UA / RU
Поддержать ZN.ua

Антарктическая экстерриториальность Французского бульвара

Если украинцы будут пользоваться сводками погоды с американских спутников, как сейчас получают по системе «Сэйлор» местонахождение наших кораблей, то жаловаться придется в аэрокосмический комитет США или НАСА...

Автор: Владимир Каткевич

В феврале 2006-го доцент Виктор Сытов вернулся с зимовки на шестом континенте. С Галиндеза привез альбом с дарст­венной надписью: «Хорошему человеку и бэйз-командеру 10-й юбилейной Антарктической экспедиции Виктору Николаевичу Сытову от команды…» и двенадцатью подписями. Расписывались с надеждой встретиться на одесской квартире у Виктора Нико­лаевича Сытова 21 июня 2006-го на праздновании антарктического Нового года. Для бэйз-командера ритуал был и встречей и прощанием одновременно — доцент Сытов решил для себя больше в экспедициях не участвовать. Твер­до и однозначно, хотя Антарктида ему снится.

Сытов — участник четырех украинских экспедиций, причем тремя зимовками командовал сам, прецедента пока не было, командирский рекорд не побит.

Однако серьезные жизненные перемены, на которые обрекают себя обычно сильные натуры, «разводом» с Антарктикой не ограничились. Аккурат в канун полярного Нового года Сытов еще уволился из экологического университета, где много лет был деканом по работе с иностранцами и деканом довузовской подготовки.

Полярники, хлебавшие с ним суп из концентратов, в один голос говорят, что Сытов — прирожденный лидер.

Виктор Николаевич не поддерживает разговоры о политике или скандалах, но и не обрывает их. На­верное, он идеальное объединяющее начало очень непохожих, зачас­тую наэлектризованных людей, людей зрелых, сформировавшихся, из разных уголков государства — мы только недавно убедились, насколь­ко непохожи эти территории.

Для антарктического же начальства, вероятно, не последним требованием к кандидатуре начальника зимовки является его способность к разумному поступку, то есть чтобы бэйз-командер не переадресовывал головную боль в Антарктический центр, а преодолевал ее самостоятельно, и Сытов этим непременным критериям отвечает.

А ведь Виктор Николаевич сравнительно молодой человек. Только в 1984-м закончил агрометеорологический факультет одесского гидромета.

— Институт хороший, говорили, но если бы не было студентов, — шутит Сытов. — На зимовке тот же рефрен: станция благоустроенная, но если бы не было полярников… Грустно, что потерялось само название ОГМИ, — замечает, — ушла романтика. Все-таки раньше сюда стремились люди, которые были в душе бродягами.

У погоды не бывает плохой погоды, а попадаются случайные метеорологи, зачастую нацелившиеся податься в менеджеры.

Сейчас в спектре специальностей Одесского национального экологического университета присутствуют и полярные метеорологи. Их готовят скромно, по пять душ в год, пока ни один из них полярный круг не нарушил. Прав­да, выпускник Александр Зулас подал заявку в Антаркти­ческий комитет.

«Я его взял на стажировку в гидрометеообсерваторию, — говорит Виктор Николаевич, — потом посмотрим, что получится. Конкурс большой».

Взял он стажера в ГМЦ ЧАМ (Гидрометеорологический центр Черного и Азовского морей), который возглавляет после увольнения из университета с июня 2006-го.

Уже при Сытове обзавелись особо точным гелиографом, определяющим продолжительность солнечного сияния. Установили на крыше, чтобы «пионеры не воровали шары из полированного стекла».

Здесь же на крыше в конце сентября 2007-го смонтировали радиотеодолит производства Львовс­кого предприятия «Техприбор» под заводским номером 005, считывающий информацию с аэрозондов. Если бы не зарились на территорию застройщики, то у Виктора Николаевича, наверное, было бы больше времени для развития метеонаблюдений. Станция исторически столбилась профессором Новороссийского университета А.Клоссовским в 1894 г. Профессор присмотрел не просто живописное, а уникальное место. Метеоплощадка обрывается, как штевень броненосца, чуть ли не в волны, ощущение птичьего полета над приглаженной высотой морской ширью не покидает вас — такого откровенного обрыва нет на всем одесском побережье. Именно у подножья склона снимался в 56-м побивший кассовые рекорды фильм «ЧП», рельеф имитировал гористый остров Тайвань. Не случайно лакомой территорией пытались и пытаются распорядиться, не отстают. Но в свое время станция была отнесена к так называемым «реперным» и включена Всемирной метеорологической организацией в перечень основных климатических станций на земном шаре. Пока в местной прессе бушевал шквал негодования, дождались в 2005-м смены правительства. Метеорологов передали в МЧС, станцию отстояли, как говорится, на птичьих правах, если на здания и сооружения уже, по крайней мере, не покушается Минохранприроды, то земельный вопрос завис.

«Уважаемый Нестор Иванович, — обращается В.Сытов теперь уже по новому киевскому адресу в канцелярию МЧС к Н.Шуфричу (копия адресована председателю Госу­дарственной гидрометеорологической службы Украины В.Липинс­кому) — в марте 2005 г. министр П.Игнатенко отменил предыдущий приказ… и все здания и сооружения были возвращены на баланс ГМЦ ЧАМ. В апреле того же года директор данного ГП в письме управлению земельных ресурсов г.Одессы «заявляє про добровільну відмову від земельної ділянки та договору оренди зем. ділянки між Одеською міською радою та ДП, затверджених рішенням Одеської міської ради від 16.11.2004 р. №3423-ІУ на користь правонаступників (балансоутримувачів) споруд за адресою м. Одеса, вул. Французький бульвар, 89».

Неоднократные обращения руководства ГМЦ ЧАМ в секретариат горисполкома и управление земельных ресурсов г.Одессы по поводу отмены решения горисполкома №3423-1V о передаче в аренду земельного участка общей площадью 3,0025 га данному ГП для эксплуатации зданий, а также переоформления данного земельного участка ГМЦ ЧАМ в соответствии со ст.8 Закона Украины «О гидрометеорологической деятельности» №443-ХІV от 18.02.1999 пока не дали положительных результатов. Судя по всему, решение данного вопроса затягивается на неопределенное время. Хотя в законе прямо записано, что «местные государственные администрации и органы местного самоуправления... дают национальной гидрометеорологической службе в пользование земельные участки, необходимые для размещения объектов, проведения гидрометеорологических наблюдений и других работ». Мне, как начальнику ГМЦ ЧАМ, не удается попасть на прием по данному вопросу к мэру Одессы Э.Гурвицу в течение трех месяцев».

Время приема многократно переносили с конца 2006-го. Уже в начале 2007-го секретарь обнадежила: «Мэр готов принять. Вы, собственно, по какому вопросу?»

Сытов объяснил — и «как отрезало», встречу больше не обещали.

Чтобы документально обозначить суть вопроса, если все-таки когда-нибудь примут, Сытов подал­ся в городской земельный архив, надеясь получить выкопировку пла­на территории. На плане Виктор Николаевич с удивлением обнаружил белое пятно. Отвод земель ботанического сада, с которым станция граничит, произведен, санатории «Россия» и «Ук­раина» на штатном мес­те, а участок ГМЦ ЧАМ не обозначен. Полу­чается, он ничей, экстерриториальный. Как Ан­тарктида. Прямо по курсу искусственные руины корпусов санатория «Россия», дальше «развалка» межрейсовой базы моряков, а бастион погоды не предусмотрен, хотя выпол­няет свои государст­венные функции, несет круглосуточное дежурство. Даже бывший правительственный санаторий имени Чкалова, где в свое вре­мя отдыхали Щербицкий и Фидель Кастро, капитулировал, застройщики все-таки его одолели, а ареометр над фронтоном метеофорпоста так же отважно вертится, фиксируя скорость ветра.

Найдено было решение Одесского горисполкома от 30 апреля 1955 года, согласно которому 3,3 га земли по адресу Пролетарский бульвар, 89, отводится под Одесскую гидрометеообсерваторию. Но уже в новейшей истории отвод земли не производился, не исключено, что с умыслом, почему и появилось лакомое белое пятно.

За 30 тыс. грн. Сытов нанял геодезистов, они произвели съемку, хотя у земель нет тенденций к росту, провели и узаконили границы. Сытов — человек точный. Он не предсказывает возможное развитие событий (предсказывают конец света), а прогнозирует, как и положено метеорологу.

Хозяйство Сытову досталось большое и рассеянное в пространстве. Только в городе регулярные измерения проводятся на восьми постах, еще есть метеоплощадка в Григорьевке. Посты на Ярмарочной площади, улице Хворостина, на
1-й станции Люстдорфской дороги дислоцируются в узлах транспортных магистралей, где усредненный уровень загрязнения воздуха самый высокий не только в Одессе, раковой столице государст­ва, но и в Украине. Обеспокоенные метастазной угрозой городские власти обещали выделить средства еще для двух постов. Один стационарный планируют застолбить на Таировском жилмассиве, вторую лабораторию организуют на базе микроавтобуса, она будет мобильной.

Еще есть станция и на Змеином, куда доставка одного сотрудника обходится в 460 грн. Чтобы сократить транспортные расходы, заключили контракты с геологами, они работают вахтовым методом: один человек вахтит на острове Ахилла летом, другой зимует.

Приходится Сытову отлучаться и на судебные слушания. В доме №1 по переулку Некрасова с 1973 года размещается зональная химлаборатория с тремя комнатенками, на которые претендует управление коммунального хозяйства. Оно и понятно — район элитный. Только в прошлом году Сытов присутствовал на одиннадцати заседаниях. Казалось бы, во всех инстанциях синоптики доказали свою правоту, хозяйственные и апелляционные суды подтвердили права метеоцентра на служебную недвижимость, но 30 октября на заседании Высшего хозяйственного суда решения были приостановлены, и разбирательство пошло по второму кругу. Сытов писал в депутатскую группу по экологии, которую возглавляет тот самый депутат, который был замминистра охраны окружающей среды, когда станцию в 2004-м хотели передать киевскому предприятию, и потому, наверное, результата нет. «Сами бьемся», — с горечью, но без паники говорит Сытов.

Министерская рокировка с передачей метеохозяйства напоминает паузу между штурмами, используемую для перегруппировки сил. Сытов понимает, что аппетиты земельных интересантов не поубавились, застройщики на аппетит не жалуются, и потому готовится к очередной атаке, тем более что вокруг открытой всем аквилонам метеоплощадки затеяна новая возня.

Как известно, романтический флер Фран­цузского бульвара завершает построенный в 1980 году девятиэтажный корпус УкрНЦЭМа (Украинского научного центра экологии морей), где два этажа занимают подразделения ГМЦ ЧАМ. Коммунальное соседство исторически вноси­ло напряженность между научными соседями, хотя кабинетов всем хватает.

«В настоящее время до нас дошла информация о том, что УкрНЦЭМ должен полностью освободить данное здание и переехать по адресу ул. Базарная, 106, — докладывает Сытов тому же Шуфричу. — До недавнего времени там находился учебный корпус Одесского государственного экологического университета (ОДЭКУ). В 2007 г. крупная финансовая компания ЗАО «Черноморец» (президент Л.Климов) становится владельцем данного корпуса ОДЭКУ. Очевидно, существует договоренность между г-ном Климовым и Министерством охраны окружающей среды об обмене зданий на Французском бульваре, 89, и ул.Базарная, 106. Директором УкрНЦЭМ было доведено всем руководителям отделов о переезде в новые помещения. Но до сих пор никто не ставил в известность ГМЦ ЧАМ о предстоящих переменах».

Получается, что снова фигурируют другие, но тоже широко известные заинтересованные лица. В Одессе, как в небольшой деревне, все взаимосвязано и все повторяется. Как циклично цветение на Фрацузском бульваре. И чувство локтя в элитной деревне развитее, чем в других невыразительных населенных пунктах, когда тебя пытаются не одним, так другим локтем спихнуть с обрыва, напоминающего штевень броненосца.

Если ГМЦ ЧАМ выселят в бывшие учебные корпуса бывшего гидромета, то жизненный круг Сытова замкнется: в корпуса-«сталинки» вуза, отметившего в этом году восьмидесятилетие, Витя Сытов принес аттестат зрелости, отсюда декана Сытова благословили возглавлять зимовку.

Тем не менее Виктор Николаевич не вешает нос. Он ищет спонсоров для установки по Французс­кому бульвару электронного табло, на котором отдыхающие смогут увидеть значения температуры морской воды. Электронное табло стоит 1500 грн.

После хозяйственных и судебных забот зимовка, наверное, кажется Сытову прогулкой по бульвару. Только не по элитному Французскому.

Характерно, что территория привлекает или нуворишей с депутатскими мандатами, фамилии известны, или самых обездоленных. На границе с ботаническим садом прижились бомжи, которые украли два кованых фонаря, осветительным раритетам было по 110 лет. Сытов распорядился стесать глиняные ступеньки на кромке обрыва, чтоб воришки не проникли на территорию. Перед шлагбаумом, ведущим к морю, 54 года (!) ютится в строении бывшей трамвайной остановки-диспетчерской (без всяких удобств) пожилая женщина Екатерина Семеновна. Баба Катя вспоминает, что еще в пятидесятые спуск к морю украшал живописный мостик, по нему можно было перейти к санаторию «Россия» и дальше спуститься к Аркадии. Нынче другие мосты. Есть дерзкий маневр, впервые примененный Горацио Нельсоном при Трафальгарском сражении, называется «Мост Нельсона». Абордажно захватывается судно неприятеля, а с него уже следующее. Застройщики им пользуются, и потому Сытов, чтобы хоть как-то защититься от рейдерских атак, добился для особняка статуса памятника архитектуры. Здание станции по адресу Французский бульвар, 89, было построено в том же 1894 году, когда разбили метеоплощадку. На второй этаж ведет торжественная в стиле модерн лестница с мраморными ступенями, ее венчают перила затейливых чугунных кружев.

Коллектив, у которого средний возраст стремится к пенсионному, надеется на стойкость и авторитет Сытова. Персоналу повезло, Сытов — глубоко порядочный человек, беззаветно преданный Делу, неоднократно проверенный зимовками, а это убедительная проба. Двурушников на зимовках или в командах кораблей вычисляют уже в первый месяц. Там таких парней иногда волной смывает, это в депутатском корпусе их вынужденно терпят. Мы же в рекордно короткие сроки достигли таких аномалий в общественном сознании, когда продажные депутаты-бизнесмены воспринимаются как привычное зло, а начальники, последовательно отстаивающие государственные интересы, как отчаянные герои.

Если Сытова сживут и гидрометеообсерваторию благословят на Молдаванку, как планировали, а может и еще дальше, потому что за два года цены соток на Молдаван­ке тоже астрономически подскочили, то публике некуда будет писать претензии. Некоторые сводку погоды выуживают из Интернета, а жалуются на несоответствие по телефону почему-то на Французский бульвар, 89. Метеорологи предлагают заключить контракт и предоставлять прогноз из первых рук, но очередь желающих почему-то не выстраивается, ни одного ответа пока не получили.

Если будем пользоваться сводками погоды с американских спутников, как сейчас получаем по системе «Сэйлор» местонахождение наших кораблей, то жаловаться придется в аэрокосмический комитет США или НАСА. А если владельцы еще перекроют спутниковые коды, то придется целиком довериться дремучим приметам, скажем, слюнить по-пиратски палец или брызгать для проверки против ветра.