XXI ВЕК: ТЕРРОРИЗМ, ВИДИМЫЙ И НЕВИДИМЫЙ - Социум - zn.ua

XXI ВЕК: ТЕРРОРИЗМ, ВИДИМЫЙ И НЕВИДИМЫЙ

22 марта, 2002, 00:00 Распечатать

Обращаясь в мысленной беседе к блаженному Августину, Евгений Пашковский («Щоденний жезл») спрашивает, нет ли греха в изучении зла, в идентификации закономерностей, разрушающих сей мир...

Обращаясь в мысленной беседе к блаженному Августину, Евгений Пашковский («Щоденний жезл») спрашивает, нет ли греха в изучении зла, в идентификации закономерностей, разрушающих сей мир. В украинской культуре моральная проблема вскрытия зла, начиная с древнейших сказок и заканчивая нравственными поучениями художественных произведений XIX века, решалась через острую критичность, высмеивание его примитивности. Следуя такой традиции, будем надеяться, что внимание, сосредоточенное на новых формах зла, проявившихся террористическими актами в Америке, не сманит нас к невольному его восхвалению.

Пытаясь раскрыть особенности современных организованных форм злых действий человека, будем полагаться на известные закономерности отечественной истории, знакомые кому по книгам, а кому априори — с колыбели или из горечи личного опыта.

Мировое зло проявляется двумя различными видимыми формами, условно говоря, «западной» и «восточной». Эти две формы зла постоянно выступают как антиподы, противоборствующие противники. В украинской истории это видимое будто бы противостояние прослеживается на протяжении тысячелетий. Нашествие гуннов и готов сменили татарские набеги и европейский колониализм, на волне освобождения от которых началась их агония в двух мировых войнах — столкновении большевизма и фашизма, которые перешли в «холодную войну» и современное разделение Украины между Россией и «западным сообществом». Такими же двусторонними ударами, с Востока и Запада, было прервано государственно-культурное развитие многих других народов, среди которых, в частности, арабы и персы.

При всём внешнем различии зла «восточного» и «западного» его тождественность выявляется в согласованности действий — в конкуренции за уничтожение ресурсов, взаимном усилении и предложении своеобразных «услуг», а также — в неуничтожении одним другого. Так, удары орды служили негласным, допущенным Речью Посполитой извне фактором расширения крестьянских повинностей. Ведь после татарского набега поредевшая община сельчан теряла прежнюю способность к организованному сопротивлению, а самоотверженный ритм восстановительных работ, с которым крестьяне спешно бросались стереть следы татарского нашествия, зачастую оставался как постоянная повышенная повинность. Для татарской же стороны польское ослабление Украинского государства открывало путь для грабежа и плена.

Совместные действия двуликого зла прослеживаются во всей мировой истории. Между двумя огнями, европейского и туземного враждующего происхождения, гибли этносы новооткрытой Америки, африканские племена, цивилизации Юго-Восточной Азии. Даже колыбель нашего христианства — Византия, к сожалению, была попрана «союзными» ударами тюрков и крестоносцев. В современных условиях взаимное усиление двух будто бы противоположных форм зла видим в слиянии массового обучения тактики ведения террористических действий. Под видом визуальных развлечений насаждается «западная» форма зла, а воплощение этой тактики «восточным» злом осуществляется террористами в реальных террористических атаках. Тем самым предлагая новые сюжеты для разворачивания дальнейших телевизионных методов умаления человеческой доброты.

За внешними отличиями двух форм зла скрывается подлинная предпосылка, которую гласно использует каждая из сторон, убеждая, что источник конфликтности сосредоточен в лагере противника, а правда-де — на стороне «своих».

Разрушения «западного» зла негласны, скрыты за видимой добропорядочностью. Среди средств его маскирования — как примитивные идеологемы, отождествляющие богатство и правду, бедность и злодеяния, так и более сложные пропагандистские средства, — не бездоказательные аргументы, построенные на противопоставлении открытой грубости «восточного» зла. Собственно, эта явная злобность последнего, постоянно способствуя нераспознаванию злых намерений «западной» будто бы «добропорядочности», служит эффективным средством её маскирования.

Для морального оправдания открытой губительности «восточного» зла применяются инверсные понимания универсальных понятий чести, морали, правды. Так, среди татар работорговля, жертвами которой были наши пращуры, составляла предмет гордости, грабёж и пленение крестьян внушали уважение со стороны единоплеменников. В наше время афганские талибы отказались выдать людей, обвинённых в терроризме, ссылаясь на гостеприимство и боевое товарищество.

Зло «западное» и «восточное» схожи методами технологического поражения жертв. Татарская орда и роты польских конфедератов грабили «короливщины» и «духовные маетности», то есть украинские сёла, как одна и та же ватага разбойников. Сегодня «технологическая идентичность средств поражения» проявляется в собственно авиационных ударах по американским небоскрёбам и афганским поселениям.

Объектом истребления, на который нацелены обе формы зла, — это «ресурсы доброты», во всех случаях — одни и те же. Во времена феодального колониализма эти «ресурсы доброты» составляли сравнительно скромные материальные пожитки и глубоко сострадательную искренность человеческих отношений, которые произросли на почве христианской земледельческой культуры. Сегодня «ресурс доброты», сообща уничтожаемый обеими формами зла, — это искренняя, одухотворенная правдивость человеческих отношений, которая кое-где уцелела в замкнутых культурах отдельных народов. «Западное» специально-психиатрическое прививание подсознательных архетипов деструктивного с помощью телевизионных методов и осуществление террористических атак, построенных на этих архетипах, — таковы формы нынешнего взаимодействия казалось бы враждующих сторон.

Наконец, «восточное» и «западное» зло тождественны чертами индивидуальных характеров людей, которые, организовываясь, создают разрушительные группы. Так, характеры ротмистров — вербовщиков наёмной армии Речи — ничем не отличались от садизма бея орды. Нынче «западные» распространители идеологии насилия, подсознательных дел мастера, — аналитики спецслужб, исследователи методов изощрённого поражения массового подсознания и ремесленнический отряд режиссеров (разрабатывающих по рецептам первых созерцательную продукцию, используемую для наведения в подсознании запланированных доминант) имеют анонимного двойника, «восточного» или «антизападного». Последний своими террористическими ударами нанёс такой же глубокий сдвиг в сознании всё тех же людей — «объектов деструктивизации», как и сотни серий «западной» спецвидеопродукции. Посеять страх, лишить уверенности, изъять из человеческой души сострадание, окунуть её в среду невидимой иррациональной зложелательности — такие общие черты доминируют над группами, распространяющими встречные волны зла.

Чего больше, слепого заблуждения или изощрённого цинизма в угрозах американского президента, обращённых к государствам, «обвиняемых в поддержке терроризма»? Ведь именно «массовая антикультура», которой США топчут народные культуры отдельных этносов, вместе с их регулирующе-антитеррористической функцией вкупе с экономическим прессингом против этих же народов расширяет «социальную базу терроризма» вообще и служит, в частности, школой, обучающей «тактике ведения террористический действий» для отдельных групп, возникающих на общем фоне духовной пустоты и бедности.

Зло демаскирует себя особенностями разрушений в тех местностях, где сохранялся, пусть бедный, но доброжелательный лад. Шевченковское «у раю пекло розвели», кроме нашей христианской цивилизации, относится и к другим культурам. Носители которых обеспечивали своё материальное существование выращиванием злаковых, риса, собиранием плодов и хранили сроднённую с этим основным занятием глубоко биофильскую культуру, созданную тысячелетней традицией агротехнического опыта. Поражая такие оазисы почти Рая, зло уничтожало их материальную и духовную составляющие. Среди наиболее ужасных таких разрушений — голодомор в Украине в 1932—33 годах.

Не случайно террористы избрали для удара здания с тысячами офисов. Ведь здесь работали люди, получавшие радость от своего труда, они были счастливы ритмом чередовавшихся будней и праздников. Собственно, этот их труд символизировал, как современное товарное производство служит средством, успокаивающим вечные человеческие тревоги, позволяющим ощутить радость утерянного счастья. За логикой нелюбви к Америке, коей, казалось бы, следовало ожидать от террористов, первые их удары должны бы были разрушить Голливуд, «центры развлечений» и психиатрические лаборатории. Но, точно так же, как татарские набеги не задевали укреплённые поместья, а гайдуки не спешили в погоню за пленными, сегодня две формы зла не подрывают одна другую. Не случайно в Америке приняты дополнительные меры для охраны киностудий. То есть при внешней взаимной ненависти двухполюсное зло не уничтожает своих источников в тылу «противника». Истребляются только «ресурсы доброты».

Впрочем, если две части, на которые расколот мир, противоборствуя, в конце начинают прозревать, тогда человечество выходит из заколдованного круга. И в этом видится знамение того, что очередная форма зла побеждена. Чтобы увидеть пример такой победы разума или правды, достаточно вспомнить, как были закончены Вторая мировая и «холодные войны». Принимая утверждение, что новый век будет исполнен страха перед глобальным терроризмом, приходим к выводу, что приметой его окончания должно быть избавление, освобождение «антитеррористической коалиции» от её пока что террористической сути. Причём должно прекратиться не только «метание бомб» по Европе или Азии, но и всякое выдвижения финансово-политических ультиматумов, то есть акты невидимого экономического терроризма, от которых, кстати, Украина пострадала уже не раз.

К сожалению, история учит, что после победы над злом последнее не загодя возвращается под видом отрицания своего предшественника. На волне победного триумфа над старым злом, маскируясь под победившее добро, оно проскальзывает к новым формам своих деструктивных козней. Не забывая использовать при этом все старые трения, разбросанные озлобленным человеком по мировой истории. Так, коммунизм, возникший на волне отрицания феодализма, по существу был его агонистическим продолжением. Современные источники беспокойства в Азии и Африке не были бы такими, если б не давний европейский колониализм. Прямая связь между «столетием тоталитаризма» и «терроризма» раскрывается элементарным наблюдением: идеология распоясавшейся материалистической «свободы» — это прямое следствие критики тоталитарных режимов. Пропаганда идей «свободы и человеческих ценностей», вздыбившаяся до всепозволяющей крайности — «свободы» «визуальных развлечений методом демонстрации насилия», мгновенно трансформировалась из будто бы осуждения старого зла в его новое тиражирование, которое стало новой формой тотальной антихристианской пропаганды.

В глобально-политическом смысле перед человечеством стали две задачи — избавиться от старого двухполюсного зла, именуемого в геополитической терминологии противостоянием периода холодной войны. И одновременно освободить «антитеррористическую коалицию» от её пока что террористической сущности. К счастью, политический голос Украины в этом вопросе не расходится с правдой, познанной на основе горького исторического опыта. Но, к сожалению, при всех иммунитетах к ментальным вирусам, вызывающим и грубость «востока», и мелочность «запада», Украина оказалось в зоне разрушения обоих. Массовый уход всего общества к теневым, негласным формам хозяйствования, произрастание на этой почве антиукраинской политики правящего олигархического капитала, который в свою очередь открывает путь западной губительной пропаганде, сеющей бездушие и маскирующей все общественные пороки под «европейский выбор», — таков заколдованный круг зла внутреннеукраинского и внешнего, террористического.

Впрочем, каким бы двоедушием ни страдало общество, разделившееся на гласную и теневую составляющие, политическая власть в Украине не сможет не отрицать терроризм, видимый и невидимый, финансовый и ракетно-бомбовый. Слишком глубоки пока что жизнеутверждающие корни народной культуры. Именно это оставляет надежду.

Раз так, может, и не надобно изучать зло, а, оставив его нераскрытым, побеждать, не смотря в его сторону. Возможно, это и имел в виду блаженный, не ответив на вопрос современника, коим начинались эти тревожные размышления.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №15, 21 апреля-27 апреля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно