ЧЕЛОВЕКО-ТОРПЕДА

13 августа, 1999, 00:00 Распечатать

Человеко-торпеда - подводный аппарат, управляемый человеком и предназначенный для уничтожения (выведения из строя) крупных кораблей противника...

Человеко-торпеда - подводный аппарат, управляемый человеком и предназначенный для уничтожения (выведения из строя) крупных кораблей противника. Во время 2-й мировой войны человеко-торпеды использовались Англией, Германией, Италией, Японией. Первая человеко-торпеда, разработанная в Италии, по конструкции напоминала обычную торпеду (отсюда название). На ней в специальных седлах располагались два человека - водитель и водолаз, одетые в водонепроницаемые костюмы и снабженные кислородными приборами. Длина торпеды 6,7 м, диаметр 0,53 м, радиус действия около 10 миль (18,52 км), максимальная скорость 2,5 узла

(4,65 км/час), глубина погружения до 30 метров. Человеко-торпеды доставлялись в район боевых действий в контейнерах, укрепленных на палубе подводной лодки. Подход к цели экипаж осуществлял сидя на человеко-торпеде. Прикрепив под днище корабля (судна) легко отделяемую головную часть торпеды с 300 кг взрывчатого вещества, водитель и водолаз возвращались на подводную лодку, сидя на оставшейся части человеко-торпеды. С помощью такой человеко-торпеды итальянцы вывели из строя 18 декабря 1941 г. в Александрии два английских линкора и потопили один танкер...

Военный энциклопедический словарь. - М.: Воениздат, 1984.

13 ноября 1941 года вышедший из Гибралтара английский авианосец «Арк Ройял» водоизмещением в 22000 т был атакован в Средиземном море немецкой подводной лодкой и пошел ко дну в результате попадания одной торпеды (командир подводной лодки - капитан-лейтенант Гогенбергер).

25 ноября в районе Тобрука английская восточно-средиземноморская эскадра в составе трех линейных кораблей - «Бархэм» (флагман), «Куин Элизабет» и «Вэлиент» - и кораблей обычного охранения подверглась нападению другой немецкой подводной лодки (командир - капитан-лейтенант фон Тизенхаузен).

В этот день Тизенхаузен обнаружил в перископ три военных корабля, шедших кильватерным строем на дистанции 500 м друг от друга. Командир лодки начал сближение с головным кораблем. Ему удалось прорвать цепь миноносцев и с дистанции 400 м выпустить четыре торпеды из носовых аппаратов. Торпедный удар пришелся по погребам боеприпасов, и корабль взлетел на воздух. К небу взметнулись обломки, и меньше чем за пять минут «Бархэм» исчез под водой, унося с собой свыше 800 человек экипажа.

В силу каких-то причин, возможно, потому, что лодка внезапно освободилась от тяжести торпед, она всплыла и, двигаясь по инерции, очутилась недалеко от носа «Вэлиента», шедшего вторым в строе кильватера. С линкора открыли бешеный огонь, однако дистанция была настолько мала, что подводная лодка оказалась вне зоны поражения. Тизенхаузену чудом удалось избежать таранного удара. Лодка погрузилась у самого носа «Вэлиента», скрылась под водой и смогла невредимой вернуться в базу.

В результате действий немецких подводных лодок в составе английского Средиземноморского флота в ноябре 1941 года осталось только два линейных корабля - «Куин Элизабет» и «Вэлиент». И это как раз в тот момент, когда военно-морской флот Италии имел пять линкоров, в том числе «Дориа», «Витторио Венето» и «Литторио», т.е. три модернизированных и два мощных, новой постройки. Никогда - ни раньше, ни позже Италия не располагала таким количеством линейных кораблей.

Однако необходимо отметить: англичане, чтобы избавить от опасности уничтожения свои оставшиеся линкоры, в то время особенно ценные, ибо они представляли собой основную военно-морскую силу в восточной части Средиземного моря (обстановка не позволяла прислать подкрепления) укрыли их в Александрии и приняли все меры предосторожности. Там были применены новейшие оборонительные средства. Этот момент и был избран итальянцами, чтобы нанести удар по английским кораблям. Тем не менее невозможно было использовать их линкоры - уж очень хорошо была укреплена Александрия.

Александрийская операция была тщательно подготовлена. Особое внимание при этом уделялось сохранению приготовления в глубокой тайне, которая является непременной спутницей успеха любых действий. Чтобы получить необходимые данные и аэрофотоснимки, позволяющие установить дислокацию кораблей в порту и расположение оборонительных средств (сетевых заграждений и т.п.), широко использовалась воздушная разведка. С особой тщательностью подготавливалась материальная часть - управляемые торпеды, доведенные до необходимой степени совершенства, были приведены в полную готовность. Роль «носителя» торпед поручили подводной лодке «Шире». Экипаж лодки, имевший уже достаточный опыт в подобного рода действиях, был тот же, что и прежде, ни один человек не был заменен. Командование подводной лодки осуществлял офицер итальянского военно-морского флота В.Боргезе. А что же известно е нем?

Благодаря знатному происхождению, перед молодым князем Валерио Боргезе были открыты все дороги. Он выбрал море, став курсантом Королевского военно-морского училища. В 1933 году Валерио Боргезе отправился в свой первый дальний поход в берегам Северной Америки на учебном парусном судне «Колумб». По окончании учебы Боргезе ожидала блестящая карьера офицера-подводника.

В 1937 году субмарина «Ириде» под командованием князя Боргезе вошла в итальянский легион, который, помогая Франко, действовал против республиканского флота Испании. По возвращении на родину участники войны в Испании были приглашены на торжественный завтрак, устроенный в их честь морским министерством. Здесь князю Боргезе представилась возможность лично познакомиться с дуче - Муссолини - и блеснуть своим знанием методов ведения подводной войны. В скором времени князь получил под свое командование новую подводную лодку «Аметиста». Позже командиру Валерио Боргезе предложили пройти курс специальной подготовки у немцев на Балтийском море. По возвращении в Италию Боргезе ожидал получить под свое командование океанскую субмарину, однако судьба распорядилась иначе. В морском генеральном штабе молодого офицера-подводника принял адмирал де Куртен, от которого Боргезе получил предписание следовать в Специю в качестве командира подводной лодки «Шире». Это была самая современная лодка водоизмещением 620 тонн, переоборудованная для транспортировки управляемых торпед. К тому времени Боргезе уже успел сменить девять подводных кораблей.

Благодаря умелым действиям командира подводная лодка возвращалась обратно в свою базу невредимой из каждого боевого похода, несмотря на трудности плавания, требовавшего предельного физического напряжения людей. Боргезе представлял собой образец организатора и командира. Операции итальянских подводников вызвали неподдельный интерес у самого короля (Виктор Эммануил III, последний король Италии в 1900-1946 гг., отрекся от престола. - Л.П.), который удостоил князя-подводника личной аудиенции. Долгая и обстоятельная беседа с Боргезе только разожгла королевское любопытство. Через несколько дней его величество, одетый в штатское, в сопровождении единственного телохранителя отправился в поместье Сан-Россоре, где находилась школа пилотов управляемых торпед. С небольшого плота он наблюдал за учебными занятиями и пришел в восторг от возможностей нового оружия.

Под руководством Боргезе группа самых опытных водителей торпед тренировалась в совершении переходов, подобных тем, с которыми им придется встретиться в Александрии (цель подготовки была им неизвестна). Во время ночных тренировок воспроизводились реальные условия действий во вражеском порту с максимальным усложнением обстановки. В то время как водители на тренировочных занятиях привыкали правильно распределять свои силы с учетом протяженности маршрута и препятствий, встречающихся по пути следования, получали данные, необходимые для окончательной разработки плана операции. Таким образом, участники, как бы побывав на месте, имели возможность проверить все детали хода операции, расчет времени по этапам, способы преодоления препятствий, принятые меры предосторожности с целью обмануть наблюдателей противника и, наконец, степень подготовки отдельных исполнителей.

Вопрос о составе участников операции пришлось решать командованию. В группу вошли: старший лейтенант Луиджи Дуранд де ла Пенне со старшиной водолазов Эмилио Бьянки; капитан морской инженерной службы Антонио Марчелья с водолазом Спартаке Скергат; капитан службы морского вооружения ВМФ Винченцо Мартеллотта с водолазом Марио Марине. В резерв были назначены старший лейтенант медицинской службы Спаккарелли и старший лейтенант морской инженерной службы Фельтринелли, оба более позднего набора, чем остальные.

В 23 часа 3 декабря 1941 года началась операция «ЕА-3», третья по счету попытка атаковать английскую восточно-средиземноморскую эскадру в Александрии. До берегов Сицилии они шли спокойно, а там произошел любопытный случай, о котором стоит упомянуть.

Боргезе обнаружил подводную лодку, которая казалась неподвижной. Развернулся к ней носом (предосторожность никогда не мешает) и запросил опознавательный сигнал. В ответ просигналили что-то непонятное. Ясно, что это противник. Учитывая, что подводные лодки заметили друг друга (стояла светлая лунная ночь) и имея в виду полученные инструкции и цель операции, а также принимая во внимание то обстоятельство, что враг располагал двумя орудиями, а у «Шире» не было ни одного, Боргезе сообщил об обнаруженном противнике в Мессину (Мессина, ВМБ ВМС Италии на сев.-вост. побережье острова Сицилия. - Л.П.) и лег на курс к восточной части Средиземного моря. Что же сделал противник? Он лег на параллельный курс! Так они шли около часа бок о бок, как добрые друзья, на расстоянии приблизительно 3000 м. Затем так же неожиданно противник остановился и повернул назад. Странные вещи случаются на море во время войны! На следующий день экипаж явился свидетелем печального зрелища. Поверхность моря была усеяна обломками и различными предметами, в том числе множеством спасательных поясов: несколько дней тому назад в этих местах подвергся нападению итальянский конвой.

В приказе на операцию предусматривалось, что подводная лодка «Шире» подойдет вечером к порту Александрия на расстояние нескольких километров. Предполагалось, что город будет погружен в темноту (из-за затемнения). Поэтому, чтобы помочь лодке сориентироваться и отыскать порт (от правильного выбора места выпуска торпед в значительной степени зависит успех действия их водителей), итальянская авиация в этот вечер и накануне должна произвести бомбардировку порта. Оставив лодку, водители торпед, двигаясь в соответствии с выработанным маршрутом, должны были приблизиться к порту, преодолеть заграждения и направиться к целям, которые предварительно им укажет командир лодки «Шире» на основании полученных по радио самых последних данных. Прикрепив заряды к подводной части кораблей, водители должны разбросать имеющиеся у них плавучие зажигательные бомбы. Через час после взрыва зарядных отделений торпед бомбы, воспламенившись, должны будут поджечь нефть, разлившуюся по поверхности воды в результате повреждения кораблей. Затем должен вспыхнуть пожар на находящихся в порту кораблях, плавучих доках и, наконец, на складах. Таким образом, главная морская база противника в восточной части Средиземного моря будет окончательно выведена из строя.

После выпуска торпед подводная лодка «Шире» должна лечь на обратный курс. Водителям торпед были указаны в порту зоны, предположительно слабо охраняемые, где можно выбраться на берег, и дороги, по которым следовало как можно скорее выйти за пределы порта. Подводная лодка «Дзаффиро» в течение двух ночей после операции должна находиться в море в 10 милях от Розетского устья Нила. Водители торпед, которым удастся ускользнуть от охраны противника, смогут добраться до подводной лодки, воспользовавшись какой-нибудь лодкой, добытой на берегу...

18 декабря «Шире» продвигалась в зоне, считающейся заминированной, на глубине 60 м; глубина моря по мере приближения к берегу все время уменьшалась. Лодка ползла, как танк, но бесшумный и невидимый. Непрерывно вели прокладку курса, следя за изменением морских глубин. В 18 час. 40 мин. подводная лодка, находясь на глубине 15 м, достигла намеченной точки, в 1,3 мили (пеленг в 356°) от маяка на западном молу торгового порта Александрии.

Все было подготовлено к предстоящему выходу водителей. Как только на поверхности моря сгустилась темнота, командир лодки приказал всплывать до позиционного положения. Затем поднялся в рубку и открыл люк. Погода идеальная: ночь темная, море спокойно, небо чистое. Совсем близко Александрия, различимы очертания некоторых характерных зданий. С большим удовольствием Боргезе отметил, что они находятся в указанной точке. Исключительный результат после шестнадцатичасового плавания вслепую!

Первыми вышли командиры резервных экипажей Фельтринелли и Спаккарелли. Им было поручено открыть крышки цилиндров управляемых торпед. Один за другим да ла Пенне и Бьянки, Марчелья и Скергат, Мартеллотта и Мартино в черных непромокаемых комбинезонах с надетыми кислородными приборами, стесняющими их движения, поднялись по трапу и исчезли в ночной темноте. Лодка снова легла на дно.

После этого оставшиеся на лодке стали ждать ударов по корпусу - условного сигнала о том, что члены резервных экипажей, закрыв теперь уже пустые цилиндры, готовы вернуться обратно. Услышав условный сигнал, они всплыли. Срывающимся от волнения голосом Фельтринелли доложил, что, не видя Спаккарелли, он пошел к нему на корму и случайно наткнулся на палубе на что-то мягкое, на ощупь (не забывайте, что дело происходило ночью и под водой) он убедился, что перед ним Спаккарелли, не подававший признаков жизни. Боргезе сейчас же приказал выйти двум другим водолазам, которые всегда были наготове при всплытии. Спаккарелли подняли и по трапу спустили внутрь лодки. «Шире» снова погрузилась и, строго придерживаясь пройденного маршрута, легла на обратный курс. Со Спаккарелли сняли маску прибора, комбинезон и положили на койку. Его лицо посинело, пульс не прощупывался, дыхание отсутствовало - классические симптомы смерти.

Что делать? Врач, к сожалению, ничем не мог помочь, потому что как раз с ним и случилось это несчастье. Командир распорядился, чтобы два человека непрерывно делали ему искусственное дыхание, а затем, осмотрев аптечку, посоветовал сделать пострадавшему внутримышечное вливание содержимого всех трех ампул, в пояснении к которым было сказано, что они оказывают стимулирующее действие на работу сердца. Пострадавшему дали кислород, а также применили скромные медицинские познания, чтобы попытаться сделать то, что казалось совершенно невозможным - оживить мертвого.

Управление подводной лодкой усложнилось: крышки кормовых цилиндров так и остались открытыми, трудно было удерживать ее на нужной глубине и следить за дифферентовкой, так как зона, по которой они шли, считалась минированной. После трех с половиной часов непрерывного искусственного дыхания, различных инъекций и кислорода из груди врача, который до этого момента не подавал никаких признаков жизни, вырвалось что-то похожее на хрип. Он жив! Они спасли его! И действительно, через несколько часов, несмотря на то, что положение его было тяжелым, он обрел дар речи и смог рассказать, что с ним произошло. Приложив все усилия, чтобы закрыть крышку первого цилиндра, которая никак не поддавалась, он в результате длительного дыхания кислородом и повышенного давления, испытываемого на глубине, потерял сознание. Благодаря счастливой случайности он остался на палубе, а не соскользнул за борт. Это легко могло случиться, так как все ограждения и леерные стойки предварительно сняли, чтобы минрепы не могли за них зацепиться.

Наконец, вечером 19 декабря, когда по предположениям экипаж лодки уже находился вне минных полей, т.е. после 39 час. подводного плавания, решили всплыть и пошли курсом на Лерос. Вечером 20 декабря была принята радиограмма из морского генерального штаба: «По данным аэрофоторазведки, повреждены два линейных корабля». Ликование на борту; никто не сомневался в успехе, но получить об этом подтверждение, да еще так скоро - что же может быть приятнее!

29 декабря «Шире» пришла в Специю (Специя - город, порт, ВМБ ВМС, один из центров кораблестроения Италии на сев.-зап. Аппенинского п-ова. - Л.П.). На пристани встретил командующий морским округом адмирал Ваччи, он поздравил экипаж от имени заместителя морского министра адмирала Рикарди.

Командир был счастлив за свой экипаж, которому в результате упорного самоотверженного труда удалось привести подводную лодку в порт после 27 дней похода, из которых 22 дня они провели в море, пройдя 3500 миль без аварий и внеся свой вклад в дело борьбы Италии с противником.

Что же случилось с водителями, которые остались в открытом море вблизи Александрии, верхом на своих торпедах, среди врагов, подстерегавших их на каждом шагу? Все три экипажа покинули подводную лодку и отправились по указанному маршруту. В то время как шесть голов, едва выступающих из воды, напряженно всматривались в темноту, чтобы отыскать проход в сетевых заграждениях, появились три английских эскадренных миноносца, которые собирались войти в порт; зажглись огни, и проход в заграждении открылся.

Не теряя ни минуты, три управляемые торпеды вместе с кораблями противника проникли в порт. Они в порту! Совершая этот маневр, они потеряли друг друга из виду. Но зато они недалеко от объектов для атаки, которые были распределены следующим образом: де ла Пенне - линейный корабль «Вэлиент», Марчелья - линейный корабль «Куин Элизабет», Мартеллотта должен был разыскать авианосец. Если авианосца в порту не окажется, то атаковать груженый танкер в надежде, что разлившаяся нефть воспламенится от плавающих зажигательных бомб, которые водители должны разбросать в порту, прежде чем они покинут свои торпеды.

Проследим теперь, как обстояло дело у каждого экипажа.

Де ла Пенне заметил на указанном месте стоянки темную громадину - линейный корабль «Вэлиент» водоизмещением 32000 т. Он направился к кораблю. При попытке подвести торпеду под корпус корабля она вдруг неожиданно пошла на дно. Де ла Пенне нырнул за ней и отыскал ее на глубине 17 м. Тут он с удивлением заметил, что водолаз куда-то исчез. Всплыл на поверхность, чтобы разыскать его, и не нашел. На борту линкора все спокойно. Оставив Бьянки на произвол судьбы, де ла Пенне снова нырнул и попытался пустить в ход мотор торпеды, чтобы подвести ее под корпус корабля, от которого она теперь оказалась в стороне. Мотор не работал, быстрый осмотр позволил установить причину аварии: на винт намотался кусок троса.

Что делать? Один с неподвижной торпедой на дне, так близко от цели. Де ла Пенне решил сделать единственное, что ему оставалось, - подтащить торпеду под корпус корабля, ориентируясь по компасу. Он торопился, так как боялся, что вот-вот англичане могут обнаружить Бьянки, возможно, потерявшего сознание и плавающего на поверхности где-нибудь поблизости. Последуют тревога, глубинные бомбы, и ни он, ни его товарищи, которые находятся сейчас в нескольких сотнях метров от него, не выполнят задания. Обливаясь потом, изо всех сил тащил он торпеду. Через 40 мин. нечеловеческих усилий де ла Пенне, наконец, стукнулся головой о корпус корабля. Следует быстрая оценка обстановки: он, по всей вероятности, оказался близко от середины корабля, в самом выгодном месте, чтобы нанести ему наибольший вред. Силы Пенне на исходе. Остаток их он употребил на то, чтобы завести часовой механизм взрывателя, установив его в соответствии с полученными указаниями ровно на 5 час. (по итальянскому времени, что соответствует 6 час. по местному времени). Всплывшие зажигательные бомбы могли выдать место, где находится заряд, поэтому де ла Пенне решил оставить их на торпеде. Он оставил торпеду с пущенным в ход часовым механизмом взрывателя на дне под корпусом линкора и всплыл на поверхность. Прежде всего он снял маску и затопил ее. Чистый свежий воздух возвратил ему силы, и он вплавь стал удаляться от корабля. Вдруг с борта его окликнули и осветили прожектором, раздалась пулеметная очередь. Он подплыл к кораблю и вылез на бочку у носа линкора «Вэлиент». Здесь он нашел Бьянки, который потерял сознание и всплыл на поверхность, а придя в себя, спрятался на бочке, чтобы не вызвать тревоги и не мешать работе своего водителя. Их доставили на борт линейного корабля. Английский офицер спросил у них, кто они такие, откуда прибыли, и с иронией выразил свое соболезнование по поводу неудачи. Водители, с этого момента военнопленные, предъявили имеющиеся у них воинские удостоверения личности. На вопросы они отвечать отказались. В 1944 году, когда де ла Пенне и Бьянки вернулись из плена, им были вручены золотые медали «За храбрость». И знаете, кто прикрепил эту медаль на грудь де ла Пенне? Адмирал Морган, бывший командир линкора «Вэлиент», а в 1944 году глава морской союзной миссии в Италии.

Марчелья и Скергат, следуя по указанному маршруту, заметили, что около полуночи в порту зажглись входные огни. По всей вероятности, в этот момент корабли входили в порт или выходили из него. Ощущались сильные толчки по корпусу торпеды, как от столкновения с каким-либо металлическим препятствием, и судороги в ногах водителей - результаты подводных взрывов глубинных бомб, которые противник сбрасывал у входа в порт, чтобы избежать «нежелательных визитов». Подойдя к воротам порта, они с удовольствием отметили, что заграждения раздвинуты. Марчелья лег на свой курс и вскоре перед ним возникли очертания цели. Он подошел к противоторпедной сети, перебрался через нее и беспрепятственно погрузился у самого корпуса корабля, параллельно дымовой трубе. С помощью второго водителя, вернее, водолаза, он проделал следующий маневр: протянул трос от одного бокового киля корабля к другому и закрепил концы, а затем подвесил в середине зарядное отделение торпеды, предварительно отсоединив его с таким расчетом, чтобы оно находилось в полутора метрах под корпусом, затем завел часовой механизм взрывателя. Потом Марчелья и Скергат направились к месту, которое им было указано для выхода на берег. По имевшимся данным, оно считалось менее охраняемым и оттуда легче было пробраться в город. Недалеко от берега они затопили свою торпеду, включив механизм уничтожения. Вплавь добрались до берега. Здесь они сняли кислородные дыхательные приборы и резиновые костюмы и спрятали их под камнями, предварительно изрезав на куски. Время - половина пятого. После восьмичасового пребывания в воде они наконец на суше.

Марчелье и Скергату удалось незамеченными выбраться за пределы порта. Выдавая себя за французских моряков, они проникли в город Александрию. Не без приключений добрались до железнодорожного вокзала, чтобы сесть в поезд, идущий до Розетты, и попытаться затем попасть на подводную лодку, которая должна была находиться в море в 10 милях от берега в назначенное время, т.е. в течение нескольких часов после операции. Но здесь они столкнулись с первыми затруднениями. Английские фунты стерлингов, которыми их снабдили, не имели хождения в Египте (!). Потеряв много времени, чтобы обменять деньги, они могли выехать только вечерним поездом. В Розетте они провели ночь в какой-то убогой гостинице, ускользнув от полицейского контроля. Вечером следующего дня они направились к морю, но были задержаны египетской полицией. Их опознали и передали английским военно-морским властям.

Так была пресечена их попытка избежать плена. Операция, проведенная Марчелья, может быть названа образцовой. Каждая ее фаза была им выполнена в соответствии с планом, без каких бы то ни было отклонений.

Эта подготовка, стремление во что бы то ни стало выполнить свой долг и удача были вознаграждены золотой медалью «За храбрость», врученной Марчелье и Скергату по их возвращении из плена.

Мартеллотта-Марине. В

своей докладной записке Мартеллотта пишет: На борту подводной лодки «Шире» 18 декабря 1941 г. в 16 час. 30 мин. я получил от командира Боргезе приказ атаковать крупный танкер и расставить в непосредственной близости от него шесть плавающих зажигательных бомб.

Данные о присутствии в порту Александрии 12 танкеров с грузом нефти около 120000 т говорили о чрезвычайной важности полученного мною приказа. Возникший пожар мог разрастись до таких размеров, что привел бы к полному уничтожению порта со всеми стоящими в нем кораблями и портовыми сооружениями.

Тем не менее я не мог удержаться, чтобы не сказать командиру о том, что выполню приказ, но что мне и моему водолазу очень хотелось бы атаковать военный корабль. Командир подводной лодки улыбнулся в ответ на мою просьбу и, зная о предстоящем возвращении в порт авианосца, так изменил свой приказ: «Попытаться найти авианосец на обычных местах его стоянки, если он там окажется, то атаковать его, если же авианосца не будет в порту, то не трогать других военных кораблей, а атаковать крупный танкер и установить около него шесть плавающих зажигательных бомб».

Мартеллотта встретил затруднения при открывании крышки цилиндра и позвал на помощь Спаккарелли (из-за этого-то и произошло несчастье со Спаккарелии, о котором упоминалось выше). Наконец, присоединившись к остальным двум экипажам, он вместе с ними добрался до сетевых заграждений.

В порту Мартеллотта пытался разыскать авианосец на местах его обычных якорных стоянок, но не нашел (и действительно, в ту ночь авианосца в порту не было). Зато он обнаружил большой военный корабль и, приняв его за линкор, решил атаковать, но подойдя вплотную, убедился, что это крейсер. Помня о приказе, Мартеллотта скрепя сердце отказался от атаки. Когда он отходил от кормы крейсера, с борта корабля его вдруг осветили карманным фонарем. Несколько мгновений абсолютной неподвижности, когда, казалось, даже сердце остановилось. Потом фонарик погас, и Мартеллотта направился в тот район порта, где стояли танкеры. Начинала сказываться усталость, вызывая головную боль и тошноту. Водитель не может больше пользоваться кислородным дыхательным прибором, срывает маску и продолжает путь, держа голову над водой. Вот и танкеры, среди которых один большой грузоподъемностью не менее 16000 т. Не имея возможности уйти под воду, Мартеллотта решает атаковать без погружения. В то время как он удерживает торпеду под кормой танкера, водолаз Марине прикрепляет зарядное отделение под корпусом корабля. Механизм взрывателя заведен. Пока проделывались все эти манипуляции, рядом с большим танкером стал другой, поменьше. Если он постоит здесь часа три, тогда заодно с первым пострадает при взрыве. Затем в 100 м от танкера были расставлены зажигательные бомбы на расстоянии 20 м одна от другой.

Выполнив таким образом полностью задание, Мартеллотта и Марине предприняли попытку спастись, чтобы не попасть в руки врага. Уничтожив кислородные приборы и резиновые костюмы и включив механизм самоуничтожения торпеды, они в указанном месте выбрались на сушу. «Вместе с Марине я попытался выйти из порта и проникнуть в город. У входа мы были остановлены и задержаны египетскими чиновниками и полицейскими, которые затем позвали лейтенанта с шестью солдатами английской морской пехоты. Нас отвели в помещение, где находились два старших лейтенанта египетской полиции, которые начали допрос. В то время как я самым уклончивым и неопределенным образом отвечал на вопросы, явился английский капитан II ранга и потребовал у старшего египетского офицера, чтобы нас выдали ему. Египтянин отказался, ссылаясь на отсутствие распоряжений со стороны своего правительства (!). Из наших документов явствовало, что мы - итальянцы, и то обстоятельство, что Египет не находился в состоянии войны с Италией, не позволяло ему поступить так, не имея на то особого указания.

Английский офицер, получив санкцию адмиралтейства, лично обратился к египетскому правительству и добился того, что нас передали ему. Около 5 час. 54 мин. послышался сильный взрыв, от которого задрожал весь дом. Некоторое время спустя, когда мы в сопровождении английского офицера садились в машину, послышался сильный взрыв более далекий, а позже, когда машина уже тронулась, - третий. В морском штабе в Рас Эль Тин мы подверглись короткому допросу, который проходил в достаточно любезном тоне, а затем нас отправили в каирский лагерь военнопленных».

Мартеллотта и Марине по возвращении из плена были также вручены золотые медали «За храбрость».

Потеря кораблей «Вэлиент» и «Куин Элизабет» вслед за гибелью «Арк Ройял» и «Бархэм» в Средиземном море почти одновременно с уничтожением новейшего линкора «Принс оф Уэльс» и линейного крейсера «Рипалс» в Индонезии в результате налета японской авиации поставила английский ВМФ надолго в очень тяжелое положение, из которого ему удалось выйти позже только благодаря американской помощи.

Стратегическое положение на средиземноморском театре изменилось коренным образом: в первый (и последний) раз в ходе войны ВМФ Италии имел решительное превосходство в силах; он смог возобновить снабжение своих экспедиционных войск и наладить переброску в Ливию Африканского корпуса немцев, что дало возможность несколько месяцев спустя разбить английскую армию и отбросить ее за пределы Киренаики.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно