ДОМ ДЛЯ ИЗРАНЕННЫХ СЕРДЕЦ

18 января, 2002, 00:00 Распечатать Выпуск №2, 18 января-25 января

Для многих из них замужество было дверью в желанный мир свободы или запасным выходом из сложной ситуации...

Для многих из них замужество было дверью в желанный мир свободы или запасным выходом из сложной ситуации. Поэтому они без сомнений отправились в незнакомую страну под названием «Семейная жизнь», казавшуюся им не только дорогой к счастью, но и избавлением от накопившихся проблем, решить которые самостоятельно они были не в состоянии. Ладно, если переехать нужно на соседнюю улицу или в другой город. Многие же в поисках призрачного благополучия и спокойствия отправляются в чужие края, имея лишь туманное понятие о спутнике жизни, и очень приблизительное — о стране будущего пребывания. Торопясь ухватить за хвост птицу удачи, им и присниться не могло, что берут билеты в ад...

И представить бы не могла, что в этой благополучной стране ежегодно не менее 40 тысяч женщин ищут защиты от насилия... собственных мужей. Чаще всего они находят убежище в так называемых женских домах, которых в Германии насчитывается 400. Более того, 25 лет тому назад, когда в Берлине создавался первый дом для женщин, никто и не предполагал, что в них будет большая нужда.

— У нас живет 40 маленьких семей с большим горем, — рассказывает Гудрун Кребс, хозяйка одного их таких домов, ничем не отличающимся от других на этой тихой улочке предместья Франкфурта-на-Майне. — Мы не спрашиваем у пришедших к нам, почему они поступили так, а не иначе. Мы здесь для того, чтобы обогреть, посочувствовать, вернуть веру в себя, в собственные силы, а бывает, что и просто погладить по голове. Мы не спрашиваем их: «Как ты могла поступить так?», хотя видим, что многих ошибок они могли бы избежать. Например, как можно в наше время остаться без образования или хотя бы самой простой специальности, рассчитывая на широкую спину мужа? Ведь довольно часто эта опора — призрачна. Но мы не для того, чтобы поучать. Главное, что мы можем дать этим женщинам и в чем они нуждаются более всего — это поддержку, понимание и участие.

У нас нет особенных удобств и обслуги. Женщины все делают сами — чистят, моют, убирают, хотя часто у них даже на это нет душевных сил. Но нужно их выводить из состояния депрессии и безысходности, а занятость — лучший помощник в этом. На еженедельных собраниях они сами решают, что нужно делать по хозяйству, составляют графики дежурств по дому. Как видите, у нас далеко не «люкс»...

Что не «люкс» — вижу: комнаты на два-четыре человека. Некоторым достались отдельные девятиметровые, а то и меньше площадью, «хоромы». Сказать, что им повезло, можно только с большой натяжкой: в них живут те, кто на протяжении года, а то и более после бегства из семьи, не смог устроить свою жизнь — найти работу, чтобы оплачивать квартиру. Игровые комнаты для детей, общие кухни с набором посуды, душевые и туалеты. Что-то похожее на наши общежития, только без обязательно текущих кранов и вечной грязи в местах общественного пользования. С этим строго: какое бы ни было у тебя настроение, как бы не рушилась жизнь, а план уборки должна выполнять неукоснительно. Действительно, все — только необходимое. Но до излишеств ли, когда большинство из женщин попали сюда, спасаясь бегством от насильников-мужей? Для каждой из них крыша над головой да кровать после перенесенных страданий кажутся раем. Бывает, что мест недостаточно, тогда первое время приходится довольствоваться матрасом.

Истории живущих здесь женщин в основном похожи. Таиландки, бежавшие от нищеты на родине и попавшие в руки сексуальных извращенцев, добропорядочные немки, стыдящиеся признаться даже маме родной, что мужья их поколачивают, украинки, готовые быть для немецкого мужа и кухаркой, и уборщицей, и рабыней, только бы замуж за границу. У всех у них общая проблема — полная зависимость от кормильца-мужа и невозможность что-либо изменить в этих отношениях.

Сабрина вышла замуж, как ей казалось, удачно: любящий муж, большой дом. У нее не было образования, поэтому ее вполне устраивала роль хаузфрау — домохозяйки, что очень распространено в Германии. На этом с самого начала настаивал муж. Правда, он, как бы в шутку, обосновал свое желание, которое ей даже польстило: стоит тебе появиться на улице, как мужики с ума сходят. Трое детей, заботы по дому — Сабрина крутилась, как белка в колесе. Да еще муж, устраивавший сцены ревности, стоило случайному прохожему бросить на нее даже мимолетный взгляд. Поначалу это тешило самолюбие, но все чаще упреки переходили в настоящие скандалы. Его ревность переросла в болезнь. Вечная подозрительнось: заболталась с соседкой — где была? Встретила школьного товарища — почему ты ему улыбалась? Но настоящий ад начался, когда Сабрина устроилась на работу на автозаправочную станцию. Муж мог прийти в любое время и устроить скандал, однажды он избил клиента, который, как ему показалось, слишком любезно благодарил жену за услугу. Сабрину уволили.

Когда он ударил ее впервые, ей показалось, что у него припадок. Но через пару дней «припадок» повторился, а потом еще и еще. Сабрина попыталась найти поддержку у свекрови — они жили вместе, но та лишь недовольно заметила: «Что ты кричишь каждый раз, как резаная? Что о нас подумают соседи?». Сабрина потому и не обращалась за помощью ни в общественные организации, призванные помогать в таких случаях, которых в Германии — пруд пруди, ни в полицию. Удивительно, но для многих женщин, получивших традиционное воспитание в католических семьях, до сих пор очень важное значение имеет то, «что о них подумают соседи». Сабрина терпела издевательства почти десять лет. Чашу терпения переполнил последний случай: муж, упиваясь беспомощностью жены, жестоко избил ее на глазах у детей. После этого Сабрина, собрав только необходимые вещи, вместе с детьми пришла в женский дом.

У Мартины — история похожая, разве что сюжет несколько иной. Поначалу любящий муж, дети-погодки, заботы по дому, которые все чаще доставались только ей: «Ты же сидишь дома, делать все равно больше нечего, а я работаю!» Его «работа» все чаще стала затягиваться до полуночи, а потом и до рассвета. А то и вовсе длилась сутками. Его пассии беззастенчиво звонили домой, а на ее упреки он только ухмылялся: «На кого ты похожа — жирная, как свинья. Уж на тебя точно никто не посмотрит!» Мартина хотела развестись, но это вызвало неописуемую ярость супруга: «Ты, ничтожество, хочешь меня оставить? Ну что же, иди, но детей ты не увидишь!» Ее слезы вызывали у него только одну реакцию — приступы гнева, который переходил в жестокое избиение. Мартина долго не могла отважиться на решительный шаг. Но любому терпению наступает конец. И Мартина постучала в дом, адрес которого уже давно выучила наизусть...

У бывшей киевлянки, 48-летней Надежды, история другая. Пять лет тому назад она как бы подытожила свою жизнь: работала машинисткой — сократили, бывший муж, с которым развелась много лет тому назад и с которым до сих пор приходится жить в одной квартире, спился, буянит и спасу от него нет. У взрослой дочери жизнь тоже не сложилась, работы нет, а внучку и кормить, и растить нужно. Да и старикам-родителям, живущим на скудную пенсию, тоже необходима помощь. Надя видела только один выход — замужество. Она же еще — ох, как хороша собой. Но все ее знакомцы, которых в основном выставили за дверь собственные жены, и сами бы не прочь таким образом решить свои проблемы. И тогда Надя пошла в одну из служб знакомств, которые ищут женихов за границей. За поиск пришлось заплатить немалые деньги, но жениха нашли на удивление быстро. В Германии. Правда, немолодого, можно сказать, старика — Густава, 75-летнего жителя Берлина. «Сами понимаете, что помоложе мужчины себе двадцатилетних ищут, — объяснила сердобольная сотрудница службы знакомств. — Зато у вас еще все впереди». На том и порешили. И уже вскоре Надя, не зная ни слова по-немецки, отправилась в Берлин на собственную свадьбу. Взирая на преклонный возраст жениха, процедура заключения брака не была длительной. Хорошая квартира, достаток и банковская карточка плюс доверенность на вождение автомобиля, которые новоиспеченный супруг сразу же предложил Наде, заменили ей отсутствие у него мужской потенции. Последнее обстоятельство ее скорее обрадовало, чем огорчило. Да она и не ожидала от него подвигов в постели.

А потом начались будни. То есть, праздники: «А почему бы нам не устроить маленький праздник, дорогая? — вскоре предложил Наде муж. — Пригласим друзей, хорошо проведем вечер». Поскольку у Нади друзей еще не было, пришли друзья Густава — четверо еще крепких мужчин. Их мало интересовала Надина кулинария, в основном пили. Когда Густав предложил жене показать гостям спальню, она почти все поняла. А когда стала сопротивляться, гости изнасиловали ее. Хозяин не без удовольствия не только наблюдал, но и комментировал происходящее. Оказалось, ее муж может только таким образом удовлетворить свои мужские желания.

Понятно, она могла, как минимум, заявить в полицию, взять билет и уехать в Киев. И она сказала об этих намерениях Густаву. «Пожалуйста, — ухмыльнулся он, — но есть ли у тебя деньги на билет хотя бы на трамвай? Банковскую карточку я аннулирую, — упредил он ее возможное возражение. — Если ты, конечно, не проявишь благоразумие, детка. Давай-ка обсудим твои выгоды. Мы будем заниматься любовью раз в неделю. Или когда будет настроение. Ты же будешь получать от меня все, как и раньше».

В общем, деловой мужик оказался. Но и Надежда, вспомнив свою киевскую жизнь, все просчитала. Еще четыре года она «обслуживала» эту компанию извращенцев. Получив паспорт гражданки Германии, она на следующий день ушла в женский дом. Теперь пытается отсудить у бывшего мужа как можно больше жизненных благ.

Только три истории из 40 тысяч. Все они очень похожи. Почти каждая женщина приходит сюда с детьми. Все они обижены, морально убиты и беспомощны. И все получают поддержку, прежде всего психологическую. В каждом доме работают опытные психологи, которые помогают своим пациенткам выйти из шокового или стрессового состояния. Важна также моральная поддержка. Ведь женский дом — это не просто место ночлега, но, в первую очередь, сочувствие таких же товарок по несчастью, которым можно просто поплакаться в жилетку или спокойно обсудить проблему за чашкой кофе. Ведь многие из женщин, собрав горький опыт унижения и самоутверждения, помогают вновь прибывшим справиться с этой нелегкой ситуацией. Немаловажно и спокойствие, царящее здесь. Посторонним, особенно мужчинам, вход в дом запрещен. Но если бы чьему-то мужу вздумалось прийти сюда выяснять отношения, то полиция вызывается немедленно. Для общения с обидчиками в каждом доме есть специальная сотрудница, равно, как и для общения с различными ведомствами, полицией, судами. Ведь каким бы сложным для женщины не было решение уйти от мужа, на этом их проблемы не кончаются. Для многих трудности только начинаются.

Главная проблема этих женщин состоит в том, что они полностью зависимы от своих мужей. Большинство из них не имеют образования, профессии или специальности. У них нет работы, денег, а часто они обременены еще и долгами. У многих из них есть дети, которых нужно определить в детские сады и школы, что тоже требует средств.

Но такая же финансовая проблема существует и для женских домов, как негосударственных организаций, которые содержатся на средства общественных институтов, женских союзов, церкви и спонсоров. Эти возможности позволяют обеспечить лишь проживание, трехразовое питание, а также выделить каждой женщине по 80 марок в месяц. Сумма ничтожно мала, если учитывать, например, что разовый билет на проезд в общественном транспорте в разных городах составляет от 3 до 4 марок. Поэтому задача женских домов в первую очередь состоит в том, чтобы помочь их жильцам найти работу, что при отсутствии профессии и при наличии безработицы крайне сложно. Поэтому некоторые женщины, бывает, остаются в этом временном убежище и по два-три года.

Но если проблемы местных женщин хоть с трудом, но решаются, то иммигранткам, а их около половины, приходится туго. Многие из них говорят на немецком плохо или не говорят вообще. Бывшей нашей Надежде еще повезло: у нее немецкий паспорт — хоть уборщицей, но будет работать. А ведь многие не дотянули до вожделенных четырех лет замужества, чтобы получить немецкий паспорт. Женские дома принимают всех женщин, попавших в беду. С другой стороны, они не могут нарушать закон. Ибо иммигрантка, которая развелась с мужем, не имеющая немецкого гражданства, не только не имеет права на работу, но и лишается права пребывания в стране. Но даже с немецким паспортом таким женщинам устроиться на работу очень сложно.

Есть еще один путь облегчить финансовое положение беглянок от насилия — вытребовать у бывших мужей средства на содержание их бывших жен, что тоже положено по закону. Но в таком случае им надлежит еще доказать, что благоверные издевались над ними. Как правило, найти эти доказательства, а тем более, свидетелей очень сложно. Поэтому сотрудницы женских домов используют все рычаги влияния, чтобы мужья добровольно и хотя бы частично взяли на себя финансовые проблемы покинувших их жен. Кстати, не без участия специалистов, работающих в женских домах, в Бундестаге недавно принято дополнение к закону о семье, которое гласит, что в случаях насилия над женами из дому должен уйти обидчик. Но платить за арендуемое жилье должен он. Если муж продолжает терроризировать жену, например, телефонными звонками или преследовать ее, то закон к нему суров: ему грозит наказание — от внушительного штрафа до тюремного заключения сроком до одного года. Если у женщин, конечно, хватит мужества добиваться этого.

А пока... Пока они, обиженные и униженные, стучатся в дверь, которая готова открыться для них в любое время суток.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно