UA / RU
Поддержать ZN.ua

ПОЛЕ ЧУДЕС ДЛЯ ИНВЕСТОРОВ

Как не крути, а Украина пока напоминает некую страну из детской сказки о золотом ключике, инвестиц...

Автор: Олег Гавриш

Как не крути, а Украина пока напоминает некую страну из детской сказки о золотом ключике, инвестиционный климат — рекламную акцию, придуманную котом Базилио, а инвесторы — деревянных буратино, которые так же несут свои золотые грошики, закапывают их в плодородный украинский чернозем и в результате ничего не получают. Более того, сонмища лисообразных алис лукаво вытряхивают из их карманов оставшиеся золотые, понимая, что в жизни «богатеньких буратино» гораздо больше, чем в сказке, поэтому на смену стареньким обязательно придут новенькие. «Основные проблемы инвесторов в Украине — это нестабильная законодательная база, постоянные рейды проверяющих органов, высокая тенизация рынков», — превращая сказку в быль, комментируют ситуацию представители ОАО «Херсоннефтепереработка».

Повторяющийся из года в год сюжет надоел не только простодушным инвесторам, но и руководителю сказочной страны, причем настолько, что он потребовал от своего правительства запустить с 1 октября программу развития инвестиций, в которой все должно быть честно и без обмана.

Инвестиционные золотые

Что ни говори, а страна у нас сказочно богатая, и народ не ленивый, приватизировать есть что и инвестировать есть во что.

В мире крутится много «излишков» денег, и украинские предприятия уже начали привлекать не только портфельных инвесторов, специализирующихся на спекуляциях, но и миссионеров из числа промышленных инвесторов. Так, в прошлом году в Украину поступило 583,7 млн. долл. инвестиций, а их общая сумма увеличилась до 3865,5 млн. долл.

Структура инвестиций показывает, что наиболее привлекательной остается пищевая промышленность, на долю которой приходится 20,1%, и внутренняя торговля (18,8%). В предприятия черной металлургии, машиностроения и металлообработки иностранцы вложили еще 12,9% денег, а в топливную промышленность — 5,9%. Еще 6,4% приходится на банковские и финансовые структуры. Остальные инвестиции по отраслям не превышают 3—4%. Причем, пока наименее «инвестированными» остаются медицинская и нефтехимическая промышленность, цветная металлургия и наука.

Чтобы картина была более полной, следует сказать, что более всего денег вложено в предприятия столицы — 1309,1 млн. долл., еще 340,8 млн. — в Киевскую область. Следующая рейтинговая пятерка выглядит так: Донецкая область получила 305,3 млн. долл. инвестиций, Запорожская — 221,0 млн. долл., Полтавская — 214,2 млн. долл., Одесская — 207,6 млн. долл. и Днепропетровская — 186,0 млн. долл.

Не всегда можно точно определить — чьи все же средства привлекаются в украинские предприятия — иностранные или ранее вывезенные украинские. Так, среди пятнадцати государств с наибольшим вложением средств в украинскую экономику четыре — Кипр, Вирджинские острова, Ирландия, Лихтенштейн, на долю которых приходится 715,7 млн. долл., — являются признанными оффшорами.

Да никто не поручится и за 635,8 млн. долл. инвестиций из США, которые лидируют в списке стран-инвесторов, — часть денег вполне может иметь украинские корни.

По объемам привлечений иностранных инвестиций наша страна относится ко второй сотне стран в мире, а по показателю надежности инвестиций, учитывающему экономическую эффективность вложений, степень политических рисков, надежности обслуживания долга, кредитоспособности, вероятности возникновения форс-мажорных обстоятельств, где-то в хвосте второй сотни. Собственно, последнее обстоятельство более всего и тревожит инвесторов и государственных чиновников. «Сегодня в обществе есть полное понимание того, что Украина должна конкурировать по привлечению инвестиций на международных рынках капитала», — говорит Михаил Чечетов, первый зампредседателя Фонда госимущества.

Любовь на продажу

Сколько ни ревнуй инвесторов к другим странам, а инвестиционная любовь должна быть взаимная. Пока она, как отмечают представители инвесткомпаний, таковой не является.

Иностранный инвестор хочет получить в Украине рентабельное производство и минимум рисков — то есть хороший бизнес. Украина хочет получить хорошего инвестора. Хороший инвестор — это инвестор, который приходит сам, приносит свои деньги, а затем приводит других инвесторов.

Нельзя сказать, что Украине не повезло с такими инвесторами. Самые банальные примеры — MсDonald‘s, Coca-Cola, которые пришли раньше всех и работают до сих пор.

Но, работая в Украине почти десятилетие, вложив в производство и обслуживание десятки миллионов долларов, эти компании до сих пор не чувствуют взаимного понимания. «Инвестиции сдерживают чрезмерная бюрократизация и централизация разрешительной системы. Например, для того чтобы построить ресторан, нам от момента начала строительства и до окончательной сдачи его в эксплуатацию приходится собирать до 1000 разрешительных подписей. А элементарные вопросы зачастую требуют согласования на самом высоком уровне. Например, чтобы перекрасить фасад здания, в котором мы открываем ресторан, требуется разрешения мэра», — комментирует Олег Стрекаль, руководитель департамента государственных и общественных связей McDonald’s Ukraine. Украинский бюрократизм, считают иностранцы, самый бюрократичный в мире. «А хотелось бы, чтобы уже существующие иностранные инвесторы чувствовали себя комфортно и продолжался диалог о привлечении потенциальных инвесторов. Причем этот диалог должен быть постоянным», — делится своей точкой зрения Марчел Мартин, генеральный директор «Кока-Кола Бевереджи Украина Лтд».

А судьи — кто,
законы — где?

Сколько не бей себя в грудь, а без стабильной законодательной базы, защищающей и мелкого и крупного инвесторов, и поддерживающей национального производителя, превратиться из «недоразвитой» страны в экономически развитое государство сложно.

Несложно понять, что сегодня инвестиции вкладываются в украинские предприятия, а, значит, защита инвестиций, по сути, является защитой украинских производителей. Несогласованность решений министерств и ведомств, отсутствие регуляторной политики внутри государства приводит к казусам.

Приведу простой пример. Продавая «ЛиНОС», государство через ФГИУ обязало «ТНК-Украина» загружать этот завод нефтью в объеме 4 млн. тонн в год. Компания выполняет свои обязательства, но за счет хронической недозагрузки других НПЗ, она занимает свыше 30% рынка нефтепродуктов. Это значит, что ее работа может привести к обвинению в монополизме. Чтобы такого не было, считает Сергей Дорожкин, вице-президент по вопросам взаимодействия с органами госвласти ПИИ «ТНК-Украина», «законодателям надо работать более системно и важно создать законодательное поле, которое обеспечило бы институциональное функционирование рынка инвестиций. Инвестор должен знать, что в Украине создан фон доброжелательной конкуренции».

То же требуют и 18 опрошенных автором крупнейших инвесторов. «Хотим предсказуемой законодательной базы, приемлемого налогообложения, защищающих инвестиции подзаконных актов, постановлений, приказов. Необходимо обеспечить условия для справедливой конкуренции» — вот лейтмотив полученных комментариев.

В Украине, считают инвесторы, продолжает существовать «позвонковое» право, когда вопросы решаются по звонку и не всегда «безвозмездно». В нефтедобывающей отрасли надеются увидеть иностранных инвесторов только в случае, если «заработает закон о разделе продукции, при том, что в стране будет политическая стабильность, инвестиции будут законодательно защищены и снижена налоговая база». О Налоговом кодексе уже много говорилось, а защитить права инвесторов в нефтедобывающей отрасли призван закон «О СРП». Уже два года прошло с момента его принятия, и до сих пор госкомиссия так и не утвердила перечень месторождений, на которые распространяется этот документ. «Да и сам закон скорее номинальный», — прокомментировали ситуацию в Минтопэнерго. Возможно, в том числе и поэтому Украину покинули, закопав часть средств в ее недра, Shell и BP Amoco?

Институт рисков

Как ни расхваливай инвестклимат, но без доходности, которая должна быть гораздо выше бизнесрисков, на привлечение солидных инвестиций рассчитывать не приходится. «Хотя в мире есть много инвестиционных средств, государство для привлечения инвестиций должно предлагать инвесторам положительный потенциал прибыли, которая может быть сравнима с потенциальным риском», — считает М.Чечетов.

Вкладывая средства в украинское производство, основное внимание уделяется уровню доходности, перспективе развития и финансовым рискам. По подсчетам западных аналитиков, уровень доходности при вложении средств в предприятия США равен 10% при уровне их надежности в 97%; Китая — 30% при уровне надежности 40%; России — 25% при уровне надежности 32%; Украины — 30% при уровне надежности, едва дотягивающем до 20%. Таким образом, уровень рисков в Украине вдвое выше доходности бизнеса, и компенсировать эту диспропорцию пока нечем.

Собственно, это понимают и в Кабмине. В пресс-службе Минэкономики Украины считают, что «отсутствие инвестиций в Украине объясняется высокими рисками по их вложению». Инвесторы предлагают, если государство не в состоянии снизить риски, то пусть хотя бы часть их переложит на свои плечи. «Для того чтобы облегчить инвестору работу, следовало бы разработать комплекс мер в защиту отечественного производителя, в т.ч. протекционистских. И соблюдать их в любом случае, без исключения. Зачастую бывает, что все происходит наоборот. Некоторые нефтетрейдеры и импортеры на сегодня имеют доступ к премьер-министру Украины, что заставляет его делать не лучшие оценки вполне приличной работы НПЗ», — считают на «Херсоннефтепереработке». Практически о том же говорит Дмитрий Долгов (НК «ЛУКОЙЛ», (Москва): «В Украине российским инвесторам, даже в случае их стабильной работы, могут предъявить претензии, например, по поводу того, что не соблюдаются инвестобязательства, когда завод всего лишь находится на плановом ремонте». То есть инвесторы хотели бы от Кабмина понимания того, что они платят за восстановление украинской экономики и имеют право на то, чтобы их голос был услышан в многоголосом хоре интересов групп, объединений, партий и прочих местных атрибутов фактической власти.

Феномен защиты

Сколько на импорт не надейся, а сам не плошай. «В числе прочих проблем, которые определяют инвестиционные риски, — незащищенность отечественных производителей от импортных товаров. По сути протекционистскую политику на сегодня в мире применяют все страны, которые на словах выступают за глобализацию, включая Германию, США, Францию», — считают в Минэкономики. Более того, защита внутренних рынков и антидемпинговые расследования просто «утопили» украинский экспорт на пяти континентах.

Украина же не способна защитить своих производителей от демпингового импорта. Выполнять эту функцию вроде бы должен Антидемпинговый кодекс Украины, принятый еще в прошлом году. Согласно этому документу любое украинское предприятие, владеющее 10% продаж данного товара в стране, может подать в суд на иностранного производителя, вытесняющего его с рынка. Пока же не было совершено ни одного успешного расследования такого рода.

В это же время, например, на ГП «АЗМОЛ» жалуются, что «сегодня смазочные материалы, которые производят отечественные заводы, неконкурентоспособны по цене с маслами и смазками, ввезенными из Турции, Польши, Ближнего Востока. Украинские производители выпускают конкурентоспособную по качеству продукцию, но не могут конкурировать по цене с теми импортерами дешевых смазочных масел, которые уходят от налогов».

Сегодня нуждаются в защите от импорта отечественные производители порядка 20 наименований товаров, начиная от пива и заканчивая железнодорожными стрелками. Поэтому, считает С.Дорожкин, «Украине нужно сбалансированное, адекватное, грамотное лоббирование интересов отечественных товаропроизводителей».

Просить нельзя требовать

Пока же «инвестор, по сути, выполняет миссионерскую работу, объясняя, что процессы, которые происходят на рынке, являются объективными», говорит С.Дорожкин.

Но миссионеров остается все меньше и меньше, на смену им приходят прагматики. Даже те компании, которые раньше считали себя миссионерами, удрученные безысходностью, хотят, требуют и ждут перемен. При этом многих из них можно назвать национальными прагматиками. Например, М.Мартин говорит, что в определенной степени «следует отдавать предпочтение местным производителям, то есть тем, кто создает рабочие места, развивает производство, создает сеть смежных поставщиков, использует местное сырье».

Инвесторов уже не устраивают отверточные производства, они хотят построить отечественные вертикально структурированные производства, работу которых защищало бы украинское законодательство, а не регулировал бы местный чиновник. Собственно, этого же требует и Президент Украины, который хочет минимизировать вмешательство исполнительной власти в инвестиционный бизнес и ввести ответственность госчиновников за «вредные решения». Но это только первые шаги на пути становления инвестиционно привлекательной Украины.

Интересно, что в Великобритании, Германии, США специальных законов, регулирующих инвестиции, нет. Но тамошний правовой климат гарантирует стабильность законодательства, и в этих странах созданы институты (от консалтинговых фирм до страховых компаний), которые позволяют работать инвесторам на рынке. Мировая практика показывает, что для любого инвестора, внешнего или внутреннего, должны существовать гарантии выхода из бизнеса без потерь в случае ухудшения инвестиционного климата, чего в Украине нет. Поэтому даже инвестор, который, входя на украинский рынок, прогнозирует все сложности и все проблемы, с которыми предстоит столкнуться, априори, а не апостериорно, все равно сталкивается с массой проблем и даже рискует остаться без инвестиционных средств. А Украина рискует остаться без инвестора.