Мы давно хотим мира, но понимаем, что Путин этого не желает. Отсюда гвозди разной длины и остроты, которые он забивает в переговоры. От Аляски до Валдая. Таких еще будет много.
И насколько нам будет больно — будет рвать кожу до мяса или царапать — зависит исключительно от внутренних ожиданий. Отдельного человека. И всей страны.
Безоглядная вера в мир расслабляет. Тотальное недоверие радикализует.
Баланс в том, чтобы верить в мир, но быть готовыми к продолжению войны. И власти, и обществу.
Это возможно только при условии честного диалога между властью и народом. И при условии честной политики власти по отношению к народу.
Что значит быть готовым к войне? На уровне власти речь в первую очередь о профессионализме.
Если пойти еще глубже, то в основе — следующий ответ, уже общества, на главный вопрос: готов ли я с оружием в руках защищать страну?
Кстати, именно этот вопрос нужно задавать перед любым вопросом по территориям, вынесенным на референдум (о его конституционности или неконституционности следует говорить отдельно).
И тут сразу возникает тема мобилизации, ТЦК, разрешений на выезд за границу для молодежи.
О качестве и своевременности этих процессов написано и сказано немало — и народом, и властью. Все запутались во взаимных обвинениях, страхах, нерешительности, а часто и лицемерии.
На самом деле, общественный договор на этом этапе выглядит абсолютно четко и понятно.
Если Россия вырывает свои гвозди и идет на договор, у нас есть два варианта: подписывать или не подписывать.
И неважно, кто будет принимать это решение – президент, парламент или народ на референдуме. Важно, что все при этом знают:
Не подписывать — означает реальную войну с коррупцией во всех ветвях власти, внедрение новых профессиональных подходов к управлению государством и армией, к экономике, к мобилизации, к призыву молодежи с 18 лет и т.д. Президент должен честно признать уже допущенные ошибки и показать своему народу, что он их исправляет.
Подписывать — значит честно признать, что мы не можем воевать дальше. Это значит не изменять систему власти. Это значит не чистить ее от людей Ермака/Миндича. Это значит ставить во главе офиса президента аватара Ермака. Что, собственно, сейчас и происходит.
Такая же история и с народом. Почитайте последнюю социологию: более 70% против передачи территорий, отказа от вступления в НАТО, сокращения численности ВСУ.
И в то же время — 200 тысяч СЗЧ. Миллионы уехавших и скрывающихся.
Безусловно, в позиции и ощущениях народа многое зависит от того, как себя ведет власть. Но ведь и во власти — люди, которых избирал тот же народ.
Так что мы сиамские близнецы, которые друг без друга не выживут. Ибо у нас одна кровеносная система. И одно сердце.
Без называния вещей своими именами, без выворачивания этих внутренностей наружу все остальное — лишь фоновый шум. Не имеющий ничего общего с происходящим на фронте. Где каждый день продолжают умирать наши люди.
Потому что война — это белое и черное. Для каждого, кто остался на этой земле. «Чуть-чуть» не считается.
Мы либо воюем, либо подписываем мир.
Если сражаемся, то по-настоящему мобилизуются и власть, и народ.
Если идем к подписанию мира, то чем раньше, тем лучше. Ибо это — жизни тысяч наших людей.
Через некоторое время без договора Путин может захватить Донецкую область — и в условиях мира уже будет стоять совсем другая украинская область. Хотя истощенные фронтовики борются за каждый дом и квартал наших деревень и городов.
Вот о чем президенту сегодня нужно говорить с народом. Вот с каким месседжем обращаться, когда пробьет час Нового 2026 года.
Так что слово года прошлого и будущего, как и раньше, ПРАВДА.