Ампутация амбиций

17 июня, 2011, 13:04 Распечатать

Так уж сложилось, что украинцы могут заявить о своих интересах только в форме протеста.

Украина — страна «третьего мира»?

Так уж сложилось, что украинцы могут заявить о своих интересах только в форме протеста. Причем ограничение форм волеизъявления, инициированное властью, не дает ответа на вопрос «за что мы выступаем?» и при всей четкости позиции «против» этот факт значительно сужает горизонты общественного сознания. И дело даже не в том, что наши граждане недостаточно компетентны социально и не используют всех общественных механизмов прямого влияния на действия власти, а значит, не могут заставить ее действовать в своих интересах, — у нас отсутст­вует реальная модель общественной жизни. Что означает утрату связи с действительностью. И потерю здоровых амбиций целым народом — а это можно сравнить с потерей жизненно важных органов человеком. Или, например, с потерей большого круга кровообращения…

Половина населения готова к протестным действиям

Как показывают социологические исследования Центра Разумкова, «маленький украинец» не особо-то и амбициозен. На первых местах в его иерархии цен­ностей — здоровье, отношения с семьей и уровень благосостояния. Само­реали­зация, самоутверждение — где-то на 13 месте, общественное признание и уважение — на 14-м. Карьера на 15 мес­те, при том, что интересная работа — всего на 10-м.

Значимость равенства прав и возможностей оценивается нашими людьми в 4,66 балла по пятибалльной шкале, уровень его реализованности в реальной жизни — всего в 2,62 балла. Помощь со стороны государства оценивается людьми в 4,37 балла, реальное ее присутствие в их жизни — в 1,98 балла.

Поэтому понятно, что протестные настроения в обществе наличествуют в таком раскладе: только 22,8% населения согласны терпеть материальные трудности ради сохранения в стране порядка, 53,9% готовы выйти на улицу с протестом в случае значительного ухудшения условий жизни (затруднились с ответом 23,2% опрошенных). Готовых идти до конца в отстаивании своих интересов немного: убежденных в том, что примут участие в санкционированных митингах и демонстрациях, всего 19,5% (еще 29,6% отмечают, что, скорее всего, примут в них участие), в несанкционированных митингах и демонстрациях — 8,5% (и 17,4% тех, кто, скорее всего, выйдет на улицы), в забастовках — 8,9% (и 18,5% тех, кто, возможно, к ним присоединится). Бойкот — отказ от исполнения решений администрации, органов власти — абсолютно приемлем для 6,2% опрошенных (еще 12,9% утверждают, что, скорее всего, его поддержат). Блокирование движения на дорогах и железнодорожных путях реально могут применить 3,9% опрошенных (и 8,2%, скорее всего, их в этом поддержат). В уличных столкновениях приняли бы участие 2,2% опрошенных (и 4%, скорее всего, примут в этом участие). Создание независимых от президента и правительства вооруженных формирований окажется по силам 2,2% респондентов (и 2,8%, скорее всего, их поддержат).

Но сам протест является возможным лишь в случае ущемления витальных интересов наших граждан — в случае значительного повышения цен на самое необходимое готовы выйти на улицы 42,5% опрошенных, в случае невыплаты зарплат —34,2%, из-за низкого уровня заработной платы — 29,2%. С протестом против массового сокращения рабочих мест на каком-либо предприятии или в какой-либо отрасли готовы выступить 26,9% опрошенных. Сопротивляться произволу местных властей готовы 21,6% опрошенных. Против прес­тупности и беззакония готовы бороться 21,6% граждан. А вот выйти на экологический митинг согласны только 9,4% респондентов, принять участие в акциях по защите памяток истории и культуры — 7% и выступить в защиту нарушенных прав других людей — всего 15,4%. И здесь так и просится в строку обвинение украинских граждан в глубоком духовном провинциализме и непонимании того, что благосостояние как раз и начинается с утверждения в общест­ве гражданских прав и свобод. Но как обви­нять народ, в свое время поднявший оранжевое знамя Майда­на, — он-то должен знать цену демократическим принципам? И прав­да, выйти на улицы в поддержку действующей власти согласны только 2,6% респондентов.

Но сейчас в обществе превалируют ценности выживания (изредка — самоутверждения, как в случае с протестами предпринимателей). Именно это отбрасывает нашу страну в число стран «третьего мира».

Перемежая кризисы апатией

Наш собеседник — директор социологической службы Центра Разумкова Андрей Быченко.

— По моему мнению, наша страна увязла в безденежных буднях и даже не ощущает поворота к авторитаризму.

— Украину и сейчас особо свободной страной нельзя назвать, впрочем, так было всегда. А к авторитаризму мы можем прийти вместе с потерей независимости. А что терять? Украина никогда не была независимой страной — и действия разных ее «вождей» в течение двадцати лет свидетельствуют о том, что у нас нет той элиты, которая знала бы, что делать со страной. Как Украина получила независимость во многом благодаря стечению обстоятельств, от нее не зависящих, так и не исключено, что утратит.

— То есть, у вас нет данных, которые свидетельствовали бы против того, что Украина — страна «третьего мира»?

— Действительно, нет. Украи­на не является важной (а не то что ведущей) для мира ни в какой области, начиная с финансов и промышленности и заканчивая научным потенциалом. Единст­венная сфера, где Ук­раина имеет некий вес, — это сельское хозяйство, но это сырьевая отрасль: если это подсолнечник — то мы продаем семечки, а не масло, если пшеница — то зерно. То есть, мы продаем то, что Украина вывозила еще триста лет назад. Прогресса не видно. Тот прогресс, который был связан с Советским Союзом, сохранился сейчас в единственной отрасли — это участие нашей страны в космических проектах. И то случайность, что именно в Украине построили «Южмаш», а при нем конструкторское бюро. Более в высокотехнологических сферах на мировых рынках Украина замечена не была.

— Является ли наше общественное сознание сознанием людей «третьего мира»?

— Здесь неоднозначная ситуация. В иных сферах сознание украинцев является типичным для населения стран «третьего мира», начиная с того, что никто из украинцев не считает, что их страна что-то решает, что она может быть законодателем или основоположником каких-то мировых трендов в науке, ис­кусст­ве. С другой стороны, в Украине —и это осталось с советских времен — очень высок по мировым меркам образовательный уровень, а многие явления нашими людьми воспринимаются чаще всего с позиции образованного человека, способного видеть целостную картину мира. То есть, у украинцев «особенное» сознание.

— Но реализовывать свои интересы украинцы не умеют.

— В силу экономической политики, проводимой двадцать лет в стране, преимущественной частью интересов украинцев остаются экономические. Не может голодный человек думать о дополнительных потребностях. И поскольку в нашей стране не обеспечиваются потребности самые необходимые, подавляющее большинство населения не задумываются о жизни больше, чем о хлебе насущном. Что касается защиты своих интересов, то прог­ресс есть, хотя и очень медленный. Мы фиксируем его с 2003 го­да. И тогда, и сейчас основной проблемой для об­щественной активности было неверие людей в то, что она может быть результативной. И позитивным здесь оказался опыт «оранжевой революции». Поэтому сознательность украинцев как граждан потихоньку растет.

— Изменилось ли со временем качество протестных на­ст­рое­ний?

— Изменилось. Но украинцы не особенно склонны протестовать. К протестам у нас может привести резкое ухудшение ситуации, причем за короткое время. Очень высок был протестный потенциал в конце 2008—начале 2009 года, когда грянул кризис, но этот потенциал не реализовался. Достаточно сильно подняло протестные настроения принятие Налогового кодекса. Я не исключаю, что пенсионная реформа или Трудовой кодекс тоже могут всколыхнуть общество. Однако медленное ухудшение ситуации скорее приведет к апатии, чем к протестам. На самом деле все зависит от многих факторов. Сей­час никто не знает, будет ли вторая волна кризиса. И любое серьезное потрясение, в том числе и экономическое, может повлиять на Украину: наша власть на фоне мирового кризиса не имеет серьезных рычагов влияния, и сказать, что может произойти, очень сложно.

— К тому же инициативы Рос­сии по типу Таможенного союза от­брасывают нас далеко назад.

— Поскольку, я считаю, Ук­раи­на движется по кругу, в равной степени насколько назад, настолько же и вперед, в среднесрочной и долгосрочной перспективах ее путь, к моему сожалению, — это объединение с Рос­сией. Потому что Европе мы не нужны, и она всеми силами дает это понять. А Украина тем временем показывает свою несостоя­тельность как государство, и дальнейшее ее существование именно как государства возможно в двух случаях: или она станет сильной финансово, или соседние государства не будут заинтересованы в союзе с ней. А со стороны России мы видим заинтересованность, включающую «метод кнута и пряника»: есть и давление, и обещания, — и я не вижу, каким образом Украина может противостоять этим усилиям.

— И тогда ее точно затянут в «третий мир».

— Вероятность очень высока.

— Насколько наши власти компетентны в своих действиях?

— Мне сложно оценить уровень их компетентности: может быть, она низкая, а возможно, люди действуют ради собственного блага, жертвуя интересами соотечественников. Трудно сказать, по некомпетентности или сознательно Украину привели к нынешнему положению дел.

— Есть ли у Украины хотя бы какие-то амбиции?

— Из того, что страна де­монстрирует, самая большая ам­биция — это проведение Чемпионата Европы по футболу. Еще одна — провести Олим­пиаду 2022 года.

— А то, что люди не наращивают гражданских амбиций, им мешает?

— Конечно, и люди это понимают. То, что коррупция — это вторая по значимости проблема после экономической, признанный факт. Но что с этим делать, люди не знают. Тем более, когда все заявляют о борьбе с коррупцией, а она тем временем растет. К тому же суды не играют никакой роли в государстве. Люди в таких условиях могут прибегать к протестным, на­сильст­венным мерам по отношению к государству. Коррупция — это одна из причин высокой эмиграции из Украины. Уезжают люди достаточно активные, они и готовы были бы бороться, но посвящать свою жизнь противостоянию действиям какого-то мелкого чиновника они не хотят, а в другой стране им проще начать свое дело, приложив меньше усилий. Это уже физические законы, действующие в обществе.

Наши люди демонстрируют шаги навстречу власти. Власть же, включая время Ющенко, который возглавил страну благодаря гражданской активности, показала, что она не собирается делать никаких шагов навстречу народу. На сегодняшний день в этой сфере люди могут решить накопившиеся проблемы одним путем — это тунисский, египетский варианты, когда власть подлежит физическому сметанию. Из сложившейся ситуации существует три выхода: либо украинская власть будет делать шаги навстречу обществу, либо нынешнее безвременье продолжится и Украина прекратит свое существование, либо придет нормальная власть — демократическим или менее демократическим образом.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №23, 16 июня-22 июня Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно