«Политическое православие» отделили от церкви

11 января, 2008, 13:55 Распечатать Выпуск №1, 11 января-18 января

В конце декабря в Киеве должны были состояться два собора УПЦ — Архиерейский и Поместный, или, выражаясь более точно, Собор епископов УПЦ и просто Собор УПЦ.

В конце декабря в Киеве должны были состояться два собора УПЦ — Архиерейский и Поместный, или, выражаясь более точно, Собор епископов УПЦ и просто Собор УПЦ. Чем отличается первый от второго? Архиерейский собор собирается из числа епископов и его решения нуждаются в утверждении высшей канонической инстанции — Собора УПЦ, куда, кроме архиереев, также входят избранные в епархиях миряне и священники. Собор епископата собрать достаточно легко. Всеукраинский собор — труднее, так как предварительно необходимо обсудить его повестку дня и избрать на него делегатов в епархиях. Поэтому в декабре удалось провести только один из этих Соборов: архиерейский. Однако неожиданно для многих он внес существенные коррективы в церковную жизнь УПЦ, став наиболее значимым церковным событием 2007 года.

Собор проходил в «осадных условиях». Вход в 45-й корпус Киево-Печерской лавры архиереям преграждал «блокпост» православных фундаменталистов. «Нет Поместной Церкви!», «Нет автокефалии!» — скандировал разношерстный народ, собравшийся под знаменем «Союза православных братств». Что такое «Поместная Церковь» и «автокефалия» большинство протестующих, ясное дело, не знали. Как не знали они и того, что речь на Соборе будет не о каноническом статусе Украинской православной церкви, а совсем о других вещах: отношении Церкви к политике и так называемому «политическому православию», а также о внесении поправок в существующий Устав об управлении УПЦ.

Канонический статус УПЦ вообще не был предметом рассмотрения Собора УПЦ. И это вполне объяснимо. Ведь по этому вопросу в современной УПЦ не существует единого мнения ни на уровне епископата, ни на уровне священников и мирян. И это понятно. Современная УПЦ так же «многовекторна», как и страна, в которой мы живем. Юг и Восток традиционно ориентируются на Россию. Верующие в Западной Украине психологически ближе к Европе. Епархии в центральном регионе склонны к компромиссному варианту, который мог бы примирить «восточников» и «западников». Словом, все как везде…

Поэтому вместо того, чтобы рассматривать проблемы внешнего канонического статуса УПЦ, Собор остановился на ее внутренних проблемах, а также проблемах, характерных для религиозной жизни Украины в целом. А это, прежде всего, принятие новой редакции Устава об управлении УПЦ и проблема политизации церковной жизни. Как заявил председатель Богословской комиссии УПЦ епископ Антоний, главной целью внесения дополнений в Устав является приведение его в соответствие «статусу самоуправляемой Церкви с широкой автономией во внутреннем управлении». Устав УПЦ был принят еще в советское время — в 1990 году. Поэтому желание внести в него поправки вполне понятно. Во-первых, многие его положения просто не соответствовали церковной традиции, ограничивая канонические права епархиальных архиереев и настоятелей приходов. С другой стороны, за последние 16 лет права УПЦ были существенно расширены. Из совокупности епархий она превратилась в самоуправляемую Церковь.

Вместе с тем решение о внесении в Устав необходимых изменений неожиданно натолкнулось на сопротивление экстремистских околоцерковных организаций — «Союза православных граждан» и «Союза православных братств». Последние почему-то заподозрили, что изменение Устава может привести к тому, что УПЦ «получит права автокефальной церкви, формально не провозглашая автокефалии».

Обладает ли УПЦ сегодня совокупностью таких прав — вопрос спорный. С одной стороны, ее канонические права действительно фактически приравниваются к неполной автокефалии. Так, по мнению экспертов, de facto права Украинской церкви превосходят даже некоторые права Элладской церкви, которая является автокефальной. С другой стороны, некоторые моменты канонического устройства УПЦ (например, утверждение Патриархом Московским избранного украинскими епископами Киевского митрополита) четко свидетельствуют о ее канонической связи с Русской православной церковью. Но, как бы мы ни отвечали на этот вопрос, совершенно ясно, что Устав — это внутрицерковный документ, определяющий не внешний канонический статус УПЦ, а правила, по которым она живет. А следовательно, его утверждение — событие актуальное скорее для самой Церкви, чем для общества, в котором она осуществляет свою деятельность.

Вместе с тем, на Соборе был рассмотрен ряд проблем, имеющих непосредственное общественное измерение. Это проблемы политизации церковной жизни и отношения с другими православными конфессиями — УПЦ Киевского патриархата и УАПЦ. Позиция епископата УПЦ по этим вопросам нашла свое отражение в двух документах. Это Обращение Собора к верным чадам УПЦ и соборная резолюция в отношении «Союза православных граждан» во главе с
В. Кауровым.

«Наша Церковь вне политики, — заявил митрополит Владимир. — Она объединяет людей с различными политическими симпатиями. Единст­венное, чего она требует, — это чтобы различные политические взгляды не мешали общению во Христе, не нарушали церковного мира». Казалось бы, подобные этому заявления уже неоднократно звучали из уст церковных иерархов. На этот же раз епископат не ограничился общими декларациями, а отмежевался от конкретной доктрины — так называемого «политического православия». Эта доктрина возникла несколько лет тому назад в фундаменталистских кругах Русской православной церкви и заключается в том, что православный христианин, якобы, обязан участвовать в политической жизни, защищая в ней интересы Православной Церкви.

Политическое православие, пишет один из его идеологов, русский националист Егор Холмогоров, — это «фор­мирование конкретной политической позиции на основании догматики, канонов, нравственного и аскетического учения, истории и историософии Православной Церкви». Как именно можно из вероучения Православной Церкви сформировать «конкретную политическую позицию», Холмогоров и его соратники умалчивают. Однако, как показывает практика, выдуманное Е. Холмогоровым и додуманное Ки­рил­лом Фроловым «политическое православие» — это упакованный в «православную» обертку русский национализм, попытка навязать многонациональной Русской православной церкви разрушительную идеологию национального монизма и эгоизма. Деструктивная в самой России, эта идеология особенно опасна сегодня в Украине, где каноническое право­славие и так, с легкой руки политических демагогов, насильственно ассоциируется с «русской идеей».

Именно этому лишенному универсализма и политизированному «православию» и дал оценку митрополит Владимир: «Так называемое «политическое православие», с точки зрения которого часто выступают некоторые околоцерковные деятели, является крайне опасным явлением, которое уводит людей от православия, каким оно было передано нам Отцами Церкви. Оно разжигает политические страсти, провоцирует непослушание иерархии, вносит вражду в Церковь».

Аналогичную оценку «политическому православию» дал и Архи­ерейский собор УПЦ. «От полноты Украинской православной церкви мы свидетельствуем, что деятельность организации «Союз православных граждан Украины» не имеет отношения к УПЦ… Мы также осуждаем так называемое «политическое православие», предусматривающее внесение в церковную ограду политических лозунгов, поскольку последнее не соответствует духу Христовой проповеди. Мы считаем деструктивным влияние на церковную жизнь Украины политических и околоцерковных общественно-политических организаций, в том числе заграничных, которые поддерживают антицерковную деятельность г. Валерия Каурова и его сторонников».

Согласитесь, акценты расставлены предельно четко. «Политическое православие» в Украине, наконец-то, отделили от Церкви. Отделили не только ради «политической целесообразности» (это можно было сделать и с меньшими жертвами, ограничившись формальным «отречением» от СПГУ как от светской по своему формату организации), но и ради верности духу Христовой проповеди.

Новые акценты были расставлены Собором и в отношении тех, кого в УПЦ принято называть «раскольниками», то есть духовенства и верующих Киевского патриархата и УАПЦ, находящихся в канонической изоляции от мирового православия. По этому поводу Собор принял специальное «Обращение к верным чадам УПЦ». Предостерегая верующих от политизации церковной жизни, иерархи призывают их отказаться от вражды по отношению к «пребывающим в расколе» (т.е. членам УПЦ КП и УАПЦ). «Мы добиваемся не победы, а возвращения братьев, разлука с которыми терзает нас», цитируют иерархи УПЦ слова св. Григория Богослова, вразумляя верных, что в основе «нашего отношения к тем братьям и сестрам, которые пребывают в расколе, должна быть любовь»…

Декларации? Слова? Нет. О том, что эти слова были произнесены искренне и ответственно, с реальной болью о разделенном православии, свидетельствуют события, предшествовавшие Собору. Накануне Собора Блаженнейший митрополит Владимир официально встретился с представителями Киевского патриархата — ректором Киевского православного богословского института УПЦ КП архиепископом Димитрием (Рудюком) и архимандритом Евстратием (Зорей). Представители УПЦ КП передали митрополиту Обращение к Собору Священного синода УПЦ КП. А также вручили в дар предстоятелю УПЦ полный комплект богослужебной литературы, перевод которой на украинский язык осуществлялся в УПЦ КП на протяжении последних десяти лет. В тот же день состоялась встреча архиепископа Димитрия с ректором Киевской духовной академии и семинарии УПЦ епископом Антонием. И оказалось, что у ректоров двух духовных школ есть конкретная тема для разговора — совместные усилия по выработке украинской богословской терминологии, а также проблемы, связанные с аккредитацией духовных школ. Проанализировав то, как сдержанно и дипломатично было освещено событие церковными СМИ обеих Церквей, можно прийти к выводу, что и УПЦ, и УПЦ КП ответственно отнеслись к этой возможности начать реальный диалог.

Уже непосредственно в день Собора 21 января предстоятель УПЦ встретился с архиепископом Иоанном, главой Богословско-канонической комиссии УАПЦ, который передал митрополиту Владимиру Обращение к Собору епископата УАПЦ. Как и Обращение представителей Киевского патриархата, оно выдержано в дипломатическом тоне и посвящено теме разделения Украинского православия. Однако, в отличие от Обращения УПЦ КП, «автокефалы» высказали в нем и свое видение будущего объединения. Которое, по мнению епископов УАПЦ, возможно в том случае, если УПЦ усовершенствует свой канонический статус и займет подобающее ей место в семье Поместных православных церквей.

Каким будет ответ УПЦ на обращения УПЦ КП и УАПЦ? И станет ли этот ответ началом полноформатного межюрисдикционного диалога? Ответ на этот вопрос мы можем узнать уже в самое ближайшее время.

Архимандрит Евстратий (Зоря), пресс-секретарь УПЦ Киевский патриархат:

— Решения Собора епископов УПЦ МП, прошедшего 21 декабря 2007 г. в Киево-Печерской лавре, уверен, будут отмечены в истории Украинской церкви. И отмечены словом «впервые», которое можно добавить к большинству из этих решений.

Впервые обращение к УПЦ МП, составленное Киевским патриархатом, было принято, причем в официальной обстановке, и не просто кем-нибудь, а предстоятелем, а позже и рассмотрено на Соборе. Причем решение, принятое в отношении этого обращения, было не истерически-погромным, а деловито-сдержанным: передать на рассмотрение специальной комиссии.

В речи на открытии Собора митрополит Владимир впервые отметил, что для преодоления разделения Церкви недостаточно односторонних шагов — движение к единству должно быть обоюдным. Таким образом, пусть и не прямо, но сказано очень важное: требование безоговорочного покаяния уступает место возможности диалога.

Ранее в обращениях Киевского патриархата неоднократно звучали призывы к УПЦ МП прекратить взаимную вражду. Впервые слова о том, что вражда противоречит заповеди Спасителя, даже если речь идет о тех, кто считается «раскольниками», прозвучали и в обращении УПЦ МП.

Впервые епископы УПЦ МП однозначно заявили, что Церковь — не политический инструмент. Особенно в руках шовинистов, независимо от их национальной принадлежности.

Впервые дана однозначно негативная оценка деятельности околоцерковных движений, практикующих «политическое православие». Это не значит, что православный христианин должен быть социально или политически пассивен. Это значит, что вечный авторитет Святой Христовой Церкви нельзя разменивать на мелочь сиюминутных политических лозунгов. А также то, что Церковь не должна быть инструментом в политической борьбе — будь то внутренней или международной.

В связи с этим в речи митрополита Владимира высказана замечательная мысль — в идеале Церковь вообще не должна ощущать, какие политические силы при власти. Она должна жить в рамках закона, а не зависеть от симпатий чиновников.

Особое внимание было уделено так называемому «Союзу православных граждан Украины» под руководством Валерия Каурова. Его деятельность была признана вредной для Церкви. Таким образом, впервые УПЦ МП отмежевалась от «профессиональных русских патриотов», единственное достижение которых состоит в том, что на кремлевские деньги они годами успешно портили общественную репутацию своей Церкви и всячески ссорили ее с властью. Причем была осуждена не только деятельность Каурова, но и его заграничных покровителей, не названных по имени, но всем известных. И это тоже — впервые…

Новая редакция Устава об управлении УПЦ требует отдельного комментария, уместного только после ее окончательного утверждения. Отмечу лишь, что теперь он в большей мере, чем ранее, соответствует статусу самоуправляемой Церкви. А также то, что возвращена норма о пожизненном статусе предстоятеля, упраздненная в 1992 г. в запале борьбы с предыдущим предстоятелем УПЦ. Уверен, что некоторые митрополиты от этого настолько расстроились, что даже не смогли прибыть на Собор. В связи с чем, думаю, будет уместно напомнить им католическую пословицу «Едущий на конклав Папой вернется домой кардиналом».

В целом результаты деятельности Собора позволяют констатировать, что на свои жизненные вопросы УПЦ МП стала давать ответы, в большей мере, чем раньше, продиктованные «украинским» взглядом и собственно церковным, православным духом. На протяжении последних полутора лет я неоднократно замечал, что в глубине УПЦ МП происходят очень серьезные сдвиги, пока еще не видные для внешнего взгляда, но изменяющие ее лицо. Прошедший Собор подтвердил, что УПЦ МП действительно меняется изнутри и этот процесс — необратим. Главное — чтобы он не растянулся на долгие годы…

Священник Сергей ГОВОРУН, глава Отдела внешних церковных связей УПЦ:

С точки зрения долгосрочных перспектив бытия Церкви, самое главное событие Собора — это принятие изменений в действующий устав УПЦ. Собор принял еще несколько положений, которые не только связаны с актуальной ситуацией, но и будут влиять на перспективы развития УПЦ. В частности, Собор осудил так называемое политическое православие. Это — новое явление в современной церковной жизни. Оно предполагает защиту определенных политических взглядов или определенной политической программы на основе односторонней интерпретации определенных максим религиозного происхождения. Фактически религиозные понятия используются в качестве материала для построения определенной системы политических взглядов. В этом процессе религиозный элемент подчинен политическому. И в этом опасность «политического православия» с точки зрения самого православия. Конечно, это очень удобно для политических сил, ведь религиозные аргументы, как правило, не требуют доказательств, воспринимаясь в качестве аксиом. И потому, присовокупляя аргумент из богословия, канонического права, церковной истории и т.п., очень легко доказывать любую политическую идеологему. По сути, это манипуляция тем, что дорого для религиозного сознания. Именно такие манипуляции осудил Собор епископов УПЦ. Поэтому данное решение имеет долгосрочное значение. Ведь речь идет не только о конкретном лице — Валерии Каурове. Речь идет об определенном отношении к Церкви, богословию, церковной жизни которое не является корректным относительно Церкви.

Очень важным является и заявление, прозвучавшее в докладе предстоятеля УПЦ Блаженнейшего митрополита Владимира, — Церковь находится вне политики. Известны обвинения, звучавшие в адрес УПЦ во время последней президентской гонки. Собор епископов УПЦ окончательно расставил все акценты в этом вопросе. Заявления о пребывании Церкви вне политики имеют долгосрочные последствия, поскольку нас ожидает еще не одна предвыборная кампания. И вполне возможно, что в будущем еще не один церковный или политический деятель захочет использовать авторитет Церкви с политической целью. Прозвучавшие заявления четко свидетельствуют, что Церковь терпимо относится к различным политическим взглядам своих чад, только бы они не способствовали расколу самой Церкви. Считаю это очень важным заявлением, поскольку оно четко отделяет церковное учение от политической доктрины. Это особенно важно для Украины, где реально существует плюрализм политических взглядов и люди, являющиеся носителями этих взглядов, хотят принадлежать к одной Церкви.

В докладе предстоятеля УПЦ было сказано, что Церковь заинтересована в таких отношениях с государством, которые базируются на правовых основах, а не на личных симпатиях или антипатиях политиков. Это также еще одно важное утверждение, поскольку оно выводит церковно-государственные отношения в Украине в правовую плоскость, придавая им стабильность, инвариантность в отношении любой политической власти. По сути, речь идет о новой парадигме церковно-государственных отношений, приближающейся к европейским нормам.

Во всех документах, которые рассматривались и были приняты Собором, говорится о трагедии разделения украинского православия. Необходимо отметить, что Собор не впервые именно в такой тональности говорит о церковных разделениях в Украине. Но важно, что именно этот Собор засвидетельствовал: на пути объединения украинского православия все стороны (УПЦ, УПЦ КП и УАПЦ) должны делать шаги навстречу друг другу. То есть процесс воссоединения не является односторонним. Он предполагает взаимность, готовность идти на уступки и искреннюю настроенность на диалог. Не случайно накануне Собора состоялось символическое событие — визит одного из уполномоченных представителей УПЦ КП архиепископа Димитрия Рудюка к предстоятелю УПЦ блаженнейшему митрополиту Владимиру. Мы также считаем важными обращения, которые были адресованы Собору епископов УПЦ со стороны УАПЦ и УПЦ КП. Собор передал эти обращения на рассмотрение соответствующей комиссии УПЦ, которая, надеемся, выработает конструктивные предложения о продолжении диалога. Очень важно, что эти события произошли без вмешательства политических сил, по инициативе самих Церквей. Это еще раз подтверждает: православные в Украине самостоятельно, без вмешательства посторонних сил, смогут найти пути преодоления раскола.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №34, 15 сентября-21 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно