НЕ ХОТИТЕ ПО-ПЛОХОМУ — ПО-ХОРОШЕМУ БУДЕТ ХУЖЕ!

30 марта, 2001, 00:00 Распечатать

«Мы в ответе за тех, кого замочили» А. де Сент-Экзюпери —В.Путин — Д.Чекалкин Из отчета о резуль...

«Мы в ответе за тех, кого замочили»

 

А. де Сент-Экзюпери —
В.Путин — Д.Чекалкин

 

Из отчета о результатах журналистского расследования:

 

ЧЕКАЛКИН Дмитрий Валериевич — президент телерадиокомпании «Киевские ведомости». Используя служебное положение, регулярно выходит в радиоэфир, где при помощи телефона дурачит мирных граждан. При этом может представляться: сержантом милиции Хабарниковым, Вахтангом, Василем Сидоровичем, Феликсом, Виктором Васнецовым, инспектором ГАИ Красильниковым, Васьком, Костовским, сексопатологом-патологоанатомом Крестовоздвиженбергом, атташе посольства КНР в Украине по вопросам культуры Чон Ваньданем и еще черт знает кем.

Застигая очередную жертву врасплох в день ее рождения, делает провокационные предложения, как-то: собирать пожертвования в фонд помощи правительству, торговать на базаре свининой, сбывать ворованные вещи под видом секонд-хенда, лжесвидетельствовать в суде и пр. Будучи разоблачаемым бдительными гражданами, пытается уйти от ответственности, откупаясь постельными принадлежностями.

Явный извращенец, так как всех, независимо от пола и возраста, стремится уложить в ортопедические кровати отечественного производителя. Для пущей убедительности использует при этом незаурядные способности подражать голосам известных политических деятелей, что негативно отражается на их имидже.

Является одним из ярых активистов незарегистрированной Минюстом Украины ортодоксальной политической организации «Золотой гусь», за вывеской которой вместе с себе подобными «гусями» скрывает конвенцию внучатых племянников М.Паниковского — известного в прошлом гусекрада. Таким образом, заполнив своими возмутительными выходками радиоэфир, посягает теперь и на телевизионный, отнимая бесценное эфирное время накануне надвигающейся предвыборной кампании в высший законодательный орган власти страны у претендентов на звание народного избранника, среди которых могут оказаться и достойные. Страшно даже подумать, к каким невосполнимым потерям это может привести страну!

 

Но, прежде чем предъявлять журподследственному эти обвинения, справедливости ради и объективности для прошу ознакомиться с протоколом интервью Дмитрия Чекалкина и авторскими комментариями отдельных пунктов этого дознания.

 

Оправданием Дмитрию Валериевичу является его эрудиция, способность к языкам и пристальный взгляд. Многим женщинам пристальный взгляд отлично заменяет контрацептивы. Дмитрия же Валериевича он надежно оберегает от иллюзий в те критические периоды, когда они особенно вероятны. А еще его оправдывает то, что свою детскую мечту стать актером, журналистом, дипломатом и переводчиком он осуществил буквально с точностью до наоборот.

А как хорошо все начиналось! Как радовались в Киеве мама с папой, когда из Москвы пришло сообщение, что их Дима поступил в Военный институт иностранных языков! Правда, зная неугомонный характер сына, они никак не могли представить его военным.

 

— В ту пору, — сознается Дмитрий Чекалкин, — это был один из немногих советских вузов, обучаясь в котором можно было увидеть мир за железным занавесом. Институт был создан накануне Отечественной войны, и это подтверждает предположение Виктора Суворова о том, что Сталин к ней тщательно готовился, собираясь, однако, не обороняться, а наступать. Ведь тогдашняя институтская программа предусматривала вначале обучение языкам Восточной Европы, а затем, по мере предполагаемого продвижения частей Красной армии, Центральной и Западной. Но история распорядилась иначе, и в послевоенное время институт был даже закрыт за ненадобностью. Возродился он лишь в 60-е годы, когда началось активное сотрудничество со странами третьего мира и было решено продвигать советскую военную доктрину, а вместе с ней и военную технику в том направлении. Появился спрос на соответствующих переводчиков, и таким образом мне довелось изучать арабский и иврит. Последний, впрочем, считали тогда языком вероятного противника, и мало кто предполагал, что его придется когда-нибудь использовать в мирных целях.

Еще студентом я убедился, что человеку помогают стать личностью большие трудности и большие примеры.

Учитывая специфику военного вуза и мою идиосинкразию к муштре, трудностей было предостаточно. Но, делая упор не на военную, а на языковые дисциплины, я преуспел в этом настолько, что в числе лучших выпускников был удостоен чести получить диплом из рук Михаила Сергеевича Горбачева. Было очень интересно чокаться с ним бокалами в Грановитой палате Кремля именно тогда, когда по всей стране по его указу велась бескомпромиссная антиалкогольная кампания.

Что же касается больших примеров, то ими стали мои преподаватели — отменные специалисты и яркие личности, с которыми мы выезжали на практику, получали первый опыт переводческой работы. Так что профессиональным переводчиком я начал работать практически уже с 18 лет.

Таким образом, из данной части дознания становится понятным, как Дмитрий Валериевич умудрился начать реализацию детских планов с конца.

Первая длительная загранкомандировка была в Алжир. Вернувшись из нее, Дмитрий Чекалкин учился в аспирантуре родного вуза, затем несколько лет в нем же и преподавал. Очередной жизненный этап — дипломатический — осуществился с обретением Украиной независимости. Тогда Дмитрия Чекалкина пригласили работать в МИД Украины и он отправился на Ближний Восток во главе первой группы украинского посольства в Израиле с полномочиями представлять страну также в Палестинской Автономии.

 

— Что же вас побудило со временем оставить работу в МИДе и обратиться к журналистике?

 

— В Алжире, неподалеку от советского посольства, где я работал, располагалось посольство Эфиопии. Как раз тогда в этой стране разразилась небывалая засуха, приведшая к голоду и гибели сотен тысяч людей. И странно было наблюдать, как в такое тяжелое для страны время для посла и его окружения приобретались шикарные автомобили. С тех пор я очень критически отношусь к расходованию государственных средств на содержание зарубежных представительств.

Пока работа нашего посольства в Израиле только налаживалась и носила экстремальный характер, моя совесть была спокойна. Ежедневно приходилось принимать по 40—50 наших соотечественников, попавших в сложное положение, оказывать им помощь, предоставлять правовую защиту. Я чувствовал себя нужным этим людям. Но когда дипработа наладилась и пошли официальные визиты на ну очень высоком уровне, каждый из которых обходится стране в 0,5—1,5 миллиона долларов, я все чаще стал сопоставлять эти затраты с реальной отдачей таких контактов. И обнаружил, что в этом плане мы недалеко ушли от Эфиопии.

Тяга к помпезности досталась нам в наследство от СССР. Но уже нет того могущества, что прежде. Куда естественней было бы обратиться к опыту, скажем, латиноамериканских стран, которые в представительских целях за рубежом широко используют институт почетных консулов. Как правило, это уважаемые представители национальной культуры, бизнеса. Они охотно берутся за решение отдельных государственных вопросов, получая взамен определенные льготы. А кроме того, как я должен был поступить, когда видел, что нередко важные документы, подготовленные ценой большого труда специалистов подразделений посольства и отправленные на родину, оставались там непрочитанными? Бисмарк считал, что при хороших чиновниках и плохих законах государство может существовать, но при плохих чиновниках и хороших законах оно пропадает.

Вот и решил переквалифицироваться в журналисты, тем более что по долгу службы к тому времени накопил достаточный опыт работы с израильскими СМИ.

Последнее объяснение Дмитрия Чекалкина позволяет предположить, что за годы дипломатической работы им были накоплены еще и солидные запасы иронии, которая, по свидетельству Оскара Уайльда, есть лучшая форма переживать общественные трагедии. С реализацией журналистского, а теперь, как видим, и актерского начала эти запасы обрели, наконец, свободу. Чего стоят хотя бы такие перлы, вложенные Чекалкиным в уста дважды спикера украинского парламента: «Чем меньше думаешь, тем больше единомышленников», «Слухайте, щоб вам позакладало!», «Избранные президенты обмену и возврату не подлежат» или «Родителей президентов не выбирают»! А в значительной степени благодаря им популярность И.С. в народе может сравниться с популярностью легендарного комдива. И такой колоссальный PR делается совершенно бескорыстно!

Телефонные розыгрыши — отдельная статья. Их вполне можно классифицировать как деяния, совершенные по предварительному сговору с другими лицами и с применением технических средств. Но на вопрос, являются ли они заранее спланированными или спонтанными, Дмитрий Чекалкин отвечает уклончиво:

 

— Шутить и занимать деньги нужно внезапно, но с другой стороны, лучший экспромт тот, который хорошо продуман. Да, от людей, «заказывающих» мне своих родственников и знакомых, я беру конкретную информацию и использую ее в диалоге. Это придает розыгрышу достоверность. Однако собеседник может реагировать непредсказуемо и по ходу разговора может возникать необходимость в быстрой перестройке. В этом очень помогают мои записи, которые веду многие годы. В них интересные мысли известных людей, шутки, афоризмы, каламбуры.

На последний вопрос решиться было нелегко, так как это походило на эксперимент с непредсказуемыми последствиями, который исследователю предстояло поставить на себе. Но хотелось дать шанс собеседнику на самореабилитацию, и, не совсем готовый к самопожертвованию, я несколько изменил направленность вопроса.

 

— Скажите, Дмитрий, на чем бы вы построили первоапрельский розыгрыш, к примеру, главного редактора «ЗН»?

 

— Я посещал практически все мероприятия, которые называю «Кучма року», и откровенно признаюсь, что не всегда удерживаюсь от реплик в адрес отдельных номинантов. Но «Зеркало недели» — это та газета, с которой у меня традиционно начинается каждое субботнее утро, так как ее позиция в моем понимании созвучна словам Сократа: «Я готов пожертвовать в этом мире всем ради любви, но ради свободы я готов пожертвовать даже любовью». Ни вам, ни себе я не желаю таких жертв, поэтому хочу, чтобы в первоапрельское утро мой розыгрыш хоть на короткое время согрел сердце «заказанного». Пожалуй, построил бы его на неожиданном предоставлении газете солидного гранта из фонда Джорджа Сороса.

Подводя итоги данного дознания, считаю возможным снять с дознаваемого выдвинутые против него обвинения с отсрочкой исполнения приговора до 1.04.2002 года.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №30, 18 августа-23 августа Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно