Что охраняет научная цензура?

14 января, 2010, 15:29 Распечатать Выпуск №1, 14 января-22 января

Казалось бы, безвозвратно ушло в прошлое время, когда «органы» готовы были любого уличить в шпионаже, в любом сказанном и написанном слове найти подрывной замысел...

Казалось бы, безвозвратно ушло в прошлое время, когда «органы» готовы были любого уличить в шпионаже, в любом сказанном и написанном слове найти подрывной замысел. Благодаря демократии, имеем в Конституции Украины статью 15, провозглашающую: «Цензура запрещена!» Но не тут-то было… На девятнадцатом году существования независимого государства, как это ни удивительно, при всей свободе передвижения и возможностях обмена информацией, в Украине возобновлена научная цензура.

Что говорит законодательство?

Наиболее общее положение Конституции, утверждающее свободу слова в Украине, мы уже процитировали. Но никакая свобода не может быть беспредельной, и статья 34 Конституции уточняет, что право распространять информацию может быть ограничено законом в целях предупреждения преступлений и других нежелательных последствий. Следовательно, окончательное слово за соответствующими законами.

И тут авторам приходится признать, что их профессиональная логика отказывает при попытке ее применения к логике законов. Как, например, согласовать положение статьи 45-1
Закона «Об информации» о том, что «цензура… как наложение запрета… или препятствование в какой-либо другой форме тиражированию или распространению информации… запрещена», с положениями статьи 30 этого же закона, гласящей о наличии конфиденциальной и секретной информации? И как сочетать другое положение этой же статьи: «запрещается создание каких угодно органов… , введение должностей, на которые возлагаются полномочия осуществления контроля за содержанием информации» с должностями государственного эксперта по вопросам секретности и создаваемыми им экспертными комиссиями, о которых трактует Закон «О государственной тайне»? Тем более, что, согласно статье 8 этого закона, секретной может быть признана практически любая научная работа.

Предоставим комментировать противоречия в законах профессиональным юристам и обратимся к здравому смыслу.

Что говорит здравый смысл и опыт международного научного сотрудничества?

Любой закон, даже самый плохой, обязан обладать как минимум одним свойством — он должен быть таким, чтобы его можно было выполнить хотя бы в принципе. А теперь рассмотрим типичные, рядовые ситуации, сплошь и рядом возникающие при работе украинских ученых за рубежом.

Ситуация первая. Научный сотрудник получает предложение выступить на семинаре или конференции, которые не были запланированы и не указаны в командировочных документах. Ситуация вторая. Сотрудник успевает написать новую научную статью (в том числе с зарубежными соавторами), находясь за рубежом, и собирается отправить ее в журнал. Так что же, во время командировки следует сломя голову смотаться из Лиссабона в Харьков, получить там разрешение и вернуться?

Вот какое решение найдено начальником международного отдела Харьковского национального университета (ХНУ). На вопрос, заданный одним из нас о ситуации первой, он дал такое пояснение: «Вы имеете право выступить на незапланированном семинаре, но после возвращения вы должны оформить на него акты экспертизы». Полагаем, необходимости в комментариях к этому абсурду нет.

Что касается второй ситуации, то здесь один из авторов может сослаться на собственный опыт. Находясь в Испании, он совместно с испанским и российским соавторами написал и загрузил в Интернет препринт по гравитации. А после возвращения указал это в отчете. В результате на препринт был принудительно оформлен акт экспертизы. Кстати, этот сайт препринтов (известный в настоящее время практически каждому физику) arxiv.org был создан специально для быстрого и беспрепятственного обмена информацией до ее публикации в журналах. (О том, что материалы для этого сайта могут подвергаться цензуре, никому даже в голову не могло прийти!)

Фундаментальная наука давно стала продуктом творчества всего мирового научного сообщества, иными словами, собственностью всего человечества. Ее достижения публикуются в открытых научных журналах и максимально быстро используются коллегами, работающими в той же области, независимо от их гражданства и места жительства. Потому попытки применить к этой сфере положения закона о гостайне подобны применению в современном суде законов «святой» инквизиции.

Как это происходит

Чтобы оформить акт экспертизы, в ХНУ достаточно нескольких минут — «эксперты», разумеется, подмахивают эти акты не глядя, не будучи в состоянии оценить работы, лежащие за пределами их непосредственной специализации (впрочем, как правило, достаточно неполного среднего образования, чтобы понять, что работа не представляет оборонного значения). Так что с практической точки зрения это необременительно. Дело совсем в другом — в необходимости подчиняться абсурдным требованиям. Если же сотрудник отказывается оформлять акт экспертизы на доклад на конференции (даже если это доклад по теории относительности), ему не подписывают командировочные бумаги. Так что есть три варианта:
1) подчиниться нелепым требованиям; 2) отказаться от участия в конференциях вообще;
3) ездить за свой счет (что на фоне и без того катастрофического положения с финансированием науки и при уровне зарплат наших ученых почти нереально).

Любопытно, что в ХНУ до 2008 г. зарубежные командировки оформлялись без каких бы то ни было актов на доклад. То есть, чем дальше развивается «демократия», тем активнее становятся цензурные требования.

Что говорит администрация?

Министр образования и науки И.Вакарчук пытался покончить с этим позорным явлением, издав письмо № 1/9 — 22 от 16.01.09, которое было помещено на сайт МОН — http://www.mon.gov.ua/newstmp/2009/26_01/List_rozsekrechennya.doc  См. также отклик в Интернет-издании Mignews с характерным названием «Вакарчук запретил цензуру»: http://www4.mignews.com.ua/articles_print/336908.html  Однако вместо обязующего решения ректоры получили лишь упомянутое выше письмо министра. В результате в одних университетах (где администрация руководствуется не отжившими инструкциями советского времени, а здравым смыслом, и не боится идти на совсем уж минимальный риск) цензура де-факто не действует, в других — продолжает действовать до сих пор со ссылкой на «закон» (?!).

Как же трактуют противоречивые положения законов руководители, воспитанные в известных традициях? Вот пример. В документе, озаглавленном «Положення про вивiз за кордон науково-технiчної iнформацiї працiвниками, студентами, аспiрантами, докторантами Харкiвського нацiонального унiверситету iменi В.Каразіна», необходимость оформления актов экспертизы мотивируется ссылкой на Закон Украины «Об информации». На этот же закон ссылается недавний «Порядок пiдготовки працiвниками, студентами, аспiрантами, докторантами Харкiвського нацiонального унiверситету iменi В.Каразіна наукових матерiалiв для публiкацiй у засобах масової iнформацiї» (утверждено приказом 0902-7 от 29.05. 2009).

Между тем, как пишут в Mignews по поводу актов экспертизы, «министр отмечает, что «такая практика установилась еще в советские времена и, в сущности, была проявлением цензуры, неприемлемой для демократического государства. Учитывая данный факт и опираясь на действующий Закон Украины «Об информации», Иван Вакарчук подчеркнул, что цензура как требование, направленное в отношении СМИ, наложение запрета или препятствование публикациям в любой другой форме, запрещена». Таким образом, из одного и того же закона делаются прямо противоположные выводы!

Не будучи юристами, авторы предпочитают брать за основу общее положение Конституции: «Цензура запрещена». И усматривают цензуру в принуждении к предварительному разрешению на публикацию материалов, тем более не связанных с изобретениями и технологиями. Учреждения и должностные лица, которые это требуют, привыкнув к такому порядку в СССР, продолжают по инерции это делать и после его распада.

Для сравнения: недавно в России попытались ввести такие акты в действие в одном университете, и вот какая буря поднялась по этому поводу в российских СМИ: «Как будто бы оживают худшие химеры советских времен: цензура, контроль над научной мыслью. Мне кажется, что эта мера одновременно глупая и очень унизительная для ученых». «Согласно Конституции, цензура в России запрещена. Представим себе ситуацию: ученый собирается на международную конференцию и не предоставил копии своих докладов начальству института. Что ему, командировочные не оплатят? Он ведь может сказать, что весь доклад у него в уме, записей нет. Что ему ответят, как накажут? Если люди будут подчиняться этим правилам, то лишний раз докажут, что они рабы и готовы следовать самым нелепым распоряжениям».

***

Мы не возражаем против необходимости охранять государственные и коммерческие секреты. Такая практика существует во всех странах, включая самые что ни на есть цивилизованные, а наказание за реальное разглашение бывает там самым суровым. Но простой здравый смысл требует отделить в этом отношении области науки, не связанные с изобретениями и технологиями, от прикладных наук. (Случай поисков секретности в работах по гравитации является вообще вопиющим.) Акты экспертизы в сфере фундаментальной науки — это позорное явление, реликт советского времени. Рискнем предположить, что и для прикладных наук нужны совсем другие формы, имеется богатый опыт действительно демократических стран в этой сфере.) Зачем выставлять Украину перед миром в карикатурном виде?

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №44, 17 ноября-23 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно