UA / RU
Поддержать ZN.ua

ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ КИНОПАЛИТРА

Обширная программа Открытого Российского кинофестиваля таяла на глазах под жарким сочинским солнцем, придя к своему логическому завершению — раздаче призов и закрытию ХIV «Кинотавра»...

Автор: Светлана Короткова
«Отец и сын» — «специальное событие»

Обширная программа Открытого Российского кинофестиваля таяла на глазах под жарким сочинским солнцем, придя к своему логическому завершению — раздаче призов и закрытию ХIV «Кинотавра». На заключительной пресс-конференции Марк Рудинштейн пригласил присутствующих на следующий, ХV фестиваль, пообещав на юбилейном форуме серию сюрпризов.

Нет сомнений, что Марк Григорьевич со командой, которая как никогда четко и слаженно отработала фестиваль, придумает что-то неординарное и постарается «угостить» присутствующих интересными гостями. Но было бы неплохо за оставшееся до будущего фестиваля время прийти к консенсусу кинопродюсерам с киноначальниками и не закрывать дорогу на крупнейший национальный смотр российскому кино, объясняя это его будущим присутствием на международных кинофестивалях. Любой показ на национальном смотре, тем более премия, полученная там, лишь повышает интерес мировой кинообщественности к данному фильму.

А теперь вернемся непосредственно к завершившемуся «Кинотавру». Как уже упоминалось в предыдущих публикациях, программа была обширной, но несколько ограниченной из-за вышеупомянутых «непоняток» — в нее не вошел целый ряд фильмов ведущих мастеров. Например, «Прогулка» Алексея Учителя, которой открывался Московский фестиваль.

«Панораму» оценивало продюсерское жюри и зрители, ежевечерне собиравшиеся на площади перед Зимним театром. Там были работы дебютантов и признанных мастеров, вошли фильмы, которые уже завоевали награды на различных кинофестивалях, прошедшие в прокате или по ТВ. За бортом зрительского внимания остался тягучий «Тартарен из Тараскона» Дмитрия Астрахана, псевдоромантическая комедия Максима Воронкова «Интимная жизнь Севастьяна Бахова» и «Железнодорожный романс» Ивана Соловова (попытка сделать очередной рождественский бестселлер — лавры-то «Карнавальной ночи» и «Иронии судьбы» покоя не дают). Два последних довольно равнодушно уже просмотрела обширная телеаудитория — об этом говорят рейтинги. Среди показанных фильмов — «Лунные поляны» Игоря Минаева, современные вариации на тему инцеста давно не видевших друг друга брата с сестрой, и новая работа Ларисы Садиловой «С любовью, Лиля» — мелодрама о мечтательной и романтичной работнице птицефабрики. Особняком, на мой взгляд, стоит в «Панораме» «Гололед» Михаила Брашинского — разные жизни, предчувствие встречи, никто, ничто и никого переделать не в силах. Этот фильм можно принимать или не принимать, о нем можно спорить, а можно смолчать, но это кино не для всех. Во главе программы стояли два лидера проката — грамотный, живой и ловко скроенный дебют Филиппа Янковского «В движении», отмеченный уже многими фестивалями, и нашумевшее благодаря присутствию Ренаты Литвиновой «Небо. Самолет. Девушка» дебютантки же Веры Сторожевой.

Во внеконкурсных программах среди «взрослых» полнометражных картин затерялись милые короткометражки «Дебют-Кинотавр». По своему художественному уровню они, право же, заслуживают большего внимания. Что, по словам Марка Рудинштейна, будет учтено на будущем фестивале.

Традиционный документальный обзор «В зеркале документа» представил на экране жизнь страны. Это очень интересно, ведь мы почти отучились смотреть документальное кино. О начале крестного пути великолепного артиста Георгия Жженова рассказывает Сергей Мирошниченко в картине «Георгий Жженов. Русский крест» (фильм первый). Об отдыхе самых небогатых и неприхотливых —Виталий Манский в фильме «Бродвей. Черное море». Проблемы неприкаянных и невыслушанных подростков поднимает в ленте «Послушайте…» Светлана Музыченко, а Виктор Невежин рассказывает о талантах и поклонниках в картине «Простой рабочий парень» и т.д. Специальным показом демонстрировался фильм одного из основателей рижской школы поэтического документального кино Герца Франка «Флешбэк».

— Это фильм-исповедь, — говорит о своей работе автор. — Я посвятил его всем операторам, с кем посчастливилось работать, кто снимал сердцем и душой, у кого один глаз был сухой, другой — мокрый. Каждый кадр из четырехсот, вошедших в фильм, — подлинный документ. Вместе они образуют художественную ткань с драматическим сюжетом, в котором есть философия, личное мироощущение, разумеется, визуальная культура. К строгому образному ряду и приросло все остальное — слово, музыка, шумы, тишина, которая тоже имеет свой голос. В документальном кино меня всегда привлекали духовная жизнь человека, личность и вечные проблемы — любовь, рождение, смерть, судьба… И всегда мучили сомнения: имеем ли мы право обнажать чужую жизнь? Я сомневался и продолжал снимать.

А в разделе «специальное событие» был показан фильм Александра Сокурова «Отец и сын», получивший накануне в Каннах приз ФИПРЕССИ. Это вторая часть задуманной кинотрилогии, посвященной нюансам человеческих взаимоотношений, в основе которых природные связи. Притчу о матери и сыне продолжает притча об отце и сыне. Их духовная связь крепка, отношения — чувственны, но, чтобы из мальчика вырос полноценный мужчина, отец, тщательно скрывая нестерпимую боль, «отпускает» его на свободу, во взрослую жизнь. Фильм, как все работы Сокурова, потрясающе выстроен и филигранно отделан визуально. Это, пожалуй, самая захватывающе-чувственная из всех сокуровских лент.

Из 18 конкурсных работ сразу можно вычленить исторический сегмент, который, несмотря на отдельные безусловные актерские удачи — Олег Янковский и Виктор Сухоруков («Бедный, бедный Павел» Виталия Мельникова), — дань времени и попытка понять себя сегодняшнего, переписывающего историю. А это не ново. «Для постановки фильма необходимы деньги. А для этого легче всего выбрать личность историческую — Жанна д’Арк, Наполеон, — пригласить звезду для заглавной роли, все это соответственно размазать —и получится минимум усилий, максимум дохода. Фильм готов — денежный расчет доминирует надо всем. Кино же опошляется, и сами короли экрана не замечают, какой большой опасности подвергают свое дело: раз они низвели кино до такой плоскости — каждая посредственность, захотев, может стать тузом экрана…». Это слова из доклада, сделанного в Сорбонне Фернаном Леже в мае 1924 года. Не правда ли, легко проецируется и на наш национальный кинематограф?

Не к историческому, но, безусловно, костюмному кино относится фильм Ивана Попова, который предпочитает собирать у экрана семьи. «Радости и печали маленького лорда» — дивная вечная история, где добро побеждает зло, растапливает ледяные сердца и вознаграждается царством, в данном случае — состоянием и титулом. Этот фильм будут смотреть, хотя, на мой взгляд, он грешит неоправданными длиннотами, актерскими штампами и нарочитой искусственностью.

Целый ряд картин, разных по жанру и степени профессионализма, прессингуют ностальгию по давнему или недавнему прошлому, скатываясь в используемых художественных приемах до откровенной пошлости. И не помогает этим картинам присутствие звездных имен в титрах — известные артисты чувствуют себя неловко в этой «одежде не по размеру». Здесь и дебюты («Игра в модерн» Максима Коростышевского, «Не делайте бисквиты в плохом настроении» Григория Никулина), и известные имена ( «Фото» Александра Галина и «Жизнь одна» Виталия Москаленко).

Александр Хван, ярко заявивший о себе в 1992 году своей первой полнометражной картиной «Дюба-дюба», представил на суд жюри и зрителей новую работу — «Кармен», сюжет которой автор сценария Юрий Коротков «позаимствовал» у своего великого и популярного уже не одно столетие Мериме. Правда, в титрах это не указано. Может, оно и верно, перенеся авторской волей непокорную Кармен в наше буйное время, сценарист, в отличие от своего предшественника допустил в истории цепь провалов, которые, по сути, низвели ее до гимна романтике воровской жизни. Любви здесь нет, во всяком случае она ничем не выражена, кроме совокуплений, да и актерам — Ольге Филипповой и Игорю Петренко — режиссер «забыл» четко определить задачи. Короче, авторское определение жанра «love-story» тут явно не подходит.

О последнем фильме мэтра комедии Эльдара Рязанова с завлекательным названием «Ключи от спальни» мы поговорим в ближайших номерах, предваряя интервью с Эльдаром Александровичем.

Объемы обзора не позволяют подробно остановиться на каждой работе, и мы вернемся к разговору о многих лентах, представленных в конкурсе «Кинотавра», т.к. они будут показаны в августе на Ялтинском международном кинофестивале продюсерского кино Украины и России.

Нельзя обойти вниманием жутковатую притчу о гегемоне и толпе, которую скрупулезно прослеживает Вадим Абдрашитов. Безусловно, это фильм-предупреждение о «магнитных бурях внутри нас», как сказал сам постановщик, представляя фильм. Только стоит ли нас так пугать тем, что уже давно известно. Может, картина просто немного запоздала?

Событием, открытием стала дебютная работа Геннадия Сидорова «Старухи». Никому не известный режиссер сделал картину о забытой богом русской деревне. Как-то сразу настораживало и не сильно тянуло на просмотр. Но работа есть работа, пошла. Фильм захватывает с первых кадров легким дыханием шукшинского стиля. Но он не вторичен. Великолепны самобытные старухи со своей не всегда нормативной лексикой, поражает Сережа Макаров первозданной и очень искренней реакцией на все происходящее. Вместе с забытыми жителями забытой деревни не принимаешь, а потом безоговорочно принимаешь «залетных» узбеков. Они приехали не узурпировать край, они полюбили его и хотят в нем жить, жить достойно, по-человечески, сохраняя свою культуру и мирно соседствуя с другой, непохожей, но тоже близкой. Ведь носители любой культуры — люди. Овация в зале началась почти за три минуты до конца фильма и не смолкала, пока шли финальные титры. Благодаря смелости жюри, возглавляемого Валерием Тодоровским, картина «собрала» невиданный для фестиваля урожай призов — четыре. И ее постановщик смог-таки вывести формулу счастья.