UA / RU
Поддержать ZN.ua

ТАК ЧТО ЖЕ ЭТО БЫЛО?

Едва последний номер «Зеркала недели» дошел до читателей, как мне в Хмельницкий позвонили из Харь...

Автор: Светлана Кабачинская

Едва последний номер «Зеркала недели» дошел до читателей, как мне в Хмельницкий позвонили из Харькова:

— Вы пишете о замеченном в зоне Хмельницкой АЭС неординарном природном явлении на небосводе («ЗН», №45, 2001 г.) и ссылаетесь на официальную гипотезу местной власти о якобы необычном преломлении солнечных лучей вследствие смещения слоев воздуха, образовавшего нечто вроде северного сияния, — уточнил мой собеседник, назвавшись доктором физико-математических наук Анатолием Толкачевым. — Но природа полярного сияния иная — свечение ионизированного воздуха. И такое свечение вполне может быть вызвано именно выбросами в атмосферу ХАЭС. Не случайно подобное явление наблюдалось на Запорожской атомной станции.

Такой же аргумент привел в разговоре со мной известный хмельницкий эколог Юрий Резников. И сослался на точку зрения бывшего российского министра экологии академика Яблокова, утверждающего, что над каждой АЭС стоят многокилометровые столбы ионизированного воздуха, зафиксированные радарами. Юрий Александрович высказал еще одно предположение: поскольку сбоев в работе ХАЭС не зафиксировано и, следовательно, существенного выброса не было, то может существовать еще одна версия радиоактивного происхождения необычного красного зарева над ХАЭС. Вполне возможно, что именно в эти дни по территории Украины двигался из Болгарии в Россию железнодорожный состав с радиоактивными отходами. Хотя маршрут его вроде бы пролегал через Одессу, но, возможно, его изменили и пустили через меньшие города и станции, а именно через нашу область... И мало что с ним могло произойти по дороге...

Естественно, я снова начала интересоваться, что же все-таки наблюдали подоляне и полищуки 6 ноября. Мои собеседники воспринимали вопрос с нескрываемым раздражением: сколько, дескать, можно расспрашивать, ведь все уже объяснили. Оперативный дежурный областного управления Министерства чрезвычайных ситуаций вообще не хотел вдаваться в подробности: «По нашей линии ничего такого не было — ни пожаров, ни аварий». На атомной не стали возражать, что ХАЭС, как и все без исключения механизмы и агрегаты, производит выбросы в атмосферу. Но они столь незначительны, что могли бы ионизировать воздух разве что в замкнутом пространстве или же тогда, когда и впрямь в случае аварии произошел бы мощный всплеск излучения. «Все эти дни станция работала с номинальной мощностью, не зафиксировано абсолютно ничего такого, что могло бы вызвать подобное явление. Наш воздух фильтруется и контролируется, датчики стоят на вентиляционной трубе круглые сутки», — убеждали меня сначала ведущий специалист информационного центра ХАЭС Никита Штогун, а потом и начальник отдела внешних связей Валентин Решетник. Сообщение об идентичном явлении на Запорожской АЭС вообще вызвало у них недоверие: «Мы бы об этом знали. Там такие активные «зеленые»... По их требованию проверяли чистоту воздуха — над АЭС, тепловой станцией и Кривым Рогом или Желтыми Водами. Так самый чистый оказался над АЭС».

Версия о железнодорожном составе с радиоактивными отходами стала новостью как для ответственных чиновников облгосадминистрации, так и для работников Службы безопасности. «Нет, мы бы знали», — отрицали эсбэушники саму возможность прохождения такого груза через территорию области.

Физики — научные сотрудники Технологического университета Подолья — тоже не захотели выдвигать гипотезы и версии относительно природы необыкновенного явления: «Надо же было его наблюдать, исследовать, сфотографировать хотя бы, а говорить просто так, с чужих слов — несерьезно».

Круг замкнулся. Все, к кому я обращалась, с ощутимым облегчением утверждали: красное зарево «не по их ведомству». И на естественное любопытство — а что же это все-таки было — реагировали точь-в-точь как в школьном анекдоте: «Кто взял Карфаген?» — «Честное слово, не мы!» Или, как сказали мне в гидрометеоцентре, «это не наше явление».

На Хмельнитчине действительно нет НИИ аномальных явлений. Но сами они, явления эти, к сожалению, все чаще наблюдаются в нашей жизни. И если ни у кого не возникает потребность исследовать их, объяснить их природу, то, наверное, они, накапливаясь, будут вызывать мистические толки и суеверный ужас, как и каждое непонятное явление.