ЗАКОН СОХРАНЕНИЯ ЛЮБВИ

28 сентября, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №38, 28 сентября-5 октября

По данным Отдела уголовной милиции по делам несовершеннолетних МВД Украины, сегодня в стране проживает 12 млн...

По данным Отдела уголовной милиции по делам несовершеннолетних МВД Украины, сегодня в стране проживает 12 млн. детей. Только за первую половину нынешнего года органами правопорядка задержано на улицах 45759 человек. Из них за преступления — 12120 человек, а за административные нарушения (мелкое хулиганство, распитие спиртных напитков и т.д.) — 12730. Если во времена Советского Союза подростки в основном попадались за хулиганство, драки или же за взятую без спроса машину — покататься захотелось, — то сегодня около 70% преступлений, совершаемых малолетними правонарушителями, носят имущественный характер. Некоторые промышляют в частных магазинах или ларьках, а кто побойчее — шапками и золотыми изделиями запоздавших сограждан. Наиболее типичный возраст юных преступников — 14—17 лет. За бродяжничество и попрошайничество задержано более 16 тысяч детей. Большинство из них помещены в государственные приюты (около 7 тысяч) и медучреждения, более 21 тысячи детей и подростков возвращены родителям и опекунам.

Проблема оказавшихся на улице детей корнями своими уходит в еще не окрепшую экономику и несовершенное законодательство. Государство не защищает тех, кто лишился работы или жилья. У таких людей нет работы, нет денег, впереди — пустота. Регулярный «уход от реальности» с помощью алкоголя и наркотиков ведет к деградации личности, изменению системы ценностей. «Крайними» же оказываются дети, на собственном опыте убеждающиеся в действенности такого несправедливого закона сохранения любви в обществе.

…Никто не предполагал, что эта поездка на море окажется роковой. Маленький Димка еще накануне отъезда пребывал в радостном волнении — наконец-то он увидит огромное Черное море, попрыгает на волнах, опробует купленный недавно надувной круг. Мама и папа всю дорогу шутили, вспоминали, как сами впервые увидели море. Судьба подстерегала их в виде молодой «соседки» по пляжу — торговки наркотиками. Первым втянулся папа, а за ним и мама. К концу трехнедельного отпуска они были уже законченными наркоманами. Вернувшись домой, очень быстро исчерпали запасы и стали не только потреблять наркотики, но и продавать. Малышу тогда было всего 4 года, но помнит он все очень ясно. В доме поселился кошмар: вечно голодный ребенок наблюдал наркоманские оргии, ломки, ссоры между потерявшими человеческий облик родителями, еще совсем недавно бывшими нормальными людьми.

К 6 годам он практически все время проводил на улице, где его очень быстро научили курить и пить водку. Когда родителей посадили, он окончательно «прописался» в одном из подвалов, неподалеку от своего дома, где собиралась шумная компания таких же, как он, ребят. Днем друзья воровали в метро, автобусах или трамваях, а по вечерам на заработанные деньги (50—100 грн. в день) пили спиртное, закусывали, дышали клеем и «клеили» девчонок. Года через два Диму отыскал товарищ отца и отвел в христианский приют «Детская надежда», созданный специально для детей улицы.

Другие дети никогда не жили нормальной семейной жизнью.
13-летний Максим, еще один обитатель детского социально-реабилитационного центра, помнит родителей либо пьяными, либо с похмелья. Чуть мальчик подрос, его начали отправлять на «заработки». «Что хочешь делай, но деньги принеси. Мы тебя кормили-поили, теперь — твоя очередь». Пообвыкнув на улице, однажды Максим решил не возвращаться в холодный и неуютный дом.

Его ровесница Женя также не может вспоминать свое детство без боли. Ее маленькая душа словно окаменела, и о своем прошлом девочка рассказывает отстраненным голосом и как-то механически, будто отвечает зазубренный и неинтересный урок.

— Меня зовут Женя. Мне 13 лет. Моя мама умерла от водки, папа — от туберкулеза. Когда мне было 6 лет, старшая сестра продала квартиру и я оказалась на улице. Еще у меня есть другая сестра и брат, но где они — я не знаю.

— Где же ты жила?

— У подруги.

— А на какие деньги?

— Ходила просила. Хватало и мне, и подруге — гривен по двадцать в день получалось.

— Здесь тебе нравится?

— Да. Тут тепло, хорошо кормят, даже праздники устраивают: «Первый звонок», например, или чей-то день рождения.

— Ты на улице оказалась не по своей воле. А как туда попадают другие?

— Просто удирают. Дома родители избивают, квартира не отапливается, нет света, тараканы. На улице тоже плохо: некоторые, если холодно, могут и месяца не выдержать — умирают.

Удрать из дому пытался или хотя бы думал об этом, наверное, каждый. Поводов для такого решения, особенно в подростковом впечатлительном возрасте, предостаточно: страх перед наказанием, нежелание учиться, насмешки товарищей или сложности в семье. И хорошо, если поход окончится у ближайшей остановки. Ибо, раз попав на улицу, ребенок может получить такие физические и моральные травмы, оправиться от которых не сможет долго. Поэтому, полагают психологи, родители должны всеми силами стараться поддерживать с ребенком душевный контакт, быть не только наставником, но и другом. Ведь все беды ребенка, а затем и подростка, начинаются с того, что ему просто не с кем поговорить по душам. Маленькому человеку неуютно дома, и он начинает искать, где лучше — у подруги, друга, а может, вообще — в другом городе. Присутствует тут, конечно, и жажда приключений.

Но беглецы из нормальных семей на улице редкость. Большинство ребят оказываются там потому, что больше негде жить. Появившись на свет, они оказались никому не нужны. А родители — хуже, чем просто чужие люди. Нисколько не заботясь о произведенных на свет крохах, они с 4—5-летнего возраста отправляют детей на «заработки» — попрошайничать или воровать. Некоторые идут еще дальше и посылают крошечных дочек зарабатывать папе на водку собственным тельцем. Естественно, подрастая, ребенок стремится покинуть «отчий дом» — лучше терпеть побои и унижения от чужих, чем от единственных родных на свете людей.

Лишившись крыши над головой, как и в далекие 20-е годы, ребенок находит ночлег в подвале, канализации, туннеле, на чердаке, базаре или в пустом киоске. Подвалы, в зависимости от «благоустроенности», делятся на несколько категорий. Самые «шикарные» ребята даже пытаются обустроить найденной на свалке мебелью, кухонной утварью. Другие — менее удобны, есть и такие, где дети спят прямо на полу, лишь отодвинув сваленный повсюду хлам.

В некоторых подвалах, по аналогии с обычными квартирами, есть отдельные «комнаты» — для курения, употребления наркотиков, их приготовления, занятий сексом, сна. Чтобы хоть как-то скрасить безрадостную жизнь, дети начинают дышать клеем, курить, пить или употреблять наркотики. На это тратятся практически все добытые деньги, на все остальное их просто не хватает. Поэтому ребята иногда по нескольку дней голодают, не имеют необходимой сезонной одежды, лишены элементарной медпомощи. Большинство «детей улицы» болеют помимо обычной чесотки еще целым букетом не менее опасных заболеваний, от которых нередко умирают.

По своему месту жительства беспризорники объединяются в отряды, где верховодят старшие, более сильные и опытные. Часто их прибирают к рукам цыгане или взрослые уголовники: пользу мальцы приносят немалую, а наказания проще избежать благодаря юному возрасту. Берут на такую «ответственную работу» не всех, а лишь самых бывалых, а те затем передают свой опыт товарищам. Начинают карьеру, как правило, с выпрашивания денег. Если не получается, переходят (жить-то надо) к кражам или разбою. Но нравится такая жизнь лишь редким единицам. В большинстве своем ребята мечтают о теплом и уютном доме, где бы о них заботились, радовались их успехам и отправляли не на заработки, а в школу.

— Наши дети запущены педагогически и психологически, не видели обычных человеческих отношений, — рассказывает директор детского социально-реабилитационного центра «Детская надежда» Зоя Повелица, — поэтому мы стараемся научить их жить в нормальном мире, где детей любят и заботятся о них, воспитываем на христианских ценностях и морали. Ребятам у нас нравится — в основном из-за теплой атмосферы и того, что их хорошо кормят. Многие очень быстро осваиваются и с удовольствием занимаются обычными детскими делами: играют, читают, смотрят кино.

— Я знаю, что в обычных государственных приютах ребенок может находиться не более 90 дней. После этого срока его нужно либо, собрав документы, отправить в интернат, либо вернуть родителям. Сколько времени дети могут находиться в вашем приюте?

— Столько, сколько нужно для реабилитации — месяц, полгода, несколько лет. У нас работают опытные педагоги и психологи, которые стараются вернуть ребенка к обычной жизни, сделать его полноценным человеком с нормальной здоровой психикой. Сегодня у нас живут 35 детей. Финансовые проблемы не дают нам возможности принять больше, но мы надеемся в ближайшем будущем эти проблемы решить.

— А как обстоят дела с учебой?

— Это действительно серьезная проблема. Большинство наших детей в свои 12—13 лет ни разу не сидели за партой. Поэтому в нашей экспериментальной школе мы к каждому ребенку подходим индивидуально, в зависимости от знаний и способностей. Многие не только ни дня не учились, но из-за клея и алкоголя поначалу просто не способны воспринимать материал. Хотя учиться хотят все. У нас есть мальчик Саша, который бродяжничал с 5 лет (аферисты продали квартиру, и он оказался на улице). Такого строптивого и своенравного ребенка мы еще не видели. Но потихоньку он обогрелся, втянулся в нашу жизнь, начал с удовольствием учиться играть на гитаре и осваивать школьную премудрость. Да так активно, что за год прошел программу начальной школы.

— Как дети попадают к вам в центр?

— Некоторых приводят друзья или знакомые, а некоторых находят в подвалах и на чердаках наши добровольцы. Они кормят ребят, рассказывают о жизни в центре и приглашают присоединиться.

— Но как бы ни хороша была жизнь в приюте, ребенок не может находиться в нем всю жизнь.

— Конечно. Тем более что у многих наших детей есть родители. Мы работаем и с ними, так как в большинстве своем это алкоголики и наркоманы. Кстати, у нас был случай, когда отец, окончательно спившийся человек, несколько лет бомжевавший по городу, с нашей помощью вернулся к нормальному образу жизни и теперь сам воспитывает своего ребенка. Если мы не можем вернуть ребенка в семью, то стараемся найти опекунов. Но главная наша задача — это вернуть детям веру в справедливость, сделать их полноценными членами общества, показать, что добро все-таки побеждает силы зла.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно