Я РИСУЮ, Я СЕБЯ РИСУЮ...

16 марта, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №11, 16 марта-23 марта

— Смотри, как я красиво нарисовал! — радостно завопил мой сын, демонстрируя еще не совсем высохший «шедевр»...

— Смотри, как я красиво нарисовал! — радостно завопил мой сын, демонстрируя еще не совсем высохший «шедевр».

Рисунок действительно впечатлил. На фоне голубого неба желтело солнце, внизу зеленела редкая травка, на которой находилось нечто коричневое, сильно смахивающее на огромного таракана, стоящего за дирижерским пультом. Вспомнив советы детских психологов, я первым делом похвалила то, что юному живописцу действительно удалось:

— Да, небо и солнышко у тебя здорово получились. Так даже папа не нарисует. А это что? — поинтересовалась затем, указывая на коричневого «монстра».

— Ты что не видишь? Это же избушка на курьих ножках, а возле нее дорожка.

 

Важен не результат — внешнее сходство, а сам процесс. Главное, чтобы ребенок имел возможность выражать себя в творчестве и получать от этого радость. Помню, в детстве мне очень нравилось рисовать: чистый лист бумаги будоражил воображение, волновал запах красок, а собственные работы казались великолепными. Но однажды, в классе шестом или седьмом, взглянув на свои рисунки, я глубоко разочаровалась, поняв, что рисовать не умею, и с тех пор к краскам не прикасалась. А можно ли сделать так, чтобы желание творить не исчезало у ребенка и в более старшем возрасте?

Для этого, в один голос уверяли меня художники, нужно учиться живописи и рисунку серьезно. Но только с момента, когда ребенок начинает критически смотреть на свои творения, — лет с двенадцати—тринадцати.

— Маленькому ребенку главное не мешать, — поучал меня бородатый портретист на одной из крупных художественных ярмарок-продаж. — Он сам знает, как рисовать. Детские рисунки как раз и интересны своей чистотой, непосредственностью, удивительным чувством формы и цвета. Малыш часто изображает не сам предмет или человека, а то, что о них знает. При этом получается внутренний, а значит, самый верный портрет. Моя дочка в три года нарисовала нашу семью, наградив каждого качествами, о которых тот мечтал. Так я, к примеру, получился высоким и худым, а жена с пушистыми волосами и длинными ногами. Я, кстати, знаю художника, который брал рисунки своего сына, переносил их на холст, слегка творчески обрабатывал и выставлял на продажу — пользовались они, надо сказать, большой популярностью.

— У ребенка должен быть стимул, — поддержал беседу худощавый график. — Когда я был маленьким, мне всегда нравилось что-то делать вместе с родителями. Поэтому своего Дениску я стараюсь почаще брать с собой в мастерскую — даю ему бумагу, кисти, краски и полную свободу действий. Лишь иногда исправляю откровенные огрехи.

— Вот так ты его и «ломаешь», — возразил импозантный импрессионист. — Почему ты так уверен, что ты рисуешь правильно, а он — нет? Может быть, его видение мира самое верное?

— Так как же все-таки быть: показывать ребенку, как нужно рисовать или нет?

— А вы знаете «как»? — в свою очередь спросила меня Наталья Винниченко, преподаватель живописи, противница классической методики преподавания. — Если родители не специалисты, то им лучше не браться за это. Показывая малышу, как «по-вашему» нужно отображать дом или дерево, вы формируете у него стандартное мышление. Вот скажите, вы где-нибудь видели желтое солнце с идущими от него лучами? Если ребенку этот вариант не показывать, то ему и в голову не придет такое изобразить.

Когда я работаю с совсем маленькими, стараюсь не столько показывать, сколько говорить о живописи и рисовании. Спрашиваю, к примеру: «А как бы ты это нарисовал?», «Как ты думаешь, на что похожи облака?» или предлагаю понаблюдать за той же тропинкой — под ногами она широкая, а вон там у леса кажется совсем узенькой.

— Ну а если ребенок приходит и просит: «Нарисуй!».

— А вы скажите: «Хорошо, только вначале ты, а потом я». И не убеждайте ребенка, что взрослые рисуют лучше: в рисовании не может быть «хуже» и «лучше». Кстати, вспомнила забавный случай. Я тогда училась во втором или третьем классе, и нам дали задание нарисовать корову. Естественно, я обратилась к папе — он архитектор и, как мне казалось, рисовал замечательно. На смех всей нашей семье я получила за Буренку «двойку» и с тех пор рисую сама.

— А если ребенок упорно отказывается рисовать?

— Может быть, вы слишком много требуете от него и малыш просто боится не оправдать ваши надежды? Не стоит пытаться обогнать время.

Свои первые каракули ребенок выводит примерно в полтора-два года. Как правило, они ничего не означают — малышу просто нравится водить карандашом по бумаге (а иногда и маминой помадой по зеркалу!). При этом психологи полагают, что любые замечания на этой стадии могут вызвать задержку развития. Через пару месяцев каракули начинают приобретать для малыша определенное значение. То есть, сам характер «художеств» не меняется, но автор уже дает им вполне конкретные названия: «Это — папа» или «Наш дом». И лишь приблизительно к трем с половиной-четырем годам творения юного художника начинают приобретать привычные нам очертания.

Бывает, что охоту к рисованию отбивает равнодушие взрослых: малыш должен видеть, что мама и папа интересуются его творчеством, радуются успехам, хранят лучшие работы и «хвастаются» ими перед гостями — ведь то, что никому не нужно и никого не радует, не вызывает вдохновения.

— И все же большинство детей «перерастает» подобное увлечение.

— Чаще всего это происходит потому, что ребенок начинает критически смотреть на свои работы. Тут два пути. Либо отвести «критика» в художественную школу, либо изменить его взгляды на творчество. Походите в музеи, на выставки. Пусть он увидит, что живопись бывает разная и далеко не все художники гиперреалисты. Даже, скорее, наоборот. Пусть поймет, что картина может отображать не только предметы и людей, но и состояние души, настроение, а для этого не так уж обязательно уметь рисовать реальные предметы. Известный детский психотерапевт Вайолет Оклендер предлагает давать детям довольно оригинальные задания: «Нарисуй, как выглядел бы мир, если бы он был таким, как тебе хочется», «Нарисуй, что ты чувствовал, когда поссорился с братом», «Изобрази свой самый счастливый момент в жизни» и так далее.

При этом пусть ребенок рисует и красками, и карандашами, и фломастерами, и цветными мелками. Не стоит мешать, если он захочет на акварели дорисовать что-то шариковой ручкой или разрисовать гуашью принесенный с улицы булыжник. А вдруг в будущем он изобретет новую технику живописи или станет основателем целого направления?

 

* * *

 

Иногда по рисункам можно судить, насколько комфортно чувствует себя маленький человек в окружающем мире. По мнению российского детского психолога-психотерапевта Наталии Кедровой, перенося на бумагу свои страхи и переживания, ребенок самому себе помогает справиться с новыми или непростыми событиями жизни.

Так, дети, чувствующие себя неуверенно, создают рисунки, напоминающие схемы метро, системы водопроводов с кранами или географические карты — словно пытаясь упорядочить изменчивый и непостоянный мир взрослых. Дети, пережившие сильный испуг, повторяют страшные фрагменты из рисунка в рисунок. Ведь это — самый естественный для ребенка способ разобраться с тем, что его пугает. Чаще всего волнующая тема постепенно сходит на нет, и у малыша появляются новые сюжеты.

Весьма красноречивы изображения отдельных фигур. К примеру, если ребенок постоянно рисует одиноких «героев», то, возможно, ему не хватает внимания и любви взрослых либо общения со сверстниками — детям свойственно мыслить «семейными» категориями. Поднятые или опущенные вниз со сжатыми кулачками руки у человечка на рисунке говорят о пессимистическом настрое автора или агрессивности. Большие глаза с прорисованными зрачками или же без зрачков и с заштрихованными склерами — символ страха или тревоги. О неуверенности в себе могут поведать ноги фигурки — если они нарисованы без ступней. В норме своим героям и героиням малыш рисует устойчивые опоры в виде ступней ног либо широкого основания длинного платья. Уверенный в себе, уравновешенный ребенок обычно концентрирует изображаемое в центре листа, используя жирные четкие линии.

Но не стоит при взгляде на творение своего малыша сразу впадать в отчаяние или ставить диагноз — вполне возможно, что вы не учли все нюансы и неверно интерпретировали «пиктограмму». Полную картину психического и эмоционального состояния ребенка может дать лишь квалифицированный детский психолог.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно