UA / RU
Поддержать ZN.ua

СКВОЗНЯКИ НА ТРАНСГРАНИЧНЫХ КОРИДОРАХ

Пожалуй, точнее всего о Буковине сказано в ходовой фразе о том, что если бы Господь решил провести на земле отпуск, то непременно выбрал бы именно этот райский уголок...

Автор: Светлана Исаченко

Пожалуй, точнее всего о Буковине сказано в ходовой фразе о том, что если бы Господь решил провести на земле отпуск, то непременно выбрал бы именно этот райский уголок. Со своим благодатным климатом, лечебными источниками и прочими природными богатствами, роскошными пейзажами и замечательными древними Черновцами Буковина могла бы стать рекреационно-туристической зоной мирового уровня. Увы, не стала. Имея в недрах разнообразные ценные полезные ископаемые, могла бы приумножать бюджет за счет их освоения. Но попытки областной власти построить Лопушнянский нефтеперерабатывающий комплекс на богатом карпатском месторождении похоронили демагогические протесты поборников девственности окружающей среды и сакраментальное «несвоевременно», прозвучавшее «свыше». Могла бы с помощью одной из крупнейших в Европе Днестровской гидроаккумулирующей станции транспортировать электроэнергию даже соседям через границу (разумеется, не за «спасибо»), если бы эту станцию, наконец, удалось достроить. Но на это благородное дело никак не найдется инвестор с 1,4 млрд. гривен. Словом, многое могла бы сделать Буковина хорошего и себе, и другим. Вместо этого в последнее время о ней слышно преимущественно в связи с разнообразными митингами, протестами, недовольством.

— Это, в частности, свидетельствует о том, что в крае накопилось немалое количество свободной энергии, которая, не будучи затребованной, не может реализоваться в общественно-полезные дела, — убежден директор Государственного научно-технического центра по межотраслевым и региональным проблемам экологической безопасности и ресурсосбережения «Экоресурс», кандидат технических наук Зиновий БРОЙДЕ. — Довольно угрожающие, между прочим, тенденции. Назревают перемены, и трудно сегодня предсказать, какими они будут для Буковины.

В конце 60-х годов в Москве поняли, что густонаселенная Буковина с излишком рабочей силы, особенно на селе (исторически эта проблема решалась массовыми миграциями в поисках работы в Америку, Западную Европу, но в условиях СССР подобное стало невозможным), накапливает в себе взрыв социального недовольства. И тогда Кремль принял довольно мудрое, как для того времени, решение: построить в Черновцах ряд крупных предприятий для потребностей военно-промышленного комплекса. То, что на подобных предприятиях развитых стран производили две тысячи рабочих, на Буковине — двадцать две с соответственно разделенной ничтожной зарплатой, зато с гарантированной занятостью и социальной защитой. Это было искусственное насаждение в экономическую структуру края. Как только распался СССР — не стало и тех заводов. Взамен их новая власть, к сожалению, ничего не предложила, и экономический ресурс области продолжает находиться в дремотном состоянии. Хотя, повторюсь, при обеспечении соответствующих условий мог бы принести колоссальную пользу не только Буковине, Украине, но и всей Европе.

Беда в том, что сейчас в государстве в целом отсутствует продуманная последовательная политика регионального развития, направленная на повышение роли регионов, развитие их экономического потенциала, уменьшение региональных диспропорций. Нельзя же весь творог класть в один вареник, и нельзя допускать, чтобы развитие определенного региона зависело, как сейчас у нас принято, от благосклонности или неблагосклонности к нему первых лиц государства, рассматривающих его с точки зрения родственных, клановых, отраслевых, еще каких-то чисто субъективных интересов. Это никому, как свидетельствует довольно горький опыт нашего времени, не приносит пользы. Нужна комплексная программа развития страны с учетом возможностей каждого региона.

— На Буковине, в частности, заложен огромный потенциал для стремительного экономического взлета, — убежден З.Бройде. — Имею в виду потенциал трансконтинентальных коммуникаций, который сейчас практически не используется, но в свое время за очень короткий срок вывел этот край на ведущее место в Европе. Буковина, как, наверное, никакой иной европейский регион, имеет уникальное геоландшафтное и геополитическое расположение. Здесь объединены две, на первый взгляд, противоположные, но на самом деле единые в своей сути особенности. Буковина всегда располагалась на границе государств, в состав которых входила, одновременно находясь в самом центре Европы. Причем, что очень важно, в центре, географически не замкнутом, а легкодоступном для любых коммуникаций. Ведь Карпаты, закрывающие путь в Европу, здесь отступают, создавая уникальный по удобствам транзитный коридор во всех без исключения направлениях.

Этот созданный самой природой коридор всегда был искусственно перерезан государственными границами, не позволявшими использовать его коммуникационные возможности. К тому же правители государств, в которые волею судьбы доводилось входить Буковине, всегда смотрели на нее, как на далекую и малозначимую окраину (к величайшему сожалению, то же видим и сейчас). Нужны были ум и дальновидность австрийского монарха Франца Иосифа, сумевшего понять суть Буковины, Черновцов в частности, как мощного трансграничного европейского узла. Поэтому цесарская власть, придя на Буковину, немедленно взялась за приведение в порядок и строительство обычных и железных дорог. Сразу оживилась экономика Буковины (разумеется, и всего государства в целом), начала стремительно развиваться торговля. По статистическим показателям развития транспорта, в начале ХХ века Буковина не уступала таким всемирно известным сегодня австрийским туристическим центрам, как Зальцбург и Каринтия. В Черновцах, еще совсем недавно бедном городишке, начали создаваться и процветать мощные европейские банки, биржи, торговые палаты — то есть пошли финансовые потоки. Становление университета способствовало обмену интеллектуальными, информационными ценностями.

К сожалению, ХХ век революциями и войнами перерезал эти животворящие коммуникационные артерии. Буковина и Черновцы постепенно превратились в этакий советский тупичок, причем во всех отношениях. Но любой регион имеет свою память. Как только развалился Советский Союз и упал железный занавес, как Черновцы снова «вспомнили» о былых коммуникационных связях и превратились в один из крупнейших в СНГ центров оптовой торговли. Правда, в очень примитивной ее форме. К сожалению, на мелкооптовом рынке весь потенциал транзитного развития и «застрял».

Калиновский рынок, ставший визитной карточкой Черновцов, является своеобразной мутацией цивилизованного бизнеса. Многим людям в свое время он позволил выжить, но его «философия» стала петлей на шее для дальнейшего социально-экономического развития и капитализации края. Здесь обращаются огромные деньги, но они не создают новых общественных ценностей. Базарная ментальность проникла во все сферы жизни. Город постепенно деградирует и приходит в упадок. Причем этот упадок приобретает конкретные материализованные формы и превращается в серьезную опасность. В том числе и опасность окончательно потерять те производства, которые еще остались.

Пока Черновцы барахтаются в базарной стихии, соседние города — Ивано-Франковск, Тернополь, Львов, Луцк — стали мощными бизнесными центрами и «щелкают» в конкурентной борьбе черновицкие предприятия словно орехи одно за другим, скупая их акции и доводя до банкротства. Или возьмем банковскую систему города. Черновцы сегодня представлены в ней одним-единственным и, откровенно говоря, не самым сильным своим банком (для сравнения — Ивано-Франковск имеет три своих банка). Зато в городе открыты филиалы львовских, киевских, днепропетровских банков, которые сосредоточивают движение капиталов.

Отчаянная борьба в Черновцах между мэрией и облгосадминистрацией, свойственная политической жизни многих регионов страны, — не какое-то досадное недоразумение между исполнительной властью и органами местного самоуправления, и тем более не столкновение интересов и амбиций определенных особ. Это результат обострения намного более глубоких социальных процессов, когда решается вопрос дальнейшего развития региона: быть ему и дальше безнадежно-дотационным экономически-политическим тупиком или стать, наконец, как это определено судьбой, воротами государства в Европу и мир. Выбор во многом зависит от областного центра.

Но вместо того, чтобы интенсивно развивать традиционную и естественную для Буковины экономику на перекрестке мировых трансграничных коммуникаций, разумно используя уникальные геоландшафтные особенности края, власть продолжает углублять унаследованную от СССР замкнутость этой пограничной области с экстенсивной эксплуатацией ее природных ресурсов (в том числе и человеческих), декорируя свои действия унизительной и малоэффективной дотационной поддержкой. По сравнению с темпами развития по другую сторону уже недалекой новой границы с расширенным Евросоюзом это провоцирует возникновение здесь новой «линии Керзона» и обострение внутренних и внешних конфликтов, что мы, собственно, и имеем.

Мировая практика создания государств свидетельствует: именно такие регионы, как Буковина, — полиэтнические, горные, густонаселенные, как правило, являются депрессивными (поскольку концентрируют значительное количество незадействованной социальной энергии) и сталкиваются с серьезными проблемами. Можно, как поступал СССР, понастроить никому не нужных заводов-гигантов и на некоторое время заглушить эти проблемы. А можно, как это было при Габсбургах, развивать трансграничную кооперацию, торговлю, туризм, что резко повысит темпы развития экономики, инвестиционную привлекательность региона, занятость населения, стандарты жизни и, соответственно, поступления в государственный и местные бюджеты.

Об этом свидетельствует и богатый опыт многих стран Европы, которые выравнивали внутренние и внешние диспропорции с помощью еврорегионов — трансграничного сотрудничества административно-территориальных единиц смежных государств в соответствии с двух- или многосторонними соглашениями между ними. Еврорегионы уже стали перспективным инструментом и хорошо налаженным механизмом для последовательного разрешения проблем всех уровней, что закреплено во многих международных документах. Необходимость имплементации именно таких подходов к межрегиональному трансграничному сотрудничеству вытекает из итоговых документов саммита «Украина — ЕС», где подобное сотрудничество было признано одним из основных приоритетов в отношениях нашей страны с Евросоюзом.

Пока мы преимущественно на словах провозглашаем свой европейский выбор и желание войти в Евросоюз, ЕС вместе с НАТО сами стремительно приближаются к нашим границам. В зоне их расширения на восток от Балтики до Средиземного моря Украина граничит со всеми странами-кандидатами на вступление в ЕС в этой зоне. Поэтому имеет уникальную возможность наконец-то практически реализовать свои транзитные преимущества на транспортно-торговом европейском перекрестке Запад—Восток и Юг—Север, что предусмотрено Комплексной программой утверждения Украины в качестве транзитного государства. Буковина, Черновцы могут сыграть в этих интеграционных и для всех выгодных процессах самую весомую роль. Тем более что Евросоюз, провозглашая идею общей Европы не в географическом, политическом или экономическом измерениях, а прежде всего как формирование и развитие свободного и разнообразного европейского культурного пространства, придает огромное значение развитию регионов, особенно пограничных, и своей региональной политикой способствует эффективному использованию их возможностей, имеющихся и скрытых ресурсов.

Как ни обидно это констатировать, но Украина практически не использует внутренний потенциал межрегионального и трансграничного сотрудничества с соседями и странами ЕС, что лишает ее внешнюю политику дополнительного измерения межгосударственных отношений, которое сегодня успешно реализует «Европа Регионов», а ее государственный бюджет — без таких необходимых сейчас внешних инвестиций. Ведь по существующей практике Европейского фонда регионального развития помощь со стороны ЕС (ни много ни мало — 85 % от общих затрат) предоставляется таким регионам именно в качестве дополнения к национальным ассигнованиям, а не вместо них. Где эти ассигнования? Где продуманная региональная политика?..

Пока мы об этом говорим, мало что делая, Румыния, например, давно приняла и активно внедряет в жизнь конкретные проекты трансграничного сотрудничества и получает солидную финансовую поддержку от ЕС. А с украинской стороны, где граница с Румынией — почти половина западной границы государства, до сих пор не найдены адекватные шаги. При таком выжидательном сценарии инициатива в трансграничном сотрудничестве в нашем регионе, а вместе с ней и финансирование, окончательно перейдут к румынской стороне, которая, благодаря своей многолетней и последовательной политике на государственном уровне, уже привлекла к реализации своих межрегиональных проектов более 300 млн. евро в виде льготных кредитов и грантов ЕС. И у нас имеются наработки по международному трансграничному сотрудничеству, причем разработан принципиально новый его механизм. Это Экоеврорегион — модель постоянного пространственного развития в составе еврорегиона «Верхний Прут». К сожалению, он не имеет надлежащей государственной поддержки.

Создается впечатление, что Киев склонен вообще не замечать регионы с их проблемами, строя с ними отношения на принципах фаворитизма, а не общего гармоничного развития страны. Естественно, очень хорошо, что активно развивается транспортный коридор в направлении Чернигова и дальше на Москву, всесторонне разрабатывается транзит Одесса—Броды. Но этого мало. Необходимо активнее использовать мощные трансформационные возможности западных границ страны, развивая, в частности, уже существующую систему еврорегионов, которая создает все условия для формирования взвешенной региональной политики и ускорения процессов интеграции в современную Европу. Тем более что сама Европа и такие влиятельные политические органы, как НАТО, Совет Европы, ОБСЕ, проявляют к еврорегионам значительный интерес и поддерживают их.