UA / RU
Поддержать ZN.ua

Алексей Стаханов: рождение и гибель мифа

К 85-летию начала стахановского движения. Опыт его зачинателя ярко свидетельствует: все ускоренное обязательно имеет обратную сторону - что индустриализация, что цифровизация…

Автор: Олекса Пидлуцкий

Рабочие чувствовали себя классом, и отнюдь не правящим, в чем пытались их убедить коммунистические функционеры, а классом обиженным, классом, которым власть пыталась манипулировать.

Лех Валенса

Еще в середине 70-х прошлого века я слышал, что настоящая фамилия зачинателя и символа массового ударницкого рабочего движения в СССР 1930 годов не Стаханов, а Стаканов. С такой фамилией он якобы родился в селе Луговая на Орловщине в 1905 году, с 12 лет пас общественное стадо, 22-летний пешком пришел в Донбасс, где и установил в 1935 году свой славный рекорд. И лишь когда оформлялись документы на награждение Стаканова орденом Ленина, Сталин будто бы лично вычеркнул в его фамилии букву "к" и вписал сверху "х". Таким образом, к высшей награде Страны Советов представляли Стаканова, а получил ее Стаханов.

Никто из чиновников не понял сразу мотивов Сталина, но волю вождя исполнили точно, - в течение одного дня бывшему Стаканову сменили все документы, а тех, кто отваживался и в дальнейшем называть его настоящей фамилией, арестовывали по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде.

Но лишь через три месяца, когда Сталин в Москве лично открывал Первое всесоюзное совещание рабочих и работниц-стахановцев словами "Жить стало лучше, жить стало веселее", вскрылось, что именем шахтера из Кадиевки вождь решил назвать массовое движение, куда надеялся привлечь, и все же привлек миллионы рабочих. А если бы все эти люди гордо называли себя стакановцами, это могло вызвать ассоциации не с трудовой победой, а со злоупотреблением спиртным.

При подготовке этого материала не удалось найти ни одного документального подтверждения изложенной истории. Следовательно, скорее всего, это - легенда, которая не соответствует фактам. Но очень точно отражает дух той эпохи.

В 30-х годах ХХ века движение, подобное стахановскому, было крайне необходимо Сталину. В стране проводилась индустриализация, количество промышленных рабочих бурно росло. А уровень реальной зарплаты пролетариев в государстве, где они якобы господствовали как класс, был ниже, чем в "буржуазно-помещичьей" России за два десятилетия до того. И хотя за границей закупалась передовая на то время техника, прилагались титанические усилия к улучшению организации труда и повышению квалификации миллионов вчерашних крестьян, этого было недостаточно для достижения целей, которые ставил перед собой коммунистический режим. Оставался единственный резерв - рост интенсивности труда. И стахановское движение стало для миллионов советских рабочих некоей морковкой, которую вешают на жердь перед повозкой для осла, который эту повозку тащит. Чем сильнее неразумное животное тянется к морковке, тем лучше тащит повозку. А морковка все отдаляется и отдаляется... Лишь за один год после возникновения стахановского движения нормы выработки в различных отраслях промышленности СССР повысились на 20–25% без повышения зарплаты. При этом рабочий класс воспринял это, практически, без сопротивления. Действительно, что это за повышение на четверть, если тот же рабочий на практике доказал, что вполне возможно добыть за одну смену 102 тонны угля - в 14,5 раза больше нормы!

Поставленный Стахановым в ночь на 31 августа 1935 года на шахте "Центральная-Ирмино" рекорд был, мягко говоря, не совсем честным. Ведь норма 7 тонн на одного шахтера за смену предусматривала, что забойщик не только вырубывает уголь из пласта, но и с продвижением вперед крепит стены забоя балками и откатывает вырубленный уголь назад, чтобы его можно было забрать и поднять на поверхность.

Ничего этого Стаханов не делал. На самом деле его "личный" рекорд обеспечила бригада из пяти человек: он сам, в течение смены лишь рубивший уголь отбойным молотком, а еще два крепильщика и два откатника. Кроме того, у Стаханова не было на каске шахтерского фонаря с тяжелым аккумулятором у пояса, - в забой заранее провели электрическое освещение, чего обычно не делали из соображений экономии. Следовательно, Стаханов и его помощники в действительности выполнили менее трех норм на одного человека. Это тоже очень много, но звучит совсем не так патетично, как 14,5 нормы.

Реальным творцом рекорда Стаханова был парторг шахты Константин Петров, который специально подбирал потенциального рекордсмена и создал ему все необходимые условия для максимальной выработки. Проводился настоящий кастинг на роль рекордсмена. В финал, кроме Стаханова, вышел некий Мирон Дюканов. Они оба отвечали всем критериям отбора, установленным Петровым: были здоровенными дядьками с кулаками величиной в арбуз, русскими, родом из крестьян-бедняков и не были подмечены в каких-либо критических высказываниях о коммунистической партии и советской власти. Поэтому до последней минуты сохранялась вероятность, что движение, охватившее миллионы людей, станет не стахановским, а дюкановским, но Петров остановил свой выбор именно на Стаханове.

Против всей этой затеи выступал директор шахты Иосиф Заплавский, считавший, что разовый рекорд будет лишь отвлекать коллектив от планомерной работы по повышению выработки. Но руководству чрезвычайно понравилась идея Петрова. Уже через несколько дней после стахановского рекорда Заплавский был арестован как вредитель и вскорости расстрелян, а директором стал Петров.

Самые крупные дивиденды от идеи Петрова получил Стаханов. Уже 1 сентября в 6 часов утра партком шахты собрался на срочное заседание и постановил вывесить портрет Стаханова на Доске почета шахты; выдать ему премию в размере месячного оклада; к 3 сентября выделить квартиру, установить в ней телефон, просить рудоуправление за счет шахты оборудовать квартиру всем необходимым, включая мягкую мебель; с 1 сентября выделить в клубе два именных места Стаханову и его жене на все фильмы и спектакли. Кроме того, Стаханову предоставили персональную бричку с кучером. Поскольку белого коня, которого захотел герой, не нашлось, Стаханову пришлось удовлетвориться серым в яблоках. Герой труда назвал коня Букет.

Слава его росла как снежный ком. Через несколько дней в газете "Правда" вышла статья "Рекорд забойщика Стаханова", а через несколько месяцев английский журнал "Тайм" разместил на обложке его портрет.

Писатель Александр Авдеенко так описал визит к Стаханову домой: "Дорогие гости, - говорит Стаханов, - добро пожаловать до хаты! Моя она теперь. Предназначалась главному инженеру, а попала в руки забойщику Алешке Стаханову…

Входим в дом, забитый до предела вещами. Новенькое все, еще не до конца распакованное...

- Видали?! - смеется Стаханов. - Добро юбилейное. Со всех концов Донбасса подарки шлют. Как отказать людям?

Стаханов безмерно весел, а жена строга:

- Если бы по-настоящему захотел отказать, насильно бы не заставили подарунки взять. Они, дарители, на чужой счет добренькие. Шесть ящиков пива! Пей - не хочу. Море разливанное. Зачем столько? Три ковра. Нам и одного, своего, хватало. И эта бандура ни к чему. Некому бренчать.

- А я? - хохочет Стаханов. Подбежал к пианино, раскрыл крышку и одним пальцем постучал по белым и черным клавишам. - Симфония! Марш! Концерт! Вальс! Чижик-пыжик, где ты был!".

Информация об огромных почестях и немереном материальном достатке, свалившихся на плечи "простого забойщика Алешки", широко тиражировалась в Советском Союзе. Именно она стала "морковкой" для многих миллионов рабочих. Но подавляющее большинство их (кроме нескольких десятков, может сотен самых выдающихся последователей Стаханова, - а в каждой отрасли народного хозяйства были назначены один или нескольких местных "стахановых") - не получили ни славы, ни больших денег, ничего, кроме подорванного чрезмерным трудом здоровья.

Сам же Стаханов после своего "подвига" забойщиком уже практически не работал. Он поставил еще пару похожих на первый рекордов, но большую часть рабочего времени посвящал выступлениям на различных митингах и собраниях. Специально для него была создана должность инструктора по внедрению стахановских методов в производство, в 1936 году Стаханова приняли в партию без прохождения кандидатского стажа, а еще через год послали в Москву на учебу в Промышленную академию.

В столицу Стаханов поехал с новой женой - 14-летней харьковчанкой Галей Бондаренко, с которой познакомился на школьном концерте. Родители девятиклассницы с помощью местных бюрократов подделали документы, добавив девушке два года, что позволило зарегистрировать брак. В Москве молодожены поселились в известном Доме на набережной, где жила высшая сталинская элита. Студенткой Промышленной академии стала и малолетняя жена Стаханова, не имевшая даже среднего образования. Впрочем, уровень образования самого Стаханова был еще ниже - всего три класса церковно-приходской школы.

Как бы то ни было, ни муж, ни жена на занятия не ходили вообще. Вместо этого Стаханов подружился с сыном Сталина Василием (младшим его на 16 лет). Их пьянки и дебоши иногда были очень скандальными. После того как двое друзей разбили все зеркала в ресторане "Метрополь" и попытались выловить декоративных золотых рыбок в бассейне ресторана, Сталин якобы сказал: "Если этот добрый молодец (Стаханов) не изменит своего поведения, ему придется изменить свою славную фамилию". Несмотря на это, Стаханов весной 1941 года "успешно" окончил академию и был назначен директором шахты № 31 в Караганде. Летом 1941 года он просился добровольцем на фронт, но получил отказ. В то же время шахта под руководством героя работала катастрофически, поэтому в 1943 году его отозвали в Москву и назначили заведующим наградным отделом Минуглепрома. Все функции Стаханова сводились к вручению орденов или других наград шахтерам всего Союза.

В Москве Стаханов продолжал пить, пока в 1957 году его не вызвал "на ковер" новый руководитель СССР Хрущев. "Я тебе хочу сказать как шахтер шахтеру…" - начал Никита Сергеевич. "И какой ты, на хрен, шахтер?" - перебил пьяный Стаханов. (А Хрущев действительно работал в молодости на шахте, но не шахтером, а слесарем.) И судьба Стаханова была решена, - он получил назначение заместителем управляющего угольным трестом в городе Торез Донецкой области, с приказом оставить Москву в течение 24 часов. При этом Хрущев приказал не давать ему квартиру, а выделить лишь комнату в общежитии. Семья отказалась ехать с ним из столицы в "ссылку". Поэтому Стаханов поехал сам…

Со временем донецкие журналисты решили посетить живую легенду и написать о нем. "Подходим, а Стаханов лежит там же, под забором, и мальчишки шарят у него по карманам, а один потом расстегнул штаны и стал на него мочиться. Мы отогнали их. Подняли Алексея Григорьевича и поволокли в дом... Заходим в комнату, а там почти ничего нет - ржавая кровать без матраца с лежащей прямо на сетке грязной фуфайкой, пустой шкаф с картонкой вместо зеркала, и повсюду пустые бутылки. Больше ничего нет - все пропил".

Стаханов умер 3 ноября 1977 года в психиатрическом отделении больницы города Тореза, где лечился от рассеянного склероза с частичной потерей памяти и белой горячки.

В 1978 году город Кадиевка на Луганщине, где Стаханов установил свой рекорд, получил его имя. В 2016 году Верховная Рада Украины вернула городу название Кадиевка. Но, поскольку город находится на временно оккупированной россиянами территории так называемой ЛНР, местные сепаратисты и далее называют свой город Стахановым.

Несчастливая судьба Стаханова стала убедительным примером манипуляций коммунистической номенклатуры рабочим классом, о чем писал спустя несколько десятилетий совсем другой рабочий - электрик Гданьской верфи им. Ленина и основатель независимого (следовательно, антикоммунистического) профсоюза "Солидарность" Лех Валенса. Сталин цинично использовал Стаханова, чтобы заставить рабочих СССР работать на государство на грани человеческих сил. Но и самому Стаханову раздутая, абсолютно невероятная слава и незаслуженное богатство счастья, как мы видим, не принесли. Полуграмотный и не очень умный человек испытание "медными трубами" провалил полностью.