В БЕРЛИН — ПО ОСОБОМУ ПРИГЛАШЕНИЮ

31 января, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск №4, 31 января-7 февраля

История эта связана со Сталинградской битвой, 60-летие победы которой исполняется 2 февраля 2003 г. К ...

Бывший солдат вермахта Хейнц Венер сердечно обнимает бывшую девочку фронтового Сталинграда Ольгу Козыреву
Бывший солдат вермахта Хейнц Венер сердечно обнимает бывшую девочку фронтового Сталинграда Ольгу Козыреву

История эта связана со Сталинградской битвой, 60-летие победы которой исполняется 2 февраля 2003 г.

К этой дате творческая группа кинематографистов Восточно-немецкой телерадиокомпании ORB во главе с известным в Германии кинорежиссером Кристианом Клемке сняли документальный фильм по проекту «Сталинград». В сентябре 2002 г. они выезжали в Волгоград, на Дон, где встречались с теми, кто защищал город с оружием в руках, и с теми, кто не мог ни защищать, ни защищаться — детьми фронтового Сталинграда. Были кинематографисты и в Киеве. Своими воспоминаниями делилась и я.

Наша маленькая украинская семья — мама, грудной братишка и я, десятилетняя, — находились в самом эпицентре боев. Наш дом был рядом с тракторным заводом, откуда началась и где завершилась смертельная схватка за город, в которой погибло более полутора миллионов наших воинов, не менее миллиона немецких солдат и почти все мирные жители Сталинграда. Нам посчастливилось выжить. Раненые, контуженые, обожженные, до крайности истощенные, мы еле вырвались с помощью наших солдат из дотла разрушенного города буквально из-под носа у гитлеровцев — 8 октября 1942 года. Пятнадцатого числа ими был занят последний объект Сталинграда — руины тракторного завода, и только небольшая узкая полоска берега удерживалась нашими. Все пережитые ужасы того ада врезались в мою детскую память навечно — было, что рассказывать немецким кинодокументалистам. Уезжая, они сказали, что фильм будет показан в Германии в декабре, а нам вышлют видеокассету.

И вдруг восьмого ноября звонок из Берлина. Это Кристиан Клемке. Он радостно сообщил, что руководство приглашает меня принять участие в пресс-конференции в связи с презентацией фильма, которая назначена на третье декабря. Если я согласна, то приехать нужно 30 ноября. Все расходы они берут на себя.

…Уже стемнело, когда приземлился самолет. Погода пасмурная, дождливая, а меня с сияющими улыбками как очень желанного гостя встречают Кристиан Клемке и продюсер Райнер Баумерт. В центре Берлина, в четырехзвездочном отеле «Аугустиненгоф» для меня приготовлен уютный номер.

Весь следующий день Кристиан, хорошо владеющий русским языком, возил меня на машине по бывшему Восточному и Западному Берлину, знакомил с культурными и историческими памятниками, показывал здания оригинальной современной архитектуры, достопримечательности. Город в эти праздничные рождественские дни был сказочно красив.

Но вот наступил день, ради которого меня пригласили. В 10 утра за мной заехали Райнер с переводчицей Франциской и мы отправились в Карлсхорст. Там в Германо-российском музее намечена презентация фильма «Сталинград».

В вестибюле нас встречала небольшая группа сотрудников телеканала, среди которых был и один пожилой мужчина. Главный редактор Юханес Унгер, представив меня, стал знакомить с каждым из присутствовавших. «А теперь, — сказал, — мы хотим представить вам вот этого человека...» При этих словах у меня ёкнуло сердце, и, не дав Юханесу договорить, я упавшим голосом вымолвила: «Я догадываюсь, кто это...» Рядом со мной стоял бывший солдат вермахта. Не зная, какая будет моя реакция, он, скованный, напряженный, настороженно смотрел на меня, — видимо, решив испить и эту горькую чашу встречи со случайно выжившим в сотворенном немцами пекле бывшим ребенком фронтового Сталинграда. А я как будто перенеслась в тот жуткий 1942 год. Непрошеные слезы сами покатились по щекам.

Я тихо плачу в воцарившейся тишине. Но тут до сознания доходит, что нужно как-то овладеть собой. Когда же я опустила руки и сквозь слезы взглянула на этого мужчину, то увидела: он тоже горько плачет. И мы обнялись. Так и стояли, плача друг у друга на плече — две жертвы войны и фашизма.

Наконец мы успокоились, и нас пригласили в зрительный зал, где собрались журналисты. Юханес Унгер, представив нас, кратко рассказал о фильме.

Погас свет и на экране под бередящую душу музыку военных лет появились кадры фронтовой кинохроники, сопровождаемые дикторским текстом на немецком языке. Снова сыпались бомбы на головы мирных жителей города, среди которых были в основном женщины, дети, старики, снова горели земля и небо, рушились здания, дома... Вот бравые солдаты вермахта с засученными рукавами уверенным шагом захватчиков идут по нашей земле. А потом жалкие, несчастные, закутанные в какое-то невообразимое тряпье, обмороженные, истощенные, еле волочащие ноги, нескончаемой вереницей сами, без охраны, плетутся сдаваться в плен.

А вот и новые кадры. С экрана говорят для своих потомков бывшие немецкие солдаты и офицеры — те самые пленные — теперь старики. С глубокой душевной болью они рассказывают о том, какие муки и страдания пришлось познать в сталинградском котле, как замерзали насмерть, умирали от голода, даже о случаях людоедства... На экране — Хейнц Венер, мой теперешний знакомый. Он говорит, что был артиллеристом, воевал в Карповке и Мариновке, был ранен. Звание — ефрейтор. Едва не замерз насмерть. От страшного голода и холода дошел до такой степени истощения, что не мог выговорить ни слова, чтобы обратиться к Богу, и свою главную молитву едва «свистел через щеки», умоляя спасти или принять к себе, потому что больше не было сил переносить такие муки. Плачет...

Сменились кадры. На экране дети фронтового Сталинграда — бывшие мальчики, которым было тогда по 14—15 лет, и девочки — одной было 12 лет, другой — Ираиде Помощниковой — шесть. Сейчас она возглавляет в Волгограде областную ассоциацию «Дети военного Сталинграда». Много времени на экране уделено и моим горьким воспоминаниям.

Зато сколько героического пафоса у наших фронтовиков-победителей! Все при орденах и медалях. А одна фронтовичка так вошла в роль, что забыла, кто ее снимает. И после фразы о том, как «била фрицев», вдруг осеклась и, смущаясь, проговорила: «Ой, извините, пожалуйста». И горько, и смешно.

После просмотра фильма мне и Венеру задавали много вопросов.

— Госпожа Козырева, действительно ли в Сталинграде было так ужасно, как рассказано в фильме?

— Этот фильм до боли правдив. Было столько горя, что рассказать обо всем немыслимо. Осознать в полной мере все это можно, лишь пройдя через то пекло.

— Можете ли вы забыть пережитое в детстве?

— Такое не забывается НИКОГДА! Мы, бывшие дети, остались пожизненно мечены огнем Сталинграда. Это как глубокое болезненное клеймо на душе, которое ни забыть, ни смыть невозможно. И уйдет вместе с нами в могилу.

— Нужны ли такие фильмы молодежи? Ведь многие не интересуются историей войны.

— Обязательно нужны, и на все времена. Историю нужно не только знать, но и извлекать из нее горькие уроки, чтобы больше никогда не повторилась война между нашими народами.

— Ваше отношение к бывшему солдату вермахта?

— Однажды редактор одной из ветеранских газет рассказал мне о таком эпизоде: немецкая группа туристов, приехавшая в Киев, посетила Музей Великой Отечественной войны. Осмотрев экспозиции, два брата опустились на колени и со слезами на глазах просили прощения за варварство своих отцов. Он задал мне вопрос: как бы я поступила в такой ситуации? Я ответила, что тоже опустилась бы рядом и тоже плакала бы, потому что все мы оказались жертвами в той проклятой войне. Ведь многие немцы воевали не по своей воле, а у них тоже были семьи, дети. Раньше слово «немец» вызывало у меня панический страх и ненависть. Но прошли десятилетия, и с позиции уже взрослого человека я осмыслила пережитое и поняла, что ненависть порождает ненависть. Поэтому нам нужно стараться понять друг друга ради наших детей и внуков. А этого человека я жалею, и вижу, что и он жалеет меня.

И мне подумалось, что неспроста была организована встреча бывшего солдата вермахта с бывшим ребенком фронтового Сталинграда. Это напомнило мне статую в Трептовпарке — советский солдат держит на руках спасенную немецкую девочку. А ныне седой солдат вермахта с покаянием тоже обнимал уже немолодую бывшую девочку фронтового Сталинграда.

Мне и во сне не могло присниться, что, познав столько горя от немцев, немцами же буду приглашена в их столицу, обласкана и отогрета душой. И я верю, что это искренне, потому что и немецкий народ тоже жестоко пострадал.

Расставаясь с Хейнцем, я подарила ему написанную фронтовиками-инвалидами и изданную в Киеве книгу «Переможці», а он обещал выслать мне книгу «Сталинград», изданную в Германии. В подарок от телекомпании я получила видеокассету с фильмом.

Во время пребывания в Берлине я чувствовала доброжелательное отношение немцев к себе. И покидая гостеприимный Берлин, немецких друзей, мне не хотелось говорить «прощайте», а только — «до свидания». Ауфвидерзеен! Будьте счастливы! Растите детей для созидания и мира!

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 21 сентября-27 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно