50 миллионов украино-китайцев, или Об особенностях демографического популизма украинских политиков

25 декабря, 2009, 16:32 Распечатать

Повышение рождаемости в Украине в 2005—2009 годах нынешние власти считают едва ли не самым большим своим достижением...

Повышение рождаемости в Украине в 2005—2009 годах нынешние власти считают едва ли не самым большим своим достижением. Не так давно, например, В.Ющенко заявлял, что впервые за 18 лет наша страна показала «демографический оптимизм», и «начиная с 2015 года мы будем иметь абсолютный прирост украинской нации». Не менее оптимистичным был и министр по делам семьи, молодежи и спорта Юрий Павленко, выступая 22 декабря на международной научно-практической конференции «Рождаемость в Украине в начале XXI столетия: структурные особенности, перспективы, новые социальные вызовы». Подчеркнув личностный вклад действующего президента в решение проблем демографии при помощи введения (а потом и увеличения) единоразовой помощи украинцам при рождении ребенка, он отметил, что в 2008 году в Украине родилось уже 510,6 тысячи детей, что на 37,9 тысячи больше, чем в 2007-м. А суммарный показатель рождаемости с 1,21 в 2005-м увеличился до 1,45. Ожидается, что рожденных в 2009 году будет еще больше — от 515 до 530 тысяч.

Однако экономисты и демографы оптимизма политиков не разделяют. Так, например, ведущий научный сотрудник Института демографии и социальных исследований Павел Шевчук в 2005 году направил письмо в Миннауки, в котором обосновывал, что поскольку в детородный возраст входят женщины наиболее многочисленного поколения 80-х, то вводить единоразовые выплаты при рождении ребенка если и стоит, то в 2017-м, когда в репродуктивную активность войдут малочисленные птенцы 90-х. Введя выплаты в 2005-м, мы опять увеличили разницу между численностью поколений, прежде уже вызванную непродуманной демографической политикой СССР в
80-х, и тем самым запрограммировали на будущее еще один удар по пенсионной системе.

Кроме того, несмотря на бэби-бум 2006—2008 годов, население страны продолжает сокращаться. На 1 ноября 2009-го, согласно данным Госкомитета статистики, нас осталось уже 45 млн. 819 тыс. 579 человек. Особенностями украинского демографического кризиса являются высокий уровень заболеваемости, втрое превосходящая женскую мужская смертность и повышенный показатель смертности младенческой. Согласно подсчетам Павла Шевчука, чтобы при нынешних уровнях смертности и миграций зафиксировать к 2050 году численность населения начала 2008 года (46 млн. 157 тыс.), на каждую украинскую женщину детородного возраста должно приходиться 3,4 ребенка. Если же 1,45, как в 2008 году (очевидно, в последующие годы этот показатель будет более низким), то к 2050 году украинцев останется 37,3 млн. человек.

Правда, В.Янукович обещает к 2020 году (за два (!) срока своего предполагаемого президентства) увеличить количество украинцев до 50 млн. Сколько же детей обязуют родить каждую украинскую женщину или сколько мигрантов потребуется завезти в Украину для выполнения этой предвыборной программы? О мерах по сохранению и продлению жизней украинцев вспоминать не будем. Сам политик ездил лечить колено в Испанию...

Не был оптимистичен и Валерий Геец, директор Института экономики и прогнозирования НАН Украины, говоря о необходимости оценки принятых государством мер по улучшению демографической ситуации. «Результаты, озвученные Ю.Павленко, — это очень хорошо. Но каково их социально-экономическое обоснование?

В ближайшие пять, а возможно, и 10 лет у государства не будет таких ресурсов, как до сих пор. Не происходила модернизация экономики, и долговая позиция Украины сегодня достаточно сложна. Это становится проблемой №1. Как экономисту, мне, например, кажутся неприемлемыми красующиеся сегодня на билбордах предвыборные обязательства политиков выплачивать при рождении третьего ребенка уже по 100 тысяч гривен. Нужно ли вообще сегодня направлять деньги на поддержку рождаемости, а не на профилактику и поддержание здоровья и улучшение качества образования?

Если мы не в состоянии обеспечить удовлетворительное качество жизни поколению, рожденному сейчас, то есть ли смысл принимать меры по повышению рождаемости? Мы не можем и дальше позволить себе оставаться страной-донором трудовых ресурсов для европейских стран. Это стратегический вопрос. Решение демографической проблемы не сводится только к рождаемости. Если бы повышение рождаемости зависело лишь от материальной помощи, то европейские страны дали бы ее в 10 раз больше, чем может себе позволить Украина».

Кстати, с материальной помощью есть проблемы, что подтвердил «ЗН» губернатор Ривненской области Виктор Матчук. Это область с достаточно высокими показателями рождаемости и многодетности. Виктор Иосифович рассказал «ЗН», что с социальными выплатами многодетным семьям, чернобыльцам и финансированием профессионально-технического образования, которые составляли 1/12 госбюджета прошлого года, есть определенные трудности. «К сожалению, я даже не знаю, как быть в этой ситуации. Решением Верховной Рады обязательства по перечисленным выплатам на следующий год были переведены на уровень местных бюджетов. Но поскольку бюджет следующего года еще не принят, а в нынешнем году средств на это предусмотрено не было, то уже в январе 2010-го мы будем иметь большую проблему, прежде всего со льготными выплатами на коммунальные услуги и электроэнергию, в частности и многодетным семьям, которых в Ривненской области более 17 тысяч. Мы еще не делали точных расчетов, но льготные выплаты составят около 100 млн. грн. Таким образом, складывается парадоксальная ситуация: люди имеют право на льготы, но мы не сможем их гарантировать».

Как видим, государство не гарантирует материальную помощь даже сложившимся многодетным семьям в Украине.

Какова же на самом деле демографическая ситуация в Украине? В чем причины высокой смертности? И насколько эффективны принятые государством в последние годы меры по стимулированию рождаемости? Об этом и многом другом на страницах «ЗН» говорили завотделом проблем качества демографического процесса Ирина Курило, а также директор Института демографии и социсследований Элла Либанова — в рамках вышеупомянутой научно-практической конференции.

— Ирина Алексеевна, как на украинской демографической ситуации отразился (и еще отразится) кризис и какого эффекта следует ожидать от принятых государством мер по стимулированию рождаемости?

— О влиянии кризиса говорить пока рано, потому что, во-первых, демографические процессы имеют инерционный характер, т.е. не сразу реагируют на изменившуюся ситуацию. А во-вторых, данные по 2009 году мы будем иметь только к маю 2010-го.

Если же брать опыт предыдущего кризиса, который, правда, имел другую природу и проходил в несколько иных условиях, то ухудшение социально-экономической ситуации обычно сказывается на состоянии здоровья и смертности населения, ситуация с которыми в Украине и без того очень плохая, особенно в сравнении с развитыми странами.

Что касается рождаемости, то за последние годы она находилась под влиянием сразу нескольких факторов. Во-первых, 2002—2008 годы, когда рождаемость повышалась, были более-менее благополучными в социально-экономическом отношении на фоне предыдущих. То есть были реализованы определенные рождения, отложенные в худшие годы, пришедшиеся на время социально-экономического кризиса 90-х. Во-вторых, в этот же период в наиболее активный детородный возраст вошли более многочисленные поколения женщин, родившихся в начале и середине 80-х годов. И это также повлияло на динамику рождаемости. Ну и, в-третьих, у всех на слуху факт введения с 2005 года единовременной помощи при рождении ребенка, которая в 2008 году была увеличена. Определенный стимулирующий эффект это создало. Другое дело, что обычно такие меры действуют кратковременно. А кроме всего прочего, в связи с изменением экономической ситуации соотственно инфлируется и этот грант.

Рождаемость в 2002—2008 гг. повышалась. В первой половине нынешнего года — тоже. Но уже в третьем квартале 2009-го (начиная с июня) рождений хотя и было больше, чем в предыдущие годы, однако меньше, чем за тот же период 2008-го. О кризисе заговорили в октябре 2008 года. Прибавьте девять месяцев, и мы получим как раз июнь–июль. Так что, скорее всего, особого роста рождаемости в четвертом квартале 2009 года уже не будет.

Безусловно, можно говорить об определенной реакции населения на ухудшившееся социально-экономическое положение. Некоторые считают, что большинство семей будет откладывать рождение ребенка, особенно если кризис затянется. Другие говорят об определенном влиянии на рождаемость ситуации на рынке труда. Некоторые женщины во время ее ухудшения могли использовать этот период неопределенности для рождения ребенка. Особенно учитывая тот факт, что государство при этом выплачивает помощь, превышающую фонд годовой минимальной зарплаты, что особенно существенно для молодых матерей, у которых пока нет возможностей для хорошего заработка. Не думаю, что это массовое явление, но оно есть.

— Это возможно в течение года. Но если кризис затянется, то и материальное положение будет ухудшаться…

— Да, конечно. Но фактор противодействия существует. И в литературе описаны случаи, когда в период кризиса женщина уходит в семью, потому что альтернативные издержки, связанные с потерей заработка, в этот период минимальны. Но в основном это происходит при условии, что женщина планировала в ближайшем будущем рождение первого или второго ребенка.

Что касается браков… 2008 год был високосным. Население у нас суеверное, поэтому обычно в такие годы заключается меньше браков, что компенсируется в поствисокосные годы. В этом году, уже начиная с мая, ежемесячное количество браков меньше, нежели даже то, что было в 2008 году. И хотя о закономерностях пока говорить нельзя, можно предположить, что срабатывает фактор откладывания в кризисных условиях.

— Вы говорили, что эффект от госвыплат при рождении ребенка может быть только кратковременным. А стоило ли вообще сейчас вводить их, учитывая, что, во-первых, это не основной фактор повышения рождаемости, а во-вторых, и без того в детородный возраст вошло многочисленное поколение женщин (рождение которых в 80-х, кстати, также было простимулировано в СССР введением оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до года, а потом до полутора лет, пособиями, дополнительными отпусками для матерей и кредитами молодым семьям)? Не увеличили ли мы этим еще больше разницу в численности поколений?

— Да, вы очень правильно говорите. Это так называемый эффект нестабильности возрастных структур. Когда есть демографическая волна (многочисленное поколение), есть и демографическая яма. Безусловно, принятые меры, как и вообще любые меры по стимулированию рождаемости, приводят к эффекту колебания. А в данном случае они особенно сработали, потому что наложились на период компенсационной рождаемости как таковой после 90-х годов и на более многочисленные поколения. Плюс введение этих достаточно контрастных мер было не самым лучшим по времени. В этом смысле вы тоже правы. Потому что с учетом начавшегося кризиса и того, что были реализованы отложенные рождения, нас может ожидать следующая демографическая яма. Кроме того, недостаток таких мер в том, что они во всем мире действуют по принципу «доза—эффект». Во-первых, кратковременно. Во-вторых, чтобы они работали более длительный промежуток времени, выплаты надо повышать. И опросы общественного мнения показывают, что население этого ожидает. Другой вопрос — насколько это реально.

В других странах чаще всего столь объемный грант при рождении ребенка не вводится. А у нас выплаты достаточно большие даже по европейским меркам. Кроме того, крупная финансовая помощь обычно растягивается на более длительный промежуток времени. В идеале (скандинавские, западноевропейские страны) стабильная поддержка (пусть в небольших, по их меркам, размерах) выплачивается до достижения ребенком шести лет или даже до совершеннолетия. У нас же срабатывает принцип — простимулировали рождение ребенка, а дальше «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». На самом деле рождение ребенка и его воспитание требует длительной поддержки семьи и общества. Учитывая то, что возможности самообеспечения в украинских семьях небольшие (они диктуются уровнем зарплаты, а стандарты оплаты труда у нас по сравнению с европейскими странами низкие), меры по повышению рождаемости последних лет можно критиковать. Хотя, конечно, определенный эффект они вызывают. Краткосрочный, но достаточно быстрый.

— И очень популистский…

— Ну, у нас вообще очень велико влияние политического популизма…

— Ваш институт ведь принимал участие в разработке «Стратегии демографического развития Украины до 2015 года»? Почему же вы об этом не говорили?

— Во-первых, в стратегии ничего конкретного не написано. А во-вторых, у ныне действующего президента введение выплат при рождении было записано в предвыборной программе, наряду с созданием пяти миллионов рабочих мест (по миллиону в году) и другим. Не скажу, что необоснованно, но все эти меры были рассчитаны на предвыборную кампанию. В том числе и выплаты, которые никто из специалистов не предлагал.

Единственное, что потом специалистами предлагалось, так это дифференциация поочередности рождений. Это делалось исходя из того, что на рождение первого ребенка здоровые в репродуктивном отношении родители решаются почти всегда. Основная проблема — второй и третий ребенок.

— А вообще политики обращаются к вам, прежде чем вставить какой-то пункт, относящийся к демографии, в свою предвыборную программу?

— Думаю, нет.

— Насколько осуществимой кажется вам программа В.Януковича по увеличению населения Украины до 50 млн.? При каких условиях это возможно?

— Это абсолютно нереально. Реально — несколько сократить темпы депопуляции. Во многих европейских странах есть депопуляционные тенденции — наблюдается небольшой прирост численности населения, вообще не наблюдается или есть небольшая убыль. У нас же большой разрыв между числом умерших и числом родившихся. В 90-е годы сформировались большие масштабы естественной убыли — превышение числа смертей над рождениями. Эти показатели у нас и в России остаются одними из самых высоких в Европе. Коэффициент естественной убыли населения можно сократить, и он сейчас несколько сокращается за счет увеличившейся рождаемости. Динамика же смертности — стагнационная, скажем так. О положительных тенденциях в смертности даже в 2002—2008 годах можно говорить с очень большой натяжкой и только по отдельным болезням, причинам… Преждевременная смертность — очень высокая. Поэтому некоторое сокращение депопуляции диктовалось в основном повышением рождаемости. Но чтобы преодолеть естественную убыль, нужно, чтобы показатели рождаемости были гораздо выше, чем они есть у нас и даже в ведущих европейских странах. Это нереально.

— Может быть, вместо того чтобы стимулировать рождаемость, к повышению которой, похоже, не готова наша социальная система, нам прежде стоило бы попытаться уменьшить преждевременную смертность?

— Это вещи разного плана. Лучше делать и то, и другое. Демографическая политика должна быть комплексной, учитывать и миграционную, и медицинскую (здоровье и смертность), и пронаталистскую (связанную с рождаемостью) составляющие. Нельзя сказать, что повышать рождаемость — это ошибка. Другое дело, что надо было, наверное, поставить вопрос и так: зачем рожать больше, если, скажем, из троих мальчиков один не доживет до 60? Если говорить с чисто экономической точки зрения, то имеет ли смысл вкладывать в новое поколение, чтобы потом его терять? Основная проблема для нас — это сокращение преждевременной смертности. Но это не значит, что в Украине, где относительно низкая рождаемость, нежелательно было бы ее повысить.

— Какова демографическая картина по регионам Украины?

— Наиболее высокая рождаемость и относительно низкая смертность у нас наблюдаются в западных и юго-западных регионах — например, Львовской, Ривненской областях, — что связано с традициями и приближенным к сельскому образом жизни. К тому же там несколько лучше состояние репродуктивного здоровья. Возможно, в силу экологических причин. Традиционно худшая ситуация как с рождаемостью, так и со смертностью на Востоке страны, частично (со смертностью) — на Севере. Черкасская и Одесская области — тоже аутсайдеры по продолжительности жизни. Там много причин — качество питьевой воды, большая распространенность наркомании, социально-зависимых болезней, преступности и так далее.

Часто говорят о Черниговской области. Но там ситуация плохая по общим показателям, которые зависят от структуры населения. В Черниговской области население самое старое, поэтому, естественно, там меньше рожают и больше умирают. То же относится к Черкасской и Сумской областям.

— Что касается Киева?

— Ну, это государство в государстве. Если демографическая ситуация и улучшалась каким-то образом, то прежде всего в Киеве и в больших городах, население которых больше ощущало следствия экономического роста.

— Вы упоминали о предвыборном обещании нынешнего президента создать пять миллионов рабочих мест и вернуть трудовых мигрантов в Украину. Что-то изменилось в этой теме?

— С началом кризиса появилась тенденция возвращения части трудовых мигрантов. Но это связано с обострением ситуации в странах Европы, а не с появлением рабочих мест в Украине. Общая ориентация украинцев на заработки за границей остается. На сегодняшний день специалисты оценивают количество трудовых мигрантов-украинцев в 1,5 млн. человек.

— Что такое «демографическое окно»?

— Это ситуация, которая считается благоприятной для экономического роста. Когда старение населения еще не очень большое, а рождаемость уже снизилась, много трудоспособных, мало детей и стариков. Мы уже проходим период более благоприятных демографических возможностей. Население у нас хоть и считается старым, но в сравнении с наиболее развитыми странами пока значительно моложе (за счет того, что продолжительность жизни ниже). В кризисный период в пенсионный возраст входили контингенты не очень многочисленные — детей войны. То есть старение населения и увеличение количества нетрудоспособных проходило относительно низкими темпами. Но уже в 2010 году начнется процесс выхода в пенсионный возраст более многочисленных поколений. А пополнят его очень малочисленные 90-е. То есть в 2020—2030 годы будет очень интенсивно расти уровень старения населения. Скажем так, все демографические возможности, которые есть — демо-экономические (относительно пенсионной системы и т.д.) — нельзя будет реализовать без кардинальных мер по перестройке пенсионной системы. Обычно, когда говорят об «окне демографических возможностей», то имеют в виду именно это. Пока еще демо-экономическая нагрузка так сильно не росла.

— То есть стимуляция большого поколения 80-х к рождению детей в 2005—2009 годах тоже усугубит ситуацию?

— Да. Это так называемая демографическая волна, которая в основном сказывается на возможностях обеспечения устойчивого развития. На нынешнее повышение рождаемости плохо реагирует социальная структура. Уже сейчас чувствуется недостаток дошкольных детских учреждений, современных систем родовспоможения и т.д. Инфраструктура не готова. Например, насколько я знаю, медики протестовали против законодательного решения ВР, обязавшего их бороться за жизнь новорожденных, если они весят не меньше 500 граммов (22 недели беременности), считая, что, во-первых, наша система к этому не готова и в роддомах нет специального оборудования, а во-вторых, что это автоматически увеличит количество инвалидов, причем тяжелых, во взрослом возрасте. Ведь у таких детей очень высокий риск плохого состояния здоровья. Хотя, с другой стороны, считается, что если медицинская система страны будет справляться с подобными случаями (достигнет необходимого уровня в плане технологическом, выучке медперсонала и в технологическом оснащении), то при прочих равных условиях лучшей будет и система спасения более жизнеспособных детей.

— Каковы основные причины преждевременной смертности в Украине?

— На смертность влияет как минимум четыре группы факторов. Традиционно у нас говорят о тех, которые связаны с состоянием медицины, уровнем жизни и сложностями самообеспечения семей (оплата труда). Все они влияют на продолжительность жизни. Вместе с тем у нас очень много преждевременных смертей от тех причин, которые можно устранить. В том числе связанных с образом жизни: курением, алкоголизмом и т.д. Особенно среди мужчин.

В последние годы, если брать молодые возрастные группы, особенно мужчин до 45 лет, то первые по значимости причины преждевременных смертей —внешние, среди которых убийства, самоубийства, алкогольные отравления, ДТП и другие. Вторая — инфекционные и паразитарные болезни, основную роль в которых играют эпидемии ВИЧ/СПИД и туберкулеза. Они ассоциированы — многие заболевшие ВИЧ/СПИД потом умирают от туберкулеза. Среди причин, значимость которых росла в последние годы, — болезни системы кровообращения, которые относятся к более позднему возрасту, тем не менее в сравнении с Европой у нас они имеют более ранний возраст смертности; а также новообразования. Хотя по онкологии у нас не такой большой разрыв с европейскими странами, как по внешним причинам и инфекционным и паразитарным заболеваниям. Наши мужчины просто не доживают до того возраста, когда это становится более серьезной проблемой. В последние годы увеличивалась смертность и от болезней системы пищеварения.

— Я удивлена тем, что за последнее десятилетие продолжительность жизни в Украине уменьшалась, а не увеличивалась, как это происходит в цивилизованных странах…

— Наибольшая продолжительность жизни у нас была 40 лет назад — в 60-е годы. Кстати, тогда Украина по этому показателю была наряду с Францией и Германией. В настоящий момент продолжительность жизни в Украине составляет 62 года у мужчин и 74 — у женщин. Разрыв с большинством развитых стран у нас составляет 12—13 и 7—8 лет соответственно. То, что 40 лет назад мы находились на одном уровне с развитыми странами, было, очевидно, связано с этапом первого эпидемиологического перехода. Украине удавалось достаточно успешно бороться с инфекционными заболеваниями, в том числе и путем вакцинаций. В 80-е годы, например, была положительная динамика по смертности от туберкулеза. Но когда возможности продолжительности жизни за счет внедрения медикаментозных средств были отчасти исчерпаны и основной причиной смертности стали хронические, неинфекционные заболевания, стратегия должна была измениться. И со стороны здравоохранения (современные технологии, материальные затраты), и со стороны населения (пропаганда здорового образа жизни).

— А какие, на ваш взгляд, за эти годы были приняты меры для преодоления преждевременной смертности?

— Определенные меры по борьбе с табакокурением и алкоголем, например. Другое дело, что украинцы — народ не очень законопослушный. Мы предлагали кампанию за здоровое питание. Был опыт, когда за довольно короткий промежуток времени существенно сократилась смертность от сердечно-сосудистых заболеваний за счет того, что на предприятиях ввели ограничительные меры (к мясному блюду, например, обязательно предлагался салат). Есть предложения, направленные на более осмысленный подход к проблеме. Например, оборудовать все аптеки за их счет, скажем, аппаратами для самостоятельного измерения давления. Или обязать население на опасных участках дороги носить на одежде специальные подсветки.

Борьба с преждевременной смертностью включает в себя множество мелочей. Собственно, то же связано и с рождаемостью. В Скандинавских странах, например, ощущается престиж родительства. В аэропортах все предусмотрено для того, чтобы было удобно путешествовать с маленьким ребенком. У нас таких условий нет. Меры по повышению рождаемости складываются не только из каких-то глобальных массовых вещей, но и из мелочей, формирующих атмосферу, благоприятную как для поддержания здорового образа жизни, так и для рождения детей. Проблема нашей демографической политики в том, что она гораздо менее комплексная и слишком зависит от политического популизма.

* * *

«Являются ли реальные позитивные сдвиги рождаемости в нашей стране результатом системной политики, проводимой Украиной, или же просто следствием и проявлением общих волн развития человеческой популяции, которые наблюдались уже не раз? — с этого вопроса начала свое выступление на конференции Элла Либанова.
— С 60-х годов прошлого века, после того как во всем мире закончился период высокой рождаемости, она держалась в Украине практически на одном уровне до распада СССР. После этого — страшный обвал до 2000 года. С 2002 года уровень рождаемости начал расти (в Европе — с
2001-го). А выплаты при рождении ребенка у нас были введены позже, в 2005 году.

Украина не переживала ничего необычного, что не происходило бы в других европейских странах. Например, в Испании падение уровня рождаемости было более стремительным и продолжительным. Между тем во всех европейских странах, за исключением Украины, выплаты при рождении ребенка (имеющие, кстати, весьма краткосрочный эффект) составляют значительно меньшую сумму в соотношении с годовым фондом минимальных зарплат страны. Украина — единственная страна, где грант при рождении первого ребенка его превышает, что, к слову, является стимулом прежде всего для матерей более раннего возраста. Безусловно, усилия украинской власти дали определенные результаты. Но ответа на вопрос — насколько повышение рождаемости является результатом пронаталистской политики Украины, а насколько результатом естественных процессов воссоздания биологической популяции — у меня нет».

«Реакция» определенной части населения на значительное повышение размера единоразовой помощи при рождении в Украине воплотилась в сдвигах в традиционном «календаре рождений» и реализации части запланированных на более поздний срок рождений.

Период общественно-экономических трансформаций ознаменовался не только «экстремальной» динамикой уровня рождаемости, но и существенными изменениями ее структурных характеристик. Главной чертой формирования новой модели рождаемости стало «постарение» материнства, которое проявляется в ускоренном увеличении уровня рождаемости среди женщин старше 25 лет и повышении среднего возраста матери при рождении ребенка.

Трансформация возрастной модели может, с одной стороны, негативно повлиять на уровень рождаемости в связи с сокращением периода активного деторождения, однако с другой — это полностью соответствует общеевропейским тенденциям и призвано содействовать более осознанному и ответственному материнству (отцовству) в Украине.

Демографический анализ дает основания для вывода, что в нашей стране еще есть некоторые резервы для дальнейшего увеличения рождаемости, в частности, относительно рождения второго ребенка, а кое-где — и третьего-четвертого. Причем наиболее весомы они в сельской местности и наименее урбанизованных и промышленно развитых регионах страны.

И все же динамика рождаемости в Украине на перспективу представляется не слишком обнадеживающей. На нее будет негативно влиять сокращение количества и части женщин детородного возраста, что происходит уже сейчас. «Депрессивную» роль в динамике частоты деторождений будет играть и дальнейшее постарение материнства. Определенное неблагоприятное влияние на рождаемость в следующие несколько лет, безусловно, будет оказывать ухудшение социально-экономической ситуации и положение на рынке труда.

Специалисты по демографии уже начали готовить к февралю 2010 года «дорожную карту» для следующего президента Украины, куда войдут в том числе и рекомендации относительно решения наиболее актуальных проблем демографического развития, в частности репродуктивной активности населения. Стране необходима целостная, научно обоснованная социально-демографическая политика, основной целью которой в отношении рождаемости станет создание условий для рождения и воспитания необходимого для общества и желанного для семьи количества детей. Достижение этой цели требует улучшения социально-экономических условий репродуктивной деятельности населения путем: 1) реформирования системы оплаты труда с целью достижения уровня, необходимого для содержания и полноценного воспитания двоих-троих детей; 2) радикальной реформы жилищной политики; 3) стимуляции работодателей к внедрению механизмов гибкой и неполной занятости, прежде всего для женщин-матерей; 4) изменений в системе налогообложения с целью усиления ее демографической направленности, более широкого использования налоговых льгот и кредитов.

Основной составляющей финансовых инициатив демографической политики относительно рождаемости в Украине сегодня является значительный грант при рождении ребенка. Одним из путей оптимизации, по мнению демографов, должно стать перенесение акцентов с одноразовых выплат на длительные ежемесячные.

Необходима также модернизация системы дошкольных учреждений и улучшение условий их деятельности.

К приоритетным направлениям демографической политики следует отнести развитие системы охраны здоровья матери и ребенка, повышение качества и доступности ее услуг; улучшение репродуктивного здоровья на основе профилактики и медико-генетической, акушерской помощи; содействие распространению использования современной контрацепции вместо абортов; внедрение новых технологий лечения бесплодия; а также формирование привлекательного родительского имиджа и семейных ценностей. Необходимо осуществлять такую социально-демографическую политику, реализация которой содействовала бы постепенному становлению в Украине «демографического равновесия» нового типа, при котором уменьшение количественного пополнения в определенной мере компенсировалось бы поступательным повышением качества населения (в частности, молодых поколений).

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №24-25, 23 июня-6 июля Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно