UA / RU
Поддержать ZN.ua

Слишком человеческое, или Любовисть к себе

Никогда не знают, кто прав,но всем известно, кто в ответе. Закон Уистлера Посмотрел намедни великол...

Автор: Олег Покальчук

Никогда не знают, кто прав,
но всем известно, кто в ответе.

Закон Уистлера

Посмотрел намедни великолепный фильм Занусси «Персона нон грата» о судьбе польского экс-диссидента, почетно сосланного послом в Уругвай, где из-за сложности своего характера он вначале потерял последних друзей, а затем и собственную жизнь. Герой фильма был интеллигентен, недоверчив и чертовски принципиален. Одним словом, очень похож на всех лучших представителей постсовковой интеллигенции, которые и по сей день яростно отстаивают свои идеалы где-то в стороне от реальной жизни. Почему подобные люди так страстно ненавидят своих, как им кажется, противников? Подозревают во всем, принципиально критикуют их недостатки, одобрительно, но все же умалчивают о преимуществах, яростно набрасываясь на всю их родословную, доводя обобщения до паранойи и так далее? Так происходит сплошь и рядом, куда ни глянь.

Ярые действующие критиканы — это ярые вчерашние обожатели. Если критикует жертва — понятно. Но вспомним, что непримиримыми антисемитами в России были генералы из кантонистов, крещеные евреи. Самыми ярыми противниками Гитлера — штурмовики из СА, а потом заговорщики-генералы вермахта. Уже на нашей памяти: махровыми антикоммунистами внезапно стали секретари обкомов КПСС и комсомольские вожди. Они уж точно знали все уязвимые для критики точки своих вчерашних собратьев — кровных или идеологических.

Конечно, это были масштабные явления. В таких случаях маятник эмоций качается долго — из крайности в крайность. Но давайте посмотрим, что происходит, когда дело касается каких-нибудь ярких личных судеб? К примеру, что объединяет истории двух новых украинских диссидентов — майора Мельниченко и Александра Зинченко? Первоначально — превознесение их поступков до небес. Личное мужество впечатлило. Но спустя некоторое время стало раздаваться пока приглушенное бурчание того же народа: оно-то, конечно, правильно, но сор из избы — как-то не того…

Сначала общество как бы примеряет на себя одежку нового героя. И понимая — не по росту, гордится уникальностью героя. Но через некоторое время видит, что личный героизм — это лишь часть большого плана, и именно этот план зачастую является настоящим поводом для геройства. Тогда люди думают: так, может, это и не героизм был вовсе?

Еще в далеком 1961 году американский психолог Шериф провел эксперимент, который в наши времена был признан неэтичным и негуманным, однако нет ни одного серьезного учебника по социальной психологии, где бы на него не ссылались. Шериф разделил подростков на две команды и в условиях скаутского лагеря вынудил их начать серию соревнований, приведших к обострению отношений и даже взаимной ненависти. Конфликт утих лишь тогда, когда подросткам пришлось вместе производить действия для всеобщего блага — например, ремонт сети водоснабжения.

Один из выводов этого эксперимента — любое соревнование за дефицитные ресурсы и награды всегда перерастает в полномасштабный конфликт. Точно такой же эксперимент над своей командой поставил президент Ющенко, из лучших побуждений поместив ее в условия взаимной и равноправной конкуренции. Хотел, как лучше? Верим. Тенденция устойчивая.

Вывод же из «оранжевого скандала» можно сделать такой — общая, объединяющая цель у его участников изначально отсутствовала. Все разговоры о приоритете тяжкого труда на благо Украины — демагогия, сознательная или бессознательная.

Вывод из судеб Мельниченко и Зинченко: первоначально люди воспринимают действия других исключительно как проявления личных качеств. И лишь со временем начинают понимать, что имеются внешние причины, побудившие «героев» действовать так или иначе.

Вывод из истории политического радикализма новейшего времени — аргументировано ненавидеть можно лишь то, частью чего ты сам являлся продолжительное время.

Когда заоблачный рейтинг недоверия, например, к Юлии Тимошенко, всего за год сменяется таким же заоблачным доверием, а потом с такой же интенсивностью опять начинает падать, то это означает, что меняется лишь полярность знака — «минус» на «плюс». При этом страстность отношения масс к личности остается неизменной. У нас есть все шансы понаблюдать этот же процесс, когда в Украину с чемоданами компроматов вернется Лазаренко.

Все эти явления можно отнести к одному феномену, который настолько масштабен, что в социальной психологии называется фундаментальной ошибкой атрибуции. То есть всеобщим сбоем межличностного восприятия. Поведение других мы в первую очередь воспринимаем как проявление их личности. Например, женщины в большинстве случаев трактуют поведение мужчин как проявление любви или нелюбви к ним лично. Мужчины, соответственно, в большинстве случаев об этом даже не подозревают. Напротив, характерную для женщин непоследовательность в суждениях они принимают за коварство с целью запутать собеседника и увильнуть от ответа. И так далее.

Выше говорилось о том, что наиболее уязвимыми для критики оказываются те черты, которыми обладал или обладает сам критикующий. Откуда же ярость, страсть и непримиримость? Виктор, герой фильма «Персона нон грата», был гуманистом и патриотом, обладал шармом и культурой, а также массой других достоинств, но был совершенно лишен интуиции. И это оказалось роковым — ему даже не пришло в голову, что у других людей могут существовать иные мотивы поступков, чем те, которые укладываются в его собственное представление о мире. И что даже сами поступки порой совершаются безотносительно к его личности.

Это крайне тяжело — признать, что наиболее, казалось бы, очевидное в поведении других может быть всего лишь иллюзией твоего восприятия. И проще всего поверить в то, что удача других — это игра случая, а ты сам или сама, конечно же, являешься жертвой злокозненных замыслов, а то и масштабного заговора. Тест на ошибку восприятия на личностном уровне крайне прост. Если мы точно знаем, в чем именно грешен наш противник, знаем все обстоятельства прегрешения, историю грехопадения, его мысли в момент совершения проступка и в данный момент, можем привести косвенные подтверждения всему этому и нарисовать картины будущих злодеяний, то все это — заурядный перенос собственных переживаний на другой объект. Если человек сильно отягощен какой-то своей чертой характера и не находит тому выхода, то у него может развиться «удвоение» личности, перерасти в расщепление, в патологию. Тогда одна часть — маниакальна, а вторая — «безгрешна». Если есть возможность, страдалец выдумывает себе противника или наделяет собственными чертами хотя бы примерно в чем-то подходящую для этого персону. Наблюдается это сплошь и рядом, во всех диапазонах — и в семейных, и в политических раздорах. Одним словом, кухня. А то и санузел. Совмещенный.

Для выхода из этой склочной «кухни» необходимо как минимум обладать желанием развиваться, расти «наружу» конфликтной ситуации, а не «вовнутрь». И доверять своей интуиции, не путая ее с рефлексиями и сомнениями. Вероятно, нужно уметь любить. Влюбленность на физиологическом уровне сопровождается выбросами адреналина, а любовь предполагает выработку другого гормона — эндорфина, что, в отличие от ярких адреналиновых вспышек, переживается как ощущение стабильного счастья. На социально-психологическом уровне должна быть общая, внеличностная цель. Если говорить о наших «оранжевых отставниках», то им всем действительно следовало бы любить Украину, а не себя в ней. И тогда все бы у них получилось. А вот Виктор Андреевич Украину любит. Но и только. Всякие крючкотворства, интриги и инсинуации ему органически чужды и неприятны. Видимо, мешают выработке эндорфина.

Сложное сочетание любви и ненависти к себе, которое можно назвать словом «любовисть», люди охотно проецируют на других. Сначала быстро выделяют первую часть, а потом надолго сосредоточиваются на второй. Ими руководит страх уязвимости, страх признаться в своих подозрениях, нежелание их развеять простыми вопросами и ответами, без приторговывания эмоциями и закладывания их под проценты доверия. Ведь иначе рушится вся героическая картина мира, в центре которого — неповинный доверчивый страдалец или «жанна д‘арк».

Поэтому ко всем интеллектуальным достоинствам очень желательна ее Величество Интуиция — такая форма доверия к жизни, которая вырабатывается постоянным духовным трудом. Это такое ощущение мира, которое может пробудить к вам подлинный интерес и уважение. Ведь сам факт нашего существования в этом мире — это еще не повод для постоянного проявления к нам любви или ненависти.