На 77-м этаже манхэттенского Sutton Tower сейчас звучат сирены. Британский фотограф Джайлз Дули открыл здесь выставку Distortion/Memory/Resilience (Искажение/Память/Стойкость). Вместо классического обзора своих работ документалист предлагает зрителям физически погрузиться в последствия войн — и значительная часть этого опыта посвящена Украине.
Для Дули это самый личностный проект за 20 лет карьеры. «Словно во сне все знакомое вдруг искажается. Жизнь до войны становится воспоминанием. Надежды и мечты — утрачены из-за неопределенности и насилия», — объясняет автор. Он нарочно играет на контрастах, чтобы посетители из безопасного американского города почувствовали хрупкость мира.
Одна из комнат пентхауса превращена в гигантскую камеру-обскуру с плотными блэкаут-шторами. Перевернутый горизонт Нью-Йорка проектируется на голые стены и одинокий матрас. Визуальную дезориентацию усиливает аудио: реальная запись гула сирен, сделанная украинской журналисткой Юлией Тимошенко на полу своей ванной комнаты в Киеве в первые дни полномасштабного вторжения.
Соседние залы раскрывают травму через бытовые детали. Дули реконструировал школьный класс с деревянными партами, внутри которых спрятаны рисунки украинских детей — воспитанников лагеря психологической реабилитации Gen.Camp (проект Gen.Ukrainian Оксаны Лебедевой).
Детский визуальный язык жестко фиксирует разрушение и смерть, а из скрытых динамиков звучат голоса самих авторов. Рядом — пространство, напоминающее комнату украинской бабушки. Здесь можно просмотреть коробку со старыми фотографиями под аутентичное пение группы «Муравський шлях». Только присмотревшись, зритель понимает: это современные портреты украинских военных, снятые Дули на камеры 1940-х годов.
«Единственным моим оружием была камера»
Путь Дули к гуманитарной документалистике начался с двух подарков. После юношеской автоаварии 18-летний Джайлз получил от вдовы своего крестного камеру Olympus OM-10 и альбом военного фотографа Дона Маккалина.
В 1990-е годы Дули неожиданно для себя стал топ-фотографом лондонской музыкальной и модной индустрии. Он снимал Oasis, Blur, The Prodigy и Ленни Кравица для GQ и Vogue. Его портрет Мерилина Менсона даже вошел в 100 лучших рок-снимков всех времен.
Джайлз признается, что у него не было особых технических навыков, но он умел быстро сходиться с людьми. Это открывало двери в частную жизнь звезд: перелеты первым классом, виски в гастрольных автобусах и классические атрибуты богемы.
Как рассказывает фотограф, однажды после съемки он сидел в гостиничном номере и плакал от абсолютной внутренней пустоты. Погоня за глянцевыми обложками утратила смысл. Последней каплей стала лондонская съемка, где редактор и агент довели до слез молодую актрису, заставляя позировать топлесс. Фотограф молча пошел в свой номер, бросил камеру на кровать — она отскочила, вылетела в открытое окно и разбилась на асфальте.
Эта случайность, по словам Дули, запустила двухлетнюю изоляцию. Борясь с депрессией, фотограф переехал в рыболовецкий городок Гастингс. Как-то ночью во время шторма он заключил с собой соглашение: дать себе два года, чтобы полностью изменить жизнь и посвятить его помощи другим.
Джайлз устроился ухаживать за пациентами с рассеянным склерозом и работал по 16 недель без выходных. Он продал вещи, а все деньги тратил на поездки в зоны конфликтов. «Я видел несправедливость в мире, а единственным моим оружием была камера», — вспоминает Джайлз.
«Я не определяю себя как фотографа войны, — говорит Дули. — Я фотографирую любовь. Здесь вы не увидите сцен насилия — только жизнь, которая продолжается, несмотря на боль». Он принципиально избегает экшена, фокусируясь на том, как люди собирают свою жизнь из обломков.
«Правая рука уцелела — значит буду держать камеру»
Но работа на войне забрала свою цену. В 2011 году, сопровождая американский патруль в Афганистане, 39-летний Дули наступил на самодельную мину. Из-за взрыва он потерял обе ноги и левую руку.
Убежденный, что жить ему остались минуты, Джайлз просто сосредоточился на дыхании. Уже в вертолете, когда боевые медики Фил и Си Джей боролись за его жизнь, показатели стабилизировались, и Дули начал думать о будущем. Засыпая, он пообещал медикам выпить с ними через 18 месяцев.
Дальше было 46 дней реанимации в Бирмингеме. Интубация (медицинские трубки) заставляла общаться только миганием глаз. Чтобы не сойти с ума от отсутствия стимулов, мозг фотографа начал генерировать собственную реальность. Парализованный Дули мысленно проводил фотосессии для проекта «100 портретов перед смертью» и учился готовить сложные блюда, чувствуя фантомные вкусы.
Самый тяжелый кризис накрыл через три месяца, когда санитары впервые посадили его в колесное кресло. Как говорит Дули, увидев в зеркале истерзанное тело, он почувствовал отвращение. Но упрямство победило. Фотограф сформулировал новое правило: никогда не думать о том, что потеряно или неподконтрольно, а фокусироваться исключительно на том, что в его силах. Правая рука уцелела — значит он снова будет держать камеру.
Пережитое стало стимулом, и в 2017 году Дули основал благотворительный фонд Legacy of War Foundation. Его принцип — минимум бюрократии, максимум прямой помощи местным инициативам. Фонд покупает землю для женских ферм в Руанде, работает в Ливане и, конечно, в Украине.
К работе фонда Дули и команда привлекают знаменитостей. Как говорит фотограф, он презирает «благотворительный туризм» ради пиара — каждый визит звезды должен приносить деньги или политическое давление. Когда в 2022 году Бэнкси тайно приехал рисовать граффити на Киевщине, он передвигался на скорой от фонда Дули. Это спасло художника от полиции, когда владелица дома возмутилась граффити на ее стене и вызвала правоохранителей.
В знак благодарности Бэнкси выпустил 50 принтов Fragile, выцарапанных ножом для пиццы, собрав средства на новые скорые для эвакуации с Донбасса. Принты продали по 5 тыс. фунтов стерлингов, на сайт продажи через сутки поступило больше миллиона запросов и зафиксировано 3,5 тыс. атак с российских IP-адресов. Дули направляет и других мировых звезд. Например, актрисе Анджелине Джоли Дули посоветовал ехать не в безопасные тыловые города, а в Херсон.
«Моя жизнь сформирована войной, но мое предназначение продиктовано любовью», — говорит Джайлз. В Украине он работает с 2010 года, когда снимал одесских беспризорных детей. С начала большой войны его фонд направил больше 500 тыс. фунтов стерлингов и 29 тонн гуманитарной помощи на поддержку людей с инвалидностью и пожилых украинцев. Это кареты скорой помощи, генераторы, Starlink и медоборудование для прифронтовых больниц Херсонщины.
Дули постоянно бывает на фронте. В одно из деоккупированных сел он привез спецколяску для девушки с церебральным параличом, которую изнасиловали во время оккупации. После этого ее мать написала британцу, что снова поверила в Бога. А в 2025 году фонд запустил программу Futures, чтобы обучать украинских ветеранов с ампутациями на техников-протезистов.
С 2022 по 2025 год Дули был глобальным адвокатом ООН по правам лиц с инвалидностью в условиях конфликтов. В Лозанне на конференции по разминированию он предупреждал об ужасных последствиях минирования территорий, сравнивая Украину с французской «Красной зоной» под Верденом, где люди гибнут от снарядов Первой мировой даже через 100 лет. После окончания своего мандата Джайлз жестко раскритиковал ООН за имитацию инклюзивности вместо реальных действий.
«Однорукий шеф»
Выставка Distortion/Memory/Resilience пронизана философией Кинцуги — японского искусства склеивания разбитой керамики с использованием порошка золота. Дули убежден: травмы не нужно прятать, их надо подчеркивать как доказательство выживания. «Я не могу обещать, что вещи станут лучше. Я могу лишь обещать, что через год они будут другими», — говорит он, доказывая своей жизнью, что худшее на войне — это бездеятельность.
Отдушину от военной рутины Джайлз находит на кухне под псевдонимом The One-Armed Chef (Однорукий шеф). В 2022 году VICE TV выпустил шестисерийный документальный сериал с таким названием. Дули готовил в Бейруте, приходившем в себя после взрыва в порту, с сирийскими семьями в Ливане, с активистами против продовольственной бедности в Глазго.
Финал серии — об Украине: героем последнего эпизода стал шеф-повар Евгений Клопотенко, который возвращает украинской гастрономии ее историческую идентичность. Эпизод вышел на VICE 23 февраля 2022 года — за сутки до полномасштабного вторжения.
«Война — это разрушения и ненависть, а еда — это способ объединить людей и проявить любовь… Общая тарелка делает разговор возможным там, где его оборвала война», — говорит фотограф. Этот подход стал частью выставки в Sutton Tower.
Прямо в экспозиции Дули устроил серию званых ужинов, один из которых провел со звездой «Сверхъестественного» Мишей Коллинзом. Меню составил сам фотограф, миксуя украинскую, руандийскую и персидскую кухни.
Гостей салона он угощал квашеными помидорами от украинской женщины из деоккупированного села.
Российский танк разрушил ее дом, а выжить помогли именно эти банки в подвале. «Пробуя эти помидоры, люди физически осознавали, что овощи выросли на земле, которую пытались уничтожить», — объясняет замысел Джайлз.