СВАЛЬБАРД — ОАЗИС В АРКТИКЕ

20 октября, 2000, 00:00 Распечатать Выпуск №41, 20 октября-27 октября

Десять лет назад по инициативе Министерства иностранных дел Норвегии в ряде европейских городов и в столице Японии начали проводиться лекции, посвященные памяти Фритьофа Нансена...

Десять лет назад по инициативе Министерства иностранных дел Норвегии в ряде европейских городов и в столице Японии начали проводиться лекции, посвященные памяти Фритьофа Нансена. Нынешней осенью в Киев приехал для этого губернатор Свальбарда (Шпицбергена) Мортен Рюд. Его выступление в Институте международных отношений Национального университета имени Т.Г.Шевченко было посвящено архипелагу Шпицберген (его норвежское название Свальбард — Земля холодных берегов). Корреспондент «Зеркала недели» встретился с господином Рюдом и попросил ответить на ряд вопросов, касающихся жизни далеких арктических островов, о которых нам хотелось бы узнать намного больше.

Архипелаг Шпицберген расположен в высоких широтах Арктики и состоит из четырех крупных и целого ряда мелких островов общей площадью 63 000 кв. км. Почти 60% суши покрывают ледники.

Расстояние от Северной Норвегии до южной оконечности Шпицбергена составляет 567 км. Архипелаг расположен между 74 и 81 северной широты и между 10 и 35 восточной долготы.

Ответвление Гольфстрима сворачивает к северу недалеко от западного побережья Шпицбергена. Другой «рукав» заходит в Баренцево море. Среднемесячная температура колеблется от -12 С в зимнее время года до +4,5 летом.

Наиболее важным минеральным ресурсом является уголь. В территориальных водах архипелага ведутся также поиски нефти и газа.

Население Шпицбергена насчитывает около 3700 человек. 2500 из них иностранцы, большинство которых — граждане России. Административный центр Шпицбергена Лонгьир.

Внутренняя транспортная сеть развита сравнительно слабо. В Лонгьире можно взять напрокат автомобиль или автобус. Есть здесь и такси. Но из-за отсутствия дорог вне небольших городков далеко не уедешь.

Губернатор Шпицбергена, подчиняющийся Министерству юстиции, выполняет функции главы областной администрации, начальника управления полиции и государственного нотариуса. Он также возглавляет местную аварийно-спасательную службу. До 1966 года при инспекционных и служебных поездках он использовал упряжку собак. Потом пришел черед вездеходам. Сегодня губернатор пользуется вертолетом или судном.

— Архипелаг Свальбард еще в XI—XII веках посещали скандинавы, а позже поморы. Его древнерусское имя Грумант. Ведутся ли сегодня на полярных островах археологические исследования?

— Действительно, существует письменное подтверждение, что исландцы побывали на Свальбарде еще в XII столетии. Что же касается поморов, то не известно, посещали ли они архипелаг до того, как туда попал в 1596 году Виллем Баренц. К сожалению, еще не удалось обнаружить следов древних поселений исландцев или поморов, но мы их активно ищем. Найдены лишь остатки поморских жилищ конца XVII века. Причем некоторые частично сохранились, и сейчас многое делается, чтобы сберечь их для потомков.

— Парижским договором 1920 года, закрепившим суверенитет Норвегии над Шпицбергеном, определено, что территория архипелага не может быть использована в военных целях и что ваша страна не должна создавать здесь морские базы, а также возводить укрепления. Норвегия известна в мировом сообществе как миролюбивое государство. Тем не менее она входит в военный блок НАТО. Насколько скрупулезно и точно соблюдаются условия договора?

— Мы очень ограничительно подходим к любой военной деятельности в районе архипелага. Хотя какие-то силы там все же находиться должны. Ведь на нас, помимо всего прочего, возложена обязанность защищать Свальбард от всевозможных угроз. На архипелаге нет постоянного военного присутствия Норвегии. Но время от времени наши корабли и самолеты его посещают. А вот авиации и флоту других стран появляться здесь запрещается. В этом смысле мы проводим очень жесткую политику. То же самое касается и людей в военной форме. В прошлом году один высокопоставленный американский офицер решил посетить Свальбард, чтобы познакомиться с местными условиями. Он намеревался прибыть в военной форме и на военном самолете. Узнав об этом, мы сказали: «Добро пожаловать! Но вы должны прилететь на обыкновенном лайнере и быть в гражданской одежде». Такие же слова услышал бы российский или украинский генерал, намеревающийся побывать на архипелаге.

— Участники международного договора на одинаковых основаниях допускаются к промыслу рыбы в водах архипелага и к добыче полезных ископаемых. Так решили подписавшие его государства. Но это было 80 лет назад. За минувшие годы в мире многое изменилось. Каким образом регулируется рыболовство и горнорудная промышленность сегодня?

— Согласно Парижскому договору, граждане всех подписавших его стран имеют одинаковый доступ к использованию ресурсов. Но равные права — отнюдь не значит ничем не ограниченные. Определенные запреты существуют, и они прежде всего связаны с охраной окружающей среды. Скажем, когда заключался договор, все государства получили одинаковую возможность вести промысел полярного медведя. Сегодня охота на этих животных запрещена, и все страны в равной степени сталкиваются с запретом.

— В западной части архипелага добывают высококачественный уголь. Его запасы составляют около 8 миллиардов тонн. Чем шахты, работающие в суровых условиях Арктики, отличаются от обычных предприятий такого профиля?

— Я не очень знаком со спецификой добычи угля, но насколько мне известно, российский трест «Арктикуголь» старался нанимать шахтеров в донецком регионе. Считается, что условия в Донбассе сходны с теми, которые имеются на Свальбарде.

— Очевидно, речь идет о геологии, залегании угольных пластов?

— Да, именно об этом. Но, конечно, нельзя не учитывать и того обстоятельства, что мы живем недалеко от Северного полюса. Зимы здесь достаточно суровые и темные. Однако на архипелаге не столь холодно, как можно было бы предполагать. Зимой в Украине бывают такие же морозные дни, как на Свальбарде. У вас теплое лето и холодная зима, а у нас лето довольно холодное, зато на удивление мягкие зимы.

— На обычных рудниках горняки, поднявшись на поверхность, оказываются в нормальных климатических условиях. Иными словами, рекреацию организовать здесь несложно. Горнозаводские рабочие Шпицбергена, выйдя из шахты, попадают в арктическую пустыню, с вечной мерзлотой, ветрами и морозами. Как учитывается все это при организации быта? Влияют ли климатические условия высоких широт на оплату их труда?

— Разумеется, на Свальбарде, особенно зимой, рекреация должна проходить в закрытых помещениях. К примеру, в Баренцбурге в подобных зданиях к услугам рабочих бассейны, спортзалы, библиотеки. Тут удобно устраивать вечера музыки и пения. Таким образом, досуг шахтеров хорошо организован, они удачно используют свое свободное время. Ну, а летом можно выехать на природу. Впрочем, самостоятельно удаляться далеко от поселка опасно — не ровен час столкнешься с белым медведем.

Что же касается оплаты труда, то в принципе она не зависит от того, где работает шахтер — на Свальбарде или на большой земле. Главное отличие в налогах. На архипелаге они гораздо ниже. А следовательно, заработки здесь выше, чем на континенте. На каких условиях украинские и российские шахтеры заключают контракт с трестом «Арктикуголь», я не знаю, но мне известно, что раньше, работая на архипелаге, они имели существенную экономическую выгоду. Поэтому люди охотно ехали на далекие северные острова.

— По всей вероятности, на Шпицбергене фруктов и овощей не меньше, чем в других районах Норвегии. Но поскольку всю такую продукцию приходится завозить издалека, цены на нее, естественно, более высокие, чем на континенте. Всем ли жителям Свальбарда по карману виноград, клубника, бананы и апельсины?

— Думаю, что всем. Однако из-за того, что на Свальбард приезжает очень много туристов, на самолетах не всегда остается место для овощей и фруктов. Иногда с их доставкой случаются перебои. Но, должен заметить, что цены на них примерно вдвое выше, чем на большой земле. Впрочем, стоимость такой продукции соответствует нашим заработкам, которые благодаря низким налогам значительно выше, чем на континенте.

— Как жители архипелага проводят отпуск — уезжают на юг или ловят рыбу и охотятся поблизости от своего северного дома?

— Большинство направляется в южные края. Зимой, когда холодно и темно, люди стараются интенсивнее потрудиться, чтобы добавить к отпуску одну-две лишние недели, а потом за их счет продлевают летний отдых.

— Вы имеете в виду Норвегию или Грецию, Италию и другие средиземноморские страны?

— Это зависит от обстоятельств и самого человека. Я, например, решил провести свой минувший летний отпуск во Франции.

— На побережье Ла-Манша или на Лазурном берегу?

— На Средиземном море. Но многие жители наших полярных островов все же предпочитают посетить Норвегию и побыть с семьей, родственниками или друзьями.

— Если на архипелаге кому-то понадобилась сложная хирургическая операция, ее могут сделать на месте или этого человека должны срочно доставить в один из крупных городов Скандинавского полуострова?

— У нас есть опытные хирурги и в Лонгьире, и в Баренцбурге. В экстренных случаях они смогут оказать необходимую помощь. Однако, когда речь идет об особо сложном хирургическом вмешательстве, пациента отправляют в клинику ближайшего города северной Норвегии Тромсё. Это полтора часа лета от Свальбарда. Наши больницы ничем не отличаются от аналогичных учреждений на большой земле, но, к сожалению, самое современное оборудование стоит так дорого, что не все можно приобрести. Такое по силам лишь крупным медицинским центрам.

— На угольных предприятиях архипелага работают шахтеры из разных стран, в том числе Украины и России. Им платят столько же, сколько норвежским горнякам, или заработки приезжих все же поменьше?

— Они зависят не от того, местный рабочий или нет, а от компании. Например, украинцев и россиян нанимает трест «Арктикуголь». Они живут в своем поселке. Это два разных мира. Русские и украинцы получают зарплату по российским стандартам. А, как известно, по уровню и условиям жизни Восточная Европа сильно отличается от Западной. Российские и украинские шахтеры, работающие в норвежской угледобывающей компании, зарабатывают столько же, как их местные коллеги. Конечно, жилье и питание им обходятся дороже. Но все это вполне сопоставимо с зарплатой.

— Не так давно во время авиационной катастрофы на Свальбарде в числе других погибли и украинские рабочие. От кого должны были получить денежные компенсации их семьи?

— Аварию потерпел самолет «Внуковских авиалиний», и, по международным правилам, именно эта компания обязана выплатить страховку родственникам погибших. Однако норвежцы, и в частности наши рабочие, восприняли авиационную катастрофу как личную трагедию, и поэтому норвежские профсоюзы решили организовать сбор средств. Родственникам погибших были переданы значительные суммы. Но это еще не все. Наше правительство выделило деньги на создание специального фонда, средства из которого предназначены на образование детей российских и украинских граждан, погибших при аварии самолета.

— Господин Рюд, лекция, которую вы прочли в Институте международных отношений Национального университета имени Т.Г. Шевченко, называлась «Свальбард: арктическая пустыня, арктический оазис». Говоря об оазисе, вы имели в виду смягченный влиянием теплого Шпицбергеновского течения климат архипелага или комфортные условия, налаженный быт, хорошее медицинское обслуживание, высокие заработки — в общем, все то, что мы называем жизнью, достойной человека?

— Мы живем на севере. Климатические условия на Свальбарде довольно суровые. Большая часть островов архипелага покрыта камнем, снегом и льдом. Поэтому я говорил об арктической пустыне. Разумеется, упоминая об оазисе, я имел в виду и теплое течение Гольфстрим, смягчающее климат. Но мне хотелось бы обратить внимание и на другое. Люди, которые смогли здесь поселиться, не только довели экономические и социальные условия до высокого уровня, но, что с моей точки зрения не менее важно, научились жить вместе и создали тесно сплоченную общину, которую отличают взаимовыручка и дух товарищества.

— Природа архипелага не так бедна, как может показаться, если об Арктике знаешь лишь понаслышке. Здесь водятся белые медведи, северные олени, песцы, нерпа, моржи, гренландский тюлень. На островах зарегистрировано 168 видов птиц. Большинство из них перелетные, но есть и такие, что зимуют на Шпицбергене. Как у вас организована охрана животных, разрешен ли их промысел? Кстати, вы, господин губернатор, не охотник?

— Вот уж чего нет, того нет. Если заглянуть в историю, то люди приходили на арктические острова, чтобы охотиться на белого медведя, северного оленя и моржа. А поскольку человек может стать злейшим врагом природы, эти животные были почти уничтожены. Сегодня охота на белых медведей и моржей у нас находится под запретом. Еще сравнительно недавно был запрещен и отстрел северных оленей, но теперь их популяция настолько разраслась, что в отдельных случаях выдаются лицензии на охоту.

— Часть островов архипелага омывает Баренцево море. Контролируют ли тут ваши ученые радиационную обстановку? Ведь сейчас, после гибели российской подводной лодки «Курск», это, наверно, особенно важно.

— Постоянных станций, ведущих такие наблюдения, на островах нет. Подобные замеры проводятся с кораблей. Радиоактивные материалы в море попадали и раньше, а в начале 90-х годов тут потерпела аварию и затонула атомная подводная лодка «Комсомолец». Иными словами, замеры уровня радиоактивности в Баренцевом море производятся регулярно, и не думаю, что такая работа сейчас активизировалась. В данном регионе колоссальные запасы рыбы, которыми пользуются не только норвежцы и русские, но и промысловики других стран. Здесь ежегодно вылавливают ее сотни тысяч тонн. И появление в Баренцевом море признаков радиоактивного заражения стало бы для нас национальной трагедией.

— Насколько мне известно, вы в течение нескольких лет руководили полярным управлением в Министерстве юстиции и отвечали за координацию политики своего правительства по проблемам Арктики и Антарктики. Рассматривает ли Норвегия Свальбард как свой форпост в освоении Арктики?

— Архипелаг используется в качестве главной базы при исследованиях в Северном Ледовитом океане.

— Чему ваша страна уделяет больше внимания — Арктике или Антарктике?

— Свальбард и Арктика гораздо ближе к Норвегии, чем Антарктика. У нас там две базы, но работают на них только в период антарктического лета.

— Что привлекает на Шпицберген туристов из разных уголков мира?

— Многие приезжают полюбоваться ни с чем не сравнимой природой полярных островов и, ясное дело, надеются увидеть белых медведей в их естественной среде. Увы, везет далеко не всем — мишки стараются держаться от человека подальше. Свальбард — ближайшее к Северному полюсу место, куда можно добраться на самолете. И хотя такое путешествие обходится недешево, желающих посетить архипелаг хоть отбавляй.

— А вам самому с белыми медведями сталкиваться случалось?

— Чаще всего я находился от них на расстоянии нескольких сотен метров или был на борту судна, где ощущал себя в полной безопасности, хотя животные подходили очень близко. У нас существует правило: когда полярный медведь подбирается к вам на опасное расстояние, вскидывайте ружье и отпугивайте его выстрелом в воздух. Это во всех случаях срабатывает.

— Господин Рюд, вы возглавляли норвежскую делегацию на двух конференциях по борьбе с терроризмом. Значит, сунься террористы на Свальбард, они получили бы здесь сегодня самый решительный отпор?

— Борьба с терроризмом и полярная проблематика, казалось бы, совершенно разные сферы. Тем не менее, у них есть одно общее — настоятельная потребность в международном сотрудничестве. Никто не в состоянии решить эти проблемы в одиночку, только собственными силами.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно