UA / RU
Поддержать ZN.ua

Дважды рожденная из Крушельниц

Черноземы от эрозии защищают корни деревьев. Культурное наследие народа от упадка и уничтожения оберегают, в частности, генеалогические древа старинных семей...

Автор: Жанна Попович

Черноземы от эрозии защищают корни деревьев. Культурное наследие народа от упадка и уничтожения оберегают, в частности, генеалогические древа старинных семей. Род Крушельницких — один из самых древних в Галичине. Первые упоминания о нем содержит историческая летопись, фиксирующая, что в 1395 г. Владислав Ягайло предоставил предку Крушельницких шляхетские привилегии. В XV веке акт был подтвержден имущественным правом: «далисьмо село в тустанской волості Крушельницю». Со временем в Крушельнице выделились два больших рода — Ставниковичей и Чулевичей. Яркой представительницей первого стала «галицкая Баттерфляй» — известная певица Соломия Крушельницкая. Второй дал Украине ученых, музыкантов, просвещенцев. И среди них — Мария Крушельницкая. Виртуозная, экспрессивная, непревзойденная, но в течение десятилетий непризнанная из-за клейма — «дочь врага народа».

Сандормохом — по интеллигенции

Антин Крушельницкий, дед Марии, высокообразованный интеллигентный человек, был первым министром образования в правительстве Украинской Народной Республики. Чтобы издать для детей учебники на родном украинском языке, он продал земельный участок в Бережанах (городок на Тернопольщине), хотя всю жизнь мечтал построить там дом и посадить сад. Отец Марии — Тарас, один из трех сыновей деда Антина, принадлежал к первым украинским пластунам, имел прозвище Чача, создал пластунский гимн «Лісові чорти».

В начале 30-х годов дед Антин, откликнувшись на призыв Е.Коновальца воспрепятствовать русификации всей Украины, вместе с женой, сыновьями и дочкой Владимирой оставили Львов и переехали в Харьков. Уезжали навсегда, поэтому забрали не только мебель, но и музыкальные инструменты, семейные реликвии, архивы.

Но Харьков — тогдашняя столица красной УССР — встретил враждебно. Вместо обещанного просвещения галичанам, чтобы не умереть от голода, пришлось перебиваться временными унизительными подработками. Пережив польскую тюрьму и преследование, семья попала в настоящие политико-идеологические тиски.

Как-то ночью в их помещение ворвался отряд в «тельняшках». Только через полвека Мария Крушельницкая узнала, что ее отца вместе с братом Иваном, известным поэтом Григорием Косынкой и еще несколькими десятками людей расстреляли в декабре 34-го. Деда Антина с дочкой Владимирой, медиком по специальности, выслали на Соловки, в один из самых ужасных лагерей — Сандормоха. Но интеллектуалы мешали советской власти и здесь — их тоже расстреляли. Родственникам о расправе ничего не сообщили. Стефания Крушельницкая, мать Марии, выстаивала на морозе под тюремными стенами огромные очереди, чтобы передать мужу чистую рубашку и еду. И едва ли не под тюремными стенами в новогоднюю ночь на свет появилась девочка — Аретта. Имя ребенку выбрал еще репрессированный отец. Чтобы уберечь дочку от преследований, мать записала ее на свою девичью фамилию — Шушкевич.

Как только молодая женщина пришла в себя, она сразу переехала в Курск. Чтобы не голодать, обшивала актрис местного театра и новоиспеченную «пролетарскую элиту». Как-то у клиентки — «товаришки комісара» — едва не разрыдалась прямо на пороге: комната коммунистки была обставлена мебелью Крушельницких! Каким образом, откуда те все стулья-шкафы оказались за сотни верст от Харькова?

Лишь в 1943 г. молодая женщина с ребенком отважилась вернуться во Львов.

Сели ангелы на плечи...

Здесь начинается новый этап в жизни Марии Крушельницкой. В родных стенах Аретти перекрестили в Марию Шушкевич. Крестины происходили в соборе Святого Юра. Имя ребенку выбрали в честь бабки, но прежде всего представители когда-то известного рода надеялись на охрану Богородицы. Все сразу начали звать девочку Марийкой. «І присутність двох ангелів за плечима я відчуваю все життя», — сознается пианистка.

Вопреки войне, голоду и репрессиям в жизнь девятилетней девочки вошла музыка. Кстати, именно бабушка заметила любовь внучки к музыке и настояла, чтобы мать отдала ее учиться.

Мария принадлежала к первым выпускникам музыкальной школы-десятилетки, открытой при Львовской консерватории. Накануне выпускного вечера на прослушивание во Львов приехал тогда уже всемирно известный музыкант Генрих Нейгауз. Маэстро внял просьбе своего друга, композитора Анатолия Кос-Анатольского, и прослушал игру Марии. «Моєю похресницею» шутя называл ее Кос-Анатольский, который знал деда Антина и дружил с отцом Марии — Тарасом. Нейгауза растрогала игра юной пианистки, и он сделал для нее исключение: пригласил учиться в Московскую консерваторию, сразу зачислив в свой класс. После завершения обучения галичанка окончила у профессора и аспирантуру.

Но клеймо дочери врага народа еще стояло напротив фамилии Марии. И именно Кос-Анатольский, депутат Верховного Совета СССР, во время так называемой оттепели помог ей: в начале 60-х юная пианистка наконец получила новый паспорт с таким еще непривычным: «Мария Тарасовна Крушельницкая». Вскоре пришло и признание: победа на всесоюзном конкурсе им. Н.Лысенко.

И все. Железный занавес на долгие годы закрыл перед талантливой пианисткой участие в престижных международных музыкальных конкурсах, гастрольных турне. Она реализовывала себя на сцене старинного Львова, в стенах родной консерватории, куда ее пригласили преподавать. В годы становления украинской независимости Марию Тарасовну дважды выбирали ректором, сейчас она преподает там.

Хотя розы увяли, музыка вечна

Как и у каждой женщины, была в жизни героини тайная страница... Как-то, просматривая старые документы, пани Мария наугад взяла один из них, поднесла к глазам. И ее окутала прекрасная мелодия вальса «Зів’ялі троянди» А. Кос-Анатольского с посвящением автора. Взволнованная, она села к пианино и заиграла.

Спустя десятилетия Мария Тарасовна созналась, что автор мелодии испытывал к «крестнице» нежные чувства и однажды признался ей в любви. В течение нескольких лет, еще во времена студенчества Марии, они переписывались. Каждое свое письмо композитор нумеровал и вкладывал мелодию или стих, посвященный голубоглазой Музе! Но свадебный марш в их честь так и не прозвучал. Еще в студенчестве девушка вышла замуж за своего ровесника, подтвердив теорию единения физиков и лириков. Более того, ее муж понял просьбу жены и согласился: чтобы древний род Крушельницких не канул в Лету, записать их сына на фамилию матери.

Долгие годы Мария Крушельницкая пропагандировала украинскую музыку, первая и едва ли не единственная исполняла на концертах произведения В.Барвинского, А.Кос-Анатольского, М.Колессы, С.Людкевича, чье наследие советская критика с позиции «старшего брата» пренебрежительно отнесла к «третьесортной музыке». И каждый раз до последнего дня своей жизни среди почетных гостей на этих вечерах присутствовал Кос-Анатольский. Старался не пропускать концерты своей любимицы и «бог музыки» Нейгауз.

Недавно пианистка, посоветовавшись с кузиной, известным львовским научным работником Ларисой Крушельницкой, издала компакт-диск с музыкальными и поэтическими произведениями Анатолия Кос-Анатольского.

Годы не изменили Марию Крушельницкую, она с удовольствием откликается на приглашения своих учениц, преподавательниц музыки Романны и Ирины Новицких, приезжает в Тернополь, слушает игру их учеников, советует, учит. Ведь хотя жизнь человека вянет, словно роза, музыка остается вечной.