UA / RU
Поддержать ZN.ua

ОСТОРОЖНО, ЮНЕКС

- Что вас больше пугает в очищении? - Поспешность… Высказывание отставного инквизитора В апреле-ма...

Автор: Кирилл Разумовский

- Что вас больше пугает в очищении?

- Поспешность…

Высказывание отставного инквизитора

В апреле-мае 1997 года по страницам украинской прессы прокатилась волна заметок, интервью, статей и сплетен вокруг банков «Юнекс» и ОНЭКСИМ.

Именно «вокруг», поскольку известность ныне здравствующего Александра Садыкова и уже покойного Якова Рагозина тогда не выходила за пределы узкого мирка финансистов не самого высокого ранга, чиновников НБУ и банковских служащих. Широкой же публике были более знакомы не фамилии, а, скорее, названия: ОНЭКСИМ и «Юнекс». Один из них -крупнейший финансовый институт - не имеет себе равных не только по количеству упоминаний в прессе. Другой - наоборот, не гигант, и внимания газет вне конфликта «Садыков-Рагозин» удостаивался только в связи с хором мальчиков капеллы

им. Ревуцкого, который однажды спонсировал. Да еще острословы припомнили бы в связи с «Юнексом» проект несостоявшегося памятника Паниковскому на углу Прорезной и Крещатика, где герой бессмертного романа работал «слепым». С этой инициативой в прошлом году выступил бывший председатель правления «Юнекса» Борис Кушнирук. Такая вот изюминка в имидже банка: «Я памятник себе воздвиг…»

…Когда на могиле Якова Рагозина в Николаеве осядет земля, родственники поставят ему иной памятник. Скромнее. Поминая отца, мужа, сына, которого убили в центре Киеве 30 октября 1997 года в 8 часов 20 минут утра.

Предисловие

к убийству

Весной этого года, в самом начале конфликта, автор никак не мог предположить, что заголовок «В банке «Юнекс» пахнет нефтью и кровью» приобретет пророческое звучание. Тем не менее, по поводу отстранения А.Садыкова от руководства банком высказывались и руководители «Укртатнефти», в смысле, что «с Яковом Рагозиным работать не будут». И кровь пролилась.

В мае 1997 г. автора даже спрашивали, не располагает ли он какой-либо информацией, подлежащей сообщению правоохранительным органам, откуда «кровь»? Но не обладал я никакими «сведениями», хотя и вероятность именно такого развития событий не исключал.

Почему не состоялось журналистское расследование, был еще вопросик. А что это такое? Слухи, сплетни и высосанные из пальца «первополосные» сенсации, как, например, вокруг «кухонного переворота» в Луганске? Тогда конфликт между мэром А.Даниловым и обладминистрацией был искусственно раздут до вселенских масштабов. За эти публикации журналист «Киевских ведомостей» Петр Шевченко заплатил жизнью, мэра спустя полгода сместили с должности без особого шума, «расследование» же так и не ответило, кому и в чем мешал А.Данилов в должности городского главы.

А ведь история вокруг «Юнекса» весьма напоминает «луганское дело»: там, как и в Киеве, никто не покушался на главное - на отношения «мэрия-предприниматели» или «банк-клиенты». Вопрос стоял иначе: «кто есть who»? Иными словами, кто и как будет реально распоряжаться финансами, причем неважно, будут то средства городского бюджета или остатки по счетам клиентов банка.

В киевской трагедии «кто» - или А.Садыков, или Я.Рагозин. Только они, тот или другой, определяя политику «Юнекса», направляя денежные потоки по тем или иным адресам, могли причинить неудобства или споспешествовать третьим, более могущественным интересам на рынках нефтепродуктов, энергоресурсов или на иных, не менее важных для власть имущих. При этом сам банк оставался лишь инструментом, точкой опоры, проводником влияния тех же третьих сил на процессы, происходящие в Украине.

Послесловием к преступлению можно считать дискуссию двух киевских газет о том, был ли Я.Рагозин банкиром большим или не очень? А если и был председателем совета акционеров «Юнекса», то, дескать, это было давно, а сегодня Я.Рагозин всего лишь «бывший»… Как жаль, что это определение приходится теперь понимать и в прямом, и в переносном смысле!

Масштаб для смерти

Если в кармане рядового гражданина, убитого в собственном подъезде, было всего лишь 75 копеек, то для общества его смерть такая же потеря, как и любая другая. Но если уж выбирать масштаб для смерти «большой»-«маленький», то давайте начнем с другой системы мер.

Попробуйте, например, сравнить величину уставного капитала банка «Юнекс» с аналогичным показателем любого из банков украинской первой десятки. Во сколько раз меньше? Попытайтесь определить остатки по корреспондентскому счету «Юнекса» в мае-июне 1997 г., когда платежи клиентов задерживались на срок от двух суток до недели? Сколько копеек?

Особенно после того, как в марте 1997 г. Б.Кушнирук в нарушение установленной в «Юнексе» процедуры кредитовал банк «Эра» на $3,5 млн.? Что такое эта сумма в сравнении с 75 копейками? А что $3,5 млн. в сравнении с уставным фондом «Юнекса»? Почти 90%. Сколько это, в процентах же, в сравнении с собственным капиталом банковской группы ОНЭКСИМ? Мелочи, разменная монета, что на такие деньги купишь! А вот ОНЭКСИМ купился.

«ЮНЕКС»+ОНЭКСИМ. Гремучая смесь?

Не только присутствие первых лиц ОНЭКСИМ на праздновании юбилеев «Юнекса» связывало два банковских учреждения. Весной 1997 г. в пресс-службе ОНЭКСИМ автору сообщили, что московский банк рассматривает возможность приобретения 10% пакета акций «Юнекса». В августе-сентябре в Киев прилетала группа сотрудников ОНЭКСИМ, которая немало времени провела в офисе «Юнекса». В конце концов А. Садыков и сам не скрывал «помощи ОНЭКСИМ нашим фирмам в обеспечении Николаевской области дизтопливом и бензином по региональному контракту в 1996 г. на сумму $15 млн. Нас поддерживает также «Укртатнефть», куда «Сиданко» ведет поставки под гарантии ОНЭКСИМ. В 1996 г. - около 500 тыс. тонн нефти. Мы единственный банк в Украине, который имеет договор о сотрудничестве с ОНЭКСИМ, фактически мы являемся их представителями».

И все? Нет, есть еще совместное предприятие «АМП», где сошлись интересы карликового княжества Андорра (на границе Испании и Франции. - Авт.) и государства Украина. Представители этих равноправных европейских держав договорились сотрудничать в деле поставки тепловыделяющих сборок (ТВС), а проще - ядерного топлива для украинских АЭС. Тех самых атомных станций, например Ривненской и Чернобыльской, где «АМП» в свое время закупала электроэнергию достаточно дешево. Тем не менее, именно «АМП» в 1996 г. оплатила 17% всех поставок ТВС из России, а в 1997-м вошла в качестве соучредителя в совместное предприятие «ТВЭЛ-Энергия», призванное спасти украинскую атомную энергетику от коллапса и бесславной погибели на радость поставщикам угля и мазута для ТЭЦ, ГРЭС и многочисленных котельных. Клиентом и заемщиком «Юнекса» совместное предприятие «АМП» стало также не без рекомендаций ОНЭКСИМ.

Давайте прибавим к «Укртатнефти» и «АМП» таких клиентов и заемщиков банка, как Черноморское морское пароходство времен Павла Кудюкина, одну из дочерних фирм крупнейшего оператора на туристическом рынке СНГ - «Примэкспресс», судостроительный завод «Океан», администрацию Николаевской области… И многое станет понятно.

Далеко не самый большой в Украине банк обслуживал счета стратегических предприятий, участвовал в проведении платежей за поставки нефти, электроэнергии, зерна, ядерного топлива, кредитовал строительство судов и пр. и пр… Этакий маленький ОНЭКСИМ! А ведь верно, попробуйте написать названия банков по-английски. Получится: «UNEX»+ «UNEXIM»! Как это похоже на «Инко» и «Инкомбанк»…

Может быть, теперь станет понятным, что борьба между А.Садыковым и Я.Рагозиным шла отнюдь не за здание на Почайнинской и не за пакет лицензий, который давал возможность совершать те или иные операции на финансовых рынках. И даже не за $3,5 млн, которые, напомню, составляли почти 90% уставного фонда «Юнекса».

Пути денег неисповедимы?

Кстати, об уставном фонде. При этом автор высказывает только предположения и предупреждает, что любые совпадения с реально существующими лицами и реально происходившими событиями являются сугубо случайными.

В чем суть конфликта? Кто будет принимать решения в банке, кто определит кандидатуру председателя правления. Таким правом располагает совет акционеров, где решающую роль могли играть не представители «Укртатнефти», а директора трех фирм из Николаева, которые почти никогда и почти ни при каких условиях не могли в совокупности получить $2,7 млн. прибыли, что примерно равняется 65% уставного фонда «Юнекса». А покупать акции банка «Дижон», «Экю», «Инкомпроект» и пр. могли только за счет прибыли! Отсюда возможен вывод, что такой показатель баланса был создан искусственно, путем достаточно простых бухгалтерских проводок. Нужно было только провести через счета фирм-акционеров реальные деньги, примерно, в сумме $3,5 млн. Чьи?

Теперь давайте представим, что в процессе создания прибыли у николаевских предприятий участвовали два «донора», которые перечислили поровну, по $3,5 млн. Одна сумма была направлена на формирование уставного фонда банка, а другая? Одна поступила через посредников от имени крупнейшего финансового института соседней державы, а еще одна? Впрочем, это не важно, поскольку 14 октября 1997 года арбитражный суд Николаевской области принял решение о том, что акциями «Юнекса» предприятия Я.Рагозина владели неправомерно. Юридическим последствием такого решения является двусторонняя реституция - банку возвращаются акции, а «Дижону» и пр. - деньги!

Скажите, откуда у банка, растерявшего почти всех клиентов, чья репутация и без пролитой крови была подмочена «дальше - некуда», возьмутся два с лишним миллиона долларов?

Цена жизни

Понятие «черный арбитраж», к сожалению, прижилось и в российской, и в украинской деловой практике. В условиях, когда официальные власти, по определению, беспомощны, т.е. не имеют ни законодательной базы, ни механизма, ни в конце концов заинтересованности в принуждении должника к уплате долгов, эти функции берут на себя другие структуры. У них санкция за неисполнение решения проста - «нет человека - нет проблемы».

С этой точки зрения остается напомнить о существовании документа, который А.Садыков показывал автору то ли по неосторожности, то ли по умыслу. Факсимильная копия свидетельствовала о разделе прав собственности на банк «Юнекс» между участниками этой сделки. Если говорить о персоналиях, то - между Б.Кушнируком, В.Садыковым, Я.Рагозиным и еще одним бизнесменом, чья фамилия была замазана толстым слоем краски-корректора. Если говорить о фирмах, то в тексте упоминалась пресловутая «Стренд Инвестментс», знакомая телезрителям по аналитической программе «Время» и репортажам г-на Доренко, посвященным ОНЭКСИМ и череповецкому ПО «Азот». На счета «Стренд Инвестментс» поступала выручка от продажи нефтепродуктов, поставленных А.Садыковым в Николаевскую область.

И последнее предположение. Стороны в конфликте вокруг «Юнекса» использовали весь арсенал средств, доступный за деньги, на основании личных связей и по поводу поддержки той или иной политической группировки.

Вот вам примеры. А.Садыков является помощником народного депутата С.Майбороды, представляющего КПУ. В противовес, на одном из заседаний собрания акционеров «Юнекса» на стороне Я.Рагозина выступал Б.Ярошинский, глава Украинской республиканской партии. А.Садыков приходил на пресс-конференции в апреле-мае 1997 г. в сопровождении сотрудников Главного управления охраны МВД Украины, а Я.Рагозин, хотя и говорил, что в охране не нуждается, был поддержан офицерами УБОП Николаевской области и главка уголовного розыска МВД Украины. Где появлялись статьи в поддержку А.Садыкова, а где «а la» Рагозин» - судите сами…

«Мертвые сраму не имут»

Автор не обязан любить или пристрастно относиться к своим героям. И А.Садыков, и Я.Рагозин не вызывали у меня больших симпатий, ни тот ни другой. Но если о мертвых либо ничего, либо… То о живых?

Под упоминавшимся в киевской печати «бланке Генеральной прокуратуры» имелось в виду предписание заместителя Генерального прокурора Украины О.Колинько устранить нарушения закона в порядке и процедуре назначения председателя правления банка «Юнекс» в 30-дневный срок. Несколько дней спустя, второй вариант этого документа говорил о 10-дневном сроке. Десятый день истекал в день смерти Я.Рагозина. Это правда?