Мамина школа. Дочка Нины Матвиенко Антонина: «В нашей семье все женщины поют, а мужчины рисуют»

16 мая, 2008, 13:33 Распечатать Выпуск №18, 16 мая-23 мая

Классик когда-то справедливо заметил, что все счастливые семьи чем-то похожи... И когда видишь на те...

Классик когда-то справедливо заметил, что все счастливые семьи чем-то похожи... И когда видишь на телеэкране или на каких-то творческих акциях семью нашей прославленной певицы Нины Матвиенко, думаешь: какое же внутреннее счастье излучают именно эти творческие люди! А семья у Нины Митрофановны, как известно, действительно творческая. Муж и сыновья ищут вдохновение в живописи. А дочь совсем недавно избрала мамин путь… И за короткое время заявила о себе достаточно уверенно как талантливая певица, сотрудничая с «Київською камератою». Мамин репертуар не стал для Антонины Матвиенко-Снитко чем-то сугубо семейным. Она ищет в этих легендарных песнях и свою индивидуальность…

— Антонина, вас, очевидно, не удивит первый вопрос... Ведь невольно люди интересуются, в какой степени повлияла на ваш творческий поиск именно семья, в частности мама?

— Мама на меня имела немалое влияние. Сами понимаете, в какой я росла атмосфере и какие песни слушала. Уже в десять лет я поехала с мамой на гастроли, и это были мои первые выступления. А в 1992-м на Майдане незалежности я пела гимн Украины. Я мечтала и видела себя только певицей. Уже когда мне было за двадцать, я дома собирала своих друзей и устраивала им песенные вечера. Тогда же все начали говорить, что мой голос похож на мамин. У меня очень много любимых маминых песен, и сейчас так сложилось, что именно их я пою. Эти песни мама пела в начале карьеры. В моем репертуаре есть и «Ди­кі гуси», и «Чарівна скрипка» в современной обработке. И песни, которые я пою с ансамблем «Ки­ївська камерата», написаны для голоса именно Нины Матвиенко.

— И все-таки, с чего все началось? Когда вы ощутили, что можете продолжать песенное дело своей матери?

— С чего началось? Знаете, это как судьба... На сцене как певица я дебютировала лишь два года назад. Можно было бы и раньше. Но так получилось. Я закончила музыкальную школу име­ни Лысенко. Это настоящая школа жизни, очень мощная система. Пожалуй, благодаря этому я могу петь. Но на фортепиано целеустремленно теперь не играю. Конечно, когда разучиваю песню, то подыгрываю партитуру, чтобы прочувствовать музыку. Например, есть песня Станковича «Ма­мо, вечір догора», а есть песни Поклада. И мне всегда нужно нащупать самой, как эта песня вольется в оркестр.

Потом я закончила Киевский национальный университет культуры и искусств по специальности «менеджер по связям с общественностью». Специально вокалу нигде не училась. Здесь только мамина школа.

В кругу семьи
В кругу семьи
Так вот, я училась, работала и в художественной галерее, и в пиар-агентстве. Но всегда хотела петь. А потом наступил момент, когда все бросила и начала думать, что делать дальше. Сказала маме: «Хочу петь. Посо­ветуй, с чего мне начать». Она сказала: «А давай начнем с «Камера­ти». Тем более что тогда как раз Валерий Матюхин искал исполни­телей. Ни­ну Матвиенко никто не мог заменить, поскольку нужно было подобрать голос, подобный маминому. Поэтому первое начало у меня было с «Камератою». Мы пришли к Валерию Александ­ровичу, мама предложила ему послушать меня. Я только рот открыла, как он сказал: «Все, беру! Теперь будешь петь мамины песни!» Так я с ними работаю уже полтора года. А потом я пошла к композитору Алек­сандру Тищенко и записала свою первую песню.

— А в детстве случалось, что мама прогнозировала ваше будущее, дескать, «будешь ты, Ан­тонина, обязательно певицей»?

— Нет! Никогда. Но я ощущала, что именно так и будет — в музыкальной школе и университете. Хотя я и занималась пиаром, но жизнь все равно возвращает туда, куда нужно. В нашей семье все женщины поют, а мужчины — художники. Мы как будто поделились. Мой старший брат Иван — иконописец, художник, архитектор, он сознательно избрал путь служения Богу. Средний брат Андрей — живописец, сейчас они с отцом расписывают церковь. Словом, семья творческая. И все яркие личности.

— Вы с мамой часто поете вместе на концертах?

— Довольно часто. Недавно в Украинском доме выступали с «Камератою», пели «Дикі гуси» на День Красного Креста. Впервые я запела с мамой на ее 60-летнем юбилее в филармонии. Мы об этом даже никому не говорили. А сделали такой сюрприз. Вдвоем вышли на сцену, она первая начала петь, а я продолжила и закончила. Песню «Дикі гуси» мне было всегда страшно исполнять, ведь это мамина визитка.

Мой голос немножко ниже маминого, но его можно развивать. Своих песен у меня пока нет. Пою лишь мамины.

— Оглядываясь на детские годы, о каких семейных традициях чаще всего вспоминаете?

— Знаете, я очень рано вышла замуж и с мамой уже не живу десять лет. А если вспомнить о детстве... Например, Но­вый год мы никогда шумно не праздновали. Большие праздники в нашей семье — это Рождество и старый Новый год. Это были самые лучшие времена, которых я как ребенок очень ждала. В наш дом ходили колядовать большие народные коллективы и просто переодетые парни-девушки. Представляете, даже очередь стояла, чтобы поколядовать в доме Нины Матвиенко! Мама действительно очень верующий человек. И я теперь придерживаюсь традиций, хожу в церковь, причащаюсь. Так мама научила, чтобы я ближе была к Богу. У нее самой очень открыта эта связь.

— Сегодня, как известно, не все талантливые молодые украинские исполнители могут надеяться на успешную карьеру у нас, в Украине, ведь для этого нужен не только талант, но и серьезный спонсор... Поэтому многие и ищут счастья за рубежом. А вот вы видите себя, то есть свое творческое будущее, за пределами родины?

— Вижу себя только в Украине. Тем не менее не против поехать за границу и поделиться там своими песнями. Но всегда нужно честно себя спрашивать: а нужна ли я там кому-то? Считаю, и здесь, дома, у меня еще очень много дел.

— Возможно, немного абстрактный вопрос, но важно ваше субъективное ощущение: что для вас означает именно украинская песня?

— Эта песня у меня всегда ассоциируется исключительно с мамой. Это что-то очень близкое, родное, свое... Настоящее. Я очень признательна маме, что она всю жизнь посвятила украинской песне. Семья наша, конечно же, украиноязычная. У нас, детей, были попытки разговаривать по-русски. Но мама, если кто-то из детей, например, даже по телефону говорил по-русски, могла подойти и положить трубку. Принципиально! Тогда я этого не понимала. А теперь знаю, сколько она всего пережила, когда был запрет на украинский язык.

— А какие ваши самые любимые украинские песни?

— О, у меня их очень много! Но почему-то всегда я возвращалась к маминым композициям. Потому что их можно было неоднократно петь и переживать эмоции заново. Почему-то больше всего люблю, когда мама исполняет свои песни в музыкальном сопровождении. Я, кстати, не очень любила слушать народные песни в их классическом звучании. Моя же самая любимая — «Як я люблю тебе». Да и колыбельные у мамы замечательные. Хотя каждая песня прекрасна по-своему.

— Иногда говорят, что ваша песенная манера очень перекликается с вокальным стилем Нины Матвиенко. Хотели бы вы при этом найти и собственный стиль?

Антонина с мужем и дочерью
Антонина с мужем и дочерью
— Хотелось бы, конечно. Но эта тесная связь меня пока не отпускает. Когда мониторила инет, то нашла много слов поддержки. Вот 13 мая, на День матери, я пела в сопровождении «Камера­ти». Считаю, это большое счастье для артиста петь с таким коллективом. Это ведь живая музыка. Хотя иногда мне и говорят, мол, ты же там денег не заработаешь, сегодня в ходу коммерческие проекты, эстрада. А я всегда отвечаю: «Вам этого не понять! Нужно ощутить то особое состояние, когда ты на сцене». На­вер­ное, это, как в раю?

— А как Нина Митрофановна оценивает ваши выступления? Часто критикует?

— Да, иногда критикует. Даже бывает, думаешь, ну хоть бы что-то хорошее сказала... Но я понимаю, что на меня возложена ответственность. И, конечно, у мамы уже 36 лет опыта на сцене. Она мне всегда говорит: «И почему ты так волнуешься?» А отец замечает: «А ты, Нина, забыла, как сама переживала?»

— Поп-амплуа вас не привлекает? Ведь это так экономически выгодно нынче.

— Есть произведения, с которыми я гастролирую. Это «Дикі гуси», «Чарівна скрипка», «Не метелиця лугом стелеться». Выступали, например, в Одессе, когда проводились мероприятия по случаю 100-летия Степана Олийныка. Часто пересекаюсь с братьями Яремчу­ками. Бывают музыкальные вечера в консерватории. Участвовала в фестивале «Ро­дина», потом у Билоножков на «Мелодії для двох сердець». Представьте, там мы всей семьей выступали и пели народную песню. Все пятеро!

Маму часто приглашают на благотворительные концерты, она никогда не отказывается, дает много бесплатных концертов.

— Как вы считаете, что нужно сделать, чтобы настоящую музыку исполнял не только узкий круг музыкантов?

— Все мои произведения в современной обработке. Например, композитор Олег Кива — это современная музыка для народного пения. Так и пишут «Антонина Матвиенко, народное пение». И очень часто слушатель даже не знает, что поначалу это была только народная песня. Даже в фольклоре очень разное исполнение народной песни. А в сугубо народном пении совсем иная подача... Сегодня народную песню преподносят по-разному. И у меня нет цели исполнять только народные песни. Я хочу найти что-то свое. Да, знаю, это очень большой труд. Знаю, что у меня другая миссия, чем у многих поп-певцов. Но все впереди.

— Возможно, вы заметили, сегодня в селах очень редко услышишь народную песню. А раньше пели целыми селами. Разве только новое время этому виной?

— Молодежь покинула села... Возможно, бабушки и поют. Но не все так плохо, как кажется. Ведь устраиваются и праздники Ивана Купала, и к отцу в музей приходит много молодежи. Вспомните, вот раньше вышиванку никто не носил, было стыдно, а теперь, наоборот, престижно! И чем она красивее, тем лучше.

— А вы не загадывали на будущее сотрудничество с Олегом Скрипкой в рамках его проекта «Країна мрій»? Кажется, это и ваш формат?

— Есть определенные планы... Возможно, это случится уже в нынешнем году. Скрипка — мой самый любимый исполнитель, он чрезвычайно талантливый человек. Также планирую выпустить свой диск, но нужно, чтобы в репертуаре было по крайней мере песен двенадцать. Сейчас я в поисках, не спешу. Всему свое время. Сегодня работаю с Сергеем Доценко. Он хорошо делает аранжировки. Чувствует музыку на интуитивном уровне.

— На какой сценической площадке вы чувствуете себя наиболее комфортно?

— Почему-то в этом году уже концертов шесть были в филармонии. Вообще нужно быть в форме и достойно себя подавать на любой сцене. Много раз я была в ужасных условиях, когда в зале не было ни колонок, ничего. Но есть зритель, и этим все сказано. Я очень критически к себе отношусь. Считаю, артистом быть непросто. Все-таки нужно время, чтобы выйти и чувствовать себя на сцене уверенно.

— А кроме маминого репертуара, кроме репертуара «Київської камерати», что любите слушать на досуге?

— Когда сама запела, почему-то перестала целенаправленно слушать музыку. А сейчас сознательно слушаю классику, особенно когда начала петь с «Каме­ратою». Могу также слушать и Бритни Спирс, и Джорджа Майк­ла. Росла я на записях группы АВВА, Филла Коллинза, Элтона Джона, Мадонны, Сандры...

Так получилось, что я стала мамой в семнадцать лет... Была тогда очень ответственной и как будто сразу повзрослела. Многое поняла... Да, одна сторона жизни красивая, например, та, которая связана с музыкой. А другая... Но, как говорят, все зависит от человека: как прожить и воспринимать эту жизнь.

Моей дочке уже девять лет. Ульяна тоже поет. Все записи может воспроизвести на слух. Ходила-ходила — и все песни перепела! Ведь когда дети растут в творческой атмосфере, никуда от этого не денешься.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №35, 22 сентября-28 сентября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно