КАРЛ ЦАЙНИНГЕР, КОТОРЫЙ ЛЮБИТ УКРАИНУ

6 июня, 2003, 00:00 Распечатать Выпуск №21, 6 июня-13 июня

Карл Цайнингер — известный ученый, доктор инженерной физики, член Академии наук США. В 1975—1990 годах был президентом научного института фирмы «Сименс» в США, с 1990-го — консультант фирмы PRT GLOBAL...

Карл Цайнингер — известный ученый, доктор инженерной физики, член Академии наук США. В 1975—1990 годах был президентом научного института фирмы «Сименс» в США, с 1990-го — консультант фирмы PRT GLOBAL. Преподавал в Принстонском, Пенсильванском и Калифорнийском университетах. Первого сентября как почетный профессор НаУКМА будет читать инаугурационную лекцию для студентов этого университета.

Сюжет о Карле и Софии Цайнингерах достоин воплощения в литературном произведении — даже название немецкого городка недалеко от Мюнхена, где они встретились в 1946 году, побуждает к этому. Розенгайм — Дом Розы. Сегодня, беседуя с господином Цайнингером в комфортабельном помещении на 14-м этаже с видом на океан, невольно вспомнила красивое выражение: «Дорога жизни, устланная розами». Но какими розами! Даже в любви пришлось преодолевать препятствия: мать ни за что не хотела отдавать Соню за немца. Карл выучил украинский язык. Он покинул Германию, потому что Соня как беженка не могла вернуться на родину, она с матерью и младшими сестрой и братом поехала в Америку. Он тоже поехал туда. Соня, прекрасно зная немецкий и английский языки, работала и содержала семью, пока Карл учился в университете и защищал докторскую диссертацию. Потом она растила троих детей, а муж утверждался как ученый и изобретатель в области инженерной физики и электроники. Она, как и большинство украинцев в США, вела активную общественную жизнь, поддерживала художников, организовывала художественные выставки... Но это отдельный сюжет, который, повторяю, просится на страницы романа. А сейчас, слушая рассказ Карла Цайнингера (в его короткой паузе между командировками) о его занятии техническими науками, о работе консультантом по вопросам бизнеса, о его интересе к положению в Украине, вспоминаю слова кого-то из мудрых: «Немцы открывают законы, чтобы по ним жить, а славяне — чтобы знать, как их обходить...».

— Расскажите о вашей работе президентом исследовательского института немецкой фирмы «Сименс» в США. Как это начиналось? И кому принадлежала идея создания такого института?

— Я работал в Принстоне в фирме RCA по производству полупроводников. Мы начинали деятельность в абсолютно новой технологии. А в Германии знакомились со всем, что выходило по этим вопросам в США, и увидели статьи, подписанные немецкой фамилией Цайнингер. Через 20 лет я стал работать на правительство: сначала директором Института исследования солнечной энергии, а затем в Пентагоне. В 1975 году представитель фирмы «Сименс» приехал в Принстон. Он сообщил, что фирма хотела бы начать свою деятельность в США и основать тут институт, сотрудничая с американскими учеными и обмениваясь с ними знаниями. «Нам нужен человек, известный в Америке, имеющий в этой стране репутацию ученого и понимающий не только американцев, но и немцев, и, конечно же, знающий немецкий язык», — сказал он. Я ответил, что это все обо мне, и спросил, когда начнем.

Так было принято решение строить помещение института в Принстоне — городе, известном своим университетом, учеными. Это должна была быть кооперация с аналогичным институтом в Мюнхене, в котором в тот момент работали три тысячи сотрудников. Я закончил Принстонский университет и преподавал там, был председателем совета при декане электроинженерного факультета, членом десяти известных научно-технических обществ США, редактором журнала «Электро- и электронная инженерия», участвовал во многих национальных и международных конференциях, опубликовал более 100 статей в научно-технических журналах. Я убедил немецких представителей, чтобы «Сименс» был учрежден именно в Принстоне.

Через три года было построено красивое здание, мы собрали 300 ученых. Институт развивался быстрыми темпами, и за короткое время стал хорошо известным и уважаемым учреждением в США. Мы наладили сотрудничество со многими университетами, привлекали ученых, профессоров, работавших консультантами в Принстоне и Мюнхене, выпускники университетов защищали у нас докторские диссертации.

Работа продолжалась 15 лет, а потом произошла трагедия — террористы в Германии убили директора мюнхенского института, профессора Бейкутса. Фирма «Сименс» назначила директором института в Мюнхене его заместителя, который сменил направление деятельности. Я не согласился с этими изменениями и решил уйти на пенсию.

Правда, отдыхать пришлось недолго — мне предложили новую работу: консультантом в известной фирме PRT GLOBAL. Именно тогда происходила перестройка в американской экономике, возникла необходимость изменить и улучшить качество товаров, производимых в США, чтобы они снова стали конкурентоспособными на мировом рынке. Через 12 лет мы смогли многое изменить, и США добились больших успехов в оптимизации бизнесовых процессов, в повышении производительности труда. Работали и в других странах: в Гонконге, Тайване, Франции, Голландии, Швейцарии, Германии.

— Почему, по вашему мнению, сегодня так важна оптимизация бизнесовых процессов?

— За последние несколько десятилетий бизнесовая среда коренным образом, фундаментально изменилась и продолжает меняться:

— технологические и общественно направленные бизнесовые требования стали ключевыми двигателями экономического развития;

— жесткая и динамичная глобализация технологий, рынка, капитала, информации и знания, человеческих ресурсов и конкуренции неизбежна;

— однозначно повышаются требования к разнообразию продукции, установлению более низкой цены, массовому потреблению, качеству и гибкости реагирования на требования рынка;

— движение ускоряется, и время приобретает критическую стратегическую важность.

Следовательно, любая страна, стремящаяся быть конкурентоспособной на этом глобальном рынке, должна достичь производительности, которая такая же или выше, чем у конкурентов.

— Все ли рекомендованные вами фирмы работали успешно?

— Да, в США успешно работали 90 процентов фирм. В Европе показатель ниже: там сложнее что-либо изменить. В США легче, потому что страна динамичная. А в Европе считают: мы так работаем сто лет и не хотим меняться. Это ошибка.

— Как вы входите в качественно иную экономическую ситуацию? Ведь для того, чтобы вырабатывать рекомендации, нужно знать особенности страны.

— Первое, что нужно сделать, — показать, как меняется глобальный рынок. Потом выяснить, сколько вы экспортируете и что именно. И сколько импортируете и что именно. И на сколько за год возрастает национальный продукт. Какие производимые вами товары другие страны хотели бы у вас купить?

— Интересовались ли вы экономикой Украины и что можете сказать об этом?

— Я много думал о постсоветских странах. В тех из них, где сохранилась централизованная, плановая экономика, сложно что-либо сделать, потому что она работает по указке сверху. Поэтому меня сегодня очень интересует, каким образом помочь Украине. Украина вводит свободный рынок, поэтому нужно думать, как оптимизировать бизнесовые процессы.

— Могут ли какие-то украинские товары заинтересовать зарубежный рынок?

— Эти вещи измерить очень трудно. Сложно даже сказать, что может быть единицей измерения. Правда, одна такая единица есть — сколько у вас патентов? Технологии — это локомотив всей экономики. Если страна не имеет новейших достижений в технологии, то ничего не будет.

Каждая нация, которая хочет быть индустриальной, должна иметь свои инфраструктуры: будь то железная дорога, или энергетика, или телекоммуникации. Украина может все это производить или же импортирует? Инфраструктуру нужно обеспечивать самим, потому что сегодня это очень дорого стоит. Сюда входит и строительство домов со всем необходимым — лифтами, эскалаторами и т.п. Это тоже лучше производить самим. Или, например, лекарственные препараты. На весь мир известны такие международные компании, как «Байер», «Файзе», «Оксиба», — все импортируют производимые ими лекарства. Может ли Украина сама их выпускать? Если у фирмы есть такой патент, то она 17 лет может получать деньги за эти лекарства. Аналогично и в телекоммуникациях. Есть известные на весь мир телекомпании, имеющие такие же технологии и такие же полупроводники. Отдельный завод сегодня не может производить полупроводники — это уже слишком поздно.

— Итак, мы подошли к главному вопросу. Глобализация сегодня развернулась очень широко, и каждая страна имеет технологии и патенты, производит продукцию не только для себя, но и экспортирует в другие страны. На что же в таком случае может претендовать Украина?

— Нужно спросить — как Украина может зарабатывать? Обратимся к истории. Когда закончилась Вторая мировая война, японцы тоже ничего не имели, все было разрушено. Что делали японцы? Они посылали молодых людей на учебу в американские университеты. И студенты не только заканчивали их, но и защищали там докторские диссертации. Половина осталась в США, а половина вернулась обратно. Через 20 лет японцы начали производить продукцию лучшего качества, чем в Америке. Украина тоже должна действовать подобным образом.

— Интересно, на какие средства учились японские студенты в США?

— Частично учебу оплачивало их правительство — здесь образование дорогое. Со временем все получали стипендии. И сегодня в Принстоне среди работающих над докторской диссертацией по физике половина — из азиатских стран. Большинство из них возвращается домой. Совсем недавно в Принстонском университете произошла сенсация. Один тайванец, учившийся и защитивший докторскую диссертацию в то же время, что и я, вернувшись на Тайвань, основал фирму по электронике и стал мультимиллионером. Он приехал в Принстон, чтобы пожертвовать на университет 100 миллионов американских долларов. И таких людей немало.

Я знаю, что «Сименс» также продвигается на Восток — хочет продавать там свои товары. Китайцы соглашаются, поскольку сами еще такую продукцию не производят. Но говорят: «Вы должны основать у нас различные институты, где будете обучать наших людей».

— Что еще нужно сделать в Украине для перестройки экономики?

— В первую очередь, это зависит от экономической политики. Нельзя сказать, что в Украине полностью свободный рынок. Свободный рынок работает лучше всего. Я очень верю в покупателя. Покупатель — это человек, имеющий право сказать: я хочу это, а не то. Это должен быть красивый и надежный товар. Свободный рынок так работает, и каждая фирма должна задумываться над тем, как ей добиться, чтобы покупатель был удовлетворен. А если так работает рынок, то менеджеры фирм должны меняться в зависимости от желаний покупателей. Делать не то, что им нравится, а то, чего требует спрос.

— В Украине отечественный товар, кроме продуктов питания, вытеснен импортным. Для того чтобы производить собственный товар, нужно проявить немалую настойчивость и даже патриотизм. Тем более что рынок, как уже говорилось, занят, и очень сложно на него пробиться, хотя украинцы уже хотят покупать отечественное.

— Это не произойдет за один день, пройдут годы, пока удастся чего-то достичь. Не могу предложить рецепт конкретно для Украины — должен подумать. Именно сейчас обдумываю, что сказать в своей лекции студентам НаУКМА. Я вспоминаю, как было в Америке в 1975 году. Возникла необходимость изменений, перестройки экономики. Но почему? После окончания Второй мировой войны Америка была на высоте, имела товары, в стране ничего не было разрушено, США могли продавать свои товары во все страны мира, потому что мир ничего не имел. Все было хорошо. Но США, успокоившись, не обращали внимания на этот остальной мир. И в один прекрасный день те же японцы начали продавать в Америке свои автомобили — они были лучше американских. У американцев появился страх. Президент Рейган тогда обратился к ученым и сказал: «Вы должны объяснить: что случилось? Мы были лучшими, а теперь приходится уступать другим. Вы должны изучить, что произошло, и предложить, как это изменить». Два года ученые анализировали и вышли с предложением, состоявшим из 10 пунктов с указаниями, что именно нужно делать.

Американская академия наук играет важную роль в США — она проводит анализ и вносит предложения нашему правительству. В начале 90-х годов я был в Украине и предлагал тогдашнему ректору Киевского политехнического института и вице-президенту АН Украины Таланчуку такой же путь: в Украине есть Академия наук, но я не видел, чтобы она что-то предлагала правительству. А начинать нужно с этого. Но с этим тогда ничего не вышло. Думаю, что этот способ — помощь ученых государству — остается важным и сегодня.

— И чему будет посвящена ваша инаугурационная лекция в НаУКМА первого сентября?

— Моя лекция будет рассчитана на более широкую аудиторию: надеюсь, включая высших менеджеров индустрии, а также заинтересованных правительственных чиновников. И, конечно, студентов Национального университета «Киево-Могилянская академия». До сентября я проведу какое-то время в Украине, смогу пообщаться с людьми, изучить современную технологическую и бизнесовую ситуацию в Украине и лучше понять, какие пути могут привести Украину к глобальной конкурентоспособности — следовательно, у меня будет больше оснований говорить о реальной оптимизации бизнесовых процессов в вашей стране. Надеюсь, это окажется интересным и полезным для людей, занимающих ключевые позиции в бизнесе, и будет способствовать движению Украины к равноправному партнерству в мировой экономике.

Прошу передать, что здесь, в Америке, живет немец Карл Цайнингер, который любит Украину и хочет ей помочь.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №47, 8 декабря-14 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно