«Без України — ми раби» Иван Сокульский в стихах, письмах, документах

9 июля, 2010, 14:53 Распечатать

13 июля 2010 года исполнилось бы 70 лет Ивану Сокульскому — патриоту, одному из рыцарей независимости ...

13 июля 2010 года исполнилось бы 70 лет Ивану Сокульскому — патриоту, одному из рыцарей независимости Украины, поэту, основателю и редактору культурологического журнала «Пороги», правозащитнику, члену Украинской Хельсинкской группы, глубоко верующему человеку, узнику совести, имя которого стало символом мужества и свободы.

«Любити свій край не є злочин!»

Ивана Сокульского судили трижды, каждый раз по разным статьям, но смысл был один и тот же: «автор крамольных стихов и статей», «ярый антисоветчик», «националист», «особо опасный рецидивист».

«Нема у мене ніякого криміналу, — неоднократно заявлял поэт. — Любити свій край не є злочин!»

Иван Сокульский был одним из первых шестидесятников, ставших на защиту украинской духовности и культуры.

«...Нам закидають (україномовному національно-визвольному рухові), що ми ніби проти братерства. Як же воно насправді? Хто насправді тим тільки й займається, що руйнує прекрасну ідею братерства? Великоросійська колоніальна політика, великодержавний шовінізм!
…І навіть тепер, коли «в ім’я братерства» було вчинено стільки злочинів (сталінський геноцид по відношенню до України) — все ж ми готові простягнути руку дружби будь-якому народу, в тому числі і російському. Тільки щоб то була дружба, а не пустопорожнє слововживання, безсоромна спекуляція високими словами. Виходить, що братерство — то якась однобічна фальш. Ми вам зобов’язані бути братами, а ви до нас можете ставитись, як вам вигідно…» Так писал поэт, находясь в следственном изоляторе еще в 1980 году, то есть, тридцать лет назад. Звучит современно и сегодня.

Поэты-шестидесятники Николай Винграновский (слева) и Иван Сокульский
Поэты-шестидесятники Николай Винграновский (слева) и Иван Сокульский
Сокульский был начисто лишен национализма, об этом свидетельствуют его стихи и письма к родным: «…І ось доля кидає мене в Татарську АРСР. Не знаю, хто це і в який спосіб зумів нав’язати мені думку, що татари, порівняно, скажімо, з росіянами чи українцями — це малокультурний і темний, ледь напівдикий народ — азіатчина та й годі!

Приїхавши в Казань і почувши татарську мову, на власні очі побачивши місцевих татар, а надто почувши їхні пісні (по радіо), перейнявся симпатією до цього народу. Виявляється, мова татарська досить милозвучна… А в піснях чується безмежний простір степів і чарующа екзотика сходу. Люди тут здебільшого м’якого характеру, морально зібрані і підтягнуті.

Побутові умови тут набагато ліпші, ніж у нас. Всюди чисто, акуратно. Татарія — сторінка в моєму житті, якої вже не вирвати, як сторінку із щоденника».

«З ярликом на шиї, мов з петлею, я іду на сором і на глум!», — писал поэт после своего первого ареста (1969 год). В автобиографии 1992 года И. Сокульский отмечал: «Перемінити чорновий начерк долі, з яким народжуємось, не взмозі вже ніякі обставини нашого подальшого існування в світі. А місце і час народження — початкова точка відліку на її, долі, координатах. Дніпро, Пороги, Степ, як то мені бачиться, стали своєрідними трьома мітами мого життя…»

Пороги на реке жизни поэта

В семейном архиве Сокульских хранится акт, датированный мартом 2000 года, о возвращении личных вещей, изъятых сотрудниками КГБ при обыске и аресте Ивана Сокульского (апрель 1980 г.). Среди 133 наименований множество рукописей стихов и статей, копировальных листов с оттисками машинописных текстов, книг, записных книжек, ученических тетрадей с пометками поэта, писем к матери, жене, дочери, конвертов с адресами друзей, четырнадцать фотографий, пишущая машинка…

Среди этих реликвий под номером 27 числятся 16 страниц черновиков автобиографии И.Сокульского, написанной в Днепропетровском следственном изоляторе (апрель-май 1980 г.). К сожалению, в акте представлено всего шесть страниц — остальные десять пропали в недрах КГБ… Все листы и вставки
автобиографии помечены штампами КГБ «Вещественное доказательство. Акт №…». Цитируем один из фрагментов «вещдока преступления против государства»: «Народився в степовому хуторі лівого берега Дніпра 1940 року. Батька свого Григорія знаю лише зі слів матері та фотографії тих часів. А був він людиною незборимо веселої, заповзятливої вдачі і найбільше, що любив, — це співати. Посадив молодий садок, та доглядати його не судилось — почалась війна. Двадцятитрьохлітнім запам’ятала його мати, таким же молодим уявляю його і я…»

Мать поэта, Надежда Ивановна, работала дояркой в колхозе, имела самые высокие в районе надои молока, награждена орденом «Знак Почета», ее портреты печатали районные и областные газеты, но судьба этой величайшей труженицы оказалась трагической:

…Плаче і сумує неба синь похила.

Навіть невідома мужова могила.

Сина теж немає —

за яким кордоном?

Видивлено очі далечінню —
дзвоном.

Випитано долю докором —

думками.

Виспівано душу болем і роками.

Знаю, не розважать всі мої слова.

Вкотре біль збираєш, тричі удова!

О себе Сокульский рассказал в своих стихах, статьях, поступках: это было восхождение сельского мальчишки из неперспективного хутора к вершинам Чести, Правды и Свободы, его становление как Поэта и Личности! В те годы это был невероятно трудный и опасный подъем…

13 июля 1940 года — родился на хуторе Червоный Яр, Синельниковского района, Днепропетровской области.

С 13 лет начал писать стихи.

13 мая 1966 года — исключен из комсомола, отчислен из университета «за поведеніє не совместімоє со званиєм совєтского студєнта» (на языке КГБ — национализм).

13 июля 1969 года — первый арест, осужден на 4,5 года с отбыванием наказания в лагерях строгого режима.

13 января 1981 года — осужден второй раз по ст. 62, ч. 2 («антирадянська агітація і пропаганда») на максимальный срок как особо опасный государственный преступник: десять лет лишения свободы в лагерях особо строгого режима и пять лет ссылки. Признан особо опасным рецидивистом.

3 апреля 1985 года за девять дней до окончания срока заключения осужден в третий раз еще на три года.

13 апреля 1988 года началась эстафетная голодовка жен политзаключенных Арины Сокульской и Ольги Стокотельной-Горбаль.

2 августа 1988 года освобожден из заключения.

Общий итог тюремного заключения поэта — 13 лет.

Из автобиографии И. Сокульского, более тридцати лет хранившейся в архивах КГБ: «Оглядаючись тепер назад, можна сказати лише одне: славний то був час! Коли, навіть несподіванно для нас самих, почало прокидатись в нас занехаяне почуття звичайної людської, а відтак і національної гідності — досить було лише на якийсь момент послабитись смертельному зашморгу сталінізму!

Хоч як мені не соромно в тому зізнатись, але до двадцяти двох писав російською мовою. Так виховала мене школа — що українська мова, як і українська культура в цілому, не посідала в моєму інтелектуально-духовному житті ніякого місця. І це при тому, що школу я закінчив саме українську, правильніше, з українською мовою викладання. …Як і всі мої ровесники, я не бачив суттєвої різниці між українцями та росіянами, більш того, нам здавалось, що це одне ціле («единая неделимая!»). Та й називали ми себе не інакше як «руськими». Тим більш захопливішим і всепоглинаючим стало для мене пізніше моє відкриття духовно-культурного материка України, де все було для мене новим, нечуваним, несподіваним… А з моєю незайманою юнацькою вразливістю (а згодом і батьківською заповзятливістю!) Україна стала для мене альфою і омегою, кожним моїм подихом і хвилиною, кожним моїм словом і ділом — молитвою моєю вранішньою й вечірньою, моєю вірою. Так я в найкоротший час став «буржуазним націоналістом»…

«Небо закреслено гратами»

Сейчас уже во всех деталях известна история погрома романа Олеся Гончара «Собор». Названы имена организаторов идеологического шабаша, их пособников, непосредственных исполнителей расправы над автором романа и его защитниками. Много неприятностей пришлось пережить Олесю Гончару, но «сломать хребет» всемирно известному писателю оказалось не под силу даже такому партийному «тяжеловесу», каким был Алексей Ватченко, первый секретарь Днепропетровского обкома партии, личный друг Леонида Брежнева.

Когда не удалось расправиться с автором, осатаневшие партийные шельмовальщики набросились на тех, кто защищал «Собор» и духовные ценности Украины, — студенты, интеллигенция, деятели культуры. Именно они подготовили и направили «Письмо творческой молодежи Днепропетровщины», адресованное руководителям партии и правительства, Союзу писателей Украины.

Обыски и допросы всех причастных к «Письму» продолжались больше года. Автора «Письма», выступившего в защиту «Собора» и сохранение памятников истории и культуры, против русификации Украины, поэта Ивана Сокульского приговорили к четырем годам и шести месяцам лишения свободы в лагерях строгого режима.

Свой первый срок Иван Сокульский отбывал в лагерях Мордовии (ЖХ-385/3), с конца 1971 года — во Владимирской тюрьме (ОД-1/ст-2), впоследствии — в лагерях особо строгого режима ВС-389/35 (ст. Всесвятская) и ВС-389/36 (с. Кучино) Пермской области. Здесь молодой поэт познакомился с шестидесятниками всех «свободных республик». Среди них были Николай Горбаль, Леонид Горохивский, Зиновий Красивский, Ярослав Лесив, Панас Заливаха… Дружба, рожденная в неволе, не прерывалась и в «большой зоне» (так политзаключенные называли страну, в которой жили). Сокамерник Ивана Сокульского, самый молодой политзаключенный и поэт Ярослав Лесив, был трижды судим, принял сан священника, стал проповедником и духовным пастырем, одним из инициаторов возрождения Украины. Сестра Ярослава Лесива Арися стала женой Ивана Сокульского, разделив с ним всю тяжесть его страданий.

Второй раз И.Сокульского арестовали в апреле 1980 года за активную правозащитную деятельность, участие в Украинской Хельсинкской группе, за новые стихи и статьи «антисоветского содержания».

«14 мая 1981 г. Гр. Лесив А.В. Сообщаем, что Ваш муж, Сокульский И.Г., прибыл 15 мая 1981 года для отбывания срока наказания в учреждение УЭ-148/ст-4 по адресу: Татарская АССР, г. Чистополь. В соответствии с законом осужденный Сокульский И.Г. имеет право в течение года получить 2 бандероли, 2 краткосрочных свидания, длительных свиданий — не положено, отправлять 1 письмо в месяц… Начальник учреждения (подпись)».

9 ноября 1981 года инспектор проверки писем ст. лейтенант Чашин и начальник оперативного отдела ст. лейтенант Зазнобин составили акт о конфискации всех записей Ивана Сокульского, сделанных до поступления в учреждение УЭ-148/ст-4,
200 страниц литературных исследований поэзии Тараса Шевченко, две тетради личной лирики и стихотворений для детей.

Иван Сокульский обращался к депутату Верховного Совета СССР Олесю Гончару и председателю Союза писателей Украины Павлу Загребельному с просьбой помочь сохранить работу о творчестве Т.Шевченко и собственную лирику. Письма остались без ответа. Судьба конфискованного неизвестна до сих пор.

«14 октября 1981 г. Гр. Сокульской Н.И. Сообщаем, что Ваш сын, Сокульский И.Г., за период нахождения в нашем учреждении сдал на отправку 6 (шесть) писем… Так как наше учреждение не располагает штатом переводчиков, то все сданные письма направлены в г. Киев, УССР для перевода на русский язык… Начальник учреждения УЭ-148/ст-4 Галиуллин (подпись)».

В конце 1981 года семья Сокульского получила письма, написанные на протяжении полугода и задержанные прокуратурой в связи с их пересылкой на перевод в г. Киев и дальнейшим просмотром цензоров. В то же время Ивану вручили одновременно 40 писем из дома…

Почти в каждом письме поэт высылает новые стихи, в которых постоянно звучат самые дорогие ему мелодии: Украина, Степь, Днепровские пороги. Многие письма поэта изрядно обработаны цензурой: вычеркнуты отдельные выражения или целые абзацы («подозрительные по содержанию»), иные письма конфискованы без объяснений. Оказывается, любить свой край, свою историю, культуру, родной язык — это национализм и криминал…

«11 ноября 1983 г. Гр. Сокульской А.В. На Ваш запрос отвечаю, что Сокульский И.Г. …в настоящее время имеет право на одно письмо в 2 месяца, так как находится на строгом режиме. Начальник учреждения УЭ-148/ст-4 Ахмадеев (подпись)».

«Без даты. Гр. Сокульской А.В. Возвращаем Вам пасочку, марки, Вашу вышивку — то, что не положено по режиму. Остальное все вручено. Администрация».

3 апреля 1985 года за девять дней до окончания тюремного срока И.Сокульский был осужден в третий раз еще на три года по статье «хулиганство». Это был четко рассчитанный ход карательных органов: судить прямо в лагерях перед самым окончанием срока заключения. По сути, начался процесс бессрочного тюремного заключения с полным уничтожением заключенных. До этого в лагере особого режима ВС-389/36 (с. Кучино, Пермской области) оборвалась жизнь Алексея Тихого, Юрия Литвина, Владимира Марченко, Васыля Стуса…

«27 октября 1987 года. Гр. Сокульской А.В. По вопросу, указанному в Вашей телеграмме, адресованной в Прокуратуру СССР и поступившей в наш адрес, сообщаем: согласно §31 Правил внутреннего распорядка ИТУ письма осужденного Сокульского И.Г. были конфискованы. Данный вопрос проверялся прокуратурой Пермской области и гор. Чусова, нарушений закона не обнаружено. Начальник учреждения ВС-389 (подпись)».

В феврале 1987 года «Известия» сообщили о помиловании 140 политзаключенных. Власти поспешили заявить: в СССР политзаключенных нет. Об этом заявил и М. Горбачев на сессии ООН. Те, кто отбывал заключение в Пермских и Мордовских лагерях были осуждены как рецидивисты, особо опасные государственные преступники. Перед карательными органами поставили задачу: сломить упрямцев, заставить их признать себя виновными, выбить из них прошения о помиловании. Как и все политзаключенные Кучино-Всесвятских лагерей, Сокульский отказался от приклеенного ему ярлыка преступника и рецидивиста, считая себя незаконно осужденным по политическим мотивам… («Ніяких доказів моєї вини в справі немає»).

Именно в тот момент разразился грандиозный скандал. Подобно тому, как ранее из лагеря особого режима Кучино вынесли «Лагерную тетрадь» Васыля Стуса, так и на этот раз из того же лагеря во все средства зарубежной информации попал документ с описанием злодеяний карателей, их фамилии и фамилии политзаключенных на данный момент. Это была бомба, которая взорвала мир. В очередной раз стало ясно: Советский Союз продолжает скрывать лицо «политического жандарма» и по-прежнему исполняет роль «тюрьмы народов».

«Лагерные записки» Ивана Сокульского Фото: В.Платонов
«Лагерные записки» Ивана Сокульского Фото: В.Платонов
(Читателям «Зеркала недели» впервые представляется возможность увидеть уникальный документ из тончайшей папиросной бумаги, с мельчайшим почерком на пяти страницах, написанный рукою Ивана Сокульского, и ныне хранящийся в архиве его жены Арины Сокульской. — В.П.)

1987 год для поэта оказался особо тяжелым: его продержали год в камере-одиночке, в той самой, где перед этим отбывал годичное наказание Васыль Стус. Накануне окончания третьего тюремного срока (12 апреля 1988 г.), за написание писем-протестов на имя генерального прокурора СССР, Сокульского в очередной раз отправляют на 50 дней в ШИЗО. В апреле 1988 года поэт объявляет о переходе на статус политзаключенного. На защиту узников совести поднялся весь мир, в их числе и академик Андрей Сахаров.

Карателям так и не удалось сломить поэта и патриота Украины: под действием общественности и правозащитников 2 августа 1988 года Ивана Сокульского были вынуждены освободить из заключения.

В одном из своих стихотворений поэт вывел формулу: «Тюрма — лише одна умовність, коли ти сам не є собі тюрма».

«Означення волі»

Находясь в неволе, поэт писал жене: «Дорога моя Арися! Єдина!... Як я тепер бачу майже все покарання — в моїй розлуці з вами. Це справді найдошкульніше обмеження. Отож, як я розумію, покарали більше вас з Марієчкою, маму, аніж мене. Ви ж у мене всі жінки, а жінкам розлука, що не кажи, набагато болючіша. …Тепер моя свобода — це ви, це бути з вами, золоті мої!»

Семья Сокульских. Слева направо: мать поэта — Надежда Ивановна, дочь Маричка, Иван, Арина
Семья Сокульских. Слева направо: мать поэта — Надежда Ивановна, дочь Маричка, Иван, Арина
В другом письме он обращается к матери: «Дорога моя мамо! Як було б добре, коли б можна було б якимсь чином «не ділити своєї тюрми» (Шевченко) зі своїми рідними! Знаю без ваших слів, що в такий же мірі як я, «сидите» і ви…»

Еще находясь в тюрьме, Иван заверял маму, что на свободе будет добрым хозяином, займется домом и огородом, будет писать стихи, вести тихий образ жизни…

«Тихого життя» не получилось. И.Сокульский полностью окунулся в вихрь бурной политической жизни: с его участием создавалось областное общество «Просвіта», Народный рух, Украинская республиканская партия, «Мемориал»… Он начал издавать культурологический журнал «Пороги» — под его редакцией вышло девять номеров этого самиздатовского уникального издания.

21 мая 1991 года на пикетировании в поддержку независимости Украины поэт был зверски избит.
22 июня 1992 года поэта не стало…

Даже мертвого, глубоко верующего Ивана Сокульского «не разрешили» отпевать по христианскому обряду. По иронии судьбы, справку о полной реабилитации Ивана Сокульского его семья получила на сороковой день после смерти Поэта.

Через год вышел первый сборник его стихов «Владар каменю». В 1995 Ивана Сокульского приняли в Союз писателей Украины (посмертно). Вскоре вышла первая книга поэта «Означення волі» (1997),
в 2006 году — избранная «Лірика». Изданы письма поэта к дочери «Листи до Марієчки» (2000) и два тома эпистолярного наследия «Листи на світанку» (2002). Недавно читатели познакомились с избранным «Порогов» — журнала, который редактировал поэт. В 2006 году Иван Григорьевич Сокульский был посмертно награжден орденом «За мужність» первой степени, а в 2010-м орденом Свободы.

* * *

Сложись иначе судьба поэта, сегодня он принимал бы поздравления с юбилеем, было бы много друзей — поэтов, литераторов, политиков, бывших политкаторжан, правозащитников — всех тех, для кого его имя звучит как символ мужества и свободы…

Вспоминаю размышления Ивана Сокульского: «Чи обов’язково має бути теляча радість з того, що ти — народився? Скоріше навпаки, се має бути день роздумів, суму і підсумків». «Невже задарма стільки сердець горіло до України найсвятішою любов’ю?!» — вопрошает Сокульсий,утверждая в своїх стихах: «Без України — ми раби».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно