ВИЛЬГЕЛЬМ ГАБСБУРГ-ЛЕТРИНГЕН ИЛИ ЖЕ ВАСЫЛЬ ВЫШИВАНЫЙ

2 июня, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №22, 2 июня-9 июня

Будем называть принца Вильгельма Габсбурга так, как он называл себя сам — Васылем Вышиваным. Этот роскошный украинский псевдоним — уж никак не прихоть избалованного аристократа...

Будем называть принца Вильгельма Габсбурга так, как он называл себя сам — Васылем Вышиваным. Этот роскошный украинский псевдоним — уж никак не прихоть избалованного аристократа. За ним стоит романтическая метаморфоза всей его жизни, на которую он пошел по своей воле и за которую заплатил уж слишком большую плату. Цена — искалеченная жизнь, жестоко прерванная в возрасте, который принято считать пиком человеческого существования, в момент, когда человек постигает уже много, но перед ним еще очень далеко простираются восходящие горизонты жизни. Так было и есть с большинством патриотов Украины — их жизненный путь тернист и трагичен. Вильгельм Габсбург не должен был идти по такому пути, однако он добровольно избрал его из любви к народу с жестокой судьбой, из высокого душевного благородства, которое так нечасто встречается даже среди благороднейших личностей.

Вильгельм Габсбург родился в 1895 году в итальянском городе Поло. Его отец — адмирал австрийского военного флота, брат австрийского императора Франца Иосифа Габсбурга, который в сравнении с другими августейшими монархами Европы был самым долговечным властителем императорского трона. Он занял его в 1848 году и был вынужден отречься от него в 1916 году под ураганными ударами революции, которая вспыхнула почти во всей Европе вследствие общественных катаклизмов, порожденных первой мировой войной. Таким образом, император Франц-Иосиф был родным дядей Вильгельма, сама же династия Габсбургов — древнейшая в Европе. Она правила свыше 900 лет.

Не стоит забывать, что Австрия с 1848 года была конституционной монархией. Ее отпрыски должны были быть не палачами, а отцами своих народов. В австрийской же империи этих народов была хорошая семейка. Справедливая и чуткая мать Вильгельма стремилась, чтобы ее сын, которому императорская корона не светила, поскольку его генеалогическая линия стала побочным отростком, вырос, по крайней мере, добрым опекуном и правителем наиболее последовательных в империи подданных — украинцев-русинов, которых в австрийском государстве было едва ли не больше, чем самих австрияков. Ведь то были галичане, буковинцы, лемки и закарпатцы. И было их больше пяти миллионов. Они не раз оказывали Австрии очень большую услугу, в частности, во время войн, а также революции 1848 года, когда на Австрию хлынула потоком армада российских царских войск, которая и задушила «весну народов» в империи Габсбургов. Весной народов тогда была названа общеевропейская революция конца первой половины XIX века. Мать Вильгельма была не против того, чтобы ее сын стал локальным правителем этой романтической части австрийских граждан. Поэтому она позаботилась о том, чтобы он получил хорошее украинское воспитание. Она окружила его прислугой украинской крови и украинского национального самосознания. Когда же мальчик достиг школьного возраста, отдала его в класс, где обучение велось на украинском языке и, понятно, все ученики и учителя были украинцы. Она делала это ради того, чтобы мальчик естественно и органично вошел в украинскую национальную атмосферу.

Однако вышло так, что Вильгельм пошел в своем развитии значительно дальше того, на что рассчитывали его родители. Он стал украинцем по духу, не отказываясь от своего австрийского происхождения. Поэтому когда началась первая мировая война и в связи с ней у украинцев появился шанс на национальное освобождение, Вильгельм Габсбург ощутил свою прямую заангажированность в украинском освободительном движении. Он вступает в легион украинских сечевых стрельцов. Благо, перед тем он получил прекрасную выучку, окончив в 1915 году Австрийскую военную академию.

Став офицером украинских сечевых стрельцов, Вильгельм Габсбург почувствовал себя в своей стихии. Патриотический дух галичан стал частью его самого. Языковой барьер не ощущался даже на уровне акцента. Украинские народные и стрелецкие песни стали его песнями. В душе этого удивительного австрийца даже пробудился талант украинского поэта. В 1921 году он издал в Вене поэтический сборник «Минають дні», и если он до сих пор не получил надлежащей оценки со стороны нашей литературной критики, то лишь потому, что над поэтическим наследием поэта хорошенько поработали «литературные критики» с пятиугольными звездами на зеленых погонах.

Уже после убийства поэта не раз они глумились над его литературным наследием в украинской советской прессе времен глубокого застоя и стагнации. В действительности же литературное наследие Васыля Вышиваного заслуживает вполне положительной оценки.

Вот так императорский отпрыск австрийской монархии Вильгельм Габсбург стал украинцем Васылем Вышиваным. В одной из бесед с главным атаманом Украинского войска Симоном Петлюрой в Каменец-Подольском Вильгельм Габсбург сказал о себе, что он такой же украинский патриот, как и все патриоты-украинцы.

Далеко не последнее место занял Вильгельм Габсбург и в составе украинского национального войска, как в Украинской Галичской армии, так и позже в Армии Украинской Народной Республики. Президент ЗУНР вскоре после провозглашения украинской державы на территории Галичины, Буковины и Закарпатья присвоил Васылю Вышиваному звание полковника, и оно вполне соответствовало как профессиональной выучке способного офицера, так и уровню его службы в армии Западно-Украинской Народной Республики. С ним охотно вошли в контакт руководители обеих украинских армий, которые вскоре слились в единую Армию УНР. Произошло это после акта воссоединения 22 января 1919 года. Так, в том же 1919 году он установил довольно тесные контакты с военачальником украинских сечевых стрельцов, а затем главнокомандующим Армии ЗУНР Евгением Коновальцем.

Тесные связи, уже сугубо политические, он поддерживал с полковником Коновальцем как председателем Провода ОУН и после окончания войны, вплоть до его трагической гибели.

В тяжелое для украинского войска время Васыль Вышиваный вошел в тесный контакт с главнокомандующим Армии УНР и фактическим президентом Украинской державы Симоном Петлюрой. Однако в начале 1920 года, когда зажатый большевистскими войсками С.Петлюра заключил союзнический договор с польским правительством маршала Юзефа Пилсудского, согласно которому Армия Речи Посполитой должна была помочь в освобождении от большевиков златоверхого Киева и за это отдать Галичину под владычество Польши, Вильгельм Габсбург не одобрил это политическое решение и вместе с Евгением Петрушевичем, президентом ЗУНР, выехал в Вену.

Авторитет Васыля Вышиваного в период украинских освободительных сражений 1917—1920 годов был настолько высок, что он чуть было не занял определенное место на политической шахматной доске молодой украинской державы. Летом 1918 года, когда власть в Украине оказалась в руках гетмана П.Скоропадского, который вел хоть и антибольшевистскую, но пророссийскую, то есть белогвардейскую, политику, группа радикальных украинских боевиков во главе с полковником П.Болдочаном, генералами Петровым и Гнатовым предложили Васылю Вышиваному возглавить мятеж против П.Скоропадского, чтобы устранить его от руководства государством, а гетманом провозгласить действительно более радикального, чем Скоропадский, принца императорской крови Вильгельма Габсбурга. Однако это предложение он не воспринял, поскольку затея пахла авантюрой. Занять наивысший трон в украинской державе для себя, как австрияка, он считал некорректным.

После окончания первой мировой войны Вильгельм Габсбург вернулся в родную, но очень уж урезанную Австрию. Он отдает себя преимущественно политической и литературной работе, издает журнал «Соборна Україна», в котором печатает политические статьи, воспоминания из недавних бурных лет, новые стихотворения и прочее. Политически он принадлежал тогда к Австрийской народной партии, был владельцем завода, который изготавливал лакокраски, ведь и августейшим особам нужно было на что-то жить.

Когда заканчивалась вторая мировая война, Васыль Вышиваный сделал одну очень фатальную ошибку. Вместо того чтобы уехать за пределы досягаемости большевистско-московской власти, ну, скажем, хотя бы во Францию, он остался в оккупированной русскими Вене. Не зная менталитета Москвы, он не придал значения ни своим давним украинолюбивым публикациям, ни своему участию (более чем двадцатилетней давности) в освободительной войне Украины против красной московской империи. Оказалось, что доблестные чекисты внимательно следили за деятельностью Васыля Вышиваного на ниве украинской литературы и политики. Поэтому первое, что они сделали, — арестовали его.

В конце концов, они приняли во внимание не только его публикации, но как-то проследили и его новейшие политические связи и шаги. Дело в том, что, сочувствуя освободительной войне против СССР Украинской повстанческой армии, французское правительство делало попытки через Вильгельма Габсбурга наладить военные контакты с воюющей Украиной. Речь шла в частности, о переброске самолетами на места исторических событий в Западной Украине военного снаряжения и людского пополнения из числа украинских патриотов на Западе, готовых поддержать борьбу своих соотечественников на родных землях. Имелась в виду не какая-то заангажированность Васыля Вышиваного в структуре французских спецслужб, а лишь разовая консультация с ним, как знатоком украинских политических дел.

Основываясь, по сути, на данных прессы, в частности на «Альбоме украинских сечевых стрельцов» (Львов, 1925 г.), в котором Васыль Вышиваный — автор и редактор — писал о своей военно-патриотической деятельности в Украине во времена освободительных сражений 1917—20 годов, советские чекисты заточили его в Карлс-Баденскую тюрьму и шили ему шпионское дело в пользу западных держав. Объясняя свое знание украинского языка и причастность к украинским патриотам, Вильгельм Габсбург вполне резонно замечал, что в тринадцатом полку австрийской армии, в который его мобилизовали как вышколенного офицера, были одни лишь украинцы, все общение на бытовом уровне, а вскоре и на официально-командном велось на украинском, так мог ли он быть исключением, принимая во внимание еще и фундаментальное освоение им украинского языка в гимназических классах, где почти все ученики были украинцами и обучение велось на украинском языке.

Поскольку языковой вопрос не давал возможности следователям выдвинуть серьезные основания для вынесения самого страшного приговора, Васыля Вышиваного хотели запутать всякими связями с «жесточайшими врагами» украинского народа А эти враги — не кто иные, как украинские националисты. Ему пытались настойчиво приписать связи с «американо-английскими империалистами», от которых еще так недавно в огромных количествах получали «свиную тушенку» и самые разнообразные виды оружия. Под такую категорию в годы «холодной войны» мог попасть кто угодно из англоязычных знакомых Вильгельма Габсбурга. От него добивались положительного ответа о получении каких-то денежных субсидий. Заключенный категорически отрицал подобные упреки. Особенно настойчиво ему инкриминировали личные контакты с американским автомобильным магнатом Морганом. Васыль Вышиваный категорически отрицал связи с ним, а тем более грязные предположения в получении от него денег «на украинское дело». Мягкость характера и интеллигентность не помешали ему решительно и категорично отвергнуть эти упреки.

Свою гражданско-политическую и культурологическую деятельность в межвоенное двадцатилетие Васыль Вышиваный вел вполне легально и корректно. Так, на просьбы гетмана в изгнании Павла Скоропадского и при посредничестве Владимира Липинского состоялась встреча В.Вышиваного в Лейпциге и Берлине с представителями украинской политической эмиграции Запада с целью объединения всех разрозненных украинских патриотов вне пределов родины в единую политическую силу.

Когда московско-большевистский террорист Судоплатов подложил Е.Коновальцу часовой механизм, разнесший руководителя Провода ОУН посреди Амстердама, Васыль Вышиваный напечатал в газете «Канадский фермер» некролог по поводу печальной кончины этого выдающегося украинского политического деятеля.

Однако следствие над В.Габсбургом было всего лишь превентивным. Высшее московское кагебистское начальство пожелало его отправки в Киев, чтобы придать авантюре статус громкого политического судебного процесса, как это происходило в тридцатых годах.

В конце ноября 1947 года Вильгельм был конвоирован в Киев и брошен в Лукьяновскую тюрьму, которая стала ужасающей Голгофой великого патриота Украины. Более полугода тянулось ежедневное, а вернее, еженощное следствие, истязание на допросах. В результате следователь предлагает вынести ему в качестве приговора первоначально 25 лет концлагерей, а впоследствии этот же срок, но не в лагере, а в жуткой Владимирской тюремной централи.

В Лукьяновской тюрьме Вильгельма держали в 17-й камере. Следствие с особенной предвзятостью и жестокостью вели лейтенант Кузьменко, майор Ткач и сам начальник тюрьмы Журавлев. Ответственным за все следственные действия был Лымарченко. Как видно из судебного дела, часть протоколов — дело рук следователя Калибабы, который, очевидно, исполнял функции секретаря.

Васыль Вышиваный вел себя на допросах с исключительным достоинством настоящего аристократа. Знакомств не скрывал, но и не бросал на своих друзей, да и людей случайных, никакой тени. Обвинения в шпионаже он отвергал решительно, потому как и вправду никакой шпионской деятельностью он никогда не занимался.

25 мая 1948 года Киевский ОСО принял решение об осуждении В.Габсбурга на 25 лет заключения в лагере особого режима. Московские опекуны киевских чекистов восприняли этот приговор как слишком либеральный. Они оставили заключенному те же 25 лет, но заменили ему лагерь стопроцентным камерным режимом в одной из страшнейших подмосковных тюрем. Однако этот приговор не был доведен до ведома подсудимого в связи с его смертью.

Перестарались изверги. Еще не старого по возрасту, относительно здорового человека они довели своими ночными пытками до катастрофического состояния. Кроме сердечной недостаточности, ночные истязания в ночную жару, а затем охлаждение ведрами холодной воды, от которой одежда намокала до последней нитки, довели до двустороннего легочного туберкулеза. Обессиленный Вильгельм выхаркивал с кровью свои последние жизненные силы. Он умер в три часа ночи 18 августа 1948 года в тюремной больнице. Никаких следов его захоронения не сохранилось. Очевидно, его прикопали где-то под оградой Лукьяновского кладбища, специально без указания места погребения.

В 1989 году над двухтомным судебным делом Васыля Вышиваного, от чтения которого кровь стынет в жилах, в Москве работала комиссия по пересмотру дел незаконно осужденных и признала наказание его безосновательным. Он был реабилитирован 16 января того же года. Как видно из показаний, на которые судейская камарилья не обращала никакого внимания, он был всю жизнь порядочным человеком, милым, добродушным интеллигентом. Пребывая в Украине во время первой мировой войны, он, как австрийский офицер высокого ранга, предотвращал инквизиции немецкого и австрийского воинства над украинскими крестьянами, содействовал освобождению из тюрем многих арестованных.

Когда высокий австрийский военачальник Маренци попытался было перебросить украинских сечевых стрельцов на итальянский фронт, Васыль Вышиваный не дал возможности использовать их на чужбине как пушечное мясо в интересах, далеких от дел национальной независимости Украины.

Васыль Вышиваный безусловно заслуживает вековечного почитания. Было бы хорошо, если бы удалось разыскать его могилу. Возможны и другие формы почитания, скажем, назвать одну из киевских улиц именем Васыля Вышиваного.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно