UA / RU
Поддержать ZN.ua

Закрытое для людей село! И город, похожий на зарешеченное гетто

Места, которые изначально были территорией для всех людей, превратились в лабиринты с множеством закрытых для «чужих» мест

Автор: Светлана Кабачинская

Характер человека чаще всего проявляется в самых обычных вещах. Характер народа, хоть и скрытый под помпезной дефиницией «национальный менталитет», — тоже. Достаточно присмотреться — и легко определишь приоритеты украинцев, формирующие народный характер. Потому что чего стало больше в нашей стране за последние тридцать лет? Жилья, церквей, аптек, магазинов, кофеен, ресторанов, банков. И… заборов.

Я огород горожу

Едем по родному Хмельницкому, ищем медицинский центр, где сегодня вакцинируют. Навигатор, упрямо направляющий нас в дебри новостроек и дворов, в конце концов потерял дар речи: лишь стрелка на экране растерянно блуждает по чистому полю. Не полагаясь на электронику, уточняем маршрут у прохожих. «Может, вам лучше пешком? — говорят они. — Потому что там уже шлагбаум стоит, а с другой стороны — вообще только калитка…»

«Замуровали демоны!» — жаловался персонаж одной из самых смешных советских кинокомедий.

А у нас все застроили. А потом все огородили. Новые высотки и старые хрущевки, современные жилые массивы и ОСМД, архаические ДОСы («дома офицерского состава»). Все-все, чтобы обозначить «свое» и отгородиться от остальных.

И это ведь не только в Хмельницком, а везде в Украине. Города, которые изначально были территорией для всех, превратились в лабиринты с множеством закрытых для «чужих» мест. Проходные дворы давно перестали быть приютом для приезжих, которым теперь негде пересидеть час-два до своего автобуса, потому что на лавочке в парке как-то стыдно украдкой перекусывать вареным яйцом из корзины. Действительно, эти дворы уже никого не ведут напрямик и не сокращают городских расстояний, — поскольку и их обнесли заборами и закрыли на ключ.

Этому явлению найдется тысяча объяснений и миллион причин: у нас цветы, у нас дети, чистота и красота, — а пришлые все это рвут, мнут и разрушают. Часто это все же правда, хотя «пришлые», вполне может быть, из соседнего дома или двора. Но оправдывается ли таким образом этот рьяный украинский индивидуализм, неожиданно получивший яркое проявление в этих перепоясанных заборами городских кварталах? Города разрываются на глазах, перестают быть единым организмом, теряют архитектурную целостность и, что самое важное, функциональность. Ведь службам быстрого реагирования — коммунальщикам, пожарным, медикам и т.п. — становится все сложнее быстро и своевременно добраться к нужному объекту. Хотя, говорят руководители соответствующих местных управляющих и контролирующих органов и организаций, к ним с претензиями никто не обращался.

На самом деле претензии есть. Несколько лет назад трое хмельницких предпринимателей судились с ОСМД, огородившим прилегающую к его домам территорию, которое таким образом создало препятствия для доставки товаров и прохода покупателей к магазинам, размещенным в этих домах задолго до создания ОСМД. Хозяйственный суд Хмельницкой области встал на сторону громады. Так «заборизация» была узаконена. Хотя, как сказала в разговоре с корреспондентом ZN.UA начальник отдела градостроительства и архитектуры Хмельницкой областной государственной администрации — главный архитектор области Ирина Дунаевская (не относительно какой-то конкретной ситуации, а в целом), «земля вокруг всех жилых домов — коммунальная, следовательно, согласно законодательству, не должна быть огорожена». И вместе с тем констатировала: «В этой сфере у нас хаос и самодеятельность».

Будто бы и решения соответствующие приняты, в городе Хмельницком в частности, и органы соответствующие созданы — с правом предоставления разрешений и обязанностью контролировать, и они разрешают, контролируют, а кому не разрешали, тех штрафуют — на сумму от 850 до 1700 гривен. А город все больше становится похожим на зарешеченное гетто. Словно нет других способов наведения порядка, прежде всего — разрабатывать, внедрять и соблюдать четкие стандарты, нормативы, правила застройки населенных пунктов; улучшать работу полиции, патрули которой почти исчезли с улиц и дворов (по крайней мере в Хмельницком); устанавливать больше видеокамер; продуманнее освещать города. И главное — воспитывать людей, особенно юных.

«Де ж тії тиночки, де ті перелази?»

Первым признаком городов в СССР была многоэтажная застройка. Жить на окраине в частной усадьбе считалось непрестижным.

За 30 лет все изменилось. Украинские города сегодня опоясаны гигантскими массивами частного жилья. Только жилья — без детсадов, школ; из соцкультбыта здесь разве что продуктовые магазины и немного ресторанов.

И вот чем не уступают такие полусела-полугорода городам настоящим — так это заборами. Даже больше: они преобладают над ними. Заборы здесь иногда выше роскошных усадеб в несколько этажей. Тем более под Киевом. Надо же как-то нажитое непосильным трудом богатство спрятать от завистливых народных глаз.

Да и в обычных селах, где богатства особого нет, заборы тоже преимущественно стали другими. Раньше у всех были деревянные решетки, кто побогаче — металлическая сетка, а в более бедных селах — так и просто переброшенные от столбика к столбику тоненькие отесанные стволики. Все прозрачно, все напоказ — и цветник перед домом, и хозяйственный двор с не очень опрятными птицами, и зеленый двор с тропой, протоптанной в пышном спорыше.

А теперь все закрыто. Наглухо. Лишь псы лают почти в каждом дворе, пугая одиноких прохожих, или жаждущий человеческого восторга цветок все же вылезет на крутую хозяйскую ограду и замрет там, очаровывая красотой днем и благоуханием — ночью.

Отечественное законодательство предусматривает прозрачные ограды между соседями. Сплошные, закрытые, можно только когда позволяет нотариально заверенное соседское согласие. Фасадный — тот, что от улицы — забор тоже, по меньшей мере на треть, должен быть прозрачным (верхняя его часть). Но сейчас  никто на это не обращает внимания. Каждый строит и ограждает что хочет и как хочет. У местной власти, на которую возложена всю ответственность за соблюдение, а иногда — и определение архитектурно-строительных норм, на какие-то там ограды времени нет. Да разве стерпит свободолюбивый украинец, чтобы кто-то указывал ему, какой плетень городить?!

Это в других странах указывают — и сурово требуют выполнять эти указания. Точнее — законодательно. В Литве, например, строительные нормативы предусматривают для частных усадеб такие ограждения, через которые с улицы видно не меньше 70% их площади. Это логично, — так просторнее, так легче дышать и жить. Да и что тут говорить, если и уход как за собственными — частными — газонами, цветниками и т.п., так и за коммунальной территорией, прилегающей к частным домам, в большинстве европейских стран, США и Канаде является обязанностью граждан, живущих здесь: не успел скосить, забыл привести в порядок, запустил — штраф, штраф, штраф, несмотря на социальный статус виновника. Собственно, практически во всех европейских государствах, согласно закону или традиции, ограда играет не защитную функцию, как это принято у нас, а сугубо информационную: очерчивает владение, собственность. Поэтому обычно она невысокая и прозрачная. Или — живая и зеленая. Люди не прячутся за ней. Наоборот: демонстрируют всем, как живут, — честно и красиво.

Витрина феодализма

Красиво может быть и у нас. Мы вот начитались в Интернете о селе Ковалевке на Киевщине, — так сказать, образцово-показательном, с удивительными храмами, цветниками, фотозонами, прудами и белыми лебедями. С футбольной командой «Колос», играющей в высшей лиге, и ледовым стадионом. Конечно, мы знали, что за всем этим стоят супруги Татьяна и Анатолий Засухи, владельцы агрофирмы «Світанок». Но разве в нашей стране мало успешных агрофирм? Но сел, о которых бы шла такая добрая слава, немного.

Поэтому, наведавшись недавно в столицу, решили заехать в Ковалевку: что там крюк в каких-то 60 км! Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Дорога в село была так себе, — мы аж усомнились, в ту ли самую Ковалевку ведет нас навигатор. Да и село сначала не поразило: да, опрятное, не больше. Но мы знали, что все самое красивое — в центре.

Но проезд к центру запрещал дорожный знак. Мы повернули на следующую улицу, вышли из авто и пошли по аллее, которая, очевидно, вела к центру.

— Вы куда? — остановил нас охранник в черном, сидевший около храма.

— В центр.

— Туда нельзя сегодня.

— Как это « нельзя»?

— У нас понедельник и вторник — санитарные дни.

— Ну и что? Мы просто погуляем.

— Я же сказал, что нельзя! Когда-то же надо эту красоту наводить! Приезжайте завтра!

Честно говоря, мы ему не поверили. Спросили у подошедшей женщины:

— У вас что, действительно приезжих в центр не пускают?

— Нет, — потупила она глаза. — В другие дни — только за плату: 70 гривен со взрослых и 30 — с детей. А в санитарные дни вас туда не пропустят.

Вы это представляете? Закрытое для людей село!

Это не укладывалось в голове. Мы проехали всю Европу, видели множество прекрасных сел и городков — опрятных, ухоженных, в садах и цветниках, — но не видели ни одного, где перекрывали бы центр или хоть какую-то улицу для уборки. Для ремонта или капитального строительства дорог, может быть. Собственно, нам нигде не встречались и «платные» зоны — за исключением разве что развлекательных заведений. Плату за «вход в центр» еще можно понять. Но запрет просто пройтись по селу?! Это по каким законам? По чьим? Или Ковалевка — это уже не Украина? Или Засухи выше украинской Конституции и закона?

Мы выехали из Ковалевки не оглядываясь. Она осталась позади, как угнетающая тюремная стена, за которой невозможно дышать.

Дорога в Хмельницкий была длинной. Дорожное покрытие — ужасным. Но вокруг было свободно и просторно! Еще не перекрыто заборами!

Хотя, кто его знает, чем завершится «Большое строительство»... Там же, кажется, предусмотрены безальтернативные платные дороги?