UA / RU
Поддержать ZN.ua

Владимира Путина можно судить за его преступления уже сейчас — The Telegraph

Заочное рассмотрение дела — единственное решение, если мы хотим авторитетно заявить о преступлениях Путина.

В этом месяце русский народ избрал своим президентом на следующие шесть лет международного преступника, за преступления которого он несет такую же политическую ответственность, как и немцы, когда-то поддерживавшие Гитлера. Оба лидера виноваты в том, что Нюрнбергский суд назвал "высшим международным преступлением", а именно в агрессии — то есть вторжении в другую страну, которая не представляет опасности, без веской причины — и, таким образом, несут ответственность за "все зло, все ужасы войны", сообщает The Telegraph.

Можно представить себе современный Нюрнбергский трибунал, на скамье подсудимых место Геринга занял бы Путин, а по сторонам — соучастники заговора, такие как Лукашенко, Медведев, командиры, руководившие уничтожением Мариуполя и расстрелами в Буче, а также лживые пропагандисты из государственного телевидения России и православной церкви. Самым главным из этих болельщиков будет патриарх Кирилл, бывший коллега из КГБ, который простил неизбирательные бомбардировки и убийства как часть "священной войны" против Запада, в которой погибшие российские солдаты попадут на небеса.

Читайте также: Каким будет трибунал для Путина? В ОП рассказали о своих планах

"Проблема этой картины заключается в ее неправдоподобии. Пока не существует суда, который мог бы судить Путина — именно поэтому около 39 демократических стран, включая Великобританию, создали "основную группу", которая изучает возможность создания "трибунала по агрессии", чтобы иметь дело с ним [Путиным] в случае его свержения", — пишет The Telegraph.

Путин, без сомнения, виновен в преступлении агрессии, но его вина должна быть доказана. Закон достаточно четкий. Агрессия объявлена вне закона Устава ООН, а уголовная ответственность за ее осуществление возложена на Международный уголовный суд (МКС), который в конце концов выработал простое определение, которое вступило в силу в 2018 году. Его совершает любой политический или военный лидер, нарушающий Устав ООН путем вторжения в другое государство-член с силой "характера, серьезности и масштаба", что делает это нарушение "явным". Это определение подходит Путину.

Читайте также: Международный трибунал против Путина и его приспешников: 25% украинцев до сих пор ничего не знают об этой инициативе – «Рейтинг»

Путин, несомненно, будет опираться на аргументы так называемой "реалистической" школы ученых, что Альянс виновен в войне, поскольку не выполнил обещания, данные российским лидерам в 1990 году. Такие обещания ("ни шагу дальше на восток") вполне могли быть сделаны в устной форме, но никогда не были зафиксированы в письменном виде. Тезис о том, что Путина несправедливо спровоцировали, сейчас продвигается некоторыми профессорами, но их трудно назвать умными или нравственными, поскольку они игнорируют права украинцев на жизнь и свободу.

Таким образом, защита Путина будет отвергнута любой коллегией международных судей. Но где суд, который может его судить? МКС выдал ордер на арест, но он вряд ли появится в Гааге, а у этого суда нет полномочий судить его в его отсутствие. У него есть юрисдикция судить лидеров за агрессию, но (что абсурдно) только при условии их согласия на судебное разбирательство — он не может обвинять лидеров государств, не являющихся членами МКС.

Читайте также: Все 123 государства-члена Международного уголовного суда обязаны арестовать Путина – Кулеба

Есть только одно решение, если мы хотим авторитетно заявить о вине Путина. Это заочное рассмотрение дела. Против этого всегда выступают англо-американские юристы — как, мол, суд может быть справедливым, если подсудимый не участвует в нем? Но такие суды эффективно работают в некоторых европейских странах и (что важно) в Украине. Более того, присутствие Путина не может ничего добавить в доказательства или аргументы на суде над ним за агрессию — факты вторжения не вызывают сомнений.

"Этот судебный процесс придаст реальное значение преступлению агрессии, которое никогда не было предметом судебного разбирательства со времен Нюрнберга. Важно создать прецедент, который может служить сдерживающим фактором для других", — подытожило The Telegraph.