В ТРЕТЬЕ ТЫСЯЧЕЛЕТИЕ С «НЕГУМАННЫМ ОРУЖИЕМ»

4 июля, 1997, 00:00 Распечатать Выпуск №27, 4 июля-11 июля

После того, как в американском штате Нью-Мексико прогремел первый ядерный взрыв на Земле, открывши...

После того, как в американском штате Нью-Мексико прогремел первый ядерный взрыв на Земле, открывший зловещую главу в истории нашего жестокого ХХ века и давший старт «холодной войне», ядерное противостояние и гонка оружия массового поражения были доминантами в международных отношениях. Имели место серьезные опасения, что это оружие будет использовано, что приведет к катастрофическим последствиям для всего человечества. Поэтому большинство заключенных после второй мировой войны договоров касались ядерного, космического, химического и биологического оружия.

После Чернобыля, показавшего насколько мир хрупок и незащищен, бессмысленность ядерной войны, в которой не будет победителей, после окончания «холодной войны» и ослабления тотальной военной угрозы и глобального противоборства по линии Восток-Запад наступил благоприятный период для «гонки разоружения». Договор о всеобщем запрещении ядерных испытаний, который, начиная с 24 сентября 1996 г., подписали все ядерные державы и большинство стран мира, хочется верить, закрывает последнюю страницу в истории ядерного века и на деле прокладывает человечеству путь в ХХ1 столетие без ядерного оружия.

Но одновременно с этими переменами к лучшему в мире появились или усилились негативные процессы, связанные не только с наследием прошлого. Вместо установления нового международного порядка, писал в статье «Агония морали» директор «Монд дипломатик» И. Рамоне, «мир стал более опасным, более сложным, в нем нарастает неуверенность». И под «зонтиком» взаимного ядерного сдерживания происходили войны и конфликты. Но сегодня их количество резко увеличилось, жестокость достигла невиданных ранее масштабов. Бесчеловечность людей по отношению друг к другу - не изобретение нашей эпохи, но никогда раньше она не проявлялась с такой силой и с таким размахом. Участники саммита в Хельсинки в 1992 году с горечью констатировали, что «со времен второй мировой войны история еще не знала таких человеческих жертв и страданий людей, в том числе огромного количества беженцев, ущерб нашему культурному наследию и уничтожение материальных ценностей достигли ужасающих масштабов».

Эти «достижения» достигнуты обычными вооружениями, которые сегодня мало чем отличаются от средств массового уничтожения. Поэтому возрастает необходимость усиления борьбы за разоружение и особенно против использования тех видов оружия, которые отличаются чрезвычайной жестокостью и наносят большой ущерб и ненужные страдания мирному населению. Среди них наиболее остра проблема сухопутных мин.

По данным Организации Объединенных Наций, в настоящее время в 64 государствах, в зонах прошлых и нынешних вооруженных конфликтов, установлены 110 миллионов противопехотных мин, которые поджидают своих жертв.

Специалисты считают, что каждую неделю от противопехотных мин в мире погибает около 500 человек, в основном гражданских лиц. Ежегодно на минных полях гибнут до 10 тысяч ни в чем неповинных людей и еще 20 тысяч получают ранения и пожизненные увечья. 30 процентов всех жертв составляют дети. Каждые тридцать минут где-нибудь на земном шаре разыгрывается очередная трагедия, будь то на рисовых полях Вьетнама, в лесах Боснии, горах Афганистана, ущельях Таджикистана, Голанских высотах, на песчаном побережье Кувейта, в городах и селах Алжира, в дворах и развалинах Грозного.

Наземные мины, и прежде всего противопехотные, не делают различий между солдатами и мирными жителями, между своими и чужими, между состоянием войны и мира. Еще долго после окончания военных действий и конфликтов мины дожидаются своей добычи. (И сегодня, 50 лет спустя после окончания второй мировой войны, находят и обезвреживают взрывные устройства, заложенные бывшими противниками. Напомню, что только на советско-германском фронте общее число установленных мин превысило 200 млн. штук. Несмотря на то, что в послевоенные годы уничтожены десятки миллионов взрывоопасных предметов, тысячи граждан Советского Союза уже в мирное время стали жертвами «минного наследия» войны).

В ряде стран, разоренных вооруженными конфликтами и войнами, земля буквально нашпигована взрывчаткой. «Минное наследие» военных действий и конфликтов стало серьезным препятствием для добровольной репатриации миллионов беженцев в Мозамбике, Сомали, Уганде, Камбодже, Иране, Пакистане, Афганистане и других стран. По оценкам, только в Афганистане взрывы мин за 15 лет унесли жизни 20 тыс. мирных жителей и нанесли увечья еще 400 тысячам. Среди жертв особенно много тех, кто вернулся из Ирана и Пакистана на родину в ходе реализации Программы ООН по репатриации.

Огромные районы земного шара стали непригодными для жизни из-за мин, оставшихся в наследство от многочисленных вооруженных конфликтов и войн. По данным консультанта ООН по исследованиям в области разоружения, вице-президента Женевского международного института проблем мира Иозефа Голдблата, в Зимбабве приблизительно 405 тыс. гектаров сельскохозяйственных земель, буша и лесов вдоль границ с Замбией и Мозамбиком непригодны для использования из-за мин, установленных во время окончившегося почти двадцать лет назад конфликта с Родезией.

Во время гражданской войны в Мозамбике было установлено около 2 млн. мин, что вывело из строя все главные дороги. В Камбодже огромные районы до сих пор непригодны для обитания из-за оставшихся от войны 8 - 10 млн. взрывных устройств. Считается, что в Сомали установлено или разбросано около 1 млн. мин, закрывающих скотоводам доступ к пастбищам. Треть территории Анголы превратилось в минное поле после установления здесь 10 - 20 млн. мин. 70 тысяч жителей страны лишились жизни или получили увечья, пытаясь возвратиться к мирной жизни. А для покрытия продовольственных потребностей населения региона потребовалось использовать значительную долю бюджета Мировой продовольственной программы.

Сотни тысяч мин ежедневно устанавливались в иракском Курдистане в течение четырехмесячного периода перед началом войны в Персидском заливе 1991 г. А так называемый «ограниченный контингент» советских войск, оккупировавший Афганистан, установил 5 - 15 млн. мин (обратите внимание на разброс цифр количества мин, которые исчисляются не десятками, и даже не сотнями тысяч, а миллионами). Сколько еще жизней они унесут? Обширные территории страны останутся безжизненными и в следующем веке. А для обезвреживания мин, так густо установленных здесь, с помощью обычных технологий, считают специалисты, потребуется ... несколько тысячелетий.

Даже в таких маленьких странах, как Сальвадор, Грузия (Абхазия) или Гватемала, количество установленных мин исчисляется десятками тысяч.

Список наиболее «заминированных» стран в последние годы заметно пополнился за счет государств, возникших после распада многонациональных Советского Союза и Югославии. Оценки количества мин, установленных на территории бывшей Югославии, колеблются от 2 до 3 млн. Количество мин, установленных на постсоветском пространстве, держится в строгом секрете. Но, как сообщала российская печать, только в Приднестровье в 1993 - 1994 годах было обезврежено более 10 тыс. мин .

20 тыс. взрывных устройств было обнаружено и уничтожено в Грузии и Абхазии только за один год. О количестве мин, ловушек и других устройств, притаившихся в горах и долинах Таджикистана, в залитой кровью многострадальной Чечне и дожидающих своих жертв (или, дай Бог, минеров) можно только гадать... Здесь 5 тысяч гектаров «засеяны» минами, а карты этих полей либо потеряны, либо не составлялись. Еще осенью 1995 г. противоборствующие стороны обещали обменяться картами минных полей. До сих пор это не сделано, и 2 -3 ребенка каждую неделю лишаются ног.

И хотя не счесть количества призывов о полном запрещении использования, производства, накопления, продажи и передачи противопехотных мин и то, что каждый год в исключительно трудных и опасных условиях извлекается примерно 80 тыс. мин, «на смену» закладывается 2 млн. новых. И на военных складах и арсеналах своего часа ждут еще 100 млн. единиц этого «негуманного вида» оружия.

Мины - не только боевое средство, предназначенные для поражения живой силы и техники противника, для разрушения дорог и различных сооружений с целью снижения темпа продвижения и затруднения маневра его войск. Один генерал красных кхмеров восторженно назвал их «безупречными солдатами - бесстрашными, точными и не знающими усталости». При этом они отнюдь не сконструированы таким образом, чтобы только убивать. Их основное назначение, считают военные специалисты, калечить и оказывать психическое воздействие на противника, считают военные спецы. Раненного солдата не оставляют на поле боя. Нужно по крайней мере двое других, здоровых солдат, чтобы унести его в лазарет. Там он кричит от боли, деморализуя соседей.

В последнее время мины и другие взрывчатые вещества все чаще и чаще применяются во время криминальных разборок, в политической борьбе за власть и сферы влияние, увеличивая количество жертв среди ни в чем не повинных гражданских лиц.

Мины - не только коварное оружие (не счесть количества мирного населения, особенно детей, пострадавшего от мин-ловушек - кукол, авторучек, портсигаров, музыкальных инструментов и других замаскированных под безопасные предметов), но и дешевое оружие. Из-за низких издержек и цены они легко транспортабельны и легкодоступны как регулярным войскам, так и партизанам и бандитским формированиям. Одна противопехотная мина стоит в среднем 3 доллара. Но чтобы ее найти и обезвредить надо затратить от 330 до 1000 долларов.

Мировое сообщество в последнее время резко активизировало свои усилия поставить надежный заслон «минной» угрозе. Не только правозащитные и гуманитарные организации требуют запретить использование, производство, накопление, продажу и передачу противопехотных мин и полностью устранить в будущем риск, который мины представляют для гражданского населения.

В Соединенных Штатах Америки открытое письмо с требованием введения такого запрета направили президенту Биллу Клинтону 12 бывших высокопоставленных генералов, в том числе командующий операциями в Персидском заливе «Буря в пустыне» Норман Шварцкопф. Их поддержала организация Американские ветераны вьетнамской войны. Против мин высказались 57 сенаторов, т.е. большинство. Треть американских солдат, погибших во Вьетнаме, подорвались на минах. Десятая часть американских потерь в войне в Персидском заливе - тоже жертвы мин. Все потери, понесенные американскими силами по поддержанию мира на Балканах, от мин.

Бельгия, Дания, Швеция и ряд других стран, подавая добрый пример другим, уже приняли законы, запрещающие производство мин. В апреле 1996 г. к ним присоединилась Германия. По предложению министра обороны Фолькера Рюе, ФРГ отказалась от производства и применения противопехотных мин. Миллион этих устройств начали уничтожать, производство их прекращено, из военного бюджета вычеркнуты все расходы на проведение соответствующих научных исследований и разработок.

Выполняя решения Женевской конференции 1993 г. о защите жертв войны и призыв Генеральной Ассамблеи ООН (декабрь 1993 г.), который был повторен в декабре 1994 г., ряд стран приостановил экспорт мин. Около 25 стран, в том числе Аргентина, Бельгия, Канада, Чехия, Франция, ФРГ, Израиль, Италия, Польша, Словакия, ЮАР, Испания, Швеция и США объявили мораторий на экспорт этого оружия. Россия и Великобритания прекратили экспорт только мин, не снабженных механизмами самоуничтожения или самонейтрализации. США, которые еще раньше в одностороннем порядке приостановили экспорт противопехотных мин, объявили о передаче ООН базы данных о всех видах сухопутных мин. К сожалению, Китай, Пакистан, Иран и Куба выразили несогласие с ограничениями на экспорт сухопутных мин. Будем реалистами. Вряд ли ограничения на международную торговлю минами, направленные на нераспространение оружия, будут на сто процентов эффективными, если учесть, что ежегодно в 50 странах (в основном развитых) производится 5 - 10 млн. противопехотных мин разных типов и модификаций.

В 1994 г. был создан Добровольный фонд, из которого финансируются международные операции по устранению взрывных устройств.

Перечисленные меры и действия, важность и актуальность которых возросла в связи с увеличением и ожесточением межгосударственных и внутренних конфликтов - это лишь часть «минной проблемы».

Понимание того, что необходимо выработать особый юридический и договорно-правовой режим и привести международное гуманитарное право в соответствие с изменившимся характером и масштабом военных действий и быстрого роста разрушительной и убойной мощи современных обычных вооружений, наступило слишком поздно.

Приходится признать, что международное сообщество либо недооценивало опасность обычных вооружений, либо не способно решить весь комплекс проблем, связанных с их ограничением. Об этом ярко свидетельствует тот факт, что со времен конференций в Женеве в 1864 г., Санкт-Петербурге в 1866 г. и Гааге в 1899 и

1907 гг., заложившие основы деятельности мирового сообщества по гуманизации военной сферы, вплоть до 80-х годов не был запрещен или ограничен ни один из видов обычных вооружений. А ведь по многим компонентам грань между обычным вооружением и ядерным начала стираться, а круг вооруженных по современным стандартам стран - расширяться.

И только в 1980 г. было подписано первое многостороннее соглашение, ограничивающее применение некоторых видов обычных вооружений - Конвенцию по запрещению или ограничению применения некоторых видов обычных вооружений, считающихся чрезмерно жестокими или имеющими неизбирательное действие.

Она нередко упоминается как Конвенция «о негуманном оружии», хотя о каком гуманизме можно говорить применительно к вооружению? От «гуманного» не- или антигуманное оружие существенно отличается в плане воздействия на людей (в частности, по обширности и тяжести ранений, продолжительности нанесенного ущерба гражданам и имуществу воюющих и невоюющих государств в период военных действий и после их прекращения), а также размеров территории и степени контроля над оружием со стороны тех, кто его применяет.

Конвенция расширила солидную договорно-правовую основу сотрудничества государств по смягчению человеческих страданий на поле боя и вокруг него. И свыше 50 государств присоединились к ней.

Но опасности, связанные с превращением обширных регионов планеты в смертоносные минные поля, столь велики, что мировое сообщество сочло необходимым всесторонне обсудить «минную» проблему на специальной международной Конференции по рассмотрению действия Конвенции 1980 г. о «негуманном оружии».

Представители более 80 государств мира, органов ООН, Международного комитета Красного Креста, Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев, ряда неправительственных и гуманитарных организаций на трех сессиях Конференции в Вене (сентябрь-октябрь 1995 г.) и Женеве (январь и апрель 1996 г.) приняли новую редакцию («минного») Протокола к Конвенции.

Однако все предпринятые до сих пор попытки добиться полного запрещения противопехотных мин не приводят к положительному результату. Россия, Китай, Греция, Турция и ряд стран Ближнего Востока и др. считают, что на нынешнем этапе не существует альтернативы данному оборонному виду оружия. Представители России заявляют, что пока не видят другой возможности защитить атомные электростанции и другие объекты от возможных террористических актов. США не подпишут никаких документов, пока этого не сделают Россия и Китай - основные производители и потребители этого оружия.

Но противодействие нарастающей «минной угрозе» растет. В феврале 1997 г. в Вене состоялась международная встреча экспертов из 111 стран, в том числе с Украины, а также представители ООН и других авторитетных международных организаций, на которой обсуждался проект Конвенции о прекращении применения, производства, хранения и экспорта этого оружия Эта тема получила развитие (жаль, что только развитие, а не завершение) на международной конференции, которая состоялась в Брюсселе в июне 1997 года. Здесь представители гуманитарных организаций и эксперты из 130 стран мира сделали все возможное, чтобы в декабре нынешнего года на оттавской конференции, которая созывается по инициативе Канады, был подписан договор о запрещении производства, экспорта и использования «наземных мин против живой силы». Как отметил министр иностранных дел Канады Ллойд Эксуорси, «в 1994 году ни одна страна не хотела открыто выступить за запрещение мин. Сегодня 75 государств уже согласились подписать оттавский договор, и их число неуклонно растет». А всего 156 стран заявили, что они поддерживают идею запрещения мин.

И, если даже и удастся договориться о полном запрете и уничтожении этого грозного вида вооружения, то для решения этой задачи понадобится, по мнению ряда специалистов, более 1000 лет. Так что, в третье тысячелетие мы войдем с «негуманным оружием». И еще долго, очень долго человечеству придется жить на заминированной планете. Неужели прав Дэвид Герольд, считающий, что «своих проблем человечество никогда не решает: оно живет дольше их»?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №1277, 11 января-17 января Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно