Ликбез для ОППОНЕНТА

2 июня, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск №21, 2 июня-9 июня

Обсуждение стратегии развития ядерной отрасли продолжается. В еженедельнике «Зеркало недели» (№1...

Обсуждение стратегии развития ядерной отрасли продолжается. В еженедельнике «Зеркало недели» (№19, 2006 г.) в дискуссию с известным академиком, секретарем отделения ядерной физики и энергетики НАН Украины, генеральным директором Национального научного центра «Харьковский физико-технический институт» Иваном Неклюдовым вступил его коллега из НАНУ академик Владимир Присняков, специалист в области ракетостроения.

Несмотря на то что вопросы, которые поднимает академик, адресованы непосредственно его коллеге, Ивану Матвеевичу Неклюдову, их тематика в той или иной степени касается НАЭК «Энергоатом» как единственного оператора действующих в Украине атомных электростанций.

Основные вопросы В.Приснякова связаны со снятием с эксплуатации АЭС, выработавших свой ресурс. В частности, снятие с эксплуатации одного энергоблока он оценивает в 500 млн. долл. Вместе с тем, согласно концепции снятия с эксплуатации действующих АЭС Украины, утвержденной Министерством топлива и энергетики 12 мая 2004 г., расходы по этой статье на блок с реактором типа ВВЭР-440 составят 159 млн. долл., для ВВЭР-1000 — 207 млн. А для захоронения полученных от этой деятельности радиоактивных отходов необходимо 49 млн. и 73 млн. долл. соответственно.

Далее автор пишет: «Никто не знает, что делать с выработавшими свой ресурс энергетическими блоками. Опыт остановки АЭС есть в Австрии, которая построила блок, но так его и не запустила. Теперь в год она тратит на поддержание этого блока 50 млн. долл.». Поясняем: в случае с Австрией речь идет не о снятии с эксплуатации, а о консервации ядерного энергоблока, который не успел «заработать» на свое содержание. Ибо в стоимость электроэнергии, вырабатываемой любым атомным энергоблоком, закладывается, в том числе, и строка расходов на снятие с эксплуатации, средства на это аккумулируются на протяжении всего срока работы блока. Что касается украинских АЭС, то эта проблема была решена не так давно — постановлением Кабинета министров № 594 «Вопросы создания, накопления и использования финансового резерва для снятия с эксплуатации ядерных установок» от 27 апреля 2006 года.

Автор прав, у украинских атомщиков действительно нет опыта снятия с эксплуатации ядерных энергоблоков, поскольку в Украине еще ни один энергоблок не исчерпал свой ресурс. Отметим, что в мире еще ни одна АЭС окончательно не снята с эксплуатации — так, в США, России, Европе и Японии сейчас активно продлевают ресурсы части действующих энергоблоков. По остальным, окончательно выработавшим свой ресурс, процесс снятия с эксплуатации ведется, но еще не завершен.

Небольшой пример из мировой практики. Одноблочная АЭС «Троян», расположенная в 70 км от города Портленд в штате Орегон (США), была окончательно остановлена в ноябре 1992 года, в настоящее время ведется ее демонтаж. Буквально на днях, 21 мая, направленным взрывом была снесена 150-метровая градирня остановленной АЭС. На подрыв объекта потребовалось менее 10 секунд и около 5700 кг взрывчатки. Все здания на территории АЭС будут поэтапно снесены в течение 2008 года. В декабре 2004 г. PGE подала заявку на прекращение действия лицензии станции, обосновав это решение тем, что стадия радиологического снятия с эксплуатации завершена, и последние замеры уровня радиации показали, что площадка соответствует требованиям Комиссии по ядерному регулированию США (NRC) для снятия с эксплуатации и неограниченного использования. Действие лицензии NRC в отношении АЭС «Троян» было прекращено в мае 2005 года. PGE рассчитывает, что снятие станции с эксплуатации будет полностью завершено к 2024 году, после вывоза облученного ядерного топлива, которое хранится в ХОЯТ на площадке АЭС и должно быть перемещено в строящееся сейчас федеральное хранилище в Юкка-Маунтин. Лицензия NRC на хранения ОЯТ на площадке остается в силе.

Следующий момент в статье, которая написана с использованием данных, озвученных профессором Игорем Острецовым, заместителем директора Всероссийского НИИ атомного энергетического машиностроения, — обращение с радиоактивными отходами (РАО). «Атомное лобби уходит от истинной стоимости электроэнергии, полученной на АЭС, замалчивая и пуская по другим статьям технологии захоронения радиоактивных отходов (РАО), скрывая затраты на хранение плутония и обеспечение его непопадания в руки террористов, не учитывает стоимость ликвидации чернобыльской катастрофы», — пишет г-н Присняков.

Однако есть нюанс — атомное лобби. Цитируя российского профессора, Владимир Федорович, к сожалению, не учел украинских реалий. А именно — отсутствия атомного лобби в Украине. Здесь есть лобби металлургическое, пищепрома, сельскохозяйственное, нефтяное, газовое и так далее. Но не атомное. Из депутатского корпуса Верховной Рады Украины как прошлого ІV созыва, так и нынешнего V, только один депутат — Владимир Бронников — является специалистом-атомщиком и представляет ядерную отрасль.

Впрочем, в любом случае претензии академика к этому гипотетическому атомному лобби необоснованны. Лоббист любой отрасли заинтересован в повышении цен на свою продукцию на рынке, а значит — в привлечении средств на инновации, расширение собственных мощностей и решение проблем инфраструктуры. И, возможно, будь у ядерной отрасли мощное лобби на протяжении последних лет десяти, проблем, о которых говорит не только академик Присняков, но и сами атомщики, было бы значительно меньше.

И, наконец, о проблеме захоронения РАО, которую вскользь поднимает академик. Анализ мирового опыта показал, что безопасное обращение с радиоактивными отходами входит в тройку главных проблем современной ядерной энергетики наряду с ее безопасностью и экономическими показателями. Основные принципы государственной политики в сфере обращения с РАО определены в Законе Украины «Об обращении с радиоактивными отходами» и Комплексной программе обращения с радиоактивными отходами. Это прежде всего:

— приоритет защиты жизни и здоровья персонала и населения, окружающей природной среды от влияния радиоактивных отходов;

— надежная изоляция РАО от окружающей среды;

— государственное регулирование обращения с РАО;

— разделение функций государственного регулирования и управления в области обращения с РАО;

— разделение функций и ответственности органов государственного управления на разных стадиях обращения с РАО;

— принятие решений по размещению новых хранилищ РАО с участием общественности, общественных организаций, а также органов местного самоуправления;

— запрещение ввоза на территорию Украины РАО для хранения или захоронения;

— международное сотрудничество в области обращения с радиоактивными отходами.

Исходя из этого, основными направлениями деятельности эксплуатирующей организации НАЭК «Энергоатом» являются:

— создание и эксплуатация комплексных технологических линий по переработке РАО на АЭС Украины;

— функционирование системы учета и контроля РАО;

— разработка и внедрение новых технологий кондиционирования РАО;

— развитие нормативно-правовой базы по вопросам обращения с РАО;

— научно-техническая и информационная поддержка;

— расширение международного сотрудничества в области обращения с РАО.

При этом главным направлением технической политики в сфере обращения с радиоактивными отходами атомных электростанций является создание современной инфраструктуры, которая позволит обеспечить безопасный сбор, первичную и глубокую переработку отходов до состояния, пригодного для передачи радиоактивных отходов специализированным предприятиям на долгосрочное хранение или окончательное захоронение. В «Энергоатоме» разработаны «Программа по обращению с РАО НАЭК «Энергоатом» и «Программы минимизации РАО АЭС», которые определяют основные мероприятия по обращению с РАО, сроки их реализации и объемы финансирования.

Да, разумеется, в вопросе обращения с РАО есть проблемы. Это и отсутствие государственного фонда по обращению с РАО, которое сдерживает сроки реализации финансово емких мероприятий, таких как создание технологических линий на АЭС и строительство национального хранилища РАО с инфраструктурой перерабатывающих мощностей и т.п. Для решения этой проблемы необходимо принятие соответствующего законопроекта в ближайшее время. Кроме того, существующая законодательно-нормативная база в области обращения с РАО приводит к параллельному использованию новых нормативных документов, подготовленных с использованием рекомендаций МАГАТЭ и старых документов бывшего СССР. Проблемным вопросом также является отсутствие национального хранилища для долговременного хранения и захоронения РАО и специализированных предприятий, на которые АЭС могли бы передавать кондиционированные отходы.

Однако все эти проблемы решаются и угрозы обществу, о которой пишет академик Присняков, не представляют. Что касается РАО, образовавшихся в ходе эксплуатации АЭС, то учет и контроль ядерных материалов со стороны отечественных и международных контролирующих органов (ГКЯРУ и МАГАТЭ) настолько строгий, что говорить о свалке 50 тыс. тонн РАО возле Днепродзержинска может только человек, который не знаком с атомной энергетикой даже понаслышке. РАО под Днепродзержинском может иметь любую «родословную», кроме происхождения на АЭС. Ибо системы контроля на атомных электростанциях таковы, что вынести через проходную «кусочек» РАО невозможно. Вывезти же эксплуатационникам самостоятельно, при якобы молчаливом попустительстве госорганов, тем более. Ибо уже который год Украина находится под пристальным наблюдением экспертов. В частности МАГАТЭ.

Поэтому предлагаем Владимиру Федоровичу с целью проверки его информации организовать поездку под Днепродзержинск, где он обнаружил свалку РАО, с участием представителей МинЧС, Минтопэнерго, ГКЯР и НАЭК «Энергоатом». Если информация не подтвердится, это будет расценено как умышленная клевета с целью создания паники. Ущерб, нанесенный государству, при этом можно оценить в судебном порядке.

Далее. Говоря о нанесенном ущербе природе вследствие существования АЭС, автор попросту игнорирует тот факт, что тепловая энергетика, которая в структуре электроэнергетики Украины занимает столько же, сколько и атомная, наносит больший вред окружающей среде (см. таблицу 1).

Что касается невозможности использовать в дальнейшем черноземы, на которых якобы находятся АЭС, отметим, что ни одна отечественная АЭС не находится на территории с черноземами. Это первое. И второе. Хочется поинтересоваться, знает ли академик, какой вред наносят экологии альтернативные атомной энергетике виды генерации? Например, сколько территории необходимо отводить под золоотвалы? Да и знает ли автор вообще, что в процессе сгорания топлива на ТЭС образуются вредные вещества, которые выводятся в атмосферу с дымом и попадают в почву с золой. Помимо того, что эти выбросы неблагоприятно влияют на окружающую среду, продукты сгорания вызывают парниковый эффект.

Прочими же мощностями — гидро-, ветровой, солнечной энергетикой — сложно заместить базовую электроэнергетику. Процитируем еще один фрагмент статьи, в котором автор приводит слова И. Неклюдова о том, что «АЭС экологически чистые, работают надежно и без сбоев — самое убедительное подтверждение того, что ядерной энергетикой нужно заниматься всерьез, а не устраивать из нее пугало…» — а ведь это лукавство. Почему? Потому что, хоть академик Присняков и признает, что сейчас «действительно невозможно взорвать реактор нарушением режима его работы, как это было с четвертым блоком ЧАЭС», проблема безопасности заключается в таких факторах, как «возможность попадания в АЭС ракеты, самолета, захват террористами станции или использование РАО как средства угрозы». Все эти факторы учитываются как при проектировании энергоблоков АЭС, которые выдерживают падение самолета весом до девяти тонн, так и в ходе эксплуатации станции. Согласно Закону Украины «О физической защите ядерных установок, ядерных материалов, радиоактивных отходов и других источников ионизирующего излучения», на АЭС проводятся ежегодные антитеррористические учения, в которых, кроме персонала станции, военизированной охраны, принимают участие специалисты МВД, СБУ, в частности антитеррористического центра (АТЦ) СБУ. В области физической защиты наших АЭС налажен постоянный обмен опытом с коллегами с зарубежных атомных электростанций.

Отметим, что в «Энергоатоме» хорошо понимают угрозу терроризма и принимают максимум возможных упреждающих мер, постоянно совершенствуя опыт. Но если руководствоваться позицией академика Приснякова, то на волне борьбы с терроризмом нам в Украине стоит отказаться не только от атомной энергетики, но и от авиа- и железнодорожного транспорта, метрополитена. Непонятно, что делать с реками, по которым можно сплавлять что угодно — и не только радиоактивный ил, и как предотвратить возможность схождения Земли с орбиты.

Печально, что столь непрофессиональный подход к такому непростому для Украины вопросу, как атомная энергетика, на котором в ходе едва ли не каждой предвыборной кампании и без помощи представителей НАНУ оттачивают перья политтехнологи, демонстрирует академик, ученый, представитель интеллектуальной элиты нации. Приемлемым на академическом уровне методом отстаивания своих идей считается дискуссия внутри своего круга с использованием должных аргументов, а не манипуляции общественным мнением через страницы прессы, преследуя какие-то сугубо личные «академические» интересы внутри отдельно взятой Национальной академии наук Украины — учреждения, которое полностью финансирует государство из бюджета страны за счет налогоплательщиков. В том числе, и средств НАЭК «Энергоатом».

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно