UA / RU
Поддержать ZN.ua

БОЯТЬСЯ ЛИ СЕРОГО?

Этот спектакль, что и говорить, привлек к себе внимание. Премьера состоялась 11 мая, но еще задолго до даты реклама «Не боюсь серого волка» конституировала произведение Андрея Жолдака частью потребительского сознания...

Автор: Дмитрий Десятерик

Этот спектакль, что и говорить, привлек к себе внимание. Премьера состоялась 11 мая, но еще задолго до даты реклама «Не боюсь серого волка» конституировала произведение Андрея Жолдака частью потребительского сознания. Огромные цветные рекламные щиты с лицами исполнителей сделали бы честь любому товару или международному фестивалю; трудно было даже поверить, что такие силы брошены на рекламу «всего лишь» театрального представления. Мощное финансовое и информационное обеспечение создалось усилиями многих частных и государственных структур, среди которых не последнюю роль играл Фонд содействия развитию искусств Украины.

Андрей Жолдак, режиссер спектакля, известен как ученик знаменитого москвича Анатолия Васильева. В постановке Жолдака до сих пор был известен один спектакль — «Моменты» по произведениям В.Винниченко на Малой сцене театра им.И.Франко. Ныне для работы был избран известный текст Эдварда Олби «Кто боится Вирджинии Вульф?», близкий к современной драматургии абсурда.

Сценографы спектакля прибегли к препарации не только сцены, но и зрительного зала, который был разрезан по диагонали огромным красным помостом. Белое панельное обрамление заменило кулисы, в глубине установлен экран для слайдов — одним словом, дана максимальная свобода актерским передвижениям. В зале же удивленные зрители садились в кресла, обтянутые тюлем; те же тюлевые облака заполоняют сцену во втором акте.

Средства спонсоров позволили привлечь к участию ударную группировку известнейших заслуженных мастеров игры — Богдана Ступку, Богдана Бенюка, Аду Роговцеву. Любое появление их на сцене замечательно само по себе. В спектакле «Не боюсь серого волка», как уже было сказано выше, сцена эта давала высокую степень свободы лицедейству. Но в таком пространстве особенно важна работа постановщика, поскольку наименьшая ошибка как под увеличительным стеклом становится заметной. Приходится признать, что основной компонент спектакля оказался весьма потесненным эффектными постановочными средствами. Видимой своей ловкостью и опытом исполнители «закрывали» множество лакун режиссуры. Иногда казалось, что они попросту создают сиюминутные игровые модели, никак не развивающиеся и мало сообщенные друг с другом. О цельности спектакля — концептуальной, динамической, режиссерской, в конце концов говорить трудно. «Не боюсь серого волка» носит следы явных постмодернистских устремлений постановщика. Это, конечно, не может не тешить любителей новизны. Однако самая изысканная знаковая цитатность, самая радикальная ирония обращаются в подобие рассыпаного карточного домика, будучи лишенными фундамента внятной творческой воли. Из всего происходившего в Молодежном театре можно лишь понять, что два героя — Джордж и Марта — ссорятся, долго, пошло, по-коммунальному, а двое их злосчастных гостей (Б.Бенюк и В.Спесивцева) по мере возможностей им в этом помогают. Заканчивается все, конечно, рождественским примирением. Банальная простота, скрывающаяся за шикарными переодеваниями, разноязыкими песнями и иными трюками, — есть простота серого, обыденного, несостоявшегося.

Авангардное искусство — так уж сложилось — мало имеет шансов и стимулов к развитию в нашем обществе. Не в последнюю очередь это связано с духовным и экономическим кризисом. А еще разрушительнее кризис идей в искусстве, кризис мастерства. Представленное в Молодежном театре заставляет вспомнить о некоем персонаже Марка Твена, коловшем орехи королевской печатью.