UA / RU
Поддержать ZN.ua

Энергоугольный шок

Последние полтора года донецкое ОАО «Предприятие электрических сетей «Энергоуголь» упоминается почти исключительно в связи с очередным решением судов или обращением акционеров...

Автор: Сергей Уманский

Последние полтора года донецкое ОАО «Предприятие электрических сетей «Энергоуголь» упоминается почти исключительно в связи с очередным решением судов или обращением акционеров. Так что свой десятый год акционирования (в декабре 1995-го оно стало первым в энергетике негосударственным акционерным обществом) предприятие встречает нескучно. Однако конфликт между акционерами — это далеко не та реклама, которую хотело бы любое предприятие. Особенно когда к конфликту начинают примешивать политику.

Само донецкое ПЭС (предприятие электрических сетей) начало свою деятельность в октябре 1989 года. Оно поставляет электроэнергию преимущественно на шахты региона, ежегодно пропуская по своим сетям порядка 1,3 млрд. киловатт-часов. Хотя среди его потребителей есть и население, и даже ряд вполне престижных объектов типа гостиницы «Донбасс-Палас».

При акционировании основная часть акций была приобретена сотрудниками предприятия за имущественные и приватизационные сертификаты. Однако вскоре началась концентрация. Основным акционером ОАО стала семья гендиректора Александра Криволапова и дружественные к ней структуры. Особых возражений это не вызывало: авторитет Александра Наумовича в коллективе был незыблем.

Однако через несколько лет начались проблемы. Угольные шахты — очень трудный потребитель, и в одиночку организовать получение от них платежей было трудно. Потребовались партнеры. Предприятие вступило в Донбасскую топливно-энергетическую ассоциацию.

Этим дело не ограничилось, и на сторону был продан контрольный пакет. Причем еще в прошлом году сам Криволапов рассказывал журналистам, что лично инициировал эту сделку. Решение о продаже акций было продиктовано желанием войти в состав так называемой цепочки «уголь-кокс-металл». Гендиректор обратился с этим предложением к ЗАО «АРС», и в результате акции ПЭС «Энергоуголь» распределились таким образом: около 30% осталось непосредственно за А.Криволаповым и дружественным ему ООО «Сучасник» (один из учредителей — его сестра), а 61,3% были проданы АРС и сотрудничавшим с ним компаниям.

Правление само организовало выкуп акций у трудового коллектива по цене «не выше номинальной». И в течение короткого времени львиная доля работников рассталась с бумагами. К началу 2003 года на 1323 работников предприятия приходилось только 478 акционеров, которым суммарно принадлежали 30% акций. При этом 20,5% из них числились непосредственно за Криволаповым и его женой. Всем остальным принадлежали менее 10%

Было проведено собрание акционеров, на котором представители нового собственника вошли в правление и наблюдательный совет.

С точки зрения производства и расширения рынков сбыта это дало эффект. К примеру, теперь ПЭС работает и на «Павлоградугле», и на шахте «Комсомолец Донбасса». Улучшились и расчеты с Энергорынком.

Учитывая высокий уровень профессионализма Александра Криволапова, в текущую жизнь предприятия первые два года в общем-то никто не вмешивался. Однако постепенно стали накапливаться вопросы. К примеру, стало совершено ясно, что за счет доходов от продажи и транспортировки электроэнергии покрываются убытки от других видов деятельности. Так, в 2001 году чистая прибыль от лицензионной деятельности составила 3,5 млн. грн., а убыток от нелицензионной — 3,8 млн. грн. В 2002 году картина повторилась: прибыль по приоритетным видам достигла 4,4 млн. грн., едва превысив убытки по другим 3,5 млн. грн. Всего за 2001—2004 годы такие убытки составили 12,3 млн. грн.

Возникли вопросы и к финансированию развития. При общем улучшении расчетов потребителей в том же 2003 году была с треском провалена инвестиционная программа. Из запланированных к освоению (и включенных в тариф) 12,5 млн. грн. на эти цели ушло 3,8 млн. (30%).

Накопились и другие проблемы. К примеру, одним из основных поставщиков оборудования, материалов и услуг для ОАО «ПЭС-Энергоуголь» все эти годы было уже упоминавшееся ООО «Сучасник». В принципе, желание дать подработать своим — не такое уж предосудительное в личном плане. Но, в соответствии с действующим налоговым законодательством, это ООО является связанным с ОАО «ПЭС-Энергоуголь» лицом (владеет более 10% его акций) и попадает под целый ряд ограничений.

Ряд же проведенных с ним сделок более чем странен. К примеру, на конкурсе, проводимом Донецким региональным отделением ФГИ, продавались электросети Петровского РЭС. Ранее им пользовалось ОАО «ПЭС-Энергоуголь», и оно, несомненно, являлось основным претендентом. Однако же уступило право покупки таких сетей второму участнику конкурса — ООО «Сучасник». Которое даже не имело лицензий на право осуществления предпринимательской деятельности в сфере электроэнергетики.

Впрочем, вести ее оно и не собиралось, а спокойно продало купленные сети…ОАО «ПЭС-Энергоуголь». Вот только цена оказалась значительно выше той, что уплатил «Сучасник» на конкурсе…

В конце концов, согласовывать позиции новых и старых акционеров становилось все труднее, и на собрании 24 октября 2003 года владельцы контрольного пакета решили расстаться с председателем правления. Очевидно, они предполагали, что столкнутся с проблемами (в конце концов, за Криволаповым — 30-процентный пакет), однако вряд ли представляли, что с такими…

Второй год длится судебная война, в которой одно решение судов отменяет другое, прокуратура выносит протесты и прочая, и прочая. Сказать, что это сильно улучшает деятельность общества, мягко говоря, сложно. Та же инвестиционная программа в очередной раз завалена. Начали множиться весьма оригинальные сделки. То подписывается сомнительный договор страхования, по которому предприятие сразу заплатило 800 тыс. страхового взноса... То появляется новый кредитор — ООО «Артем», которому непонятно за что оказались должны 10,6 млн. грн. (это больше стоимости уставного фонда)…

Однако некоторые сделки просто замечательны. Продажу по цене двух средних квартир детского садика в центре Донецка трудно объяснить, но легко понять. Но зачем, к примеру, продали… забор вокруг одной из промышленных баз?

Хотя в одном Александр Наумович преуспел: ему удалось сохранить поддержку большей части коллектива. Рабочие свято убеждены, что только благодаря ему общество до сих пор не развалилось, а они не остались без работы. Зачем кому-то понадобилось бы уничтожать важное для региона предприятие и тем более увольнять обслуживающих его людей, оставим за скобками… Достаточно того, что рабочие в этот верят.

Степень контролируемости коллектива продемонстрировал такой факт. Буквально сразу после третьего тура выборов Александр Наумович не только близко к сердцу принял идеи оранжевой революции, но и заручился поддержкой 5 тыс. работников ПЭС и членов их семей. Откровенно говоря, появление такого оранжевого факела в центре Донецка стало полной неожиданностью для всех (не исключено, что и для многих подписантов).

Собрать 26—27 декабря почти 100% подписей для письма в поддержку «долгожданных и закономерных результатов выборов» в Донецке и Горловке — это действительно надо уметь. Причем чутье не подвело и на этот раз — письмо было лично адресовано Юлии Тимошенко. После заслуженных комплиментов в адрес деятельности Юлии Владимировны на посту руководителя ТЭК челобитчики изложили и свою версию происходящего.

Оказалось, что «часть акций трудового коллектива за бесценок» была отдана инвестору, «руководство которого на тот период времени было заинтересовано в нашем предприятии, как в поставщике электроэнергии на шахты и заводы, сотрудничающие с ними».

Учитывая, что скупку и продажу проводило правление во главе с самим Криволаповым, пассаж насчет цены выкупа, несомненно, самокритичен.

А вот версия собрания 2003 года несколько хромает. «Право управления своими акциями нашего предприятия было передано руководителю ООО «Горэнерго» г-ну Пашкевичу Н.А., которого избрали председателем наблюдательного совета общества… В октябре 2003 г., не имея 75-процентного пакета акций, благодаря которому можно внести изменения в устав и другие внутренние документы общества, г-н Пашкевич… решил силовым способом расправиться с правлением и коллективом предприятия».

Вообще-то менять устав никто и не собирался, а для проведения собрания имеющегося пакета в 61% с лихвой хватало. Как и для кадровых перестановок.

Но что особенно тревожило трудящихся, так это то, что темные силы готовят «новый виток действий в виде очередного собрания акционеров, способного разрушить наше предприятие. Желающим «наложить» на предприятие свою руку «новым хозяевам» абсолютно безразлично мнение коллектива и 38% акционеров предприятия».

Сказано эмоционально, особенно если вспомнить, что четыре пятых из тех 38% принадлежат одной семье, а среди подписавшихся минимум девять десятых акционерами вообще не являются.

Ключевой же являлась фраза: «При всей Вашей занятости просим рассмотреть наше обращение и помочь сохранить предприятие и трудовые права всех членов нашего коллектива, начиная от первого руководителя и заканчивая рядовым работником»...

В принципе, на слове «первый руководитель» можно бы и заканчивать.

Обидно, что коллектив заставляют ломиться в открытую дверь. Никому и в страшном сне не придет в голову обесточивать шахты в Донбассе.

Войны никто не хочет — речь идет об амбициях одного из крупных акционеров.

Чтобы продемонстрировать стремление к цивилизованному решению вопроса, главные акционеры пошли на беспрецедентный в Украине шаг. Они приняли решение «о передаче генеральному директору Криволапову А.Н. всех хозяйственных функций и обязанностей по обеспечению стабильной работы предприятия». Единственное, что ему не отдали, — это право распоряжения собственностью и финансами общества. Учитывая предыдущий опыт работы (еще недавно акционеры выразили недоверие правлению), эти функции наблюдательный совет оставил за собой.

Чтобы учесть мнение трудового коллектива, ему предложили совместно с правлением создать комитет народного контроля для мониторинга хозяйственной деятельности предприятия.

Т.е. одна из сторон конфликта пошла на максимально возможные уступки. Худой мир был признан лучшим вариантом, чем силовое разрешение конфликта. Может быть, это сработает?