Ремонт на ходу…

15 апреля, 2005, 00:00 Распечатать

В выступлениях нашего Президента уже несколько раз прозвучали обнадеживающие слова о миллиардах инвестиций, которые готовы вложить иностранные бизнесмены в Украину...

В выступлениях нашего Президента уже несколько раз прозвучали обнадеживающие слова о миллиардах инвестиций, которые готовы вложить иностранные бизнесмены в Украину. Известно также, что Виктор Ющенко планирует создание совета инвесторов, который должен стать практическим инструментом, способным сделать инвестиционное эльдорадо для Украины реальностью. В этой работе, как стало известно в редакции, принимает участие известный предприниматель Юссеф Харес.

О том, что все это не просто домыслы, говорит и тот факт, что этот бизнесмен в последнее время стал весьма часто появляться на важных государственных тусовках. Так недавно он стал участником встречи Виктора Ющенко с представителями российского бизнеса, засветился на приеме у вице-премьера Олега Рыбачука с Американской торговой палатой и Европейской ассоциацией бизнеса, а также с ответственными представителями Всемирного банка. Ранее его видели в Давосе на важных переговорах.

Обозреватель «ЗН» обратился к господину Юссефу ХАРЕСУ с вопросом:

— Что это за совет инвесторов, о котором уже так много говорят и с которым связывает надежды крупный бизнес? Какова ваша роль в его организации?

— Я как раз и присутствовал на встречах, о которых вы упомянули, в качестве координатора по формированию совета инвесторов при Президенте Украины. Сегодня важнейшая задача для страны — привлечение крупных инвестиций. А для наращивания национальных и иностранных инвестиций нужен максимально благоприятный климат. Теоретически условия для его создания вроде бы секрета ни для кого не представляют. Они давно известны во всем мире. И все же на деле без содействия на высшем уровне реальных достижений не будет.

Уверен, Украина нуждается в гибком, некоррумпированном, негосударственном инструменте, который помог бы Президенту выполнить эту сложную задачу. Хочу подчеркнуть — это первостепенная задача. Все остальные — производные от нее. На сегодня инвестор в нашей стране в основном местный, может быть, российский. Серьезных иностранных денег в Украине нет.

— Господин Харес, как вы представляете себе работу совета инвесторов, который справился бы с такой грандиозной задачей?

— Его главная задача — помочь инвестору напрямую встретиться с Президентом. В зал для переговоров с высшим лицом государства должен иметь возможность войти любой инвестор. Естественно, мы говорим о бизнесменах высокого уровня — представителях серьезных мировых компаний, банков, финансовых институтов, о владельцах и руководителях крупнейших предприятий в Украине. Такой совет, благодаря своей гибкости, может выполнять роль проводника инвестиций на украинский рынок через новые механизмы взаимоотношений совета с органами государственной власти на всех необходимых для осуществления его задач уровнях. Основой для его успешной работы являются две составляющие: во-первых, внимание самого Президента к работе совета. И, во-вторых, участие высочайшего класса специалистов и менеджеров, которые через структуру различных департаментов совета сумеют осуществить его эффективную работу.

Совет должен подготовить бизнес-проекты по международным стандартам, необходимые для реализации инвестиционных замыслов, профессионально и быстро реагировать на любой сигнал, полученный от инвесторов.

— Недавно крупный российский миллиардер сетовал на то, что он много раз встречался с Кучмой в надежде обсудить с ним важный проект, представляющий интерес для Украины, но все ограничивалось прогулками по аллеям крымской дачи и щедрым застольем… А поговорить по делу (хотя бизнесмен носил с собой папку с тщательно разработанными планами) так и не удалось.

— Как раз совет инвесторов и создается для того, чтобы встречи перевести в деловое русло, чтобы бизнесмен — местный или зарубежный — мог получить максимальную пользу для реализации своих планов, с которыми он приехал. Кроме того, Президент страны должен иметь возможность получать непосредственную информацию от самих инвесторов.

Однако уже сегодня есть много инвесторов с масштабными проектами, которых попросту не допускают к Президенту. И он об этом даже не знает… Это еще один серьезный аргумент в пользу создания такого совета.

— А не превратится ли данная организация в очередной инструмент лоббирования интересов отдельных бизнес-групп, как это было раньше?

— Все как раз и делается для того, чтобы сделать отношения бизнеса и высшей власти прозрачными и публичными. Поэтому совет инвесторов должен быть негосударственной структурой. Он задуман как общественная организация, где исключаются варианты сомнительного рода, где все будет предусмотрено для честной и профессиональной работы.

Будем откровенны — сегодняшняя ситуация в Украине для иностранного бизнесмена, на мой взгляд, не лучше, чем она была до выборов. Да, многие за рубежом ожидают, что приход Ющенко повернет власть к более эффективной работе экономики и создаст благоприятные условия для инвестиций. Это объясняется тем, что Украина — огромный рынок, на который готово прийти гораздо больше инвесторов с крупными капиталами, чем этот рынок может принять. Нынешние проблемы видны потому, что не созданы условия для реализации крупных денежных потоков. Революция действительно стала великолепным пиаром, который смог привлечь к Украине всеобщее внимание в мире. Сейчас главное — не потерять то, что завоевано с таким трудом.

Однако кадровые назначения, которые были произведены очень быстро (это уже очевидно), повлекут за собой досадные ошибки. Многие из окружения Ющенко ведут себя точно так же, как еще недавно соратники и родственники Кучмы. Самое неприятное — остались те же примитивные подходы к деланию денег, к определению самой сути эффективного бизнеса, к пониманию того, что нравственно и допустимо при зарабатывании денег. Грустно, но и теперь еще считается нормальным использовать преимущества нахождения у власти для быстрого сколачивания большого капитала...

Когда я слушаю Президента, его слова наполняют меня оптимизмом. В этот момент чувствую, что мы идем по правильной дороге к радужным перспективам. Однако когда наблюдаю, как представители его команды решают важные государственные дела, связанные с бизнесом, экономикой, у меня опускаются руки, и мой оптимизм испаряется...

— Испарение первоначального чрезмерного оптимизма сейчас — явление весьма частое. Господин Харес, каким вам видится выход из создавшейся ситуации?

— Чтобы колесница Президента (если позволительно использовать такой образ) понеслась с той скоростью, о которой он искренне мечтает, надо впрячь его команду в одну упряжку и жестко управлять ею. Виктор Андреевич очень демократичен и верит, что все само собой образуется и выстроится. Увы, само собой все не образуется. Кроме большой дипломатии, гуманности, мудрости, нужна еще жесткость в управлении, контроле за исполнением принятых решений. Хотя, понимаю, нельзя не принимать во внимание то, что власть у нас еще очень молодая, идет ее становление и многое зависит от того, что будет предпринято в ближайшие месяцы.

— Что иностранных инвесторов главным образом пугает в нынешней Украине?

— Пугает то, что нет условий для ведения прозрачного бизнеса, не соблюдаются законы, хрупок скелет самой системы — очень легко покупаются судьи. В суде любого уровня можно добиться желаемого решения и таким образом остановить гигантский завод, арестовать счета. К сожалению, есть очень много слабых мест в системе управления государством. И не видно конца коррупции, несмотря на все уверения власти. Людям дела нужна уверенность, что в стране, где они ведут свой бизнес, один плюс один равняется два, а не три и не пять. Эту простую арифметику следовало бы усвоить, и тогда в конечном итоге будет лучше для всех.

Пока представители бизнеса внутри страны и за рубежом не понимают, что происходит в Украине и чего им ждать дальше. Всех предпринимателей и меня в том числе очень настораживает неуклюжая возня с репреватизацией. Хотя мне лично она никак не угрожает. И тем не менее я убежден, что это слово — самое страшное для экономики Украины. Например, я не вижу, каким образом можно определить список предприятий, на которых нужно пересматривать условия их приватизации и после какого из них по списку должна быть поставлена точка — после десятого, двадцатого… И почему?

Кто сегодня может установить: что было законно, а что нет?

Премьер?.. Генпрокурор?.. Судьи?.. По любому делу можно судиться годами.

Если в стране было беззаконие, то логично пересматривать все — революция так революция! Или же надо найти иной подход…

В этих условиях главное для машинистов революционного паровоза суметь быстро произвести ремонт на ходу. Позволить себе долгую остановку на плохо предсказуемой дороге мы попросту не можем! Сегодня главное — это работать и не разрывать на части установившиеся бизнесы.

Наверное, сам Президент должен встретиться с каждым крупным собственником и вникнуть во все детали, чтобы принять окончательное решение. Надо поскорее выходить из этой патовой ситуации. Это полезно для всех и важно для страны!

Так, «Криворожсталь» сегодня ориентировочно стоит 2,5 млрд. долларов. Но комбинат был «красиво» продан за 0,8 млрд. долларов. Естественно, в этом необходимо серьезно разобраться и получить для бюджета максимальную выгоду…

Но сегодняшняя политическая ситуация в стране такова, что инвестор не имеет гарантий в том, не отсудят ли приобретенное им обратно после выборов 2006 года. Поэтому я не верю, что можно выручить реальную стоимость при продаже этого предприятия.

— Будем надеяться, что совет инвесторов решит хотя бы часть вопросов, о которых вы, господин Харес, говорили, и действительно сделает нашу страну привлекательной для иностранных инвесторов. Может быть, все это выведет наше общество из нынешнего тупика. А пока, в ожидании розового и справедливого будущего, давайте поговорим о более частных делах. Думаю, читателю «ЗН» будет интересно, как вы связали свою жизнь с Украиной?

— Я приехал в Киев из Сирии в 1982 году, когда еще был Советский Союз. Тогда родители меня отправили учиться в летное училище. Но я никогда не хотел быть офицером и ненавидел армейские порядки, поэтому приложил максимум усилий, чтобы уйти из армии. Конечно, имел колоссальные проблемы в связи с отказом от офицерской карьеры, но все в конце концов уладилось. Я остался жить в Киеве. Сейчас здесь у меня семья, дом, бизнес, моя родина.

— С чего начался ваш бизнес?

— В 1989 году я открыл малое предприятие в Киеве. Тогда был период «купи-продай». Естественно, тоже начинал с этого. Я обратил внимание на то, что весь Союз ходил с двумя типами дипломатов: один — из кожзаменителя, другой — из пластмассы. Поехал в Турцию и на заводе заказал дипломаты бордового цвета. При этом постарался, чтобы они были максимально дешевыми — надо было конкурировать с теми фантастически дешевыми изделиями, которые продавались здесь.

Риск был велик. Когда привез первую партию, волновался невероятно — пойдут ли? Однако дипломаты разошлись, как пирожки. Следующая поставка была уже контейнеров пять. Так целый год я завозил этот товар. И когда видел людей на вокзалах, в аэропортах, на улицах с моими бордовыми дипломатами, было приятно. Это был мой первый бизнес, позволивший что-то заработать.

Затем я, пожалуй, первым завез сюда антирадары для автомобилей. Это тоже была успешная операция, хотя до богатства было еще далеко. Для этого нужна была более мощная идея. И я стал покупать в Украине и продавать за рубеж металл для строительства. Тогда прямо в порту можно было купить металл по 75 долларов за тонну, а за рубежом продать по 250 долларов. То есть подъем был в 300 — 400 процентов. Так у меня появился первый более-менее серьезный капитал. А потом мы с компаньонами потеряли все деньги во время дефолта в 1998 году. Немало было потерь и на непорядочных партнерах. Но сам бизнес — среда, которая фильтрует и отсеивает подонков. Рынок быстро устанавливает, кто есть кто. Поэтому в этой среде так ценится репутация…

— Господин Харес, инновационным бизнесом вы не пробовали заниматься? Глядя на фантастические доходы некоторых венчурных компаний, можно подумать, что сегодня — это высший пилотаж в бизнесе…

— У нас есть отдел, который поддерживает инновации. Мы находим изобретения, покупаем и развиваем их. На некоторых направлениях удалось добиться очень интересных результатов. Это позволяет нам с оптимизмом смотреть в будущее. Мы серьезно продвинулись в разработке оригинальной технологии утилизации б/у резины, например, автомобильных покрышек. Из таких отходов удается получить резиновый порошок с хорошими свойствами, который снова запускается в промышленность.

Причем это не единственная наша разработка. Электронщик из Харькова предложил нам очень интересное изобретение — аппарат для рекламы в виде шара, сотканного из света. Думаю, вскоре киевляне увидят такие огромные шары на Майдане Незалежности.

— Как он работает?

— Там использовано хитрое решение — шар состоит из тонкой пластмассовой пластинки с вмонтированными светодиодами. Если такая пластинка начинает быстро вращаться, в пространстве зависает шар, будто сплетенный из света. Причем на этом шаре из света можно делать надписи, рисунки. Это очень оригинальная и креативная идея. Считаю, что это перспективное рекламное направление, которое еще найдет своего потребителя.

— Как вы находите авторов и отбираете идеи?

— Я сам стараюсь увидеть и понять суть изобретения, прежде чем принять решение о финансировании проекта. Однако само решение принимается чисто интуитивно. Отдаю себе отчет в том, что это очень сложный бизнес. К примеру, над утилизацией покрышек работаем уже шесть лет и еще не дошли до промышленной документации… Но это очень интересно! И для меня лично, и для бизнеса. Если найти стоящую идею и раскрутить ее, можно сделать огромный скачок, так как создатель нового реально опережает конкурентов…

— С неприятностями на этом рискованном поприще вы еще не встречались?

— К сожалению, и в этом имеем горький опыт. Мы, можно сказать, погорели на одном лжеученом из Луганска. Он меня убедил в том, что создаст металл, который заменит бронзу в промышленности. Экономическая целесообразность предложения была несомненна — бронзовые втулки в машинах работают во всем мире. Их общий вес составляет миллионы тонн. Недостаток бронзы в том, что она быстро изнашивается. И вот ко мне приходит человек с идеей, у него есть рецепт материала, который полностью заменит бронзу в станках и машинах всего мира. Ученый мне показал материал, рассказал из каких порошков все будет изготовлено, какие нужны машины. Я дал добро…

Потом начались трудности. Выяснилось, что он украл это изобретение. Оказалось так же, что реализовать все это чрезвычайно сложно из-за особенностей этого сплава. Чтобы прийти к выводу о тупиковости идеи, нам понадобилось потратить немало времени и два миллиона долларов — на разработку, поставки оборудования, завоз порошков, плавильной печи и много других вещей…

— Особой трагедии в этом, в общем-то, нет — через такие неудачи проходят все, кто занимается венчурным бизнесом. Зато если запустишь одно стоящее изобретение, оно оправдает все усилия и потери…

— Конечно. Но этим неприятности венчурного бизнеса не ограничиваются — большие опасности поджидают и при защите интеллектуальных прав. Так, мы сегодня уже видели рекламные шары, которые сделали на Тайване по нашей идее, хотя право на это у нас никто не покупал…

— Судиться будете?

— Чтобы судиться, необходимо ехать на Тайвань, нужны большие затраты, чтобы остановить это производство. Пока у них изделие, к счастью, гораздо более низкого качества, чем у нас, и небольшого размера. Так что решили — не связываться с ними. Пока…

— В общем, занятие бизнесом везде таит в себе неприятные моменты. У нас очень часто можно столкнуться с малопривлекательными ситуациями. Неужели они не портили вам настроение?

— Понимаю ваш вопрос — раньше никакой большой бизнес нельзя было вести без прикрытия на самом верху. Если его не было, то специально создавались проблемы, чтобы ты пришел и «порешал с ними вопросы»… И это было на любом уровне: от сержантов до генералов, от налоговой милиции до просто милиции. На каждом шагу вопросы решались только через взятки. Так работать мне было неинтересно. И когда в 2003 году стало ясно, что к власти идет Янукович (а как будет работать экономика при такой смене президента, представить было несложно), я принял решение уехать из страны. Купил дом в Женеве, офис и уже собирался перебазировать свою компанию в Швейцарию. Кстати, к такому выводу пришел не только я… Сейчас у меня международный бизнес во многих странах мира. Кроме металла, работаю с недвижимостью за рубежом, имею с партнерами авиакомпанию в Швейцарии…

— А что все-таки помешало вам окончательно переехать в Швейцарию?

— Это достаточно интересная история, которая связана с Ющенко. Я не раз видел Виктора Андреевича по телевидению, но полтора года назад одно из его выступлений так на меня подействовало, что я принял твердое решение поближе познакомиться с этим человеком. И попросил одного из своих партнеров, который знаком с ним, устроить мне встречу. Это было задолго до выборов. Он дал добро и пригласил в село Безрадичи.

На встречу я приехал в костюме и галстуке. Когда Виктор Андреевич меня увидел, это вызвало у него улыбку, потому что он в это время стоял на мокрой земле с лопатой в руках. Ющенко заметил: «Сюда в такой одежде не ходят — разумнее было бы приехать в резиновых сапогах». Я видел, что он был горд оттого, что копал землю. Это было удивительно приятно.

Я провел с ним день и был очень рад этому знакомству, потому что понял: я вижу мир таким, каким видит его он, он идет той же дорогой, какой хочется идти мне, чувствует то, что чувствую я, и любит то, что нравится мне.

Стало совершенно очевидно, что он любит свою нацию, народ, семью и сделает все возможное, чтобы им было хорошо. Я уважаю таких людей, подобные человеческие качества считаю самыми важными. Мне понравилась его внутренняя уверенность в том, что он добьется своего и поведет страну. Эта вера была настолько сильной, что она передалась и мне. Я поверил в него и после этого много раз спорил со многими людьми на огромные суммы, что он победит. Они были уверены, что я проиграю… Если бы спорившие со мной вернули проигранное, я бы заработал сотни тысяч долларов.

Ющенко — это действительно уникальный шанс для Украины. Как человек, временами он может выглядеть очень слабым. Он открыт для всех. Ему трудно понять, что кто-то может быть его врагом. Эти замечательные черты хороши для поэта, художника, философа, но вряд ли необходимы Президенту большой страны. Меня не раз пугало, что он — руководитель государства — не хочет видеть в людях ничего, кроме хорошего. Иногда я просто по-человечески боялся за него…

Но у этого человека особые отношения с Богом. И это обнадеживает. К примеру, в первые дни, когда его отравили и отвезли в клинику в Австрию, я был в Женеве. Там в ресторане я встретился с партнером. Он представил меня своему знакомому: «Господин Харес с Украины». Тот после первых же слов приветствия говорит, что видел по телевизору сообщение о том, что кандидата в украинские президенты отравили. По первым признакам пятен, появившихся на лице Ющенко, мой новый знакомый установил и сообщил нам: «Его отравили диоксином»…

Диагнозу нельзя было не поверить, так как этот человек — профессор Саурат — оказался председателем Европейской академии дерматологии и двадцать лет занимается изучением действия диоксина на человеческий организм в специальном институте в Женеве. Это научное учреждение создали после того, как в Италии произошел взрыв на фармакологической фабрике. Тогда отравились диоксином сотни сотрудников. Многие европейские страны вложили средства в НИИ, который мог бы разработать эффективные средства борьбы с этой бедой.

В то время еще никто не знал, что произошло с Виктором Ющенко. Все давали ему медицинские советы, приводили врачей. Шла предвыборная кампания, к Виктору Андреевичу сложно было пробиться. С профессором тоже все было не так просто — у него расписана практически каждая минута в неделе. Он дерматолог с мировым именем и занимается лечением президентов, королей, шейхов. К нему прилетают из США голливудские звезды со своими кожными проблемами.

Когда мне все же удалось найти окно в расписании двух очень занятых людей, я дал профессору самолет и привез его в Киев к Виктору Андреевичу. После осмотра он сказал, что знает, как бороться с этим отравлением. Сегодня здоровью Президента, к счастью, ничто не угрожает. Реакция на диоксин на лице пока еще есть, но врач надеется, что при определенных процедурах можно будет все за восемь месяцев привести в норму.

И как можно эту встречу с профессором назвать случайной? Думаю, Бог ведет Ющенко, помогая ему выйти из самых сложных ситуаций…

— Вы принимали участие в спасении Настеньки, пострадавшей во время пожара. Расскажите, как получилось так, что вы в Женеве прониклись желанием помочь сельской украинской девочке?

— Думаю, нет человека в мире, который не сопереживал бы этому смелому ребенку. Красивая маленькая девочка оказалась в горящей хате и вынесла сестричку из огня. Виктор Андреевич, конечно же, не мог не откликнуться на такое горе.

Я был в Женеве, когда позвонил утром Президент и сказал: «Надеюсь, ты проснулся с утра и думаешь: что хорошее могу сделать для Украины?»

— Я к этому всегда готов, Виктор Андреевич, что нужно сделать?

— Помнишь Настеньку, нашу маленькую героиню — необходимо срочно доставить девочку в Бостон, ее надо спасти.

— Сделаем Виктор Андреевич, не беспокойтесь. Через два часа самолет будет ждать Настю в Борисполе».

Президент тут же передал трубку Нине Ивановне Карпачевой и попросил меня согласовать с ней все необходимые действия.

В Украине уже пытались к тому времени срочно вывезти девочку, потому что ее состояние оценивалось как критическое — 10 процентов вероятности выжить. При этом было неизвестно — сможет ли она вынести перелет. Нужно было в самолете организовать особую комнату со специальной температурой.

Я позвонил тут же в Бухарест, где базируется наша авиация, и направил самолет. Но, кроме этого, надо было сделать еще немало. В работе приняло участие много людей.

Особое спасибо Нине Ивановне Карпачевой, которая сутки звонила по международным телефонам, выясняла и устраняла возникающие проблемы. Перелет в Америку трудно организовать. Приходится выполнять много формальностей оформление документов на перелет занимает несколько суток. Разрешение на посадку в США дает специальный отдел, рассматривающий тип самолета, он проверяет пофамильно всех, кто летит, пилотов, даже тех, кто выдал визы…

Настю уже заносили в самолет, а разрешения ни на приземление в США, ни на перелет Атлантического океана еще не было. Я взял самолет и тоже прилетел в Киев, чтобы подключиться к решению этих проблем. Летчикам пришлось сделать несколько кругов над Англией, пока мы получили «добро» на пересечение океана и приземление в Бостоне.

Теперь можно сказать, что все усилия были не напрасны — здоровье девочки улучшается. Несмотря на некоторый пессимизм этого интервью, хочу все-таки подчеркнуть, что благодаря такой личности, как украинский Президент, можно добиться огромных успехов в Украине…

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №18-19, 19 мая-25 мая Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно