И КОМУ ОН НУЖЕН, ЭТОТ НАУЧ-ПОП?

8 июня, 2001, 00:00 Распечатать Выпуск №22, 8 июня-15 июня

С наступлением перестройки научная популяристика, как и все вокруг, начала претерпевать головокружительные метаморфозы...

С наступлением перестройки научная популяристика, как и все вокруг, начала претерпевать головокружительные метаморфозы.

Сначала тиражи любимых в народе специализированных журналов типа «Наука и жизнь» выросли до нескольких миллионов экземпляров. Спустя какое-то время они стали «худеть», «бледнеть» или выходить в сдвоенном варианте. Потом рыночная эволюция разделила их на две ветви. «Знание—сила», например, осталось относительно недорогим изданием и даже пошло на бесплатный доступ к своему сайту. А вот скромная прежде «Химия и жизнь» превратилась в мелованное, красочное издание с соответствующей ценой и дочерним агентством «ИнформНаука». В независимой Украине появились собственные научно-популярные журналы, например «Свiт науки» (перевод Scientific American).

Однако у всех научно-популярных изданий, несмотря на разницу в выборе тем, подаче материала, стиле и ценовой политике, есть нечто принципиально общее. Это весьма скромные тиражи в несколько тысяч экземпляров.

Почему «поголовье бывших мамонтов» научной популяристики на просторах СНГ резко сократилось? Причем именно в то время, когда мировая наука точь-в-точь по заветам классиков научного коммунизма стала производительной силой и демонстрирует чудеса нанотехники, электроники, биотехнологии и прочих отраслей знаний. И тиражи западных научно-популярных журналов не только не уменьшаются, но и растут. Пытаясь найти ответ на этот вопрос, мы обратились к людям, имеющим непосредственное отношение к теме беседы.

Научная популяристика нужна!

 

Ярослав ЯЦКИВ, первый заместитель министра образования и науки Украины

 

Научная популяристика — необходимое звено развития науки и образования. Так, например, Главная астрономическая обсерватория НАНУ, которую я возглавляю, много лет издает астрономический календарь для любителей астрономии. Это издание помещает как табличные данные о том, что можно наблюдать на небе, так и научно-популярные статьи. Я сам написал и напечатал в различных изданиях не меньше двухсот научно-популярных статей по астрономической и космической тематике. Министерство образования и науки инициировало поддержку изданий журналов «Пульсар» и «Коллега». В прошлом году Украинская астрономическая ассоциация и Киевский планетарий создали совместный редакционный совет журнала «Наше небо». А журнал «Свiт науки», по соглашению с его издателями, в 2000 году бесплатно поставлялся во все университеты и научные библиотеки Украины.

А вы видели телефильм о Семене Брауде? (Недавно был отмечен 90-летний юбилей этого известного ученого.) Он создан в рамках проекта «Золотые имена науки Украины» по инициативе Украинского международного комитета по науке и культуре при НАНУ и по заказу Министерства образования и науки Украины. Мы хотим снять хотя бы десять таких фильмов, чтобы молодое поколение могло увидеть лица великих украинских ученых, послушать, о чем они думали, понять, что их волновало.

Понятно, что этих усилий мало для того, чтобы противостоять безумию псевдонауки и мракобесия, выплескиваемому со страниц массовых газет и телеэкрана. На первом национальном телеканале нет ни одной регулярной научно-познавательной программы! Центральные газеты помещают гороскопы и статьи о «прорицателях». Значит, такого рода информация востребована обществом и, следовательно, наше общество, к сожалению, глупеет. Нет сейчас социального заказа на серьезную научную популяристику! Даже научное сообщество, за небольшим исключением, не поднимает голос против псевдонауки.

Для развития научной сферы необходимы три составляющие: образование, активная научная деятельность и научно-популярная литература. Без третьей составляющей не будет того стимула, интереса к науке, который рождается именно в отрочестве, в юности.

Государство должно выработать концепцию развития научной популяристики и претворять ее в жизнь. Но для этого нужны люди, которые бы понимали ее роль в развитии общества, и деньги. Ни того, ни другого у государства в достаточной мере нет. Я предпочитаю политику конкретных шагов. Например, добиться хотя бы того, чтобы сельская школа бесплатно получала научно-педагогические журналы типа «Світ фізики» или «Математика в школі». Нужен госзаказ на эти издания для сельских учителей — иначе разрыв между городским и сельским образованием будет стремительно возрастать. Мы не имеем права с этим смириться, это обворовывание будущего поколения. Наука не может жить без привлечения талантов из народа.

Давайте прямо сейчас обратимся к читателям «Зеркала недели» с предложением: пожалуйста, все свои идеи о развитии научной популяристики в Украине направляйте по адресу Министерства образования и науки (01135 Киев, пр.Победы, 10). Возможно, под эгидой министерства организуем «круглый стол» «Роль СМИ в развитии научно-популярной тематики и положительного образа современного ученого». Будет ли отклик?

 

Миллионные тиражи уже не вернутся…

 

Игорь ЛАГОВСКИЙ, главный редактор журнала «Наука и жизнь»

 

По долгу службы просматриваю всю доступную научно-популярную периодику. С особенным уважением отношусь к журналам «Знание — сила», «Техника — молодежи», «Юный техник», «Химия и жизнь». Они сохранили свое лицо. В России появились и новые глянцево-цветные журналы, популяризирующие науку. Но, увы, как правило, это полурекламные издания, работающие на хозяина. Однако научно-популярные издания, призванные «научать и просвещать», к каким относит себя «Наука и жизнь», необходимы обществу. Они доказывают это своим существованием в условиях отнюдь не тепличных. Из журналов дальнего зарубежья традиционно читаю Scientific American, Bild der Wissenschaft, Science et vie. А вот связи с журналами ближнего зарубежья, к сожалению, потеряны. Мы не знаем даже, выходят ли сейчас «Наука і суспiльство», «Наука і життя».

В нынешнем своем облике наш журнал в качестве «толстого» научно-популярного издания широкого профиля, ориентированного на интересы семьи, впервые вышел в 1961 году. Тогда его главным редактором стал В.Болховитинов, которому удалось собрать удивительный редакционный коллектив энтузиастов-единомышленников. Журнал сохранил себя и после распада Союза, трансформировавшись в малое предприятие «Автономная некоммерческая организация «Редакция журнала «Наука и жизнь».

Его выпуск финансируют исключительно читатели. Тираж, соответственно, определяется читательским спросом, то есть подпиской через почту и альтернативной подпиской через коммерческие агентства. Только однажды мы получили грант от Фонда Сороса на приобретение компьютерной техники на сумму стоимости полумесячного производства журнала нашим тиражом в 40 тысяч экземпляров. Есть у нас и Интернет-версия, причем число посещений нашего сайта растет.

Почему научно-популярные журналы ушли на периферию издательского рынка? Причин много, в том числе полное непонимание важности научно-популярных журналов как каналов получения научных знаний и способа привлечения молодежи в науку. Интерес к науке все время надо «подогревать». Я думаю, что вернуть миллионные тиражи традиционных научно-популярных изданий уже невозможно. Во всяком случае, усилий только популяризаторов научных знаний недостаточно — многое зависит от благосостояния общества и организации государства.

 

Станислав Лем всю жизнь читает Scientific American

 

Интервью с Александром ЗАВАДКОЙ, главным редактором журнала «Світ науки» (Львов)

 

Думаю, что существует своеобразная дилемма: чем солиднее и «научнее» журнал, тем меньше у него читателей, чем более популярно изложение, тем этот круг шире. Хорошие издания, которые могут похвалиться постоянным читателем, нашли некое «золотое сечение». Именно по этому критерию я остановил свой выбор на Scientific American.

Кстати, в 1998 году в составе делегации Львовского медицинского университета я был в Кракове на чествовании всемирно известного фантаста Станислава Лема, который учился в нашем вузе. Когда он узнал о существовании украинской редакции Scientific American, то подарил Издательскому дому НАУТИЛУС право переиздания всех его произведений. Как сказал нам пан Лем, есть два издания, которые он читает всю свою жизнь, — это Газета Выборча, из которой он узнает новости, и журнал Scientific American, который постоянно питает его воображение и научные знания.

— Как долго вы работаете редактором?

 

— Три года. Хочу заметить, что у переводного журнала есть своя специфика — максимально точно передать научный смысл в доступном изложении. Но самое сложное — это финансирование издания. Напоминает слалом, где слишком много красных флажков. В Украине рынок рекламы в печатных изданиях — а ведь только реклама может поставить журнал «на ноги» — в сравнении, например, с Польшей меньше в сто (!) раз. Нам приходится продавать журнал по цене, которая меньше себестоимости, поэтому тираж находится в сложной зависимости от подписки, продажи и финансовой подпитки.

— Что, по вашему мнению, является причиной ухода научно-популярных журналов на периферию издательского рынка?

 

— Причин много. Слабый интерес общества к познанию и книгам. Отсутствие профессиональной системы популяризации знаний. «Неправильно сросшиеся» социальные приоритеты. И отсутствие ярких авторитетов национального масштаба, которые добились жизненного успеха — финансового, социального, морального, — на ниве научной деятельности. Даже те статистические 10% населения, которые в любых условиях не теряют тягу к знаниям, имеют небольшие шансы получить их при сегодняшней системе обучения и тем более заполнить «белые пятна» из других источников — ТВ, журналов, книг.

— Что нужно и что можно, на ваш взгляд, сделать для повышения тиража научно-популярных изданий?

 

— Прежде всего издание должно быть ИНТЕРЕСНЫМ. Плюс хорошие дистрибьюторы, менеджеры, организация рынка и оптовая торговля.

— А что представляет из себя Scientific American?

 

— Scientific American шлифовал свое кредо, работал над стилем, формой, дизайном и другими не менее важними вещами на протяжении 150 лет. На сегодняшний день этот журнал имеет тираж более миллиона экземпляров в месяц в десяти международных версиях. Авторы — маститые ученые, авторитеты в разных областях знаний. Кстати, многие из них впоследствии становились нобелевскими лауреатами. «Шестое чувство» на потенциальных колоссов науки никогда не подводило редакторский коллектив Scientific American.

При всей популярности издания, Impact Factor журнала (показатель цитируемости и научной ценности) составляет 3,3 балла. В то время как для большинства научных журналов он равняется 1 баллу. Кстати, проблема
СПИДа и болезни Альцгеймера была впервые поднята на страницах журнала Scientific American задолго до превращения этой информации в признанную и важную для общества. Как и проблема прионов. Я считаю, что это подтверждение правильности нашего выбора с журналом для украинских читателей.

Американцы уверены: человек с высшим образованием, который старается быть «на уровне», НЕ МОЖЕТ НЕ ВЫПИСЫВАТЬ этот журнал.

— Чем объясняется относительно небольшая цена этого и других американских научно-популярных журналов? Всего 35—40 долларов за годовую подписку.

 

— Миллионные тиражи, много рекламных страниц, большая подписка и быстрое возвращение денег с продажи перекрывают колоссальные средства для изготовления каждого номера журнала. Это главные факторы. Тот факт, что подписка на «SA» в Украине стоит в пять раз (!) больше, чем для американцев и европейцев (при несравнимо меньших наших зарплатах), объясняется отечественными «накрутками» из-за отсутствия здоровой и реальной конкуренции, отсутствием электронного обращения денег и, конечно же, законодательными документами.

— Каким в идеале вы видите «Світ науки»?

 

— У меня очень жесткие рамки соответствия английскому оригиналу, каждое свое видение номера я должен согласовывать с Scientific American. К большому моему сожалению, 20% объема, выделенных мне для украинских или русских авторов, остаются незаполненными. По многим объективным и субъективным причинам. А вообще кредо журнала — горизонты науки. Не описательный вариант уже свершенных открытий, а аналитический обзор известных ученых.

 

Надеюсь, что сук крепок!

 

Иронические заметки Леонида АШКИНАЗИ, главного редактора журнала «Химия и жизнь — XXI век» (Москва)

 

Научно-популярная литература ни у кого куска изо рта не вынимает, женский роман и детектив с прилавка не вытесняет. Поэтому она никому не мешает. Существует, ну и существуй себе на здоровье...

Те, кто непосредственно ею занимаются, говорят и пишут, что такая литература полезна, нужна, необходима и существует для того, чтобы делать научную информацию популярной. Допустим, что такое «научная», всем понятно. Что же такое «популярная»? Первый смысл — являющаяся объектом потребления заметной части попула. Если скромно считать, что 1% — заметная часть, то тираж соответствующего издания должен быть несколько сотен тысяч. А не несколько тысяч! Второй смысл — это понятный народу, людям. Против самой идеи сделать что-то понятным есть одно, простое как банан, соображение: в жизни есть ситуации, когда понятность вредна. Простой пример — журнал «Здоровье». Да, кому-то он помог вести здоровый образ жизни или вовремя обратиться к врачу. Но кого-то привел и к самолечению. О результатах вам могут подробно рассказать врачи. Поэтому, занимаясь популяризаторством, стоит время от времени задумываться — не может ли это кому-либо повредить?

Научно-популярная литература дает также ложное представление, что обо всем можно рассказать популярно. Мир, как утверждает своим сегодняшним обликом эта литература, таков, что о нем можно связно и содержательно рассказать «без формул». Без образования у читателя. Без мозолей на том самом месте. Так, на пальцах, заменив заумную математику красивыми картинками. И, как мне кажется, именно в этом состоит вред от «научной популярности».

Мастерство автора и редактора здесь определяется именно тем, насколько они могут раздвинуть границы понимания человеком науки, пользуясь только инструментом «популярного». Понимание — это прежде всего умение пользоваться. Ну-ка, покажите мне читателя научно-популярного журнала, который что-то понял. Так, что сумел воспользоваться этим пониманием, провести простое новое рассуждение.

Наконец, третье (и главное) — как именно реализуется идея научной популярности. Реализуется она недобросовестно. Ибо серьезный специалист скажет вам, что о современных результатах научно и популярно рассказать нельзя. Знание математики, физики, химии, умение пользоваться ими заменяется красивыми картинками, элегантными аналогиями, бурными эмоциями, основными инстинктами, вводными словами и восклицаниями. Причем со временем ситуация только ухудшается. Например, требуя от авторов статей уменьшения их размера и упрощения словаря, чтобы читатель не перенапрягся, мы еще более отступаем от знания к ощущениям.

Против изложенного выше есть хорошее возражение — умный человек догадается о сложности устройства этого мира сам, а тот, кто может стать ученым, им и так станет. Обществу ведь не требуется большого количества ученых. А «пипл», что ж, «пипл» пусть «хавает» вместо серьезного разговора «прыжочки вокруг», как говорил один из моих учителей, математик Евгений Папернов. Убогое существование научно-популярной литературы в нынешней России как раз и означает, что обществу все это не нужно!

Посмотрите за океан: научно-популярные журналы в Америке имеют миллионные тиражи, они окупаются, они востребованы обществом. Причем среди них есть и серьезные издания, по крайней мере более серьезные, чем мы вынуждены сейчас делать. Может быть, и у нас, если мы дадим следующему поколению спокойно построить капитализм, будет такое? Может быть...

В целом ситуация такова: чем больше мы верим в человека, чем более считаем важным движение общества к разумности и самостоятельности и, наконец, чем более мы уверены в надежности действия социальных служб, которые ограждают людей от неприятностей, тем более мы «за» научно-популярную литературу, просвещение вообще и т.д. Чем более разумно, благополучно, здорово общество, тем менее опасно и тем более полезно ему знание.

Доказывая, что научной популярности и популярной научности нет, автор вроде бы замахивается рубить сук, на котором сидит. Остается только надеяться, что сук крепок и замах ему не опасен.

 

***

 

…«Каждая вещь имеет своего потребителя. И научно-популярный журнал тоже, — вполне справедливо заметил Леонид Ашкинази. — Куда же он делся, этот читатель? А никуда. Он либо зарабатывает, либо тратит. И так, и этак на чтение журналов у него времени нет. Поэтому тяжела судьба научно-популярного журнала в мире, где еще только учатся зарабатывать и отдыхать».

Может быть, поэтому издание специализированных научно-популярных журналов на просторах СНГ — задача с очень большим коммерческим риском? А научная журналистика, соответственно, — вполне маргинальная область применения журналистских сил? Как заметил редактор научно-публицистического журнала «Университеты» (Харьков) И.Тарапов, если в стране уничтожается наука, то как писать о ее достижениях? И найдет ли потом свое место в жизни молодой человек, увлекшийся наукой благодаря научно-популярным журналам? Или упрекнет нас в том, что мы навеяли ему фата-моргана вместо того, чтобы сориентировать на получение профессии, которая дает возможность кормить семью?

Что же все-таки заставляет смотреть в будущее с некоторой долей оптимизма? Наверное, тот факт, что старые издания все-таки выживают, а новые все-таки рождаются. В Харькове, например, выходит научно-популярный журнал «Непоседа», который я бы занесла в Книгу рекордов Гиннесса. Он издается бывшим авиастроителем Анатолием Вороным. У редакции, которая помещается у него в квартире, нет даже компьютера. Тем не менее, у «Непоседы» есть свои авторы и читатели не только в Украине, но и в странах ближнего и даже дальнего зарубежья!

В конце концов, жажда познания тоже относится к основным инстинктам человека.

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №48, 15 декабря-20 декабря Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно