Золотое сияние Оранжевой Революции, или Как архистратиг Михаил заступился за Украину

24 декабря, 2004, 00:00 Распечатать Выпуск №52, 24 декабря-30 декабря

Я всегда думал, что когда-нибудь Украина непременно удивит мир. Чем-то таким, чего никогда и нигде раньше не было и что никак не укладывается в рамки привычных форм общественного существования...

Я всегда думал, что когда-нибудь Украина непременно удивит мир. Чем-то таким, чего никогда и нигде раньше не было и что никак не укладывается в рамки привычных форм общественного существования.

Мои московские друзья смеялись надо мной и говорили, что, при всём их уважении к украинской культуре, Украина никогда не станет «осью» мировой истории, а потому все местные достопримечательности — не более чем забавные фолк-приколы — этакие «вечера на хуторе» близ Диканьки и за Диканькой.

Мои украинские друзья (слава Богу, не все) говорили, что я «не просекаю фишку» и что Украине надо скорее интегрироваться в сообщество евроатлантических «достойников», а всевозможные особенности и средневековые пророчества о Киеве как о Втором Иерусалиме — это книжная пыль, ну, в лучшем случае — занятный артефакт.

А сам Киев так и оставался скучным буржуазным городом, никак не похожим на носителя «сакральной миссии» в эпоху «конца времен».

Я мучил всех знакомых киевских философов и историков вопросом: да, допустим, духовное первородство Киева сомнений не вызывает, как не вызывает сомнений и отсутствие у города какой бы то ни было «силовой» харизмы — наподобие московского «третьеримства». Почему же тогда небесным покровителем Киева считается чрезвычайно воинственный архистратиг Михаил, изображаемый по византийской иконографии с огненно-оранжевым мечом? Но ученая братия лишь дружно отнекивалась.

На мой вопрос ответил сам архистратиг — ведь именно Михайлов день, 21 ноября, и именно в патронируемом им городе стал днем отсчета Оранжевой Революции.

Как известно, самой точной моделью общественного бытия является алхимия. В соответствии с ее законами субстанции металлов и минералов способны к качественному перерождению, трансмутации — это когда из какого-нибудь свинца или олова может «вызреть» духовное золото. Это когда в украинцах-«минималистах», последние века проживших в своих убогоньких и одновременно уютненьких «хатках с краю», вдруг просыпаются какие-то совершенно невероятные казацкие характеры — с максималистской решимостью и внутренней силой, с завзятым упорством и даже готовностью умирать — если уж на то пошло.

Революция — это и есть тот самый «философский камень», делающий возможным катарсис, чудесное преображение целого народа. Но почему Оранжевая? Нет, она замешана вовсе не на буддийской энергетике (хотя я сам долгое время обзывал украинских политиков «політичними буддистами»). Это победа Солнца над Луной, оранжевого над бело-голубым. Кстати, ведь в древнерусской иконописи до XVII века не было ни желтого, ни «желтогорячего» цветов — был золотой. Он символизировал рай, и именно золотом сияли лики святых.

По уже почти официальной версии, Майдан — это формирование гражданского общества и рождение новой украинской нации. Да, так и есть. Но, хочется верить, не только это.

Кстати, на заводе искусственных алмазов аналогичный процесс протекает следующим образом. Во взрывопрочную капсулу засыпают графитовый порошок. Даже не верится, но по химическому составу каменный уголь, графит и алмаз — один и тот же углерод. Атомы одинаковые, но разное качество их организации — по-разному расставлены кристаллические решетки. Итак, капсулу герметично завинчивают, внутри происходит взрыв. И через мгновение под давлением образуется алмаз или, если повезет, целая алмазная россыпь.

А вдруг Майдан — это рождение чего-то более масштабного, чем просто украинского гражданского общества? Вдруг это онтологическая революция, а не только политический переворот? Вдруг это солнечная мистерия огненного цвета, а не просто карнавал оранжевых шарфиков? Ведь в Древней Руси-Украине «оранжист» архистратиг Михаил считался небесным покровителем великокняжеской фамилии и даже всей новой человеческой общности — народа Божия.

Самое удивительное и неожиданное, что Оранжевая Революция обошлась без прозападных лозунгов. Правда и Справедливость — вот смысловой стержень событий, а вовсе не ЕС и НАТО. И даже не персонально Ющенко, хоть он и стал формальным поводом к началу революции.

Это тонко уловила Сирена (девушка с гитарой, а не автосигнализация) Оранжевой Революции Марийка Бурмака. В разгар событий на Майдане она заново записала свою, возможно, самую «драйвовую» композицию, ставшую главной музыкальной ассоциацией всего происходящего, — «Ми йдемо».

И если раньше там было:

«Ми йдемо —
за нами гаснуть ліхтарі,

Ми йдемо — попереду вогонь!»,

то теперь оно зазвучало по-новому:

«Ми йдемо —
і серце правдою горить!..»

Лет пятнадцать назад был актуален Цой: «Перемен, мы ждем перемен!». Но теперь одного лишь внутреннего недовольства маловато будет: у Цоя ключевое слово — «ждем», у Бурмаки — «йдемо». Кстати, а кто такие «мы»? На первый взгляд уж очень напоминает румынскую «Железную Гвардию» имени Михаила Архангела.

Но внутренняя энергетика происходящего — иная. Оранжевая Революция — это шанс. И не просто шанс победы на выборах Виктора Ющенко, не просто шанс на проведение политических и социальных реформ. Оранжевая Революция — это шанс Третьего Пути: не тоскливого советско-постсоветского, но и не либерально-западного. Это шанс колоссального социального творчества, шанс на появление новых форм человеческой самоорганизации — как на Майдане, где полмиллиона народу, всем хорошо и ни единого милиционера. Не либерально-западническое «гражданское общество», а «органическая общность». Это вариант такого развития, когда украинское из сугубо локального превращается в универсальное и общечеловеческое.

Революцию, как и любовь, нельзя купить ни за какие деньги. Ее нельзя спланировать, ее нельзя даже предугадать.

А продать Революцию можно. И очень даже просто. И как минимум двумя способами.

«Малое» предательство — это если Ющенко станет Кучмой, Рыбачук — Медведчуком, Юлия Тимошенко — Павлом Лазаренко или Суркисом, Анатолий Кинах — Януковичем, Александр Зинченко — Гавришем и Шуфричем одновременно. То есть если не произойдет качественной элитной ротации — если изменятся лишь персоналии, но не принципы функционирования властного механизма. Если новая элита, как и старая, сосредоточит усилия вокруг «переплавки» власти в собственность.

Но великое предательство — это в том случае, если новый политический режим — персонально Виктор Ющенко, Юлия Тимошенко, Александр Зинченко, Анатолий Кинах и остальные «фронтмены» Революции предадут то, что было ниспослано свыше и распорядителями чего они по стечению обстоятельств являются. Наверное, они считают себя творцами событий, но это, мягко говоря, преувеличение.

И тут возникает главный вопрос — зачем Революция? Ведь если для того, чтобы сделать Украину частью глобальной «торговой» цивилизации, чтобы поудобнее распластаться под мировым гегемоном — США, чтобы «кокаколизировать» и «макдонализировать» украинцев, чтобы приучить к американским двойным стандартам и европейской толерантности по отношению к однополым бракам, тогда избави боже — не надо никакой революции! Тогда пусть уж лучше Янукович с его «беспределом» и путинской «управляемой демократией»! Тогда пусть уж лучше призрак Кучмы выползет из своей политической могилы и правит третий срок! По крайней мере, не будет никаких иллюзий и самоубийственных надежд.

Да, лично мне как носителю более радикальной политической культуры хотелось, чтобы в Кончу-Заспу за Кучмой приехали бы выкрашенные в оранжевый цвет танки и отвезли бы его вместе с Медведчуком — из украинской политики в украинскую историю.

Да, мне как любителю экспрессивной эстетики хотелось, чтобы в песне Марийки Бурмаки скрежетали электрогитары и грохотали барабаны большой ударной установки — не слабее тех, которыми «выстукивали» Толстоухова из здания Кабмина. Стало бы понятно — куда и зачем «йдемо». Но именно тогда, когда я услышал новый, рожденный Оранжевой Революцией вариант этой песни — с огромным количеством маленьких импрессионистских барабанчиков (бонгов и конгов), а на первом плане — акустическая гитара с нейлоновыми струнами, понял окончательно: в этой революции никого не замочат, и парада оранжевых, голубых и прочих разноцветных танков на Крещатике не будет.

А ведь, как теперь становится известно, по революционерам на Майдане и вправду собирались лупануть. Но впечатление, что не просто солдаты и офицеры отказались стрелять в народ (ничего, нашли бы таких, кто не отказался). Впечатление, что некие неподвластные человеческой воле инстанции просто взяли и «источили» неправедную власть. Или поверить, что Кучма по собственной доброй воле отказался от самого дорогого, что у него было?

Кажется, где-то такое мы уже видели. Или читали. Наверное, у Котляревского в «Наталке Полтавке»?

Наталка и ее нерешительный «коханый» Петро и рады бы соединить свои судьбы, да финансовый ресурс подкачал — девушку насильно отдают замуж за пана Возного. Но тот, видя неправедность своих притязаний на Наталку, которая уже и утопиться готова, только бы не за него замуж, вдруг дает по тормозам, выключает свою вертикаль власти и добровольно уступает ее молодому сопернику, устраивая таким образом их семейное счастье.

Удивительно, как будто это не про Наталку-Полтавку, Петра и пана Возного, а про народ на Майдане, да и по всей Украине, Ющенко и Кучму.

Кстати, а ведь именно Иван Петрович Котляревский может помочь Леониду Даниловичу Кучме уйти в вечность красиво. На месте Васыля Базива и других разбежавшихся президентских спичрайтеров я бы построил прощальную речь президента именно на аллюзиях из последнего монолога пана Возного (действие второе, явление 11).

Но коль скоро они все и в самом деле куда-то расточились и исчезли, Кучме можно просто взять и зачитать его из книжки или хоть прямо из этой статьи — благо, и язык Возного — полтавский суржик с добавлением канцелярской лексики — ну как будто специально для уходящего гаранта. Итак, представим: сидит президент перед телекамерой и говорит примерно такое:

«Размишлял я предовольно і нашел, что великодушной поступок всякії страсті в нас пересиливаєть. Я — возний і признаюсь, что от рожденія моєго расположен к добрим ділам; но, за недосужностію по должності і за другими клопотами, доселі ні одного не зділал… Я одказуюсь од Наталки і уступаю Петру по вічноє і потомственноє владініє з тим, чтоб зробив її благополучною. Поєліку же я — возний, то по привілегії, Статутом мні наданой, заповідаю всім: «Где два б’ются — третій не мішайсь!» І твердо пам’ятовать, що насильно милим не будеш».

А потом выдерживает небольшую паузу, смотрит в объектив и тихо, но отчетливо произносит: «Простіть мене, люди!»

А вдруг простят?

P.S.

Анонимные «спаммеры», которые вот уже пару месяцев, как внесли мой электронный адрес в список своих жертв и без устали бомбардировали мой компьютер виршами — почти японскими самурайскими «хоками» и «танками», — на две недели Оранжевой Революции куда-то исчезли (подозреваю, переселились на Майдан). Но вот на днях их рассылки возобновились. Последнее, что от них пришло по e-mail, выглядело так:

Над нами лебеді
тріпочуть крилами,

Над нами янголи
лоскочуть крилами —

Смерть минає без нас!..

Оставайтесь в курсе последних событий! Подписывайтесь на наш канал в Telegram
Заметили ошибку?
Пожалуйста, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter
Добавить комментарий
Осталось символов: 2000
Авторизуйтесь, чтобы иметь возможность комментировать материалы
Всего комментариев: 0
Выпуск №42-43, 10 ноября-16 ноября Архив номеров | Содержание номера < >
Вам также будет интересно