Маршал Ион Антонеску как выразитель «тотального национализма» Малоизвестные факты антиукраинской деятельности румынского диктатора

20 ноября, 2009, 13:06 Распечатать Выпуск №45, 20 ноября-27 ноября

В свете рассекреченных документов, в том числе и в Румынии, пришло время вернуться к вопросу оценк...

В свете рассекреченных документов, в том числе и в Румынии, пришло время вернуться к вопросу оценки и определения роли в крупнейшей военной конфронтации человечества не только Гитлера как главного игрока кровавого сценария 1939—1945 годов, но и его верного союзника, маршала и кондукетора (аналог немецкого фюрера и итальянского дуче) Румынии Иона Антонеску.

Военная диктатура генерала (с 21 августа 1941 г. — маршала) И.Антонеску была установлена в Румынии
6 сентября 1940 года после государственного переворота, осуществленного при поддержке нацистской Германии легионерами «Железной гвардии». Идеологией фашистского режима стал радикальный румынский национализм, существенным образом усиленный теорией расовой борьбы. В конце января 1941 г. И.Антонеску сконцентрировал в своих руках гражданскую и военно-политическую власть в государстве, занимая должности и председателя совета министров, и министра иностранных дел и национальной обороны. Именно тогда он четко заявил: «Мы встали на тот путь, по которому должен идти румынский род: тотальный национализм».

Расизм, антисемитизм и политика «румынизации»

Первыми от имплементации дискриминационной политики диктатуры И.Антонеску пострадали евреи и цыгане. С сентября 1940 года грабежи, изоляция, а позже — и массовое уничтожение, прежде всего еврейского населения, стали неотъемлемой составляющей государственной политики. В этом контексте весьма убедительно звучит часть п.14 Решения Народного трибунала Румынии от 17 мая 1946 г. относительно осуждения И.Антонеску и членов его правительства: «Ограбление еврейского населения, организованное правительством Антонеску на протяжении фашистско-гитлеровского периода, было названо «румынизацией». Она реализовывалась согласно плану, определенному рядом законов расистского характера, цель которого — эксплуатация евреев до полного их обнищания. С 6 сентября 1940 г. по 6 декабря 1942 г. у евреев было экспроприировано 486185 га сельскохозяйственных угодий, 90625 объектов недвижимости и 1471 промышленный комплекс».

На заседании Совета министров 4 февраля 1941 г. И.Антонеску заявил: у евреев «...отберем городское имущество, как раньше отобрали у них сельское». Уже 7 февраля диктатор инициировал политику «румынизации» — этнической чистки в стране и обществе под видом «проникновения последовательным и нарастающим образом румынского элемента в экономическую жизнь государства». «Румынизация» имела несколько направлений, разработанных против конкретных народов, а именно:

антиеврейское, предусматривающее, по словам румынского диктатора, «очищение атмосферы от иудейских элементов». Конечной целью такой политики было «массовое выдворение за пределы румынского государства еврейского элемента, то есть изгнание евреев за границу». В начале 1941 г. кондукетор приказал создать в Бухаресте еврейский район Векерешть-Дудешть. Как отмечал сам генерал, «на протяжении двух лет все еврейское в столице должно попасть в эту жидовскую крепость, а все румынское должно оттуда выйти»;

— антицыганское; планировалась массовая депортация ромов в низовья Дуная или в неосвоенные степи Берегана (юго-восточная часть Румынии. — В.В.), где ощущалась острая нехватка рабочей силы;

— антивенгерское, предусматривавшее выдворение за пределы столицы венгров. Интересный аргумент привел И.Антонеску на заседании правительства в пользу проведения этой позорной операции: Бухарест якобы оказался «вторым городом после Будапешта, где проживало наибольшее количество венгров».

Вскоре диктатор, экстраполируя соответствующую политику фюрера, с которым поддерживал активные контакты, сделал следующий жестокий шаг: распорядился относительно «организации концентрационных лагерей для коммунистов, цыган и иностранцев, нелегально попадавших в страну (евреи, греки, армяне)».

Все это происходило параллельно с погромами, которые организовывались как профашистским национал-легионерским правительством на протяжении сентября 1940-го — января 1941 гг., так и освобожденным от легионеров управлением И.Антонеску, начиная с 27 января 1941 г. и фактически до конца его пребывания при власти в августе 1944 года. По данным Э.Мезинческу, известного румынского дипломата и публициста, автора книги «Маршал Антонеску и катастрофа Румынии», за годы войны численность еврейского населения в Румынии уменьшилась на 50% — с 760 тыс. человек в 1939 г. до 380 тыс. в 1944 г. В обвинениях Народного трибунала Румынии от 17 мая 1946 г. отмечается, что лишь в Транснистрии (Заднестровье) — территории современной Одесской, части Винницкой, Кировоградской, Николаевской и Херсонской областей Украины и нынешнего Приднестровского региона Республики Молдова, которая на протяжении 1941—1944 гг. административно подчинялась Румынии, — было уничтожено 270 тысяч евреев. Следует отметить, что до сих пор не установлена точная цифра уничтоженных евреев и представителей других наций за годы правления И.Антонеску, в частности и потому, что часть соответствующих материалов находится в закрытых архивах.

«Решение» украинского вопроса

Четкая антиукраинская составляющая политики диктатора проявилась в ходе подготовки Румынии к войне против СССР. Более чем за полгода до начала войны Румыния начала основательно готовиться к захвату Северной Буковины и Бессарабии, о чем свидетельствует плановое внесение соответствующих вопросов на рассмотрение заседаний Совета министров от 18 и 26 ноября 1940 г., а также от 11 апреля 1941 года. Только в июне того же года А.Гитлер лично сообщил И.Антонеску о намерениях атаковать СССР 22 июня. На заседании от 11 апреля диктатор, представляя внешнеполитические приоритеты страны, отмечал, что «Румыния ни в какой форме не вмешивается в конфликты на Балканах». При этом он завуалировано уточнял: «наши взгляды должны быть направлены на другое направление, а наши силы должны готовиться к другой судьбе», имея в виду нападение на Северную Буковину и Бессарабию. На заседаниях же Совета министров от 17 и 19 июня 1941 г. речь шла уже о конкретном плане подготовки к оккупации Северной Буковины и Бессарабии.

Сознательно оставляя вопрос развертывания боевых действий на этих территориях на протяжении первых месяцев войны и многочисленных жертв среди украинского мирного населения (а также огромных материальных потерь) для отдельного исследования, отметим, что после массовых еврейских погромов и изоляции цыган в тогдашней Румынии пришла очередь славянских народов. Среди славян особое место занимали украинцы как самые близкие и многочисленные соседи румын на востоке и севере. Так, назначенный 21 июня 1941 г. зампредом Совета министров Михай Антонеску (однофамилец И.Антонеску, его первый заместитель и к тому времени исполняющий обязанности главы правительства. — В.В.) уже в первые дни войны официально заявил, что выступает «...за насильственное выселение украинского элемента, которому нечего здесь искать... Мне безразлично, войдем ли мы в историю как варвары. В истории не было более удачного, широкого и свободного момента для полной этнической свободы... и для очищения нашего рода... Если нужно, стреляйте из пулеметов».

Все это вписывалось в предыдущую деятельность пропагандистского аппарата режима И.Антонеску, который после прихода к власти отменил действие и так недемократической конституции Румынии 1938 г., ликвидировал все гражданские права, сделав ставку на шовинистическую идеологию. Один из авторов «национал-христианской доктрины» А.Куза — основатель первой фашистской партии в стране, утверждал, что в Румынии должна быть только одна нация, что каждый народ «естественно и логически» пытается грабить другие народы с целью расширения возможностей своего существования. Это очень похоже на расистскую теорию о жизненном пространстве для немецкой нации.

Таким образом, новое фашистское руководство страны полностью разделяло расовую концепцию Гитлера. Тот же М.Антонеcку, уже как посланец румынского кондукеторула во время состоявшейся 27 ноября 1941 г. личной встречи с фюрером, откровенно заявил: «Многочисленная и примитивная славянская раса представляет… не политическую или духовную, а сложную биологическую проблему для европейской рождаемости. Этой проблеме нужно найти радикальные и серьезные решения. Относительно славян нужно занять непоколебимую позицию, а потому любой раздел, любая нейтрализация или захват славянской территории являются законными актами».

Отметим, что в меморандуме, отредактированном М.Антонеску и отправленном И.Антонеску А.Гитлеру 11 февраля 1942 г., содержались следующие два пункта:

«ІІ. — Русская и большевистская угроза столь велики, особенно из-за ее биологического давления, что румынский народ, на протяжении веков страдавший из-за славян, хотел бы до последней жертвы помогать уничтожению большевизма.

ІІІ. — ...Румынский народ в борьбе на востоке выполняет анонимную и коллективную миссию свержения славянства, которая является великой миссией немецкого народа».

В этом контексте нельзя не согласиться с мнением Э.Мезинческу, что «таким образом под тираническим руководством Иона Антонеску Румыния, румынский народ были привлечены к миссии «биологического» решения, точнее — экстерминации славянства...»

«Исторические права» на «исконно румынские» территории

Антиславянский шовинистический угар распространялся в Румынии на протяжении всего периода ее участия в войне как союзницы Германии. Правящие круги пытались спекулировать на чувствах той части населения, которая находилась под влиянием длительной шовинистической, антисоветской и антиукраинской пропаганды, навязывая им идею, что война Румынии против СССР носила справедливый характер и ее целью было освобождение «оккупированных» им 28 июня 1940 г. «исконно румынских территорий». Так, в своем выступлении по румынскому радио в 10 часов утра 22 июня 1941 г. М.Антонеску, в частности, отметил, что начатая война против Советского Союза была не агрессией со стороны Румынии, а настоящей «борьбой за жизнь румынского народа, и победа будет высоким актом исторической справедливости».

Привлекает к себе внимание тот факт, что такую же позицию занимают многие современные румынские исследователи. Примером может служить утверждение К.Сандаке — автора изданной в 2007 г. в Бухаресте книги «Европа диктатур и предпосылки румынско-советской войны». Он откровенно пишет: «Румыния фактически вела собственную войну — вооруженный конфликт, который был оправдан ее неопровержимыми историческими правами на Бессарабию, Северную Буковину и Герцаевский край».

К практическому оправданию и теоретическому обоснованию захватнических действий И.Антонеску и его преступного окружения относительно украинских территорий активно подключились румынские историки 40-х годов. На волне преобладающих в обществе настроений и реваншистских планов они немало сделали, чтобы «найти» доказательства обоснованности претензий Румынии не только на Бессарабию и Северную Буковину, но и на территории восточнее Днестра. В декабре 1941 г. в Бухаресте состоялась конференция историков, посвященная определению их видения прошлого этих территорий, в ходе которой академик К.Джуреску в докладе «Молдавское население в устье Днепра и Буга в ХVІІ—ХVІІІ веках» утверждал: «Под Украиной следует понимать северную территорию с центром в городе Киеве ... земли, расположенные восточнее Днестра, были заселены сотни лет назад румынами, что и дает нам сегодня неопровержимое право на этот регион».

Особенно настойчиво работал на этом направлении профессор и один из ректоров Черновицкого университета межвоенного периода И.Нистор. Спекулируя на отдельных географических и топонимических названиях, а также на фамилиях молдаван-переселенцев (которые вместе с другими православными народами — болгарами, гагаузами, сербами, православными албанцами и т.д., по распоряжению Екатерины ІІ, в конце XVII в. на льготных условиях осваивали южные регионы Украины. — В.В.) в Днестровско-Бугский регион времен царской России, в своих трудах «История румын Транснистрии», «Румыны за Днестром», «Транснистрянские румыны», «Давность румынских поселений за Днестром» и т.д., он активно продвигал идею, что эти украинские территории принадлежат румынам.

Непосредственным толчком к массовой переориентации тогдашней румынской историографии на такое активное отстаивание «национальных» интересов Румынии стала политическая ситуация, возникшая в начале войны в связи с возможностью образования независимого Украинского государства. Бухарест воспринял эту новость крайне негативно. Исполняющий обязанности председателя Совета министров Румынии М.Антонеску с тревогой информировал членов правительства об учреждении «в Берлине совета, распространявшего в городе претенциозные карты, на которых зафиксировано, что Буковина и север Бессарабии должны быть включены в состав Великой Украины» и что «во Львове создано Украинское национальное правительство, нотами проинформировавшее правительство Германии и представителей других правительств, аккредитированных в Берлине,.. о намерениях создать Украинское государство». Эти «антирумынские претензии», по словам М.Антонеску, так напугали румынских членов правительства, что он «лично решил запретить деятельность и расформировать все украинские ассоциации на территории страны...» Первой жертвой стал политически нейтральный Комитет помощи для украинцев-эмигрантов в Румынии, основанный в 1922 г. украинской военно-политической эмиграцией. С первых дней войны многие члены Комитета пошли добровольцами в румынскую армию, надеясь на освобождение Украины от большевиков. Но румынские власти не приняли это во внимание, и во исполнение распоряжения М.Антонеску 20 сентября 1941 г. «в помещении одной из таких ассоциаций был проведен обыск, поскольку ее деятельность противоречила румынским национальным интересам».

Возвращаясь к реалиям на Восточном фронте периода августа 1941 г., следует отметить, что для оправдания своей оккупационной политики на южноукраинских территориях и в Крыму, где румынские войска грабили местное население до 1944 года, бухарестская пропаганда создала концепцию «крестового похода против коммунизма», в сущности, оказавшейся лишь идеологической ширмой для прикрытия захватнических действий.

Интересно, что, по имеющимся данным, фюрер летом 1941 г. не вынуждал кондукеторула оккупировать украинские земли на восток от Днестра. На основании только опосредованного предложения А.Гитлера, высказанного им в июле 1941 г. в письме в адрес И.Антонеску, последний фактически самостоятельно принял решение об участии в дальнейших военных операциях на территории Украины. Начиная с августа, 3-я румынская армия вместе с 11-й немецкой наступала на восток, и вскоре союзники достигли Южного Буга. 4-я румынская армия самостоятельно вела бои за Одессу, героическая оборона которой продолжалась более двух месяцев — до 16 октября 1941 года. Румынский историк Э.Мезинческу справедливо пишет, что никто не просил диктатора продолжать военные действия на территории Украины на восток от Днестра. Это было самостоятельным решением И.Антонеску, за которое румыны заплатили дорогую цену: только в боях за Одессу они потеряли 17 729 солдат и офицеров убитыми, 63 345 — раненными; еще 11 471 воинов пропали бесследно.

Ион Антонеску приветствует немецких и румынских офицеров после падения Одессы, 1941 г.
Ион Антонеску приветствует немецких и румынских офицеров после падения Одессы, 1941 г.
С другой стороны, мир хорошо знает о жестоких репрессивных мерах, к которым прибегли румынские оккупанты ради выполнения личного приказа И.Антонеску всего лишь через пять дней после захвата Одессы: за каждого румынского или немецкого офицера, погибшего во время взрыва румынско-немецкой комендатуры 22 октября 1941 г., было казнено 200 жителей города, а за каждого солдата — 100 человек. На конец марта 1942 г. вследствие уничтожения и отправки в лагеря смерти население Одессы уменьшилось на 400 тысяч человек.

Мирное население пострадало и на так называемых «исторических румынских землях» — в Бессарабии, Северной Буковине и Герцаевском крае. Только в течение нескольких дней июля 1941 г. в Черновцах и четырех населенных пунктах Черновицкой области было расстреляно свыше трех тысяч мирных граждан. Но это только начало. В ноябре 1941 г. 50 тысяч черновицких евреев отправили в гетто и предрекли их этим на неимоверные страдания.

В следующем письме союзнику от 29 декабря 1941 г., оценив «старательность», с которой маршал орудовал на украинских землях от Днестра до Буга, фюрер уже просил, чтобы румынские вооруженные силы приняли участие в военных операциях и в 1942 году. Поэтому снова, с согласия И.Антонеску, румынские части в составе 11-й немецкой армии воевали на юге Украины и в Крыму, что завершилось захватом ими 4 июля 1942 г. Севастополя. Между тем 3-я и 4-я румынские армии, в состав которых входили 33 дивизии и другие подразделения, включенные в состав Группы немецких армий «В», летом 1942 г. продолжали двигаться на восток, дойдя осенью того же года до Сталинграда.

Оккупационная румынская власть и этнические чистки в Украине

Но румынским оккупантам так и не удалось создать масштабные владения за счет территориальных завоеваний на востоке, прежде всего на юге Украины и в Крыму, где жили немногочисленные молдаване. В августе 1941 г. фюрер только позволил И.Антонеску, в обмен на дальнейшее участие румынской армии в военных действиях против СССР за Днестром, создать так называемую румынскую провинцию Транснистрию (Заднестровье).

Украинскому читателю будет интересно узнать, что эту исконно украинскую территорию румыны разделили на 13 уездов, 64 района, в состав которых входили 15 городских, 18 подгородских и 1363 сельских коммун с 2568 селами и 72 хуторами. Столицей Транснистрии провозгласили Одессу, включив ее в состав новообразованной румынской провинции 17 октября 1941 года. Установили румынскую администрацию (август 1941-го — март 1944 гг.) — так называемое Управление Транснистрии во главе с губернатором Г.Алексяну. «Управление» не только грабило украинские территории, но и пыталось лишить их украинской идентичности, прежде всего путем массовой депортации в этот регион румынских евреев и цыган, расселяя последних в среде украинцев, в том числе в их домах. Таким образом выполнялась четкая задача: любой ценой избавиться от славянского этноса в пределах новообразованной провинции.

Вместе с тем румынская администрация организовала тотальное уничтожение принудительно переселенных в этот регион евреев и цыган. По данным Э.Мезинческу, во время румынской оккупации в Транснистрии расстреляли 327100 евреев и довели до неестественной смерти не менее 50500 цыган.

Самыми опасными для украинцев оккупированных Румынией Северной Буковины и Южной Бессарабии должен был стать план И.Антонеску о проведении в течение 1942—1943 гг. этнической чистки этих территорий от украинского населения, которым предусматривалось тотальное переселение почти миллиона украинцев на восток от Днестра. В соответствии с этим планом, за пределы расширенной за счет завоевания украинских территорий Румынии должны были быть выселены этнические украинцы не только с присоединенных в 1918 г. территорий Бессарабии и Буковины, но и из дельты Дуная, где, как известно, потомки украинских казаков жили с ХVIII века. Пронизанная фашистским духом концепция создания «этнически однородной Румынии, которая охватила бы всех румын» через принудительную депортацию других национальностей, принадлежала И.Антонеску. На заседании Совета министров Румынии 5 сентября 1941 г. он заявил: «… украинцы, греки, гагаузы, евреи — все постепенно, друг за другом, должны быть эвакуированы... Я поручил господину генералу Войкулеску подготовить статистику, над которой сейчас работают, чтобы я точно знал, сколько гектаров земли принадлежит рутенцам (читай — украинцам. — В.В.) на Севере Бессарабии, на Юге Бессарабии и на Буковине... Таким образом, наша политика в этом плане сводится к тому, чтобы создать сплошное румынское пространство как в Бессарабии, так и в Молдове».

Вскоре идею подхватил директор Центрального института статистики С.Мануиле. 15 октября 1941 г. он вручил И.Антонеску меморандум, в соответствии с которым 991265 этнических украинцев и русских-липован (потомки выходцев из России, которые в XVII в. не восприняли Никоновскую церковную реформу и из-за преследований выехали за границы Московии, поселившись, в частности, и на территории современной Румынии, где их в 1941 г. насчитывалось несколько десятков тысяч человек. — В.В.) с вышеуказанных территорий должны были быть принудительно высланы за Днестр, а освободившиеся вследствие синхронно-аналогичной операции территории планировалось заселить 800 тысячами румын (молдаван. — В.В.), живших тогда преимущественно в пределах Украины. Как признают румынские авторы, «вследствие принудительного обмена населением Украина должна была утратить после войны какую-либо возможность предъявлять территориальные претензии Румынии», поскольку Украина, по их мнению, как и в 1918 г., после Второй мировой войны, снова могла бы использовать этнический фактор для отстаивания собственных национальных и территориальных интересов. Для этого были серьезные основания, которые признавали официальные органы власти Румынии того времени. В соответствии с нововыявленными документами, хранящимися в фондах румынского Национального совета по вопросам изучения государственного архива, 11 декабря 1941 г. руководству и личному составу Министерства внутренних дел Румынии представили специальный закрытый доклад на 40 страницах под названием «Украинская проблема». В этом информационно-аналитическом материале, в частности, отмечалось, что на территории Румынии того времени, по официальным данным, проживало «62500 украинцев, в соответствии с украинской статистикой — 1 млн. 200 тыс.», а также, что «17 264 кв. км украинской территории находятся в пределах Румынии». Это — не что иное, как официальное признание Бухарестом факта оккупации Румынией украинских территорий с многочисленным украинским населением.

Предложения С.Мануиле понравились И.Антонеску. Начиная с 16 декабря 1941 года он вынес их на обсуждение нескольких заседаний совета министров Румынии. В 1943-м работу над планом принудительного переселения украинцев завершили. И только военное поражение нацистов под Курском летом того же года и вынужденное стремительное отступление ее союзников (в том числе и Румынии) на запад сделали невозможным реализацию одиозных планов этнической чистки румынской территории от автохтонов-украинцев. Позиция И.Антонеску относительно украинцев четко зафиксирована в материалах упомянутого ранее суда над ним в 1946 году. В соответствии с его признанием, на начальном этапе войны он выступал «за форсированное выселение украинского этноса из Бессарабии и Буковины», и для этого «в истории не существовало более выгодного момента», чем тогда.

В ходе Второй мировой войны шовинистическая политика правящих кругов Румынии потерпела крах. Трезвомыслящие силы страны летом 1943 г. создали Патриотический антигитлеровский фронт, политическая платформа которого требовала, в частности, немедленного освобождения всех жертв фашистского террора, находящихся в то время в тюрьмах и концентрационных лагерях, и прекращения угнетения национальных меньшинств. В этом контексте подчеркивалась необходимость обеспечения равноправия для нацменьшинств. Требовали также наказать военных преступников во главе с И.Антонеску.

23 августа 1944 года, по приказу короля Михая I, И.Антонеску арестовали. А уже на следующий день Румыния подписала перемирие и вскоре предусмотрительно выступила против нацистов.

Казнь И.Антонеску, М.Антонеску и Г.Алексяну состоялась 1 июня 1946 года. В период социализма Румыния в основном замалчивала проблематику, связанную с диктатором, а также ограничивалась минимальной информацией об участии румынских вооруженных сил в военных действиях на территории Украины и об эксплуатации населения Транснистрии в течение 1941—1944 гг. Румынские историки того периода, как правило, только констатировали, что Румыния принимала участие в войне на стороне Германии. В свою очередь, в СССР также не проводились серьезные исследования об участии Румынии в войне на Восточном фронте. Что было вызвано прежде всего идеологической солидарностью коммунистов, правивших тогда в обеих странах.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Последний Первый Популярные Всего комментариев: 1
  • Nicola Vinograd Nicola Vinograd 5 травня, 11:01 південна Бессарабія т.т. нонишня українська Бессарабія - це загально-культурна теріторія і пов.язана з усією Бессарабією і Буковиною беспосередньо. Нічого загального з українською культурою вона не має. Українська імперскість хай здохне тому що вона є частиною кацапського - руського імперіалізму. Вважаю за потрібне довести що Західна Україна не має намірів бути частиною якоїсь або власної імперії. Краще бути румуном - европейцем ані українцем імперцем. согласен 0 не согласен 0 Ответить Цитировать СпасибоПожаловаться
Выпуск №38, 13 октября-19 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно