Отчистить до блеска души людей

2 марта, 2012, 14:21 Распечатать Выпуск №8, 2 марта-9 марта

Мой сегодняшний собеседник — Митрофорный протоиерей Василий Савчук, настоятель трех хотинских храмов.

Мой сегодняшний собеседник — Митрофорный протоиерей Василий Савчук, настоятель трех хотинских храмов: Свято-Нико­лаевской или, как называют лю­ди испокон веков, Красной церкви, храма Св. князя Алек­сандра Невского и храма Св. Конс­тантина и Елены в Хотинской крепости. Надо сказать, что я долго искала его дом, предполагая, что это будут хоромы как минимум двухэтажные. Искала-искала. Пока­зали добрые люди. Весьма скромный небольшой домик. Очень утомленный и, видимо, серьезно больной, но радостный, приветливый и простой человек встретил меня на пороге. 

— Отец Василий, почему древняя церковь Святого Нико­лая называется Красной?

— Люди так называют ее испокон веков. Потому что «красна» — значит «красивая». 

— Как вы стали священником? Ведь у вас в семье не было священнослужителей, вы и не мечтали, и не думали, что когда-нибудь станете настоятелем целых трех храмов — церкви Святителя Нико­лая, храма Святого князя Александра Невского и храма Св. Константина и Елены.

— Я служил в армии в афганской учебке в Ашхабадском Кешинском полку. На территории части №81102 стоял разрушенный храм. Там был, как и во многих других местах Союза, обычный военный склад. И в 1988 году, когда началась перестройка, старушки (понятия не имею, как они попадали на территорию части) стали пробираться туда. Кто-то им посоветовал написать в Москву начальнику политотдела Воору­жен­ных сил. Написали. И случилось так, как случилось. Господь дорогу проложил. Ко­ман­дир наш, подполковник Мишенков, назначил мне наказание за какое-то незначительное нарушение — вычистить этот склад. Вернее, все-таки храм. Этот храм с 1917 года засоряли и загромождали, а за сутки нужно было его вычистить. Попросил у земляка Ивана Бойко с Волыни взвод солдат. И мы стали выносить всякий хлам, убирать, чистить, мыть. Открылась такая красивая плитка восточная с жаворонками. Стали туда ходить люди.

Это был мой первый храм. И заставил меня его «сделать» гроза полка Мишенков.

Во время службы и после я сильно болел. Сначала тиф, потом малярия. Когда лежишь в госпитале, есть время подумать. Наверное, именно тогда я задумался о будущем. Моя бабушка Анна, фронтовая вдова, была истинно верующая, очень воцерковленная, она меня многому научила. И после армии я поступил в духовную семинарию. А в 1991 году получил приход в Хотине, в том числе и военный храм Александра Невс­кого Хотинской крепости. Именно тогда я вдруг стал часто вспоминать свой первый храм. Думал, а почему не спросил, как он назывался. Ведь каждый храм, как и человек, имеет имя. Христиане Хотина сделали мне неожиданный подарок и вручили документально подтвержденный запрос, что на территории Кешинского полка восстановлена Полковая церковь, храм Святого Благо­верного Великого Князя Алек­сандра Невского. Вот они, пути Господни.

— Говорят, что когда в восстановленный Хотинский Александро-Невский храм приезжал тогдашний президент Ющенко, и...

— Приезжал. У нас в Украи­не часто так было: как меняется власть, так и церковь отнимают. Правда, вот был у нас хан Батый — все забирал, а в веру не лез. Храмы православным оставил. А тут Ющенко приехал. В церковь вошел, посмот­рел, как мы ее восстановили…

— И когда вернулся в Киев, распорядился ее отобрать?

— Почему же когда вернулся?.. Сразу. Как вышел из церкви, так прямо на ступеньках своим подчиненным и сказал: а почему, мол, это не наша, а русская православная церковь стоит на территории государственного заповедника?

И его подчиненные, Балога, еще кто-то по строительству, как подхватятся!.. Поприсылали сюда своих миссионеров, действовали тихо. Как Иуда. Захо­тели взять на прочность Хотин! Да у нас не было другой веры, кроме православной. Козаки, воины умирали — все были православные. Наши люди испокон веков православные.

Я им сказал: у нас такое дело не пройдет, нам уже 1000 лет. Люди тогда так стали за храм Божий, что потом нас просили утихомириться.

Были, конечно, местные политики, которые укоряли: почему это церковь вражья православная в нашем украинском государстве стоит? А я им ответил: люди, ну что ж вы свою историю не уважаете! В 1806 го­ду Михаил Илларионович сам лично заложил камень на освящение этого храма. Какой-какой? Фельдмаршал Кутузов. Вот какой! «Ну и что, — опять доморощенные политики говорили. — Отец Василий, зачем ты ее восстанавливаешь? Ведь Александр Невский был москаль». А я им, бедным, говорю, что этот москаль — правнук князя Владимира! И племянник Данила Галицкого

— Отец Василий, ну вы тут будто живете в центре времени. Рассказываете так, словно Кутузов Михаил Илларионович пару дней назад отсюда уехал… по делам своим.

— А слушай, как писатель Михайло Крылатый написал про Кандыбу. Знаешь Кандыбу? Как, не знаешь?! Вон же у нас улица есть Марка Кандыбы. Казаком был в Хотинской крепости в 1621 году. И Крылатый пишет, что остался Кандыба залечивать раны у вдовы на краю Хотина. И два сына родились, пока он те раны залечивал. И сыновей послали в 1648 году на войну. Туда, где Хмельницкий погиб в Ясах… 

А Марка Кандыбу выбрали головой христианской громады при Красной церкви. Он ведь грамотный был, умел читать и писать. Турки же не разрешали украинцам и русским учиться грамоте. А Марко на Сечи учился читать и писать. Там закон был грамоту знать, всех учили. 

Купил, значит, Марко Кан­дыба у цыган на базаре коня. Грамотный-то он грамотный, но хитрые цыгане обманули его — дали коня слепого. И вот (так написано в книге Крылатого) вел он этого коня через турец­кий мост. Ты сюда к нам ехала, проезжала мостик?

— Да, проезжала. 

— Так вот! Это именно тот самый турецкий мост! И Кан­дыба вел этого коня под уздцы, ему ж стыдно было. И там у Крылатого как написано: «…перейшов турецький міст, хутко оминаючи хатки, щоб ніхто не бачив, попрямував в центр міста, де гордо височіла древня Свято-Миколаївська Красна церква в оточенні височенних лип, де було багато безногих, безруких, нещасних, і чекали, що буде служба і їм щось дадуть».

Так что историческая эта у нас церковь — есть летопись XII—XIII столетий, старинные иконы. Есть много книг, которым более 500 лет. Три раза отбирали ее и превращали в мечеть. Но из пепла поднималась она, веками стояла. Тут вера и молитва никогда не угасали. Хотинцы, наследники православных казаков, всегда здесь получат благословение.

— Отец Василий, по вашим рассказам можно предположить, что вы много читаете книг по истории.

— Ведь тут же все рядом! Вот смотри. На краю Хотина, недалеко (можешь пойти посмотреть), как раз в хате Семе­новых жил мусульманский паша Кол­чак. Он комендантом Хотинской крепости служил. Это был прадед уже православного, того самого адмирала Колчака. 

Так я про пашу Колчака. В 1709 Катерина II приказала его арестовать. Забрали его в плен, дали пять домов и пожаловали соболиную шубу. Такой был плен. С уважением императрица отнеслась, по-царски. Опять пути Господни... Семью его правнука адмирала Колчака знаешь, где прятали, пока тот воевал? В крепости нашей. Тут прятали жену и ребенка адмирала Колчака, в Хотине. 

— Отец Василий, а как вы восстанавливали все три храма?

— Заслуги моей здесь нет. Это заслуга святых покровителей каждого храма. Мы реставрировали общиной. Ни одной копейки от государства тогда не получили, да и не хотели. Красную церковь — с Богом и людьми. А храм Александра Невского за тридцать семь суток восстановили. Все до миллиметра по старым фотографиям 1936 года.

— За 37 суток? А иконопись?

— Хороший иконописец приехал. Восстанавливал иконы по тем же фотографиям, и каждая неравнодушная семья работу оплатила. И теперь их дети и внуки будут знать, что эта икона в церкви — от их семьи.

Я тогда был такой больной, совсем больной — из реанимации ушел. И стал молиться, просить Бога. Говорил: я всегда это делал, Боже, старался, но сейчас не могу — сделай Ты…

И за 37 суток в храме была проведена полная внутренняя реставрация, согласно первоначальному виду.

— Президенты приезжали?

— Да. Все были. Януковича еще не было. А так — все. Вот на 1000-летие Хотина приехал Леонид Кучма. Вышел из машины, и прямиком мне руку пожимать. А мне неудобно. Со мной рядом два владыки стояли около храма. А он мне руку жмет.

— Наверное, подсказали ему, что это вы храм восстанавливали…

— Нет, я просто среди нас троих самый большой был. По размеру. И самый высокий. 

— Отец Василий, вот слушаю вас и не пойму: а для чего вам нужно участие в светской и политической жизни города? Вот вы депутат городского совета… 

— Из-за них же, из-за святых храмов.

Первый раз меня фронтовики-ветераны решили выдвинуть — пришли, попросили. Это были годы тяжелые, перестройка. Всегда на День Победы в Красной церкви мы накрывали торжественный обед тут в храме, и старались помогать фронтовикам. 

Ну и так уже третий депутатский созыв.

А теперь мне в горсовете стало стыдно сидеть. Чем дальше, тем совестнее. Ну вот, смотрите: тут стоянка такси — не платили городу ни копейки. Запрос — мне. Разве я, священник, должен разбираться?

Теперь дальше! У нас воскресная школа — деточек учим. Сорок человек, как деревца, растим. А отопления в этой школе нет. Надо делать.

И потом — храмы наши. Вот теперь древний храм XIII века в самой крепости, храм Св. Константина и Елены. Намо­рочил голову — власти сдвинулись с места, реставрируют. Слава Богу.

Я сам из Старых Броскивцив Сторожинецкого района. И там в детстве, и здесь в Хотине я еще застал благородных крепких людей, которые прошли войны, невзгоды, помнили и царя, и румын, и Советы, — а веры своей никогда не оставляли, всегда верили. Поэтому было бы стыдно перед ними — хотел сделать так, чтобы купола древнего храма золотом сияли. Для них, именно для них я старался отчистить. Еще бы отчистить до такого блеска душу свою и людей!

— Вы постоянно занимаетесь благотворительностью, отец Василий. Как духовник. И как депутат?

— Это нельзя. Тихо надо делать. Не надо это обсуждать, говорить об этом, не надо писать. Знаешь что? Я теперь на день Св. Николая в наши интернаты не хожу. Ходим мы так, чтобы никто не знал. А то зачем я туда приду? Чтобы, как депутаты, начальство разное, сфотографироваться там с коробками? И так один раз в год?

— А как вы относитесь к тому, что все власть имущие гуськом в храм потянулись?

— Все имеют право. Все дети Божьи.

Слава Богу, молодежь ходит. И певчие есть молодые, деточки поют. И если кого-то нет, если людей мало верующих, значит, я что-то делаю не так.

— Расскажите о вашей семье.

— Трое детей. Два сына, одна дочь. Сынок старший окончил военный лицей, отслужил в армии и учится на юриста. Дочечка учится в педколледже, а малый — в школе. И много еще детей у меня. Духов­ных.

— А есть поступки, которыми вы гордитесь?

— Записывай: нету.

— А будут? 

— Когда сделаю — скажу.

— Как вы отдыхаете?

— Ээээ… (Смеется) Та не знаю. Никак.

— Какие языки вы знаете?

— Украинский, русский, церковно-славянский, немножко греческий, арабский и румынский.

— Вы верите в чудеса? Стран­ный вопрос священнику, правда?

— Мы все ищем чудес. Вот бедная женщина говорит: «Мне не помогло в селе нашем, пойду в Большую лавру. У нас плохой священник. А там — хороший. Потому что там храм больше». А ведь не место освящает человека, а человек — место. Все ведь от самого человека зависит. Чудо — по вере.

— Как относитесь к другим конфессиям?

— Ну что… Написано: придет время и будет одно стадо и один пастырь. 

Гордость моя в том, что Благодатный Огонь на Пасху сходит только по православному чину и только православному патриарху.

Но вот я еду во Львов — уважаю веру людей, которые там живут. Еду в Сумы, в Хоруживку. И той громаде я обязан поклониться. Ты знаешь, что когда мы храм Александра Невского восстанавливали, нам люди и из еврейской общины тоже помогали. Так как же мне не относиться к другим верам с почтением?

— Конец света будет, отец Василий?

— Нет, не будет. Кому мы такие нужны? Ненамоленные, нерадивые, суетные… Не готовы мы еще. Богу мы такие не нужны. Как если сделать мебель из необтесанного дерева. Зачем она такая нужна?

— Когда вы чувствуете себя счастливым?

— Когда еду в Иерусалим. Едем на Святую Землю с группой христиан. В Египет, где маленький Христос жил. Еду туда больной, тяжело там ходить. Иду пешком долго, молюсь. Надолго той благодати хватает, чтобы нести на плечах своих овец и самому идти. Вот это моя радость.

И то еще, что доверили мне древнюю духовную часть Хоти­на. Это самая большая для меня радость. Приезжай сюда. Детей привози. Весной. Когда сады кругом храма цветут. Благо­дать…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно