«Школьная болезнь» — синдром дефицита внимания и гиперактивности

14 октября, 2011, 12:42 Распечатать Выпуск №37, 14 октября-21 октября

Судя по газетным публикациям и новостным видеороликам, в наши края тоже уже пришла «американская детская болезнь» — синдром дефицита внимания и гиперактивности.

© Андрей Товстыженко, ZN.UA

Судя по газетным публикациям и новостным видеороликам, в наши края тоже уже пришла «американская детская болезнь» — синдром дефицита внимания и гиперактивности, в сокращении СДВГ (от английского ADHD — Attention-Deficit/Hyperactivity Disorder). На самом деле ничего нового и специфически американс­кого в этом заболевании нет, просто раньше у человечества не хватало знаний, средств и мотивации, чтобы уделять ему должное внимание. С некоторых пор такое поведение стали замечать, изучать и пытаться корректировать современными методами.

Не случайно и то, что внимание к СДВГ возникло и укрепилось одновременно с резким уменьшением среднего количества детей в семье и столь же резким снижением детской смертности. Безусловно, сыграли свою роль и относительная сложность современной жизни, и практика всеобщего среднего образования. Ведь можно сказать, что СДВГ — это прежде всего «школьная болезнь».

Разновидности и симптомы

Принципиальные характеристики СДВГ отражены в названии: это дефицит внимания и гиперактивность, обычно сопровождающиеся импульсивностью. С другой стороны, мы знаем, что все дети время от времени перевозбуждаются, совершают бездумные поступки и витают в облаках. То есть большинство вполне нормальных детей проявляют симптомы СДВГ, но на терпимом уровне, стало быть они вовсе не больны. Когда же гиперактивность, импульсивность, низкая концентрация внимания в сочетании с легкой отвлекае­мостью начинают серьезно мешать процессу обучения и негативно влиять на отношения с другими детьми, поведение в семье, можно заподозрить наличие СДВГ.

Диагностировать СДВГ нелегко, причем ошибку можно сделать в обе стороны: «обнаружить» СДВГ там, где его нет, и не обнаружить там, где есть (особенно легко проглядеть СДВГ, когда главный симптом — дефицит внимания). Кроме того, симп­томы, присущие СДВГ, могут быть следствием других заболеваний. Поэтому при диагностике нужно тщательное исследование специалистом и учет многих конкретных обстоятельств. Очевидно, что нижеследующий обзор ни в коем случае не может заменить похода к врачу (а для верности и не к одному), но может быть полезен как первый шаг к осознанию возможной проблемы.

Разновидность СДВГ номер один: гиперактивность и импульсивность

Гиперактивные дети постоянно находятся в движении. Они мчатся, хватая все, что попадется им под руки, и(или) безостановочно болтают. Им трудно сидеть спокойно — и дома за обеденным столом, и в школе на уроках. Они ерзают, вертятся, вскакивают с места, притоптывают, трогают и тере­бят все, до чего могут дотянуться, бара­банят по парте пальцами или ручкой...

В силу своей импульсивности дети не могут сдержать своих немедленных реакций или подумать перед тем, как сделать. Они выпаливают неподходящие комментарии, не сдерживают эмоции, дейст­вуют безоглядно. Нетер­пеливы, ес­ли им пообещали какую-то прият­ную вещь в будущем и «при условии» (сделать что-то или, наоборот, не делать чего-то). Они желают обещанного «здесь и сейчас». Не менее трудно им дожидаться своей очереди — в играх, в любых жизненных си­туациях. Они выхватывают иг­руш­ки у других детей и могут ударить попавшегося им под руку в слу­чае острой фрустрации (чувство тревоги, безысходности, неудовлетворенности и т.п., возникающее из-за невозможности дос­тичь желаемого).

Разновидность СДВГ номер два: Дефицит внимания

Детям с дефицитом внимания труд­но безотрывно думать о чем-то одном и скучно заниматься тем, что требует внимания больше, чем несколько минут подряд. Правда, если они увлекутся чем-то, что им по-настоящему интересно, то могут заниматься этим и более длительное время. К сожалению, в круг увлекательных занятий редко входят школьные предметы, чтение и вообще узнавание чего-то нового в систематическом виде. Особенно плохо им дается выполнение домашних заданий. Зачас­тую они забывают записать, что надо делать, а если запишут, то забудут дневник или перепутают учебник. Если уроки все-таки сделаны, в них полно ошибок и исправлений. Выпол­нение домашних заданий становится пыткой как для детей, так и для родителей.

Тот же диагноз может давать совершенно противоположную картину. И тогда дети производят впечатление «спящих на ходу» и «отмороженных». Могут быть проблемы со скоростью и точностью обработки информации, из-за чего их нередко считают туповатыми. Особенно сложно им воспринимать задания на слух — они буквально пропускают мимо ушей то, что говорит учитель. При этом в классе они могут сидеть тихо и смирно и даже имитировать старательность. Кроме того, по сравнению с гиперактивными и импульсивными товарищами по несчастью, у таких ребятишек может быть меньше сложностей в общении с одноклассниками или сверстниками во дворе, поэтому их проблемы часто остаются незамеченными. Но они нуждаются в помощи не меньше, чем дети с другими формами СДВГ.

Третья разновидность: симптомы двух первых разновидностей СДВГ соединяются

Это самый тяжелый вариант. Важно понимать, что не все симптомы появляются в одно и то же время. Как правило, первыми приходят импульсивность и гиперактивность, а дефицит внимания может последовать за ними через несколько месяцев, а то и лет. Разные симптомы могут проявляться с разной силой при разных обстоятельствах, обычно в зависимости от степени требований по самоконтролю.

Краткая история и современная эпидемия

Впервые СДВГ был включен в реестр детских ментальных расстройств в третьем издании справочника Американской психологической ассоциации (DSM-III), выпущенном в 1980 году. В настоящее время используется четвертое, исправленное и дополненное издание справочника, DSM-IV-TR, выпущенное в 2000 году, и готовится к выпуску пятое. Как результат, сначала в Штатах, а затем и в мире (по крайней мере, на Западе), началась «эпидемия СДВГ».

Первые признаки синдрома обычно проявляются в предшкольном возрасте или в начальных классах школы. По данным американского Нацио­нального института ментального здоровья (NIMH), 5–8 процентов детей и 4–5 процентов взрослых (да, это не только детская болезнь!) скорее всего имеют СДВГ. Это значит, что в классе, состоящем из 25–35 учеников, наверняка попадется хотя бы один ребенок с таким диагнозом.

Беда в том, что число реальных диагнозов, поставленных в тех же Штатах, сейчас превышает эти данные (хотя и не так сильно, как можно подумать, почитав прессу). Так, на конец 2007 года примерно 9,5% американцев в возрасте от 4 до 17 лет получили диагноз СДВГ. Особенно впечатляет динамика: начиная с 1997 года, число диагнозов СДВГ увеличивалось в среднем на 3% в год, а с 2003 по 2007 год уже на 5,5% в год.

Диагноз СДВГ поставлен более чем 13% мальчиков, менее 6% девочек. Есть и возрастная разница: чем старше ребенок, тем выше вероятность, что у него обнаружат СДВГ, а наиболее часто этот диагноз встречается в группе «старших тинейджеров» (от 14 до 19 лет).

Не исключено, что распространению эпидемии СДВГ способствовали механизм распределения фондов и грантов на научные исследования в американских университетах и научных центрах, а также склонность людей к массовым увлечениям. В двух словах: на «модную» тему дают больше денег, ею занимаются более охотно. Но даже признавая возможность такого перекоса, нет никакого смысла отказываться от результатов этой «мо­ды»: ради здоровья и благополучия детей и их семей все средства хороши.

Оно или не оно?

Отнюдь не любой гиперактивный, импульсивный и невнимательный ребенок болен СДВГ. Как отличить нормальное состояние от болезни? По-простому говоря, все дело в степени. Диагностика фактически сводится к тому, чтобы определить, вписывается ли поведение ребенка в рамки нормального, присущего данному возрас­ту, или выходит за них. В последнем случае ребенок нуждается в медицинской помощи.

Симптомы СДВГ продолжаются не менее полугода, а главное — вызывают существенные помехи для нормальной жизни в разных ситуациях и «дислокациях»: в классе, на игровой площадке, в семье, в общественных мес­тах... Вариант, когда симптомы СДВГ вроде бы и присутствуют, но не мешают ребенку учиться и заниматься другими вещами, болезнью не является. Не подходит под диагноз СДВГ и ситуация, когда ребенок бывает гиперактивен в играх, но достаточно усидчив в школе. Говоря по-научному, чтобы понять, есть ли у ребенка СДВГ, специалист должен выяснить, обладает ли подозрительное поведение признаками избыточности, долгосрочности и всеохватности.

Одна из первостепенных задач при диагностике — выяснить другие возможные причины ухудшившегося поведения ребенка, среди которых могут быть резкие перемены в жизни (смерть кого-то из родственников, развод родителей, потеря работы кем-то из них, переезд, смена школы и т.д.), другие медицинские проблемы, от хронической инфекции до синдрома тревожности и депрессии.

Некоторые родители замечают признаки СДВГ задолго до школы, еще в «тоддлеровском» возрасте (от года-полутора до двух-трех лет — период, когда ребенок начинает осваивать ходьбу). Прежде «золотой» ребенок вдруг портится на глазах: теряет интерес к более или менее осмысленным и организованным играм, беспрерывно бегает и бесится, воюет с родителями и(или) пытается ими командовать. Но тут дело тонкое. Дети созревают с разной скоростью, у них разные темпераменты, разные врожденные личностные черты, разный уровень внутренней энергии. Поэтому то, что может казаться ненормальным, на самом деле вполне еще в рамках нормы, просто ближе к ее границам. В любом случае не помешает посоветоваться с педиат­ром, невропатологом и(или) детским психологом или психиатром. Хотя чаще всего, если тоддлеры неуправляе­мы, то это еще не СДВГ, а недозрелость в сочетании с кипучей энергией, которую можно и нужно пытаться направлять в «мирное» и полезное для развития русло.

Американскими специалистами, имеющими право ставить диагноз СДВГ, являются детские психиатры и психологи, педиатры, специализирую­щиеся на проблемах развития и поведения, невропатологи и даже социальные работники, прошедшие специальный тренинг. При этом выписывать лекарственные средства имеют право только врачи: психиат­ры, педиатры и невропатологи, а в очень ограниченном числе штатов еще и лицензированные психотерапевты, прошедшие спецкурс. С другой стороны, у педиат­ров и невропатологов есть свои ограничения: как правило, они не занимаются психологической и поведенчес­кой коррекцией. Важно понимать, что лекарства — самый последний и не всегда обязательный шаг в лечении СДВГ, но бывает, что без него не обойдешься.

Откуда оно берется?

Естественно, что у родителей, чей ребенок заболел, возникают вопросы, откуда взялась эта напасть, что они сделали не так, что просмотрели, в чем ошиблись. Переживать не надо. На сегодняшний день нет убедительных доказательств того, что СДВГ может развиться исключительно под воздейст­вием среды или методов воспитания. Корни проблемы, скорее всего, в генетике и нейробиологии. С другой стороны, правильно организованная среда может существенно снизить остроту симптомов. Так что винить себя не стоит, а вот постараться получше структурировать семейную жизнь — непременно.

Есть исследования, говорящие о положительной корреляции между курением и употреблением алкоголя во время беременности с одной стороны, и наличием СДВГ у детей таких матерей — с другой (еще одна вес­кая причина, чтобы бросить курить и пить).

Повышенный уровень свинца в крови ребенка тоже положительно коррелирует с СДВГ. Краски со свинцом раньше использовались в жилых постройках, а еще свинец добавляли в бензин. В Штатах свинец для этих целей уже давно запрещен, и в новых домах такой опасности нет, но людям, которые живут в старых, возможно, есть смысл сделать ремонт и перекрасить стены.

Одна из ранних теорий о причинах возникновения СДВГ называла в качестве главного фактора мозговую травму. Действительно, у детей, перенесших сотрясение мозга, риск развития СДВГ повышен. С другой стороны, только у очень малого процента пациентов с СДВГ есть в анамнезе травма головы.

Многие обвиняют в эпидемии СДВГ пищевые добавки (особенно синтетические красители) и широкую доступность всевозможных сладостей. Пока что научных подтверждений этой гипотезы нет, но возможно, эти вещи действительно могут усиливать симптомы СДВГ, поэтому на всякий случай стоило бы ограничить таким детям доступ к «цветным сладостям».

Важно заметить, что, начинаясь в детстве, СДВГ не исчезает полностью в процессе взросления. В лучшем случае люди как-то приспосаб­ливаются, в худшем — им это не удается, и кто знает, может, именно СДВГ в ответе за многие неудачные личные судьбы, разрушенные семьи, загубленные профессиональные карьеры и даже безвременные смерти.

Исследования показывают, что СДВГ — болезнь семейная: вероятность того, что у ближайшего родст­венника ребенка с диагнозом тоже бу­дет СДВГ, составляет 25%, что в разы выше, чем для общей популяции. Стало быть, без генетики тут не обойдешься, но и стопроцентной неизбежности тоже нет. Иссле­до­ва­ния в этом направлении продолжаются.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №19, 25 мая-31 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно