СЛАВНЫЙ ПУТЬ ИЗОБРЕТАТЕЛЯ

7 сентября, 2001, 00:00 Распечатать

Дагер Луи Жак Манде (1787—1851), французский изобретатель в области фотографии. По профессии художник, в 1822 г...

Луи Жак Манде Дагер
Фотокамера Л. Дагера
Луи Жак Манде Дагер

Дагер Луи Жак Манде (1787—1851), французский изобретатель в области фотографии. По профессии художник, в 1822 г. создал первую диораму. Дагеру удалось разработать способ получения неисчезающих изображений, названных дагеротипией, — первый из получивших распространение способов фотографии.

 

Большая Советская
Энциклопедия.
(В 30 томах.) — М.: «Советская Энциклопедия», 1972. Т.7. с.492

Первые успехи

 

Л.Ж.М. Дагер родился 18 ноября 1787 г. в небольшой деревне Кормейз-ан-Паризи в департаменте Сены и Уазы. Отец его был мелким служащим. Семья уехала из деревни в Орлеан в 1792 г. в разгар событий Французской буржуазной революции. О воспитании мальчика, в сущности, никто не заботился. Жили бедно, отец постоянно был занят. В юности и позже Дагер проявлял большую склонность к рисованию, и родители устроили его учеником к одному из орлеанских архитекторов.

Три года спустя молодому Дагеру удалось осуществить мечту — уехать в Париж. Здесь он поступил в мастерскую Деготти — художника-декоратора Оперы. Ему очень повезло, ведь Деготти был не только крупным художником, но и очень хорошим педагогом.

Дагер жадно впитывал все впечатления, которые щедро дарила ему жизнь. Он был умным и честолюбивым человеком. Воля и любовь к своей профессии сделали из него превосходного работника, способного с увлечением трудиться дни и ночи.

В 1812 г. Дагер женился на Луизе Жеоржине Аронсмит, девушке английского происхождения. А вскоре он стал известен, ему поручали писать декорации для различных парижских театров (Амбигю, Опера-комик и др.). Когда Деготти ушел из Оперы, Дагер стал работать там самостоятельно.

В это время театрально-декоративное искусство располагало малыми техническими возможностями. Почти единственным источником света в театре тогда были тяжелые и маломощные масляные лампы, очень неудобные в обращении, не позволявшие быстро и эффективно менять освещение на сцене. Сначала Дагер работал в этой области театрального дела и добился больших успехов. Некоторые из подготовленных им декораций нравились зрителям и становились сенсацией. По словам современников, эти работы Дагера произвели переворот в искусстве театральной декорации. Дагер был несомненно превосходным театральным художником, талантливым и своеобразным. Что касается его станковой живописи, которую охотно выставляли в многочисленных салонах, то это были преимущественно эскизы, заготовки и этюды декораций для театра.

Фотокамера Л. Дагера

Но главным делом жизни Дагера как художника, которое принесло ему известность, была диорама. Диорамой называли выставки-декорации, которые писались на обеих сторонах полупрозрачного экрана. Меняя цвет освещения, можно было получать различные эффекты. Довольно часто в дополнение к картине перед ней располагали объемные предметы, фигуры людей, которые усиливали впечатление. Они незаметно для зрителя сливались с другими аксессуарами, нарисованными на промежуточных планах.

11 июля 1822 г. в Париже, на улице Самсон, открылась настоящая диорама — в специально построенном здании, план которого был составлен Дагером.

В состав диорамы входил задник высотой 13 м и шириной 20 м, написанный специальным образом на прозрачной ткани без видимых краев. Освещение играло в диораме основную роль, так как ощущение воздушной перспективы вызывалось массой света, падавшего между зрителем и зрелищным ансамблем. Демонстрация некоторых картин диорамы проходила с музыкальным сопровождением. К этим в общем обычным театральным устройствам и эффектам прибавляли несколько нововведений, позволявших существенно изменять всю картину на глазах у зрителей, но средствами, полностью скрытыми от них, — это часто вызывало большое удивление присутствовавших. Нет нужды говорить о том, что каждая картина диорамы привлекала внимание публики, вызывала горячие споры.

Именно в диораме Дагер мог применить большой опыт художника-декоратора, свои познания в области перспективы, талант осветителя, которые он накопил и развил во время работы в театре. Большую роль в том шумном успехе, которым сопровождалась его деятельность в диораме, сыграло и содержание части демонстрировавшихся там картин. Дагер часто использовал для зрелища сюжеты из торжественного и парадного католического религиозного ритуала, чем привлекал в свой зал представителей влиятельных придворных и клерикальных кругов. Их поддержка в эпоху реставрации Бурбонов была немаловажной для получения признания, которого он добивался и скоро добился. В 1824 г. Дагер был награжден за одну из подобных картин (Часовня Холируд) орденом Почетного легиона.

Диорама как коммерческое предприятие привлекала не только Дагера. Однако скоро он оставил своих конкурентов далеко позади. Профессиональный опыт художника-декоратора, умение найти нужные сюжеты, интересно их представить принесли ему не только официальное признание, но и популярность среди широкой парижской публики. Вскоре Дагер стал владельцем этого предприятия.

Успех диорамы превзошел все ожидания. Посетить ее стремились все: парижане, провинциалы, иностранные туристы. Доходы быстро росли. В отдельные годы они доходили до 200 тыс. франков. Это была огромная сумма, позволявшая Дагеру не только покрывать все текущие расходы, но и вкладывать большие средства в новые картины.

И вот среди шума и трудов первых лет своего действительно головокружительного успеха преуспевающий делец, известный художник, сообщения о работах которого не сходили со страниц парижской прессы, обращается к изобретательству. В один из летних дней 1823 г. Дагер в своей мастерской в диораме, ставни на окнах которой были закрыты из-за жары, будто бы заметил, что изображение дерева и сада проецировалось через небольшое отверстие в ставне на поверхность только что законченной им картины. На следующее утро он с удивлением увидел, что это изображение осталось на поверхности картины. Этот случайный факт — а таких случайностей в жизни Дагера, по словам его биографов, было несколько — будто бы привлек его внимание к мысли о фиксации изображения, получаемого в камере-обскуре (камера-обскура /от лат. obscurus — темный/, прототип фотографического аппарата, представляющий собой затемненное помещение или закрытый ящик с малым отверстием в одной из стенок, выполняющим роль объектива), которой он постоянно пользовался в своей работе. Но предпринятые им попытки не увенчались успехом. Однако Дагер обладал свойством не падать духом даже при самых трудных обстоятельствах и был уверен в своих силах, что позволяло энергично использовать свои незаурядные способности.

Скоро в здании диорамы была построена лаборатория, в которой он работал один, строго запрещая вход в нее посторонним. Дагер всегда был увлекающейся натурой. Работая над очередной картиной, он запирался в мастерской и не выходил из нее по два-три дня. Всецело увлеченный осуществлением обуревавшей его идеи, он мало спал, наскоро проглатывал приносимую ему пищу. Это состояние обычно продолжалось до тех пор, пока он не завершал свою очередную декорацию или картину для диорамы. Видимо, в то время, когда Дагер проводил опыты, он узнал о работах Жозефа Нисефора Ньепса и его адрес.

 

Неполный исторический очерк
о фотографии

 

История фотографии начинается с опытов, в которых на бумагу или холст с помощью камеры-обскуры проектировали изображение объекта и зарисовывали его. Эти опыты начались не позднее конца XV века; о них знал и сам воспроизводил их еще Леонардо да Винчи. Однако фотография в собственном смысле слова возникла значительно позже, когда не только стало известно о светочувствительности многих веществ, но и появились приемы использования и сохранения изменений в таких веществах, вызванных действием света. В числе первых светочувствительных веществ в XVIII веке были открыты и исследованы соли серебра. В 1802 г. Т.Уэджвуд в Великобритании смог получить изображение на слое AgNO3, но не сумел его закрепить.

В дальнейшем открытие фотографии связано с именами трех изобретателей — Жозефа Нисефора Ньепса, нашего героя Дагера и Уильяма Генри Фокса Толбота. Каждый из них внес свой большой вклад в создание фотографии.

В 20-х годах XIX в. Н.Ньепс разработал фотографический процесс, названный им гелиографией (от греч. helios — солнце и grapho — пишу). Изобретатель впервые нашел способ закрепления изображения, получаемого в камере-обскуре, использовав для этого посеребренную медную пластинку, покрытую слоем светочувствительного асфальтового лака.

В начале 1826 г. Дагер обратился к Ньепсу с просьбой сообщить подробности его работы, а в конце 1829-го они стали компаньонами. В дальнейшем вплоть до смерти Н.Ньепса (1833 г.) они вели совместную работу по усовершенствованию гелиографии. В процессе своих исследований Дагер, применявший многие вещества, найденные Ньепсом, сделал ряд важных наблюдений. Они легли в основу предложенного им нового фотографического процесса, который он назвал дагеротипией (от фамилии Дагер и греч. typos — отпечаток, изображение). Сообщение об изобретении дагеротипии было опубликовано в 1839 г., считающемся годом изобретения фотографии.

Почти одновременно с Дагером о другом способе фотографии — калотипии (от греч. kalos — красивый, превосходный и typos — отпечаток) сообщил в Великобритании У.Г.Ф.Толбот. Патент на этот способ выдан в 1841 г. Различия названных способов принципиальны: в дагеротипии получалось сразу позитивное зеркально отражающее серебряное изображение, что упрощало процесс, но делало невозможным получение копий, а в калотипии изготовлялся негатив, с которого можно было делать любое количество отпечатков. В этом отношении калотипия более близка к современной фотографии, чем дагеротипия, кроме того, она позволяла использовать проявление не только для того, чтобы сделать скрытое фотографическое изображение видимым для глаза, но и для того, чтобы его усилить.

В дальнейшем немало ученых, изобретателей и инженеров приложили силы и энергию для усовершенствования фотографии, введения ее в различные отрасли науки, техники и культуры и создания на ее основе новых областей деятельности человека. Но вернемся к нашему герою...

 

Не последние победы

 

Пытаясь реализовать изобретение, Дагер скоро убедился, что обычный путь — создание акционерного общества — совершенно неприемлем. Также безуспешной оказалась и попытка найти лицо, которое захотело бы приобрести в собственность это изобретение. Но Дагер не терял времени напрасно. Задолго до 1839 г. он начал рекламировать дагеротипию. Для этой цели ему нужны были снимки, и он получил разрешение снимать памятники Парижа. Люди, нагруженные тяжелыми принадлежностями для съемок (общий вес их превышал 50 кг), располагались на площадях и улицах, и изобретатель с их помощью производил свои операции, которые продолжались полчаса, а иногда и дольше. Можно представить, сколько слухов и разговоров возникало вокруг этих съемок среди падких на сенсации парижан и какую рекламу они создавали новому изобретению своими разговорами. Однако толком никто ничего не знал, так как Дагер умело скрывал сущность изобретения. Но время проходило, а практического интереса к изобретению никто не проявлял.

Тогда Дагер предпринял атаку с другой стороны. Он стал демонстрировать снимки многочисленным знакомым и друзьям из мира науки и искусств, среди которых были и влиятельные лица. Дагер рассчитывал склонить их на свою сторону не только самим фактом осуществления фиксации изображения, полученного в камере-обскуре, но и тем поистине магическим зрелищем, которое представлял собой сам процесс, когда невидимое первоначально изображение начинало вырисовываться в общем виде, а затем и в деталях. Но особенно большие надежды Дагер возлагал на готовые дагеротипы. Эти снимки были настолько совершенны в художественном отношении, что даже на опытных ценителей и художников производили чарующее впечатление.

В 1838 г. Дагер познакомил с дагеротипией своего друга химика Ж.Б.Дюма, физиков Ж.Б.Био, Ф.Д.Араго, известного художника-литографа Граведона, хранителя Лувра Кайе, книгоиздателя Жиру и многих других. Некоторые биографы Дагера утверждают, что в это время известия о его изобретении проникли и в другие страны — Англию, Россию, Пруссию, США. Однако документальных данных об этом у нас нет. Правда, выступая в Палате депутатов 15 июня 1839 г. в защиту законопроекта о покупке изобретения французским правительством, министр внутренних дел утверждал, что изобретатель получил предложение передать свое изобретение в Англию за 10 тыс. фунтов стерлингов и пожизненную ренту в 1000 франков. Однако это предложение не было принято: Дагер, в это время нащупывавший почву для покупки изобретения французским правительством, по-видимому, отклонил его.

7 января 1839 г. на заседании Парижской академии наук Араго доложил об изобретении Дагера. Он сообщил, что «г. Дагер открыл способ получения особых экранов, на которых оптическое изображение оставляет хороший отпечаток...». Био, также хорошо знакомый с работами Дагера, подтвердил заявление коллеги. После чего Араго сообщил, что он предложит французскому правительству приобрести это изобретение, когда Дагер «представит ему доказательства того, что полученные им результаты экономичны и просты».

Выступление Араго вызвало сенсацию. Большая часть научных журналов как во Франции, так и за границей напечатали выступление Араго. Откликнулась на это событие и периодическая пресса. Накануне выступления Араго «Газетт де Франс» сообщила об этом и, конечно, сделала этим замечательную рекламу изобретателю. 27 января со своей знаменитой статьей в «Л’Артист» выступил известный французский театральный критик и фельетонист Жюль Жанен — один из создателей этого жанра. Он необыкновенно высоко оценил возможности дагеротипии по сравнению с живописью. При этом фантазия автора позволила ему дорисовать детали изобретения, а острота, с которой он излагал свои мысли и соображения, вызвала бурную полемику в печати.

После информации о докладе Араго, которую опубликовали почти все французские газеты, в печати разгорелся шумный спор. У нового изобретения наряду с горячими поклонниками были и не менее горячие противники. Основной причиной этой полемики являлись, конечно, сомнения и опасения со стороны тех специалистов, которые были заняты в сфере графического искусства (художники, граверы, литографы и типографы). Этим людям казалось, что дагеротипия лишит их средств к существованию, вынудит оставить свои старые занятия. Естественно, что они пополнили ряды противников фотографии и яростно боролись с увлечением дагеротипией всеми доступными им средствами. Но так как во Франции в это время художники и лица, связанные с ними общностью интересов, были многочисленной и влиятельной общественной группой, их отношение к фотографии скоро поддержала значительная часть французской прессы. Очень остро откликнулись на известия об изобретении и первых успехах дагеротипии художники-карикатуристы.

Пока шли споры о новом изобретении, Дагер при посредничестве своих влиятельных друзей вел переговоры с французским правительством. Среди сторонников Дагера наиболее убежденным и последовательным, несомненно, был Араго. Он, пользуясь полным доверием изобретателя, еще в конце 1838-го познакомился с его процессом во всех деталях и даже сам научился делать снимки (известно, что Араго сделал отличный снимок бульвара Тампль). Он постоянно общался с изобретателем, который внушил Араго все то, что было ему нужно и полезно. Но следует иметь в виду, что ученый, конечно, отчетливо представлял себе значение фотографии для дальнейшего развития науки. Араго отвергал единовременную оплату. По его мнению, это придало бы всему акту дух коммерческой сделки.

15 июня 1839 г. с предложением законопроекта о приобретении дагеротипии государством в Палате депутатов выступил министр внутренних дел дю Шатель. Проект закона был принят к рассмотрению, и Араго был назначен докладчиком. 3 июля 1839 г. он выступал в Палате депутатов Франции от имени специальной комиссии, выделенной для проверки проекта закона о назначении пенсии Дагеру. В своем выступлении он указал, что положительной является сама «мысль об установлении государственных премий изобретателям, интересы которых не защищены обычным патентным законодательством...». В этот же день законопроект о пенсии Дагеру был принят Палатой депутатов.

30 июля 1839 г. знаменитый французский химик Ж.Л.Гей-Люссак выступил в Палате пэров — второй палате Франции — с докладом о законопроекте. И здесь закон о пенсии был утвержден. Еще через несколько дней этот закон был утвержден королем и вошел в силу. Дагеру была назначена пенсия в 6000 франков ежегодно.

19 августа 1839 г. Араго доложил объединенному собранию Парижской академии наук и Академии изящных искусств о способе получения дагеротипии. Этот доклад явился как бы официальным актом, засвидетельствовавшим рождение фотографии.

После сообщения Араго новая волна интереса к дагеротипии охватила самые широкие круги французского общества. Не меньший интерес сообщение об изобретении Дагера вызвало и за пределами Франции. При первом известии о нем многие художники, ученые, промышленники поехали в Париж, чтобы изучить этот способ и возможности введения его у себя на родине. Из Англии, России, Германии, Австрии, Америки в Париж направлялись люди, шли письма, в которых выражались чувства удивления и восхищения. Дагера стремились увидеть, побеседовать с ним. Честолюбие Дагера было удовлетворено полностью. Имя его не сходило со страниц газет. Он неоднократно награждался и удостаивался почетных избраний. Во Франции король Луи Филипп сделал его офицером ордена Почетного легиона (кавалером этого ордена он стал еще в 1824 г.). Прусский король наградил его орденом «За заслуги». Император Австрии прислал ему табакерку, осыпанную бриллиантами, золотую медаль и письмо, полное похвал. Русский император также прислал ему ценный подарок. Академии наук и научные общества Вены, Нью-Йорка, Мюнхена, Эдинбурга избрали Дагера своим почетным членом.

 

* * *

 

В 1840 г. Дагер купил дом в Бри-сюр-Марн, тогда маленькой деревне, и переехал туда в январе 1841-го. При доме Дагер обустроил фотоателье и мастерскую. После шумной и напряженной жизни в Париже он стал жить в Бри довольно тихо и уединенно. Иногда Дагер сам отправлялся в столицу, чтобы поделиться с друзьями новыми мыслями или принять участие в заседаниях Свободного общества изящных искусств, членом которого он состоял.

Жители Бри, отдавая дань заслугам изобретателя, избрали его своим муниципальным советником. Он скоро нашел и новых друзей из числа жителей этого городка. Привычка к напряженному труду, приобретенная на протяжении всей жизни, заставляла Дагера и на отдыхе много работать. Он был бодр и здоров до последнего дня жизни. Умер он скоропостижно 10 июля 1851 г. в возрасте 63 лет.

Известие о смерти изобретателя вызвало отклики не только во Франции, но и во всем мире. Муниципалитет Бри и Свободное общество изящных искусств открыли подписку на сооружение памятника, который был установлен на его могиле в ноябре 1852 г.

Кроме памятника на могиле Дагера в Бри, его бюст был установлен на главной площади города в 1897 г. Еще раньше, в 1883-м, памятник Дагеру установили на его родине — в Кормейз-ан-Паризи.

Использованы материалы книги Н.Раскина
«Ньепс, Дагер, Толбот», Ленинград, 1967

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №29, 11 августа-17 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно