Кому подает сигналы маяк научной фантастики?

24 февраля, 2006, 00:00 Распечатать Выпуск №7, 24 февраля-3 марта

…Создатель Вселенной послал нам сообщение по электронной почте объемом около 10 КБ. Он сделал его ...

…Создатель Вселенной послал нам сообщение по электронной почте объемом около 10 КБ. Он сделал его доступным для всех цивилизаций во всех галактиках, зашифровал двоичным кодом горячих и холодных точек реликтового излучения. Что скрыто в The Real Message in the Sky («Истинном послании небес») — так назвали этот феномен ученые? Фундаментальные законы физики? Информация о предыдущей Вселенной? Прогноз конца нынешней?

…Мы уже обнаружили около 170 планет в ближайших к нам звездных системах. И везде прослеживается одна и та же закономерность: чем меньше планета, тем дальше она от своей звезды. В нашей же Солнечной системе все наоборот — возле Солнца «крутится» маленький Меркурий, а орбиты планет-гигантов Юпитера и Сатурна проходят вдали от светила. Чем объяснить такое аномальное расположение? Похоже, Солнечная система создана искусственно. Но кем и для чего?

…В течение 7 часов каждые 77 минут радиотелескопы в Нью-Мехико фиксировали регулярные радиосигналы в метровом диапазоне длительностью 10 минут каждый. Их посылал неизвестный и невидимый объект вблизи центра Галактики. В том месте, где должен был находиться источник сигналов, астрономы ничего не смогли обнаружить. Кому подавал их космический маяк-фантом?

Эти сообщения взяты почти наугад из потока информации с сайтов научных новостей, но вполне могут быть и началом научно-фантастического рассказа или романа. Мировая наука никогда еще так близко не подходила к фантастике по дерзости исследований и полученным результатам. Ее достижения открывают, что называется, захватывающие дух перспективы.

Клонирование — это не только овечка Долли, но и перспектива поставить на поток производство аутентичных органов для трансплантации. Не исключено, что в ближайшие годы проблема рака печени или склероза почек перекочует в ту же сферу, что и замена покрышек или распредвала — чисто денежную. ГМ-продукты — это не только иррациональный страх заполучить в своей организм неизвестный ген, который превратит человека в монстра, но и надежда накормить голодных.

Однако парадоксальная возникает ситуация: практически вокруг любого научного результата появляется аура антиутопии. Не несут ли опасность генномодифицированные продукты? Чем грозит клонирование? Насколько этично лечение с помощью эмбриональных стволовых клеток? По средствам ли человечеству прорыв в космос, если на Земле голодают миллионы? А что, если террористы создадут атомную бомбу? Новейшая наука породила целую лавину человеческих проблем, которые, по идее, и являются предметом жанра научной фантастики.

Тем не менее интерес нашего общества к науке и ее симбиоту — научной фантастике — переживает упадок. Может быть, дело в разочаровании в самой науке — как мудро отмечали Ильф и Петров: «…вот и радио изобрели, а счастья как не было, так и нет»? А может быть, в человеке, который готов любое открытие употребить во зло? Как бы то ни было, в самых популярных на сегодняшний день книгах фантастики — в «Ночном», «Сумеречном» и «Дневном дозоре» Сергея Лукьяненко наука не играет вообще никакой роли. Это борьба добра со злом, где наука исключена из повествовательного пласта в принципе.

Любопытно, что функции научной фантастики отчасти взяла на себя сейчас лже- или псевдонаука. Например, Эрнст Мулдашев в своей вроде бы документальной книге «В поисках города богов» рассказывает о пещерах, где обитают некие «древние люди в законсервированном состоянии», охраняемые «асури». Это такие невидимые «бестелесные существа», которые питаются энергией живых существ. Есть здесь рассказы о «первой расе» землян — 30—40-метровых существ, состоявших из «уплотнения тонкого мира» и выглядевших, как лунный свет, и о второй — «золотисто-желтого цвета», которая размножалась с помощью спор. И вообще, как сообщает автор, человечество в целом создано ануаками с планеты Нибиры.

По сути дела, все это фантастика, но если писатели не скрывают от читателей, что это полет их воображения, то Мулдашев читателя обманывает, выдавая свои выдумки за истину в последней инстанции.

— Можно ли говорить об упадке жанра научной фантастики (НФ) на постсоветском пространстве? — спрашиваю у фантаста Александра Зорича. Это псевдоним соавторов — кандидатов философских наук Яны Боцман и Дмитрия Гордевского, — на счету которых четыре научно-фантастических романа: «Консул Содружества» и трилогия «Завтра война», «Без пощады» и «Время — московское».

Яна. К сожалению, об упадке говорить можно.

Дмитрий. Одно утешает — в западном мире наблюдается такой же упадок жанра, как и на постсоветском пространстве. То есть здесь мы следуем общемировой моде.

— Чем это явление можно объяснить?

Яна. Хочется дать философский ответ... Эпоха просвещения, детищем которой, по сути, являлась научная фантастика, потихоньку сходит на нет. Место просвещения в современном мире прочно занято потреблением.

В эпоху просвещения многие авторы ставили перед собой задачу «просвещать» — рассказывать о достижениях науки, новых идеях. Вспомним хотя бы Жюль Верна, одного из отцов НФ. Да он о пасущихся на лугу овечках не мог написать без того, чтобы к концу первого абзаца не пуститься в остроумные рассуждения о перспективах промышленного овцеводства. Причем делал он это не потому, что ему проплатили эти рассуждения представители овцеводческого лобби, а потому, что ему было интересно порассуждать о том, смогут ли овцы жить на Луне, а читателям — подумать вместе с ним. Эпоха потребления рождает совсем другой род литературы, которая приглашает читателя потреблять.

Дмитрий. Проиллюстрирую это положение примером. Герой современной популярной книги — это вовсе не ученый, как, например, у Стругацких, а успешный потребитель.

Например, Гарри Поттер. Он от рождения удачлив, привлекателен, одарен, много ест и пьет, особенно не напрягается в учебе и, главное, наделен магическими способностями, благодаря которым решает все свои и чужие проблемы. А что такое магические способности? Это способности, которые даются даром, — учеба Гарри в магической школе лишь маскирует этот бессовестный факт. И даются они потому, что герой, видите ли, избранный! Вы когда-нибудь видели, чтобы знание высшей математики далось кому-нибудь даром? И я не видел. Учиться нужно, работать... Но субъекту эпохи потребления не хочется учиться и работать. Он хочет иметь такие способности, которые открывали бы перспективы неограниченного потребления быстро, качественно и бесплатно. Какая уж тут научная фантастика... Короче говоря, «магическая» фантастика если и не убила, то серьезно ранила фантастику научную.

— Есть ли тогда вообще смысл проводить конкурс научной фантастики?

Яна. Смысл, конечно, есть. И большой. На самом деле назвать упадком нынешнее положение можно только на фоне гиперпопулярности НФ в годы СССР. Это как с тиражами «толстых» журналов вроде «Знамени» или «Нового мира». На фоне миллионов экземпляров времен перестройки нынешние десять тысяч — это упадок. Но если посмотреть непредвзято, то десять тысяч —хороший тираж.

Дмитрий. Так и с НФ. У жанра есть читатели и ценители. В абсолютных величинах их достаточно много. Для них стоит стараться.

— Какие примеры современной НФ вы можете привести?

Дмитрий. Произведения Александра Громова. Это самый яркий и талантливый представитель этого жанра. Его роман «Ватерлиния» для меня пример зрелого научно-фантастического текста. Александр Тюрин, Михаил Савеличев...

Яна. Леонид Каганов, Сергей Лукьяненко и Василий Головачев. Лукьяненко массовый читатель знает сейчас в основном по линии «Дозоров», однако в жанре НФ Сергей Васильевич тоже очень силен. Последние книги живущего в Донецке Виталия Забирко — «Антропогенный фактор» и «Мы пришли с миром».

— Имеет ли НФ свои особые задачи, которые не могут решить другие жанры?

Дмитрий. Есть такая прагматическая задача — пояснить людям, от науки далеким, что такое наука. Рассказать, чем живут люди, занимающиеся ею. Ведь наука играет в современном обществе колоссальную роль. Фактически человечество сейчас является заложником науки. Если завтра ученые не сделают-таки термояд, чем наши внуки будут отапливать свои дома? Поэтому в данной ситуации рядовым членам общества особенно важно знать, что такое наука. И внятно объяснить это в состоянии только писатели, хорошо с ней знакомые.

Яна. Кстати, писатель Виктор Пелевин создал фактически новый жанр фантастики — фантастику о гуманитарных технологиях. Криэйтор как главный герой «Поколения П» — чем не производственный научно-фантастический роман?

— Нет ли тут как минимум конфликта, а как максимум — трагической дисгармонии между тем, что человечество является заложником науки и упадком НФ? Получается, что как раз тогда, когда сами ученые бьют тревогу по поводу опасности трансгенеза, клонирования, парниковых газов и т.д. и принимают всякие киотские протоколы и запреты на клонирование человека, писателям (и их читателям) эти реальные риски исследовать не интересно? Нет ли тут некой попытки, что называется, спрятать голову в песок?

Дмитрий. Именно! Метафора «спрятать голову в песок» очень точная. Но ведь эпоха потребления как раз на этой тактике и зиждется! В обществе потребления думать вообще не нужно. Необходимо следовать тому, что предлагает реклама, в том числе и социальная, то есть работать и потреблять. Существующая реальность вообще неинтересна в рамках такой концепции. Интересно — это шоу с девушками в телевизоре.

— Должна ли НФ обладать своего рода способностью научного или социального ясновидения? Герберт Уэллс, например, в романе «Остров доктора Моро» предвосхитил чудеса хирургии XX века. В романе «Война миров» вооружил марсиан смертоносными лучами, которые, по сути, являются лазерными. В «Машине времени» объяснял: время — это почти такая же координата, как и остальные три пространственные. В романе «Освобождение мира» предсказывает «атомную бомбу», употребляя впервые именно этот термин. Кстати, Уэллсу принадлежат удивительные слова: «История человечества — это гонка между образованием и катастрофой».

Яна. Думаю, фактически все хорошие писатели обладают этой способностью.

Дмитрий. Но к писателям-фантастам это правило применимо вдвойне. Конечно, иногда они ошибаются. И притом сильно. Вот поздние Стругацкие любили пугать читателя ужасами-кошмарами, которые ждут Россию в ближайшем будущем. А ведь ничего — Россия стоит, и будет стоять. Все ясновидящие иногда дают неверные прогнозы. Это их право. Я думаю, если бы была жива бабушка Ванга, она со мной согласилась бы!

— Ефремов называл НФ «литературой мечты». Как бы вы назвали ее сейчас?

Дмитрий. На мой взгляд, научная фантастика последних двадцати лет перестала быть литературой мечты. И стала скорее «литературой кошмара». В том смысле, что теперь как-то не очень принято мечтать о новых технологиях, благодаря которым вместо людей будут вкалывать роботы, а сами люди будут в освободившееся время сочинять стихи и исследовать дальние планеты... Теперь научная фантастика скорее предостерегает людей, в красках описывая, в какой ад превратится Земля, отданная на откуп технологиям.

Яна. Все-таки существует и чистая научная фантастика мечты, правда, критики склонны называть такие произведения утопией.

— Каковы, на ваш взгляд, взаимоотношения НФ и науки?

Яна. Как отношения двух социально успешных соседей. Здесь есть место всему спектру эмоций — от ревности до радости по поводу чужих успехов. Доходит, конечно, и до споров. Фантасты любят напомнить: «Мы первые придумали подводную лодку!». На что ученые отвечают: «А вот мобильный телефон мы придумали сами, без вашей подсказки».

Дмитрий. Думаю, научная фантастика и наука как интеллектуально-техническая практика вообще неразделимы. Они являются частью единого сложносоставного тела. Научная фантастика осмысляет сделанные научные открытия, предлагает смелые догадки, выстраивает дурацкие гипотезы. А наука использует фантастику как некий резервуар свежих идей, как инструмент понимания себя и общества...

Дорогие друзья! Пути цивилизации в XXI веке будут определяться бурным развитием науки и технологий. Готово ли наше общество принять как положительные, так и отрицательные последствия новых открытий? Что даст человечеству их внедрение в жизнь? Не является ли наука и новейшие технологии своего рода троянским конем для земной цивилизации? А может быть, человечество ждет небывалый расцвет и успешное расселение на другие планеты и миры Вселенной? Как будет реагировать человек, если он столкнется с неизвестными прежде технологиями или законами природы?

Предлагаем всем желающим ответить на эти и другие вопросы в художественной форме, приняв участие в конкурсе короткого научно-фантастического рассказа «Галилей», в основе которого лежит научная идея, гипотеза, исследование, открытие.

Конкурс научно-фантастического рассказа является частью проекта «Наука и инновации — обществу», который включает в себя также конкурсы научно-популярных статей и научных фотографий (www.nauka-info.com.ua). Более подробно с условиями конкурса можно ознакомиться на сайте www.galilei.org.ua.

Дорогие друзья!

Очень рад, что именно в Харькове родилась такая замечательная мысль — провести конкурс научно-фантастического рассказа «Галилей». Думаю, это не случайно: ваш город не только крупнейший научный центр, но и по праву считается столицей украинской фантастики. И может быть, не зря мы с братом в своем романе «Волны гасят ветер» именно в Харькове расположили «Институт чудаков», благодаря которому начался новый виток эволюции человечества?

От всей души желаю учредителям и участникам удачи и новых интересных и неожиданных идей!

Б.Стругацкий

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №38, 12 октября-18 октября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно