационную" силу Венгрии.
В своих предвыборных кампаниях с 2010 года Орбан часто изображал Венгрию как страну в осаде, возрождая образы постоянной угрозы со стороны более крупных соседей, наднациональных государств или темных финансовых сил. Этой стратегией он пользуется и сейчас.
"В Будапеште люди в целом ненавидят идею сближения с Россией. Но в сельской местности, я думаю, предупреждения Орбана о том, что Венгрию могут втянуть в войну, находят отклик", - отметил историк, писатель и критик Орбана Виктор Шебестьен.
Перед выборами в Венгрии Виктор Орбан играет на нескольких "фронтах", и украинский — лишь один из них. Политическое убежище для союзников польской правой ПиС, споры из-за России, санкции и энергетику — венгерско-польские отношения больше не выглядят как "братство". В статье "От братства к кризису: перед выборами Орбан ссорится не только с Украиной" Юлия Невмержицкая и Анастасия Фигура анализируют, как внутренняя борьба влияет на региональную конфигурацию сил.