ДЕМОНСТРАЦИЯ

6 октября, 1995, 00:00 Распечатать

С РАЗОБЛАЧЕНИЕМ Что такое парапсихология и представляющие ее экстрасенсы, объяснять нет необходимости...

С РАЗОБЛАЧЕНИЕМ

Что такое парапсихология и представляющие ее экстрасенсы, объяснять нет необходимости. Позволю себе лишь заметить, что до самого последнего времени титул некоронованного короля парапсихологии носил доктор Реймонд Муди (Moody), двадцать лет назад ставший первым врачом, открывшим и описавшим эффект так называемого «Состояния близкого к смерти» (СБС). Это благодаря именно ему, доктору Муди, появились столь популярные ныне выражения: «черный туннель», «свет в конце туннеля» и «жизнь после смерти». И это его книга «Жизнь после смерти» стала всемирным бестселлером, переведенным на несколько десятков языков, в том числе и на русский.

Кто же теперь не знает об этом таинственном СБС: клиническая смерть настигает человека на операционном столе; он (человек то есть) в виде некоей необъяснимой субстанции поднимается над своим бренным телом, видит все старания врачей вернуть его к жизни, запоминая это навсегда; потом он попадает в какой-то длинный черный туннель, по ту сторону которого виден свет; человек (или это его душа?) стремительно пролетает сквозь туннель, оказываясь в изумительном светлом и гармоничном мире, где ужасно хочется остаться навсегда, но некто, могущественный и доброжелательный, предлагает ему вернуться в свое безжизненное тело, ибо время для прекрасной жизни после смерти еще не пришло; он возвращается, оживает, к великой радости врачей и родных и к собственному огорчению, отныне он больше не боится смерти и вообще становится полусвятым, а главное - он твердо верит в тот свет и загробную жизнь. Вот это и есть СБС.

Это таинственно, это непонятно, и это производит впечатление гораздо большее, нежели любые другие парапсихологические штуки, даже такие, как одновременное исцеление целого батальона неизлечимо больных «единым мановением руки». Вот почему знаменитый доктор Муди и был до последнего времени парапсихологической звездой первой величины. И больше ею не будет - после недавнего визита в Филадельфию и интервью журналу «Инкуайрер».

Это интервью произвело эффект разорвавшейся бомбы - все равно, как если бы какой-нибудь знаменитый маг и волшебник показал людям потрясающие и смущающие умы чудеса, а потом занялся бы разоблачением этих самых чудес, доказывая, что сие есть обыкновенная ловкость рук. Мало того, случайно или намеренно в том же журнале напечатали статью Дайаны Мардер. Этот материал кажется продолжением удивительного интервью (в части разоблачения). И я считаю своим непременным долгом ознакомить читателей с тем и другим.

- Нет сомнения, что будучи парапсихологической звездой первой величины, вы, доктор Муди, и сами увлекаетесь парапсихологией, не так ли? - поинтересовался интервьюер Луис Поллак.

- О да, - ответил доктор с приятной улыбкой. - Вот, например, не так давно, увидев у одного из приятелей, как пользуются «маги-ческим кристаллом», я увлекся «рассматриванием духов» в отражающих друг друга зеркалах - искусством, которым в совершенстве владели прорицатели древнегреческих оракулов. Но, знаете ли, вскорости это пришлось бросить.

- Почему же?

- Да вот, получилась какая-то неувязка: я увидел в зеркале дух собственной тещи, а последняя не только не была покойной, но гостила тогда в моем доме. С тех пор я постоянно пребываю в здравом уме и спокойном состоянии духа.

- У вас, несмотря на весьма близкое знакомство со смертью, по-видимому, весьма развито чувство юмора?

- О да, для меня чувство юмора - одно из важнейших. Я, да будет вам известно, с детства мечтал стать вовсе не врачом, а писателем-юмористом, даже делал пробы в этом жанре. И когда двадцать лет назад издал свою книгу «Жизнь после смерти», некоторые из моих друзей совершенно серьезно решили, что это - моя очередная юмористическая проба. Точнее - мистификация.

- Но вы, доктор, не отрицаете, что сами - парапсихолог?

- Да, конечно, я парапсихолог, но, я бы сказал, весьма игривый парапсихолог - со степенью доктора философии. Любитель шуток и розыгрышей и ярый сторонник научной железной логики.

- Значит ли это, что вы считаете себя ученым?

- Нет, хотя я весьма интересуюсь наукой. Люди, знаете ли, очень часто ошибочно считают врачей учеными. Но это совсем не так. Медицина - не наука, это чисто практическая специальность. И именно по этой причине все мои исследования совершенно не относятся к области науки. Я всегда подчеркивал это, в частности, в «Жизни после смерти». Но что поделаешь со страстью людей играть словами? И вот это броское название, как и мои наблюдения, породили нелепые «научные доказательства и свидетельства» наличия потустороннего существования. Это, вне всякого сомнения, сознательная дезинформация. И весь этот вздор облекается в наукообразную форму, хотя всем известно, насколько труден и сложен научный подход даже к самым простым проблемам. И общеизвестен также установленный наукой канон: экстраординарные явления требуют и экстраординарных по убедительности доказательств. Я думаю, что об этом необходимо чаще и точнее рассказывать широкой публике, иначе она станет легкой жертвой бессовестных шарлатанов. В частности, говоря о моих наблюдениях, у меня нет никаких научных подтверждений существования жизни после смерти. Я полагаю, что это вопрос веры в чистейшем виде, и наука никогда не сумеет подтвердить это. Точно так же, как и опровергнуть. Мои же исследования носили чисто статистический характер, и объяснить описанное мною явление - дело невропатологов.

- Что же может сказать о парапсихологии парапсихолог номер один?

- Я вижу в отношении людей к этой области знания две грубые ошибки: первая - безоглядная вера в парапсихологию, вторая - категорическое ее отрицание. В сущности, это ведь одно и то же: кибернетический принцип «или-или». Это совершенно неправильный подход.

Правильный должен был бы выглядеть так: первое - подробный отчет человека, наделенного каким-либо парапсихологическим феноменом, о том, как этот феномен на него влияет; второе - подробный отчет человека, который становится объектом воздействия такого феномена, о его ощущениях; и третий - научное исследование того и другого.

Без такого подхода все превращается в обыкновенное шарлатанство. Феномены, ныне именуемые парапсихологическими, известны вот уже на протяжении шести тысячелетий, их по-разному называли, их пытались описать и понять, а в итоге сегодня всё обстоит точно так же, как века назад.

- Это выглядит по отношению к парапсихологии, как неприкрытый скептицизм.

- Нет, просто парапсихология чрезмерно неконкретна по самой своей сути. Если оставить в стороне экстрасенсов - тех, кто выдает парапсихологические фокусы, то людей, имеющих дело с парапсихологией, можно разбить на три категории. Первая - это те, кто упрямо надеются, что им рано или поздно удастся научно обосновать все известные нам, но необъяснимые феномены. Вторая - это категорически отрицающие все, не верящие ничему, полагая, что все это либо фокусы, либо обыкновенное жульничество. И есть еще третья категория - фундаменталисты, видящие в этих феноменах штучки дьявола. А поскольку, как я уже сказал, все это продолжается в течение тысячелетий без всякой надежды на успех, лично я не примыкаю ни к одной из трех категорий.

- Но ведь никак не относиться к этому невозможно, особенно вам?

- Если откровенно, то я отношусь к этому, как к некой комбинации из проявления чувства юмора с театром.

- Пожалуй, несколько странное отношение для автора «Жизни после смерти».

- Ничуть. Вся парапсихологическая наукообразная болтовня так называемых экстрасенсов - это не просто несерьезно. Парапсихология, по-моему, представляет интерес лишь в смысле воздействия на наше сознание. Она действует точно так же, как любое другое развлечение, как хорошая комедия или драма действует на состояние нашего духа. И уж если изучать ее, то в тесной связи с другими видами сценического искусства. Я бы назвал поэтому парапсихологию «Театром Разума».

* * *

А теперь, как было обещано, - об иллюстрации к «разоблачениям» парапсихологии в интервью с бывшей парапсихологической звездой - с бывшей потому, что ни один уважающий себя экстрасенс не простит доктору Реймонду Муди его дерзких высказываний. Так вот, по поводу «несерьезной парапсихологической болтовни». Речь пойдет о статье, где подводится своеобразный итог деятельности тех, кто обладает таинственным даром видения, подвизаясь поэтому в криминальной области.

Первый, с кем беседовала Дайана Мардер, был Джоди Лимбо, у которого похитили сына. Это случилось в ноябре 1991 года, в небольшом графстве Кейп-Мэй, штата Нью-Джерси: 12-летний Марк исчез с детской площадки парка, где он играл, и больше о нем не было ни слуху, ни духу. Следователи из местной полиции и ФБР наводнили городок Дель-Хейвен. Сотни добровольцев рыскали по зарослям кустов, обследовали трубы ливнестоков и пруды - мальчика не нашли. Отец по радио и телевидению предлагал похитителям выкуп, но никто не отозвался. С тех пор прошло четыре с половиной года. От Марка осталась одна белая кроссовка, найденная два дня спустя после его пропажи.

Первые дни Лимбо был занят до предела: непрерывные телефонные звонки, вопросы, письма агентств, рассылка извещений, расклейка объявлений и еще масса дел в том же роде. Дни, недели, месяцы... Со временем надежды на полицию уменьшались, пока не испарились совсем. Джоди Лимбо обратился за другой помощью.

Экстрасенсы, по его словам, «слетелись на него как слепни на лошадь». До этого он даже не подозревал о их существовании: он никогда не читал газетные гороскопы и журнальные предсказания, он не интересовался целителями и чудотворцами, и такие выражения, как «экстрасенсорная перцепция» или «парапсихологические феномены», начисто отсутствовали в его лексиконе. И вот теперь он внезапно увидел этих странных людей. И все они вели себя очень похоже: презрительно улыбаясь при упоминании о полиции и ФБР, заверяли его, что для них не представляет никаких особых трудностей выяснить судьбу мальчика.

Среди этих кудесников были специалисты, которым стоило взглянуть на фотографию человека, и они могли рассказать о нем все - от болезней до постигшей его судьбы. Другим стоило коснуться вещи, принадлежавшей бесследно пропавшему, и они видели, как наяву, что произошло с этим человеком и где его надлежит искать, как выглядит убийца.

Словом, они могли все, но это входило в странное противоречие с данными министерства юстиции США, которое заявляет совершенно официально, что не знает ни единого документально подтвержденного случая, когда бы экстрасенс, пользуясь своим необычайным даром, хоть кого-либо нашел.

Но дело не только в этом. Дело еще и в том, что родители, потерявшие дитя и утратившие надежду вернуть его обычным путем, верят этим «слепням» - ведь они их последняя надежда, а оказывается, что их попросту бессовестно одурачили, выманив деньги. Разочарование и обида многократно усиливают боль.

Нельзя сказать, что Лимбо просто так попался на удочку, - его предупреждали, что мир экстрасенсов-детективов в каком-то смысле напоминает мир обычных жуликов и вымогателей. Он пытался заинтересовать своим делом продюсеров телепередачи «Неразгаданные тайны», но те отказали ему: в его деле не было кровавой драмы - той самой «изюминки», которая и придает этой передаче характер сенсационности. И тогда к делу приступили экстрасенсы.

Один сообщил, что «видел Марка в окружении воды», но не уверен на сто процентов, утопили его или нет. Другой совершенно определенно указал, что мальчика захватили заложником и держат в квартире, расположенной над магазином деликатесов в Ньюарке. Он даже дал название улицы и номер дома - и там действительно была квартира над магазином, но жили в ней почтенные старички, отнюдь не промышлявшие похищением детей. Третий с уверенностью сообщил, что Марк находится «поблизости от железнодорожных рельсов», но неизвестно, в какой части Америки. Было и такое: у Марка-де случился сердечный приступ и он находится сейчас в одной из близлежащих больниц под чужим именем. Это самое чужое имя было названо, как и имя человека, положившего мальчика в больницу. Лимбо обзвонил все больницы соседних графств - никто ни о чем подобном не слыхал. Каждый очередной кудесник излагал свой вариант, брал гонорар и пропадал сам. И так каждый раз: надежда и страшное разочарование.

В Тампе (Флорида) находится штаб-квартира Центра по розыску пропавших детей - HELP, который возглавляет Ивана Ди Нова. 17 лет назад, когда пропал ее двоюродный брат-подросток, она столкнулась с экстрасенсами.

«Они звонили нам домой, - вспоминает Ивана, - и приходили, беря авансом оплату за услуги. А «услуги» состояли в том, что они говорили: «Я видела улицу, название которой начинается на «С», или «Я видел цифру 7. Вам это что-нибудь говорит?». Я считаю, что эти люди все же должны нести какую-то ответственность за свои действия. Ведь когда оказывается, что вся эта «информация» ничего не стоит, родительское сердце ноет еще больнее. Нет, кто-то обязательно должен наблюдать за этими типами».

«Счета за услуги», предъявляемые «экстрасенсами-детективами», колеблются от нескольких сот до нескольких тысяч долларов, поясняет Ди Нова, и никаких чеков - только наличные. И взамен - ничего, самое обыкновенное жульничество.

А как насчет полиции и ФБР - пользуются ли они услугами экстрасенсов? Это ведь один из самых популярных сюжетов полицейских фильмов: молодая страдалица-мать, у которой злодеи похитили ребенка; вдумчивый и благородный полицейский детектив и бескорыстный «сайкик»-экстрасенс, наделенный бесценным даром прозревать прошедшее, настоящее и будущее.

Это в фильме, а как в реальности? Правду в этом случае установить трудно. Если даже блюститель закона и имеет дело с экстрасенсом, он чаще всего предпочитает не говорить об этом вслух - стыдится. Но вот пояснения Марчелло Трузи из Центра исследований научных аномалий: «Разумеется, если экстрасенс скажет: «Поищите в кустах, что растут у входной двери, и вы найдете там пистолет - орудие убийства», - какой же идиот не последует его рекомендации? Не говоря уже о том, что простой здравый смысл подсказывает такую возможность. Но если предложат перекопать стоакровое поле или, скажем, обследовать реку на всем ее протяжении, то этим никто, конечно, заниматься не станет. Настоящие экстрасенсы - это люди сообразительнее тех, у кого хорошо работает голова».

А вот мнение психолога Ричарда Уолтера: «Меня бросает в дрожь, когда я слышу, что люди связываются с экстрасенсами: я работаю, базируясь на науке, они же используют нечто неизвестное и непроверяемое. Словом, нечто напоминающее чудо - это нельзя ни исследовать, ни подтвердить, ни опровергнуть. Я знаю случаи самого обыкновенного вымогательства денег, видел «кудесников» - злостных аферистов, не имеющих ни чести, ни совести, и не только не помогающих людям, но и приносящих им страшный вред».

Билли Смит из Скрэнтона, чей муж с двумя детьми бесследно исчез пять лет назад, услуги экстрасенсов обошлись в 4000 долларов - без каких бы то ни было результатов. «И дело даже не в результатах, - возмущается она, - если бы вы только слышали, какие чудовищные картины истязаний моих девочек, которые они якобы видели, рисовали мне эти «ясновидцы»! Удивляюсь, как я не лишилась рассудка».

Так обстоит дело с экстрасенсами-детективами в Америке. Если положиться на авторитет доктора Реймонда Муди, то аналогичная ситуация и в прочих областях парапсихологии, в которой он видит лишь комбинацию чувства юмора с театром. Или, выражаясь по-благородному, - Театр Разума.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №20, 26 мая-1 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно