КОГДА НАУКА СТАНЕТ ИСТОЧНИКОМ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РОСТА УКРАИНЫ?

30 марта, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №13, 30 марта-6 апреля

Мы занимаемся исследованиями в различных областях науки. Один из нас ботаник, другой — материаловед, а третий — науковед...

Константин Сытник Борис Малицкий Николай Новиков
Николай Новиков

Мы занимаемся исследованиями в различных областях науки. Один из нас ботаник, другой — материаловед, а третий — науковед. У нас нет никакого сомнения, что только новые знания, новые технологии и техника на сегодняшнем этапе развития человечества служат источником экономического роста любой страны, а следовательно, и благополучия их граждан.

Совершенно очевидно, что наиболее эффективные национальные хозяйственные системы построены в расчете на массовое производство с использованием общемировых знаний, практического опыта информации. В развитых странах, где инновации играют главную роль в производстве продукции, достигнута высокая насыщенность производительных сил исследователями и разработчиками новых технологий. Так, в Чехии на 10 тыс. занятых приходится 23 исследователя, в Венгрии — 29, Польше — 34, Германии — 61, Финляндии — 94, Японии— 96. В экономически развитых странах достигнут и высший уровень образованности рабочей силы, превышающий 12 лет.

В Украине, которая входила в период реформ со среднеевропейским уровнем кадровой наукоемкости, за десять лет общая численность работников научных организаций, согласно официальной статистики, сократилась в 2,3 раза, в том числе докторов и кандидатов наук в 2,5 раза. Если же от официальной статистики перейти к реальному состоянию дел, то картина окажется еще более удручающей.

 

Продолжается деформация об-
щей структуры научных кадров по направлениям деятельности, по возрасту, по уровню квалификации. Так, возрастная структура украинских ученых уже давно утратила рациональность. Средний 70-летний возраст превысили не только академики, но и членкоры, дирекция многих уважаемых учреждений науки. Приблизился к этому рубежу и средний возраст докторов наук. Молодых ученых высшей квалификации моложе 35 лет в Национальной академии наук Украины насчитывается всего-то несколько единиц.

Попытка привлечь внимание и интерес к научной деятельности путем установления всевозможных именных стипендий, к сожалению, не дала ожидаемого конечного результата. Молодые ученые — даже президентские стипендиаты — не стремятся, по понятным причинам, обеспечить приоритет научной деятельности своей страны. Для выполнения качественных диссертаций им нужна современная научная база и уверенность в своей полезности для отечественной науки, ее востребованности экономикой, а не «пряник», висящий на вратах разваливающихся научных организаций.

Причина этой тяжелой и опасной болезни не только для отечественной науки, но и страны в целом, ее будущего действительно ясна. Она обусловлена реальным вытеснением науки из числа государственных приоритетов. Пройденный Украиной путь реформации показывает, что ориентация только на рыночные средства преобразования экономики, без учета фундаментального условия научного обеспечения современного инновационного уровня производства, является не только ошибочной, но и крайне вредной.

Нам казалось, что в последнее время начали происходить позитивные изменения в отношении властей к науке. Очень обнадеживало принятие Верховной Радой Украины Концепции научно-технического и инновационного развития страны. В ней довольно четко просматривались контуры перспективных установок государства относительно поддержки и использования отечественного научно-технического потенциала, которые отвечают не только чаяниям ученых, но и надеждам нашего общества в целом на лучшую жизнь.

Еще больший энтузиазм вызвало официальное провозглашение в прошлогоднем Послании Президента страны Верховной Раде выбора Украиной лучшей модели экономического развития, основанной на использовании инновационного фактора. Веру в возможность прогрессивных перемен подкрепила и достаточно объективная оценка, прозвучавшая в последнее время на ряде конференций из уст Президента страны, относительно проводимого курса реформ, как такового, который слабо учитывает инновационный фактор в экономических преобразованиях.

Вместе с тем не покидает чувство, что хорошие решения и слова по старой нашей управленческой привычке могут остаться только на бумаге.

Нельзя рассчитывать на повышение творческого потенциала ученого исключительно призывами, концепциями, программами, академическими званиями или государственными наградами, пусть даже очень престижными. Более того, мы хотим развеять ошибочное и некорректное мнение, которое бытует у нас, особенно во властных структурах, о том, что украинская наука сейчас работает неэффективно. Да, фронт ее работы сузился. Да, многие работы ведутся с использованием зарубежного методического потенциала. Поэтому в абсолютном выражении ученые Украины сейчас имеют важнейших результатов меньше, чем развитые страны. К сожалению, у нас очень мало таких результатов, которые могли бы достойно дополнить мировую копилку научных знаний. Но они еще встречаются в отдельных институтах благодаря талантливым ученым и организаторам. Кроме известных достижений наших материаловедов, упомянем близкий нам пример. О создании в Институте сверхтвердых материалов НАН Украины в 2000 г. нового материала, по твердости следующего за алмазом, — карбонитрида бора, — в мире узнали с большим интересом. Ведь над этой проблемой работали ученые многих стран в течение десяти лет. И если рассматривать эффективность научного труда как экономическую категорию, то увидим, что по количеству значительных для отечественной экономики научных результатов, соотнесенных к единице государственных финансовых затрат, украинские ученые даже опережают достижения во многих развитых странах.

Впрочем, этот феномен характерен не только для нашей науки, но и вообще для всех украинских работников. Так, среднестатистический украинский работник на один доллар оплаченного труда (зарплаты) производит, например, в два раза больше валового внутреннего продукта, чем его американский коллега. Экономическая суть этого феномена понятна, поэтому необходимо искать значения тех уровней финансирования, которые позволили бы реализовать практически сохранившийся еще в Украине научно-технический потенциал.

Объективно в целом не может украинская научная деятельность быть эффективной при удельном уровне финансирования в 100 раз меньшем, чем в США, и в 4 раза меньшем, чем в такой же кризисной в экономическом плане, как и мы, России. Аналитиками доказано, что до определенного уровня наукоемкости ВВП наука остается затратной отраслью, потому что на низком уровне финансирования она в состоянии реализовать лишь те свои функции, которые не связаны с обеспечением экономического роста, в частности социокультурную, образовательную и общепознавательную. Экономическая отдача наступает при достижении критического уровня наукоемкости ВВП, который, в частности, для такой страны, как Украина, составляет не менее 1,7—2,0% от ВВП. Именно поэтому этот уровень затрат на науку был заложен в Концепцию научно-технического и инновационного развития Украины, а также в Закон о научной и научно-технической деятельности.

Г осударству в принципе не выгодно
недофинансирование науки ни в экономическом, ни в социальном плане. В экономическом плане ясно, что недофинансирование превращает науку в затратную сферу, в то время как в других финансовых и организационных условиях она бы могла выполнять роль главного источника экономического роста. А для этого нужна и пристойная зарплата, и создание необходимых для эффективной работы ученого современных технологических, методических и организационных условий.

В социальном плане страна, которая имеет развитый научный и образовательный потенциалы, но не создает условий для их эффективного использования в своих интересах, автоматически становится интеллектуальным донором для других стран с лучшими условиями для научной деятельности. Украина уже потеряла таким образом 6—7% своего научного потенциала. Время от времени на государственном уровне делаются попытки приостановить «утечку мозгов». Но они, как и следовало ожидать, практически безуспешны. Потому, что эта проблема не имеет простого запретительного решения. В условиях развивающейся в мире широкомасштабной охоты за талантами есть только один путь сохранения и приумножения национального интеллекта — создать привлекательные условия для его проявления.

Напомним, что такого интеллектуального богатства, какой имела Украина, не было на исходных позициях экономического прогресса ни в одной стране мира, которые осуществили в последние десятилетия рывок в мировую экономику. И, безусловно, наши ученые и, как нам кажется, все наше общество ожидают решительных действий как со стороны властей, так и от самой сферы научной деятельности, действий, которые наконец-то выведут Украину в строй цивилизованных развитых стран.

В этой связи не может не вызвать удивление и огорчение отсутствие четких и ясных позиций государства в отношении науки и реализации официально провозглашенного инновационного пути развития экономики Украины, которые с исключительной необходимостью должны были бы найти свое достойное место в Послании 2001 года Президента Украины в Верховную Раду. Это ответственный программный документ, и уже первая страница Послания Президента содержит вывод, что «в украинской экономике сформирован достаточно весомый потенциал роста». Но что сразу же вызывает сожаление — в числе источников роста по-прежнему отсутствует опора на научные достижения. Безусловно, нас не могут не радовать наметившиеся положительные сдвиги в экономическом развитии страны. Но фундаментом роста, источником эффективного образования валового национального продукта не могут быть в основном средства, полученные от распродажи созданного в прошлом и накопленного десятилетиями национального богатства, от продажи за рубеж миллионов тонн сырья, металлургической и химической продукции, или огромных поступлений в казну от административных сборов и штрафов. Кстати, штрафы, по данным «Зеркала недели» (№ 11, 2001 г.), наиболее перевыполняемая статья государственного дохода, полученного в 2000 г., в то время как налоговые поступления, которые отражают главным образом эффективность экономики, недовыполнены и составили 95% от плана.

Можно бесспорно согласиться с установкой, содержащейся в Послании о том, что наука «должна быстрее адаптироваться к новым социально-экономическим реалиям, более полно учитывать мировые тенденции гуманитарного развития образования, науки и культуры». Но как это сделать в наших условиях без поддержки государства? Что для этого нужно сделать законодателям, исполнительной власти, обществу в целом, отдельному конкретному ученому?

Неужели не понятно, что вхождение Украины в Европейский союз может и не состояться, так как членство в этой уважаемой организации предполагает, помимо всего прочего, участие в работе одного из основных шести подкомитетов — науки и технологий, образования и обучения, а также «обеспечения основы для взаимовыгодного экономического, социального, финансового, научно-технического и культурного сотрудничества» для всех стран ЕС. Поэтому трудно себе представить, каким образом и с помощью каких механизмов можно достичь состояния европейской нирваны, если в разделе Послания под названием «Промышленная политика» заявляется (без реальных последствий, как мы знаем) о том, что «при подготовке проекта Государственного бюджета на 2002 год необходимо учесть требования закона «О научной и научно-технической деятельности» в части бюджетного финансирования науки на уровне не меньшем, чем 1,7% от ВВП». Нужно уже как-то более доказательно аргументировать способность власти на такой давно декларируемый подвиг.

Следует указать и на иллюстрационный материал к Посланию. Например, по финансированию науки. Если разделить объем средств, выделенных на науку в 1995 году, на курс доллара этого же года и объем средств, выделенных на науку в 2000 году, исходя из текущего курса доллара, то обнаруживается, что чрезвычайно низкий уровень финансирования как был, так и остался неизменным в течение всей пятилетки.

В отрыве от такого перерасчета на курс стабильной валюты данные таблицы, характеризующей объем научных и научно-технических работ, являются комплиментарными для власти, вводят несведущего читателя в заблуждение своим мнимым, почти трехкратным ростом и, к сожалению, не способствуют акцентированию внимания на развитии этой отрасли человеческой деятельности. Данные таблицы «Численность работников научных организаций» без анализа качественного профессионального состава ученых по отраслям знаний способны дезориентировать читателя и создать неоправданные иллюзии благополучия. Отсутствие же в таблице анализа возрастного состава работников научной сферы не позволяет сформулировать задачи подготовки научных кадров высшей квалификации на перспективу.

Это тот случай, когда уж никак нельзя упрекнуть ученых в том, что они заранее не предупреждали власть о возможности развития событий по крайне негативному сценарию. Начиная с 1996 года устно и письменно, в докладах президента Национальной академии наук Украины и в ежегодных отчетах о деятельности НАНУ содержалась информация об угрожающем старении кадров, снижении престижности профессии ученого в обществе, отсутствии средств на научные исследования, невозможности закупки материалов, реактивов и оборудования для научных работ, наконец, о недопустимо низком уровне оплаты труда ученого. Да и народ, не то что у классика, судя по многочисленным публикациям в прессе, не безмолвствовал.

На этот раз безмолвствовала и ничего из года в год не делала власть! В последнее время наметилось движение по повышению окладов научных работников. Но по существу речь идет не о повышении зарплаты, а о частичном учете инфляции за ряд лет. Расчет показывает, что 25 лет назад зарплата старшего научного сотрудника составляла в пересчете на доллары США — 430, сейчас — 48, после предполагаемого повышения — 96—100. Если к этому добавить, что 25 лет назад квартиры ученым предоставлялись государством бесплатно, что оплата коммунальных услуг не превышала 10% зарплаты, что практически каждый научный работник имел возможность за свои трудовые сбережения оздоровиться вместе с семьей у Черного моря, то о каких благодеяниях может идти речь сейчас?

М ы нарисовали достаточно мрач-
ную картину. Теперь, исходя из нашего представления о месте и роли науки в Украине, остановимся на некоторых предложениях, наиболее существенных для преодоления накопившихся в науке проблем.

Во-первых, мы полностью поддерживаем провозглашенный Президентом курс на инновационный путь развития экономики нашей страны, но считаем, что этот курс должен быть реально подкреплен необходимыми законодательными, экономическими, организационными и политическими мерами. Надо ускорить принятие Верховной Радой находящегося на рассмотрении проекта Закона об инновационной деятельности, внеся при этом изменения, связанные с усилением акцента на политические установки государства в области инновационного развития экономики.

Во-вторых, следует незамедлительно положить в основу программ деятельности Кабинета министров, всех министерств и ведомств установки Концепции научно-технического и инновационного развития Украины, которая после утверждения Верховной Радой, к сожалению, на протяжении уже почти двух лет остается практически забытым документом. Безусловно, в современном динамичном развитии за два года не могли не появиться новые идеи, которые бы улучшили принятую концепцию. Но мы исходим из того, что надо вначале заложить фундамент государственной политики в этой области, а такой фундамент, по нашему мнению, в указанном документе есть. Это относится прежде всего к положениям, определяющим приоритетные направления научно-технологического и инновационного развития, предлагаемым механизмам и ориентирам финансового обеспечения и стимулирования научной и инновационной деятельности. В концепции заложены четкие рекомендации по организационно-функциональной трансформации научно-технологического потенциала страны с целью приведения его структуры к условиям рыночной экономики.

В-третьих, существует настоятельная необходимость в проведении предусмотренной Законом о научной и научно-технической деятельности аттестации всех научных учреждений. Мы сейчас оказались в ситуации, когда фактически никто точно не знает, каким реальным научным потенциалом обладает страна, как он используется в интересах Украины, какие результаты отечественной науки могут быть положены в основу экономического роста. Ведь не секрет, что серьезная работа по совершенствованию деятельности научных организаций, приведения ее в соответствие с новыми условиями хозяйствования подменялась во многих из них ожиданием денег из государственной казны, попытками выжить не столько за счет повышения эффективности основной деятельности, а путем сдачи в аренду помещений, посреднической и других видов деятельности, которые ничего общего с наукой не имеют.

В-четвертых, считаем необходимым конкретизировать решение проблемы финансирования научной и инновационной деятельности — необходимо перейти от финансирования науки по остаточному принципу к обеспечению экономически целесообразного уровня финансирования всего цикла инновационного процесса от фундаментальных исследований до реализации инноваций в производстве. На этот цикл следует распространить и все стимулирующие льготы: налоговые, таможенные, кредитные и другие. За счет прямых бюджетных и не бюджетных инвестиций необходимо обеспечить объемы финансирования науки, сопоставимые по удельным показателям с Россией и восточноевропейскими странами. Это ключевые условия для решения наиболее острых проблем отечественной науки, включая повышение ее эффективности и престижа, предотвращение «утечки умов», рациональное обновление научных кадров и др.

В-пятых, сегодня необходимо более действенное участие государства в регулировании процессов подготовки как научных кадров, так и специалистов с высшим образованием. Эта проблема должна решаться в контексте задачи формирования рабочей силы, которая необходима в условиях инновационного развития. Было бы гораздо полезнее не увеличивать беспредельно численность аспирантов, а, оставив примерно половину (что соответствовало бы численности аспирантов, которая была в начале прошлого десятилетия), создать нормальные условия для подготовки диссертационных исследований. В нынешних экономических условиях лучшие результаты могли бы принести специальные гранты для подготовки диссертаций молодыми специалистами взамен практикуемых различных именных стипендий, которых в Украине уже более 1000. А главное — подготовка научных кадров должна осуществляться исключительно в научных учреждениях и высших учебных заведениях, где для этого имеется современная научная база и проводятся исследования, отвечающие мировому уровню.

В-шестых, нашему государству следует более четко определиться в отношении интеграции отечественной науки в мировое и общеевропейское пространство. Нам необходимо перейти от страны со статусом донора интеллектуального потенциала к равноправному научно-техническому сотрудничеству. Для начала необходима хотя бы элементарная государственная поддержка науки Украины в ведущих международных организациях.

Наконец, еще один наболевший вопрос — о государственном управлении наукой. Мы считаем, что инновационная модель развития экономики Украины требует и соответствующего этой модели способа государственного управления. По крайней мере на этом этапе Украине нужен единый полномочный орган государственного управления, который мог бы влиять на инновационный процесс в целом, включая сферу производства. Так, как сейчас управляется наука, она вряд ли сможет выйти из состояния затратной отрасли.

Это только часть предложений, которые отражают не только наше видение проблем отечественной науки, но и поддерживаются многими учеными. Мы понимаем, что не только власть должна изменить свое отношение к науке, но и сама наука обязана измениться, став источником экономического роста. Это относится также и к нашей Национальной академии наук. Но это тема отдельной статьи.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно